Corda nostra laudus est

Мальчик, с замиранием сердца, вновь и вновь возвращался в тот момент, где он впервые увидел малютку Аделину. Это был мираж— повторяющееся воспоминание, в котором ангел по праву мог находиться сколько угодно, ведь оно было воссоздано им же. За ним, без скрываемого трепета, наблюдал более старший ангел. Он все причитал о том, как бы хотел увидеть своего первого человека вновь и как бы хотел окунуться в те воспоминания, которые, к слову, были уже недоступны его разуму, ведь с новой душой у тебя появляются новые возможности, а старые– исчезают. Пальцы рук почти утратили своё свечение. Оно чем-то напоминало лунное сияние. Ангел завороженно смотрел на них, с любовью в душе вспоминая о том, как произнесли его номер, как он впервые увидел душу этой малышки и ...демона? Он так был заворожен своим человеком, что и думать забыл о том, что у него есть коллега. Его образ всплыл в голове. Те горячие руки напомнили о себе шквалом мурашек по коже. Хоть и большинство ангелов были такие же темноглазые как демон, мальчику его взгляд казался совсем другим. Словно, он многое повидал, немного угасший, но то, как в его глазах отражалась сфера.. затмевает все ранние упоминание о холодности. Правда то касание.. ангел хотел бы снова ощутить подобное, чтобы кто-то держал его руку также. Он окинул взглядом своего приятеля. Парень сидел на скамье и читал свои старые записи о прошлых душах. Это позволяло ему допускать меньше ошибок с каждым новым человеком. Почувствовав на себе прожигающий взгляд, он отложил записи. Мальчик смотрел на его руки. —Что-то не так с моими руками? —мм.. —он сжал губы и нахмурился, а затем выдал:— дай руку. —Что? Левую или правую? Ангел цокнул и сам схватил руку парня. Накрыл её своей ладонью и немного посидел и, видимо, недовольный результатом, сцепил ладони в замок так, чтобы пальцы были меж пальцев другого. Но ничего. Он разочарованно вздохнул и отпрянул от парня, что, скажем, был в лёгком недоумении. —И что это было? —Да ничего.. —Парень был не столь любопытный, чтобы донимать мальчика. Он пожал плечами и продолжил читать. Правда, младший ангел был не из молчаливых, если его что-то беспокоило - он выдавал все почти сразу же.— Ты же помнишь свою первую церемонию? —Конечно!— Его глаза засияли, словно он только и ждал того, чтобы его спросили что-то о том дне. —А когда ты держал за руку демона? —Так это традиция, так всегда было. —Да, я понимаю.. но ты чувствовал что-то.. необычное? —Так ты из-за этого сейчас накинулся на мою руку?—он пригнулся к мальчику и широко улыбнулся. Тот же помялся и негромко согласился.— если честно, я помню о том дне всё. Какой была душа того мальчика, что у меня был за демон.. он был уже с опытом, сейчас у него даже есть крылья. Но вот я совсем ничего не помню о том касании. Думаю, я был взбудоражен тем фактом, что передо мной находится человеческая душа. Мальчик понимающе кивнул и отвёл взгляд. Немного расстроенный, он натянул улыбку и посмотрел на свои ноги, что свисали со скамьи. —я думаю, что это нормально, чувствовать что-то "странное", всё-таки, это твоя первая встреча с демонами. А ты впечатлительный и из-за этого, ты находишься в таком осадке. — Ты прав — он кивнул старшему ангелу и откинув голову назад, вновь потерял контакт с реальным миром, вернувшись к девочке с божьей коровкой. Демона, в свою очередь, не беспокоило что-то "странное", его и душа ребенка не шибко волновала. В голове было пусто, ни одна мысль не задерживалась. Это, порядком, его злило. Парня о чём-то спрашивают, а он через несколько фраз уже теряет мысль разговора. Вокруг было много демонов. Все что-то обсуждали и смеялись, было громко. Но как только распахнулась большая, высокая дверь с золотым орнаментом– повисла гробовая тишина. Лица стали серьёзными. Лишь одна девочка продолжала хихикать, пока её собеседник в страхе замер, глядя на верховного демона за её спиной. Та повернулась и взвизгнула, выпучив свои глазки-бусинки. И лишь успев приоткрыть рот, тяжёлая ладонь с размаху ударила девочку по щеке. Многие демоны отвернулись, боясь хоть как-то привлечь внимание. —И над чем же мы так смеёмся? Это было что-то важное? —Я..я простите, это было всего лишь.. —Повторюсь. Это было важно?