Спасибо за дружбу (Thank you for being a Friend)

      — Напомни, почему я здесь? — проныл Шан Цинхуа, натягивая пальто до подбородка, чтобы защититься от холодного ветра. Даже поддерживающая магическое тепло мантия, подаренная ему его королем, не помогала в борьбе с холодом. А ведь сейчас он мог быть дома, работать или, как любит это называть Шан Цинхуа… Дремать.       Шэнь Юань поджал губы, постукивая веером по подбородку.        — У тебя есть необходимая информация, о которой ни я, ни Бинхэ не просвящены. — А затем тише, хотя Шан Цинхуа был уверен, что Ло Бинхэ их слышит. — Сомневаюсь, что у тебя есть более полезное занятие.       Хорошо. Грубо, но правдиво. В любом случае, его король слишком занят, чтобы быть с ним прямо сейчас. Сегодня у Мобэй Цзюня очень важная дипломатическая встреча, на которой, к сожалению, собираются только демоны, которых не шибко волнует, что Шан Цинхуа вообще-то является советником Севера, не говоря уже о муже Владыки Севера! Серьезно, он ещё припомнит всем этим демоническим снобам об этом. Он супруг Мобэй Цзюня! В течение последних девяти месяцев, и будет являться супругом и дальше! Ура!        — Но у меня болят ноги, мне холодно, и я устал…        — Шицзунь… Пожалуйста, позвольте этому Лорду отправить Шан-шишу обратно. Этот муж уверен, что сможет найти кристаллы без помощи Шан-шишу, — сказал Ло Бинхэ, бросив взгляд на Шан Цинхуа.       Щенок! Я твой отец!       — Бинхэ, — вздохнул Шэнь Юань. Ло Бинхэ надулся, пока Шэнь Юань не погладил его по голове, а затем широко улыбнулся. — Шан-шиди, твоя помощь бесценна. Ты знаешь эти земли не хуже своего мужа. — Шэнь Юань посмотрел на него. — Если не лучше.       Шан Цинхуа вздохнул. Да. Он хорошо знает Запретные Пустоши к северу от Северной пустыни. Это единственное место, где можно найти омолаживающие кристаллы, которые они ищут. Но что с того? Не зря его называют Запретными Пустошами! Во-первых, там чертовски холодно. Как Северная пустыня холодна, но это место похоже на замерзшую пустошь! И во-вторых! Неизвестные существа и демоны бродят по этим землям.       Всмысле, реально неизвестные. Шан Цинхуа даже не знает, что за хрень здесь живёт, потому что он просто создал это место, а потом так и не использовал.       Ветер снова усилился, Шэнь Юань и Ло Бинхэ выглядели великолепной мощной парой в своих собственных черно-зеленых мехах, их волосы изящно развевались вокруг них. Шан Цинхуа выглядел как настоящий беспорядок. У него был насморк, глаза горели от непролитых слез, а волосы были… Повсюду.       Мобэй Цзюню придется расчесать ему их, когда он вернется. Скорее бы собрание закончилось. Если все пойдет хорошо, Ледяные Гоблины и Жнецы Ветра подпишут договор Его Короля о присоединении территорий! Это будет общей выгодой для обеих сторон, и территория Мобэй Цзюня расширится в десять раз, принеся новые продукты, товары и деньги! Это хороший план, если сам Шан Цинхуа так считает. Потому что он сам разработал этот план!       Мобэй Цзюнь тоже решил, что это хорошая идея. Он даже погладил его по голове!       О боже… он звучит как Ло Бинхэ.       Кстати, говоря о…        — Перестань докучать Шицзуню. Просто укажи нам правильное направление.       ЭТОТ СОПЛЯК!       Шэнь Юань откашлялся, продолжая идти. Он даже не собирается его защищать? Давай, братан-огурец! Пока ты меня игнорируешь, твой муж замышляет убийство этого Шан Цинхуа!       Шан Цинхуа вздохнул. Чего он ожидал? Всегда были эти двое, а потом и все остальные.       — Кристаллы растут вдоль ледяной воды в самых холодных землях. Они будут у замерзших озер, хотя я не знаю, как они выглядят. — Зачем ему вообще нужно было быть здесь?!       Ло Бинхэ и Шэнь Юань бежали рысью, держа друг друга за руки и праздно болтая, как будто они не были в ледяном аду. Это заставило Шан Цинхуа почувствовать приступ ревности. Он скучал по мужу. А компания, которую он сейчас составлял, похоже, даже не знала, что он там, и не заботилась о нем. Почему он согласился на это?       Когда Шэнь Юань позвал его этим утром, Шан Цинхуа подумал, что, возможно, его старый приятель хочет выпить чаю, поговорить о жизни или посплетничать об их мужьях-демонах.       Но нет. Когда Шэнь Юань приходил просто навестить? С тех пор, как он впервые узнал, что Шэнь Цинцю был не Шэнь Цинцю, а другим трансмигатором из его собственного мира, Шан Цинхуа был в восторге! Но Шэнь Юань был занятым человеком. У него не было много времени на него, когда все его время было посвящено его мужу и его вершине.       После всего, через что прошел этот парень, он заслуживает тишины и покоя. И если он слишком рано утром позвонит своему другу, чтобы тот рассказал об омолаживающих кристаллах, что ж, Шан Цинхуа не будет спорить… сильно.       Просто… это не та дружба, которую он ожидал…       Но он возьмет максимум от того, что может получить!       После обшаривания третьего озера, на котором не было их цели, и встречи с седьмым неизведанным зверем, которого он даже не думал добавлять в финальную историю, Шан Цинхуа громко и драматично вздохнул.        — Огурец братан! Пожалуйста, мы можем просто вернуться? Я так замерз и устал! Давай попробуем в другой день, а?        — Вы знаете, что мы не можем сделать это, Шан-шиди, — сказал Шэнь Юань, стиснув зубы. Он ненавидит, когда Шан Цинхуа называет его этим прозвищем в присутствии Ло Бинхэ. — Они нужны нам до окончания сезона.       Шан Цинхуа снова вздохнул. Он был прав. Омолаживающие кристаллы — это просто странные замороженные сосульки с дерьмовой кучей духовной энергии внутри. Если они вернут их на гору Цан Цюн в любое время года, кроме зимы, те растают, забрав с собой свою силу.       Кристаллы действительно мощные. Они были бы очень полезны для любого пика, который мог бы заполучить их. Даже крошечный кусочек мог изменить исход битвы в сторону владельца кристалла. Целебные свойства единственные в своем роде, и могут даже спасти кого-то на грани смерти… Отсюда и название. По сути, они были прославленным фениксом.       А Шэнь Юань был таким ботаником. Ему нравились эти дополнительные вещи, которые добавил Шан Цинхуа. Можно сказать, что чудак продолжал читать его новеллу только для знаний о мире. И для его липкого главного героя, конечно.       Фу. Хорошо, они найдут кристаллы. А потом они могли бы вернуться домой. А затем Шан Цинхуа примет приятную горячую ванну. Потому что он замерзает и к тому же весь в кишках монстра…       Шан Цинхуа изо всех сил старался прятаться за деревьями или камнями всякий раз, когда Ло Бинхэ сражался с существами здесь, в то время как Шэнь Юань либо стоял рядом весь такой прекрасный и царственный, либо помогал Бинхэ. И все же Шан Цинхуа — тот, кто весь в крови! Что за черт!        — Хорошо, — раздраженно сказал Шан Цинхуа. — К следующему озеру.       Еще до того, как Шан Цинхуа обернулся, волна демонической, обиженной энергии ударила его в самое сердце, убийственное намерение захлестнуло его.       Он обернулся, осматривая местность широко раскрытыми глазами. Что могло создать такую ​​сильную ауру? Существа здесь могущественны, но это было что-то совсем другое. — Что…       — Бинхэ… — начал Шэнь Юань. Он тоже должен это чувствовать.        — Держись рядом… — сказал Ло Бинхэ своему мужу, обнажая Синьмо.       Было так ветрено. Слишком сложно нормально разглядеть. На деревьях ничего не было. Но…       Шан Цинхуа медленно повернулся к озеру. Он почти мог разобрать… что-то…       Ой. О, нет.        — Юань! — крикнул он мужчине. Шэнь Юань повернул к нему голову. — Нам нужно идти, немедленно!       — Что… Что это? — спросил он, устремив глаза в замерзшую тундру, где подо льдом огромного замерзшего озера едва виднелись две красные точки.       — Сейчас, братан! — повторил он. — Лорд Ло! Идите сюда! Вывези нас отсюда!        — Замолчи. Я позабочусь об этом, — рычал Бинхэ идя ко льду. — Шицзунь, оставайся здесь.        — Нет! Ты не можешь с этим бороться! — Закричал Цинхуа — Юань, забери своего гребаного мужа!       Шэнь Юань выглядел пораженным. Шан Цинхуа не думал, что он когда-либо так с ним разговаривал.       — Юань, — продолжил он. — Он проиграет, — твердо сказал Шан Цинхуа.        — Он главный герой… — прошептал Шэнь Юань, широко раскрыв глаза.        — Это Ледяной Бахамут!       Челюсть Шэнь Юаня отвисла. — Бинхэ! — позвал он, полностью сосредоточившись на своем глупом муже-демоне. — Вернись сюда немедленно!       А потом его глупый друг побежал за его глупым мужем!        — Юань! — закричал Шан Цинхуа, глупо бежавший за ними обоими.       Но было слишком поздно. Они потеряли слишком много времени.       С ревом, громким, как гром, Ледяной Бахамут вырвался на свободу.       Ледяные осколки разлетелись по небу, когда существо поднялось из глубин, обдав ледяным дождем Шан Цинхуа, врезавшись в его лицо и одежду. Он был таким большим. Это было так громко. И если они не уберутся отсюда как можно скорее, они все будут мертвы.       Какого хрена там делал Ледяной Бахамут?! Он должен быть… должен быть… Ну, Шан Цинхуа не был уверен, где он должен быть, но явно не перед ними!       