— Он громогласно разделял каждое слово с холодом в голосе. В глазах девочки блеснули слезы. Они звонко падали на пол. Опустив голову, она нерешительно помотала головой, её плечи задрожали. Мужчина схватил своей медвежьей лапой её щеки так, что губы той были выставлены бантиком. Он нагнулся к ней и, не ослабляя хватку, звонко и строго произнёс: —Это важнее того, что вы должны были узнать от верховного демона? Её испуганные глаза забегали. Она быстро покачала головой, её слёзы скатывались по щекам и руке демона. Он с отвращением смотрел на этого ребёнка. Оттолкнул её от себя так, что та повалилась в руки стоящих позади демонов и высокомерно озирая их, кашлянул в кулак. И продолжил, как ни в чём не бывало. —Я расскажу вам сегодня не менее важную вещь, которую вы должны знать. Многие из вас уже знают, что демоны и.. ангелы- это не просто существа, рождённые во имя бытия людей, но также вы и сами, вероятнее всего, имеете прошлое за собой.. за исключением некоторых. Повисло молчание, тяжёлое и напряжённое, словно натянутая струна. Некоторые демоны с трусостью переглядывались. Парень, которому удалось заботиться о душе маленькой Аделины, уже знал об этом. Порой, он думал, какая у него была жизнь в прошлом, но ничего. Он думал о том, что он сделал такого прежде, от чего стал демоном? Почему не ангел? —Те, чьё существование было связано с человеческой жизнью— делятся на два типа: упокоенные и наоборот, неупокоенные. Вы- вторые. —Мужчина периодически делал паузы, то ли выдерживая интригу, то ли ради того, чтобы испугать ещё парочку демонов.— вы, будучи людьми, совершали больше греховных действий или же, прислушивались к своему демону чаще, нежели к ангелу. Кто-то из вас, вероятно, проживал стабильную жизнь, но наложил на себя руки, от чего и стоит здесь. А кто-то мог лишать жизни других людей.— послышались чьи-то шушуканья, все нервно переглядывались, многие отказывались в это верить. Ведь как ОНИ, те, кто сейчас отдают смысл своего существования людям, могли убивать их? Один их старших демонов поднял руку, остальные расступились перед ним. Верховный лишь одобрительно кивнул ему, тот выпрямился, поднял голову кверху и начал, глядя прямо в глаза мужчины: —А мы можем узнать индивидуально о наших прошлых жизнях? —Нет. Лишь в крайних случаях. Он был немногословен, но ответ всех устроил. —И ещё один вопрос.. душа становится неуспокоенной лишь из-за дисбаланса ангельского и демонического? —Не всегда, хоть это и является одним из основных факторов. Часто это происходит из-за неоконченных дел, оставленных человеком после жизни. Или же, когда ваша смерть приблизила погибель или потерю значительной части жизненных сил другого человека . Чаще всего такое происходит с детьми, умершими раньше своих родителей. Или с возлюбленными, чьи души тесно связаны друг с другом. На самом деле, есть уйма факторов, но не думаю, что вам нужно знать все подробности. Парень было разинул рот, чтобы задать следующий вопрос, но демон бросил строгий взгляд, явно говоря о том, что вопросов было достаточно. Мужчина пробежался глазами по всем ребятам. На мгновение в его лице скользнула теплота и смиренность, он слабо улыбнулся и вновь принял строгий вид. Спросил о людях, что достались демонам и в зале снова повис гул. Каждый в нетерпении ждал момента, чтобы рассказать о своей душе. Все выкрикивали имена, внешность и поведение. Они столпились, словно дети вокруг воспитателя. Парень облегченно вздохнул, запрокинув голову к стене. Лишь на секунду прикрыл глаза и очутился в другом месте. Видение было расплывчатым. Он слышал детский говор, что отдалялся от него. Демон последовал за звуком и замер. Перед его глазами была не только маленькая девочка с пронзительным смехом, но и мальчик. Его светлые локоны прикрывали голубые глаза, он улыбался нежно, не сводя глаз с малышки. Его щеки покрывал еле заметный румянец, а кожа была светлой, словно мрамор. Парень не мог отвести глаз. Почему он здесь? Мальчик смеялся вместе с Аделиной, ворошил её волосы и вёл односторонний диалог. Парень сидел рядом и наблюдал за ним, иногда отвечая на его вопросы. Правда, он был словно невидимкой. —Можно тебя называть Делли? Думаешь, подходит? —Я думал, ей подойдёт Лина, но Делли ещё лучше. Он отвечал, зная, что его не слышат, но сейчас он чувствовал такое благополучие в душе. Картинка была все также расплывчатой. Он плохо запомнил свою первую встречу с девочкой, но в память явно впечатался образ этих двоих. Они были как настоящие.