Но это были Запретные Пустоши. Если бы это существо и было где-нибудь, то было бы здесь.       Ледяной Бахамут был первой тварью, когда-либо созданным Шан Цинхуа. Хотя вряд ли это сыграло роль в сюжете. Это был мифический, змееподобный, рыбоподобный, богоподобный монстр. Размером с дракона! Типо, большого дракона, а не милого. У него были огромные когти, острые как бритва зубы, хвост, который мог раздавить кого угодно и что угодно, чешуя, похожая на камень.       О, и его невозможно было убить.       — Шицзунь! — крикнул Ло Бинхэ отчаянно и… испуганно. Хорошо! По крайней мере, это означает, что он знает, что это за штука, и что они не могут с ней бороться!       Угу, серьезно. Это существо — самое жестокое и ужасное существо в его книге! Единственная причина, по которой он не сеет хаос в мире, заключается в том, что все, что он делает, это спит! Он должен спать прямо сейчас, на дне озера! Вероятно, демоническая аура Небесного Ло Бинхэ разбудила его ото сна! А теперь он взбесился!       Глупый, тупой повелитель демонов.       Существо снова зарычало, и Шан Цинхуа пришлось заткнуть уши. Боже, оно было громким! И страшным! — Лорд Ло! Шэнь-шисюн! — Закричал Цинхуа. Ветер усилился от ярости Ледяного Бахамута. Он едва мог видеть…       Там! Вот Шэнь Юань!        — Юань! — Звал он.        — Бинхэ! Где ты! — Шэнь Юань закричал. Должно быть, у него тоже проблемы со зрением.        — Шицзунь! — Голос Ло Бинхэ прозвучал издалека.        — Ребята, перестаньте паниковать! — Прокричал Цинхуа, изо всех сил стараясь добраться до Шэнь Юаня. Паника только усугубит ситуацию! Им просто нужно было собраться и валить отсюда!       Но у Бахамута были другие планы. Он навис над ним высоко в небе, хотя его тело все еще было наполовину в озере. Бахамут рычал, но его глаза были сужены.       Ему тоже не было видно.        — Юань! — Он попытался снова. Шэнь Юань не слышал его. Он просто продолжал звать своего Бинхэ. Им нужно было уйти раньше…       Слишком поздно.       Он услышал, как существо глубоко вздохнуло, прежде чем выдохнуть огромную волну ветра. Шан Цинхуа был брошен на землю в нескольких футах от того места, где он стоял, приземлившись на твердый снег. Он вонзил пальцы в землю, не желая больше летать с ветром.       Когда ветер, наконец, стих, Цинхуа окатил холодный пот. Существо… Отослало бурю. Именно это имел в виду Шан Цинхуа, когда называл Ледяного Бахамута богоподобным. По сути, он мог управлять погодой.       И прямо сейчас они втроем очень хорошо выделялись в зимней стране чудес. Безветренно. Негде спрятаться. Всего три тупых идиота и куча разросшихся деревьев.       И один большой монстр, который сотни лет не ел ничего.       Холодно.       Ну, по крайней мере, теперь он мог видеть Ло Бинхэ и Шэнь Юаня. Держу пари, Бахамут не знает, что телепортация существует… Ха!        — Шицзунь! — Ло Бинхэ закричал, после чего он…       Бахамут зарычал, обнажив клыки, и бросился на двоих.        — Бинхэ! — закричал Шэнь Юань, но Ло Бинхэ уже был рядом, обнимая его. Слава богу. Теперь они наконец могли вернуться домой.       — Шэнь Ю…       А потом они исчезли.       Лицо монстра столкнулось с землей, и единственная причина, по которой Шан Цинхуа не упал с трясущейся земли, заключалась в том, что он уже был внизу. Ледяной Бахамут издал сдавленный, сердитый звук, подняв свою большую голову к небу и встряхнув ее, как будто у него закружилась голова.       — Юань? — Тихо позвал он.       Ничего страшного.       Хорошо… Хорошо, они ушли. Братан Огурец и Лорд Ло были в безопасности. Это хорошо. Ло Бинхэ телепортировал их. Это был самый безопасный способ уйти от нападения. Ага.       Они вернутся в любую секунду. Ло Бинхэ вернется сейчас…       В любую секунду…        — …А-Юань?… — снова прошептал он. — Лорд Ло?       Он огляделся, пытаясь остановить дрожь в руках.       Они… Куда они ушли… Почему они не вернулись за ним? Они знают, что он не может телепортироваться! Только их демонические мужья могли сделать это! Какого хрена?! Они просто оставили его с…       Шан Цинхуа медленно поднял взгляд.       И увидел два пронзительных красных глаза, смотрящих на него.       Блять.       Шан Цинхуа оторвался от земли так быстро, как только мог, и как раз вовремя бросился в сторону. Бахамут вонзил зубы в землю там, где лежал. Он снова закричал в гневе, но Шан Цинхуа уже бежал.       Он знал, что ублюдок следует за ним, не оборачиваясь. Он визжал, и земля тряслась. Вот где змеиные черты пригодились. Хотя Бахамут в основном живет в холодной воде, он также может скользить по земле с весьма не дурной скоростью!       Послушайте, концепция звучала круто, когда он ее написал. Но сейчас точно нет!       Шан Цинхуа понятия не имел, куда он направляется. Он изо всех сил старался не споткнуться, перепрыгивая через поваленные деревья. Он так устал от того, как долго они шли и как было холодно, что чувствовал, что его ноги подкосятся в любой момент.       Это существо настигало его. Цинхуа серьезно трахнули.       Как он должен был обогнать монстра размером с полуприцеп?!       Когда он почувствовал прилив демонической силы позади себя, он понял, что Бахамут атакует. В безмолвный момент паники Шан Цинхуа оглянулся, как раз вовремя, чтобы увидеть огромный хвост существа, приближающийся к нему с полной силой.       Он не мог защититься от этого.       Со вздохом Шан Цинхуа отлетел на десятки футов, его спина врезалась в твердую поверхность. Это валун? Черт.       У него закружилась голова, Цинхуа был почти уверен, что видит звезды, но, к несчастью, увидел, как голова этой суки снова летит на него. Боже! Просто оставьте его в покое! Вернись и спи себе спокойно!       С теми небольшими силами, которые у него остались, Шан Цинхуа откатился в сторону, острые зубы Бахмута задели его левую руку. Он едва мог расслышать собственный крик боли из-за разочарованного рычания существа. Его зубы вонзились в чертову скалу, и он поднял свою огромную голову, судорожно мотая ею из стороны в сторону, пытаясь выпустить изо рта разбитый валун. Ха!       Шан Цинхуа встал. Ну, он попытался. Он встал примерно наполовину, прежде чем снова упасть на землю. Черт, было больно. Голова болела от грубого приземления, рука горела! И он был почти уверен, что ноги не пронесут его дальше. По крайней мере, клыки Ледяного Бахамута не ядовиты. Не то чтобы у Шан Цинхуа были шансы прожить достаточное количество времени, чтобы это имело значение.       Не говоря уже о том, что его одежда была в беспорядке! Его король только недавно купил ему это пальто! Теперь оно разодрано, на нем много крови, и, о боже, как же сильно он истекал кровью.       Огромные камни упали на землю, и о… Бахамут освободился.       Ой. Шан Цинхуа умрет.       Его король только что купил ему эти одежды, и он собирался умереть.       Нет. Он не может умереть! Он должен провести вечность с Мобей Цзюнем! Он не может оставить своего мужа одного! Он был бы несчастен!       Ему нужно встать. Давай, Шан Цинхуа! Вставай!       Чудовище снова взревело, вставая на дыбы.       Цинхуа пытался поднять свое тело, бежать, двигаться, он действительно пытался! Но он так устал, и все болело, и ему было страшно, он не хотел умирать! Он хотел своего мужа. Его короля!       Мой король! Мой король! Мой король!        — Мой король! — воскликнул Цинхуа, закрывая лицо руками, когда снова увидел летящего к нему Бахамута.       Но удара не последовало.       Вместо него послышался громкий треск.       Знакомая, холодная, демоническая аура, почти такая же сильная, как у существа, охватила его. Сначала он почувствовал полное облегчение, затем его захлестнул страх.       Даже Ло Бинхэ не мог бороться с этой штукой.       Шан Цинхуа приподнялся, насколько мог.              — Мой король! — завопил он, и черт возьми. Его муж только что сбил Ледяного Бахамута? Это очень горячо.              Существо было как минимум в половине футбольного поля от того места, где Шан Цинхуа видел его в последний раз.       А Мобэй Цзюнь стоял в нескольких футах от него, тяжело дыша… Рыча? Знак на его лбу ослеплял. Его глаза были темно-синими, когда они сканировали Шан Цинхуа сверху до низу. Шан Цинхуа был уверен, что он в беспорядке. Его муж был окутан такой свирепой демонической аурой, что вокруг него был виден дым. Намерение убийства было настолько сильным, насколько нервы Шан Цинхуа!       Бахамут недолго оставался внизу. С очередным ревом он начал пробираться к ним! И его Король. Он сжал кулаки и сделал шаг к нему.       Глупые, глупые демоны и их глупая склонность к насилию! Разве Шан Цинхуа писал демонов так? Да! Но только ради одного персонажа!        — Мой король! Вы не можете бороться с этим! Пожалуйста! — сказал он, всхлипывая. Он так устал! И испугался! Мобэй Цзюнь, возможно, и напал на монстра, но элемент неожиданности исчез.       Взгляд Мобэй Цзюня остановился на Шан Цинхуа, который тянулся к нему. Пожалуйста, просто пожалуйста. Цинхуа так устал. Просто отвези его домой!       Его муж стиснул зубы и, бросив последний взгляд на мчащегося к ним Бахамута, прыгнул к Шан Цинхуа, обхватил его руками и унес их прочь в самый последний момент!       Шан Цинхуа знал, что он вернулся домой, даже не открывая глаз. Чего он не хочет делать прямо сейчас. Всё, чего он хочет - это поплакать в грудь своего мужа, так что это именно это он и делает.       Ах. Дом. Где холод привычен. Где не было страшного мифического монстра, пытающегося его съесть. Где его красивый муж заботливо баюкает его.       Он в безопасности. Он дома.       Они были во дворе. Он знал это. Земля была твердой, но не неудобной. Они приземлились немного грубо, и Мобэй Цзюнь, вероятно, просто пытался вывести их оттуда как можно быстрее, возможно, поэтому они сейчас не были в своих комнатах. Но Шан Цинхуа не жалуется. Не похоже, чтобы кто-то рядом видел, как он рыдает в мантии своего мужа, а его руки обвивают его шею. Мобэй Цзюнь во всю демонстрировал свою сексуальную демоническую ауру. Шан Цинхуа чувствовал это, хотя это было для него скорее утешением. Любой другой, ступивший ногой в этот двор, был бы чертовым дураком.       Прошло несколько тихих минут. Ну, не совсем тихих, так как Шан Цинхуа рыдал. Но Мобэй Цзюнь просто потер ему спину, продолжая держать его, все время вливая в него поток демонической энергии. Голова больше не болела. Он был почти уверен, что все царапины на его лице давно исчезли, только рука немного пощипывала. Он все еще был измучен, но в основном из-за того, что почти умер.       — Цинхуа, — наконец сказал Мобэй Цзюнь, когда его рыдания превратились в всхлипы. Теперь голова Шан Цинхуа покоилась на плече мужа. Он посмотрел на него сонными глазами и слегка улыбнулся. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но его прервал знакомый голос, хотя он никогда раньше не слышал, чтобы его так отчаянно называли по имени.        — Шан Цинхуа!       Ах. Шэнь Юань бежал к нему. И, конечно же, с Ло Бинхэ на буксире. Чертовы дураки.       Однако, слава богу, с Шэнь Юанем все было в порядке.       Шан Цинхуа слегка поднял голову к нему, но мягкая, холодная рука на его лице мягко направила его обратно к груди Мобэй Цзюня. Его муж чувствовал себя… Напряженно. Мобей Цзюнь был в порядке?       Шэнь Юань перешел на шаг и был почти прямо перед ним, когда снова заговорил.       — Слава Богу, Самолет, я…       — Не трогай его, — приказал Мобэй Цзюнь.       Шэнь Юань замер в футе от них. Шан Цинхуа моргнул, глядя на своего мужа. Его аура стала смертельной.       Он был зол.       — Мой король… — начал Цинхуа, немного сдвинувшись, чтобы сесть и посмотреть ему в глаза. Мобэй Цзюнь позволил это, но не переставал крепко держать его.       Ло Бинхэ остановился на волоске перед Шэнь Юанем. Его собственная демоническая энергия исходила от него. Это был конкурс по измерению члена? Фу.       Голова Шан Цинхуа снова начала болеть.       — Ты будешь следить за языком, когда разговариваешь с моим мужем, — угрожающе сказал Ло Бинхэ.        — А ты будешь следить за своим отношением к моему мужу, — коротко ответил Мобэй Цзюнь.       —Мой король, — прошептал Шан Цинхуа. Почему он так разговаривал с Ло Бинхэ? Он хочет умереть? — Все нормально.       —Видишь? — Ло Бинхэ сплюнул. — Он сказал, что все в порядке. Шицзунь просто беспокоился за своего друга.        — Друга? — сказал Мобэй Цзюнь, глядя на Шэнь Юаня.       — Я… — начал Шэнь Юань.        — Ты бросил его.       Единственным звуком, услышанным на данный момент, был тихий вздох. Шан Цинхуа не был уверен, исходит ли это от него самого или от Шэнь Юаня.       Ой. Муж не злился.       Он был в ярости.       — Я не имел в виду…        — Скажи мне, почему, — снова перебил Мобэй Цзюнь, — посреди собрания я слышу, как мой муж в полном ужасе выкрикивает мое имя? Скажи мне, почему мой муж отправился на прогулку со своим другом, — фактически выплюнул Мобэй Цзюнь, — и сильнейшим демоном в двух царствах, а остался один на один с существом, которое даже ты не мог победить? — Говоря это, он взглянул на Ло Бинхэ. — Скажи мне, почему я оставил своего мужа в твоих умелых руках только для того, чтобы найти его одного, истекающего кровью и перепуганного. И если бы я пришел на секунду позже, он был бы мертв. Скажи мне, почему ты бросил моего мужа. Оставив. Умирать.       Окей, дела не идут хорошо.       — Мобэй, побереги себя, — осторожно сказал Ло Бинхэ.        — Ты эгоист. Вы оба, — выплюнул Мобэй Цзюнь.        — Мой король, — прошептал Шан Цинхуа. Его король повернулся, чтобы посмотреть на него. — Это немного… резко. Ло Бинхэ и Шэнь Юань были очень… Поглощены друг другом, но это нормально, верно? Они женаты и влюблены! Этот Цинхуа тоже очень любит своего короля! И король отвечает тем же! Это не странно!       Мобэй Цзюнь нежной рукой и мягким взглядом убрал несколько волос с лица Шан Цинхуа. Да, он был любимцем Мобэй Цзюня. Лицо его мужа снова стало жестким, когда он оглянулся на незваных гостей.       — У меня были другие приоритеты, — резко сказал Ло Бинхэ, отбросив формальности. — Я должен был убедиться, что мой муж в безопасности. Я уверен, что ты поступил бы так же на моем месте.        — Да. Благополучие Цинхуа — мой главный приоритет. Единственная разница в том, что если бы вы оставили консорта Шэня на мое попечение, я бы защитил его. Я бы вернулся за ним.       Ло Бинхэ молчал. Он знал, что Мобэй прав.       — Никто из вас его не уважает, — продолжал его дорогой муж, как будто не мог остановиться. Как будто это уже какое-то время давит на его грудь. Мобэй Цзюнь посмотрел на Шэнь Юаня. — Тебе все равно. — Шэнь Юань открыл рот, но Мобэй Цзюнь продолжил. — Сколько писем, отправленных Цинхуа, остались непрочитанными или без ответа? Вы обращаетесь к нему только тогда, когда вам что-то нужно. Сколько раз Цинхуа призывал к аудиенции с супругом Шэнь, чтобы ему отказали или проигнорировали? — Шэнь Юань издал тихий жалобный звук.       Шан Цинхуа задрожал, желая, чтобы его слезящиеся глаза не выпустили соленые капли. Это больно. Всегда было больно, когда Шэнь Юань так явно его игнорировал. Когда он появляется только тогда, когда хочет что-то или в чем-то нуждается, как сегодня. Шан Цинхуа просто иногда хотел пообщаться со своим братаном! У него действительно не было много друзей, кроме его короля. Шэнь Юань мог выйти замуж за демона и продолжать оставаться Повелителем Пика, но Шан Цинхуа не мог позволить себе такой роскоши! Ему пришлось оставить всю эту жизнь позади, когда Цанцюн обнаружил, что он передаёт секреты секты демонам. Не то чтобы он скучал по той жизни как таковой. Он любит свою нынешнюю жизнь. Он любит своего мужа.       Но иногда бывает немного одиноко. Иногда он просто хотел быть с другом.       И Шэнь Юань. Шан Цинхуа никогда не видел его таким. Его пальцы дрожали и покраснели от того, как сильно он сжал веер. Он смотрел на него так пристально, что должен был видеть его душу. А Шан Цинхуа даже не мог сказать, был ли он зол или просто расстроен. Или и то и другое?        — Шан Цинхуа, я… — О. Он был расстроен. Юань звучал… угрюмо.       Он не знал, что сказать. Что он мог сказать? Они должны… они все должны просто лечь спать. Отдохнуть. Шан Цинхуа так устал, и сейчас все были раздражены. Особенно его король. Он чуть не потерял мужа!        — Я вижу, как вы ведёте себя друг с другом, когда собираетесь вместе, — продолжил Мобэй Цзюнь. — Как будто Цинхуа тебя раздражает. Как будто ты предпочел бы быть где-нибудь еще, нежели с ним.       — Это не… — начал Шэнь Юань.       — Ты бил его. Этим твоим нелепым веером.       Шан Цинхуа думал, что челюсть Шэнь Юаня отвалится от того, как низко она висит.       Это… было немного несправедливо. Шан Цинхуа не назвал бы это ударом. Это было больше похоже на шлепок? И это только тогда, когда он раздражал! На самом деле это всегда была вина Шан Цинхуа!       Но это было больно. Получение удара по голове причинит боль любому, верно?       — Но мы просто дурачимся, — сказал Шэнь Юань, защищаясь.        — Он не любит, когда его бьют, — сказал Мобэй Цзюнь, схватив мужа за плечи и притянул к его себе так, будто сам даже не осознавал своего действия.       И, о. Его милый, дорогой муж.       У них был разговор. После… всего. После Испытания Вознесения и после того, как Шан Цинхуа сказал, что уходит навсегда. Он почти сделал это. Система давала ему шанс. Выбор.       Но он все еще был так безнадежно влюблен в Мобэй Цзюня, даже после всего. Все было не так уж и плохо, и он знал, что Мобэй Цзюнь заботится о нем, но…       Мобей Цзюнь был… злым. Он всегда был таким злым.       Но разве могло быть по-другому? Мобэй был демоном, и это Шан Цинхуа так его написал. Он не изменился бы только из-за Шан Цинхуа.       Но именно это Мобэй и сделал. Когда он нашел его после церемонии. Когда Шан Цинхуа согласился вернуться, он выслушал его. Шан Цинхуа рассказал ему, как было больно, когда Мобэй Цзюнь избивал его. Как это ему не нравилось. Это не заставляло его чувствовать, что его ценят, или то, что он делает хорошую работу. Это заставило его чувствовать себя ужасно. Как будто его наказали. Ему не нравилось, когда он кричал или швырял его. Он ненавидел это.       Это… было насилием. Разве этого недостаточно для ненависти?       Шан Цинхуа объяснил, что именно поэтому он ушел. И тогда Мобэй Цзюнь ушел от него. Оставил его в своей постели отдыхать.       А на следующий день он упал на колени перед Шан Цинхуа, умоляя его о прощении.       Это были… Тяжелые несколько недель. Мобэй Цзюнь заставил его объяснить каждую мелочь, которую он не понимал в человеческой культуре. Объяснять, почему и как он себя чувствовал. Все это так отличалось от того, как воспитывался Мобэй Цзюнь. И Мобэй Цзюнь объяснил, что он обращался с ним так, потому что не думал, что в этом есть что-то плохое.       Серьезно, почему Шан Цинхуа сделал демонов такими жестокими и подлыми?!       Но его король больше не был злым. Он был лучшим! Он пообещал, что никогда больше не ударит его! Никогда больше не причинит ему боль, не закричит и не сделает ничего, что заставит его чувствовать себя в опасности. Если бы он только дал ему еще один шанс. Если бы он остался.       Итак, Шан Цинхуа остался. И его любили в ответ.       Он так любил своего милого, заботливого мужа!       — Мой король, — сказал он мягко. Мобэй Цзюнь снова посмотрел на него, его лицо было суровым и расстроенным. Бедняга. — Давайте все просто отдохнем, а? Теперь все в порядке. Я в порядке.       Мобэй Цзюнь посмотрел на него, его глаза были глубокими, губы сжаты. — Ты не в порядке. Это ненормально.        — Мой король…        — Шан-шиди. Давайте обсудим это позже, — сказал Шэнь Юань, пряча выражение лица за веером, как он всегда делал, когда хотел сбежать. Шан Цинхуа был уверен, что он кусает губу. Но, наверное, это было к лучшему. Этот разговор был утомительным.       Его муж так не думал. Казалось, он еще не закончил говорить.       Взгляд, которым он выстрелил в Шэнь Юаня… если бы взгляды могли убить…       — Тебя не было на его свадьбе.       Ой. О, нет. Шан Цинхуа почувствовал, как слезы наворачиваются. Он спрятал лицо в прохладной шее мужа, а руки Мобэй Цзюня надежно обвились вокруг него.       Его свадьба. Их свадьба. Не поймите неправильно, это был отличный день! Лучшая свадьба с лучшим мужчиной о котором он когда-либо мог мечтать. Она была наполнена танцами, пением, выпивкой, смехом и огромной любовью. Это был лучший день в жизни Шан Цинхуа!       Но было бы лучше, если бы его лучший друг был там, чтобы разделить это с ним…       Свадьба Шэнь Юаня и Ло Бинхэ два года назад была… ну, чрезмерно безумной, но Шан Цинхуа хорошо провел время. В спешке он мало разговаривал с Шэнь Юанем, но было весело, и он был счастлив, что может быть там в этот особенный день.       Так почему же Шэнь Юань не смог быть рядом с ним?       — Я… — начал Шэнь Юань, запыхавшись. — Я же говорил тебе, что мне нужно было посетить важное пиковое совещание…       — Да, — сказал Мобэй Цзюнь. — Мы прочитали ваше письмо. Я обнимал свою невесту накануне самого счастливого дня в нашей жизни. Поддерживал его, пока он читал твое письмо, бормоча о том, как ты занят и как этого следовало ожидать. Держал его, когда он плакал. — Мобэй Цзюнь погладил мужа по голове, когда Шан Цинхуа подавился очередным рыданием. — Скажите, сколько раз мой муж плакал из-за человека, которого называет своим другом?       Крошечный вздох Шэнь Юаня был единственным, что услышал Шан Цинхуа. Он крепче прижался к мужу и тихо заплакал. Та ночь была тяжелой. Никто не должен плакать за день до свадьбы.       И Мобэй Цзюнь. Его дорогой, милый муж. Он был таким заботливым. Таким нежным, как он держал его, шептал ему приятные вещи. Качал его взад и вперед на их кровати, как будто он был ребенком.       Боги, он так любил этого демона.       — Мобэй Цзюнь, я не знал, что ты можешь так долго говорить, — сказал Ло Бинхэ. Шан Цинхуа взглянул на него. Его челюсти были напряжены, а кулаки сжаты. — Но этого достаточно. Я не позволю вам нападать на моего Шицзуня, потому что ваш муж чувствует себя недооцененным.       Это было грубо. Даже когда Шэнь Юань повернулся к Ло Бинхэ, наказывая его зовом по имени, ярость Мобэй Цзюня было не так-то просто сдержать.       С глубоким рыком демоническая аура, исходящая от его мужа, была изгнана наружу, атакуя всё, кроме самого Шан Цинхуа.       Гравий во дворе рассыпался, деревья повалились, скамейка разломилась! А это была его любимая скамейка       Если бы Ло Бинхэ не был владыкой Демонов, самым могущественным существом на этой земле, он был бы сбит с ног, черт возьми, может быть, даже убит.       Но Ло Бинхэ отклонил атаку, защищая себя и Шэнь Юаня, лишь оттолкнувшись на несколько шагов назад.       Все, что Шан Цинхуа почувствовал от атаки, — это внезапный порыв ветра, который исчез в одно мгновение. Но его двор был в руинах!       Глупые, жестокие демоны!       Говоря о которых…       — Ты смеешь нападать на Шицзуня! — закричал Ло Бинхэ. Щенок! Не смей вредить моему мужу!       — Лорд Ло! — беспомощно сказал Шан Цинхуа, защищающе обняв мужа, пока демон шел к ним.       Мобэй Цзюнь встал, и в следующую секунду Шан Цинхуа оказался позади него, и, о, это было так нелепо. Не так Шан Цинхуа представлял своё утро.       — Ты наглый идиот! — Ло Бинхэ продолжил. — Я-       — Бинхэ, остановись! —закричал Шэнь Юань.       — Но, Шицзунь… — Бинхэ надулся как будто его поймали на краже конфет, а не на попытке убийства. — Он напал на тебя! И он проявил к вам неуважение бессчетное количество раз!       Шэнь Юань скрестил руки на груди, выглядя как безмятежный смертный. — Этот заслуживает неуважения.        — Шицзунь! — Возмутился Ло Бинхэ.       К удивлению мужа и к собственному удивлению Шан Цинхуа, Шэнь Юань выступил вперед и поклонился. — Лорд Мобей. Шан-шиди. Этот извиняется за вторжение в ваш дом. Этот извиняется за небрежное отношение к жизни Шан-шиди. И Этот… я… извиняюсь, самолет. — Шэнь Юань выпрямился, глядя в глаза Шан Цинхуа, который осматривал своего мужа. — Прости… за то, что был плохим другом.       Шан Цинхуа уставился на него. Он никогда не думал, что услышит эти слова от Братана огурца!        — Прежде чем мой муж скажет вам, что все в порядке и вы прощены, я прошу вас обоих оставить нас. Цинхуа получил серьезные ранения, и ему нужно оказать помощь.       Шан Цинхуа теперь уставился на своего мужа. Это… Это очень близко к тому, что он собирался сказать.       Шэнь Юань кивнул, выглядя довольно удручённым. — Шан-шиди, мы можем… поговорить позже?       — У тебя нет права даже говорить с ним, — ответил Мобэй Цзюнь. И ничего себе, Шан Цинхуа не знал, что его муж может быть таким мелочным!        — Мой король! — отчитал его Шан Цинхуа.       — Достаточно, Мобэй, — скомандовал Ло Бинхэ.       — А ты, — снова начал Мобэй Цзюнь, потому что он, видимо, еще не закончил! Мобэй Цзюнь обратил внимание на Повелителя Демонов, чьи глаза сузились от гнева. — Я доверял тебе, — злобно сказал его король. Глаза Ло Бинхэ расширились на долю секунды. — Я доверил тебе самое дорогое, а ты оставил его умирать.       Ло Бинхэ ничего не сказал. Но он стоял немного менее прямо. Менее уверенно.        — Мой муж может быть всепрощающим, но я — нет. Вам не рады в нашем доме. Пошли. Вон.       Когда его команда не была встречена Повелителем Демонов действием, Шан Цинхуа вздохнул. — Юань, мы поговорим позже. Ребята, вы можете просто уйти? — Спросил он, опираясь всем своим весом на Мобэй Цзюня. Боги, он был так измотан!       Шэнь Юань, должно быть, тоже устал. Он даже не наказал его за использование этого имени перед Ло Бинхэ. — Конечно. Бинхэ, пошли.       Ло Бинхэ больше ничего не сказал. Он взял мужа за руку, и они исчезли.       Колени Шан Цинхуа подкосились, и он упал на землю. Всмысле, чуть не упал. Было сложно это сделать, когда его король был здесь, чтобы поймать его.       — Цинхуа, — сказал он, широко раскрыв глаза, изучая его с головы до ног.        — Мой Король, я никогда не слышал, чтобы ты так много говорил! — сказал он со смехом. Его король был таким драматичным!        — Мн, — ответил Мобэй Цзюнь с легкой улыбкой.       — Мой король, наш двор… — Сказал он, надувшись.       Мобэй Цзюнь огляделся, будто только что заметил повреждения. — Я прошу прощения.       Шан Цинхуа снова рассмеялся. — Все в порядке!        — Твоя скамейка…       Шан Цинхуа улыбнулся, целуя своего возлюбленного в щеку. Его король знал, как сильно он любил сидеть снаружи и читать на этой скамейке. — Тебе просто нужно починить это для меня.       Мобэй Цзюнь очень серьезно кивнул. Как мило!       — Мой король… — начал он, беря лицо Мобэй Цзюня в свои руки. — Ты в порядке? Это было немного…       Убрав руку от лица, Мобэй Цзюнь поцеловал его ладонь. — Мн. Мне жаль, что я потерял самообладание. Я напугал тебя?       Шан Цинхуа покачал головой. Его король всегда беспокоился о Шан Цинхуа, даже когда впадал в одно из своих демонических настроений. Например, если бы он кричал на подчиненного, который был груб с Шан Цинхуа. Или если бы Шан Цинхуа присутствовал, когда его король с чем-то сражался и был таким могущественным и сексуальным.       С тех пор, как Мобэй Цзюнь нашел Цинхуа, и спас его от своего дяди, Мобэй согласился со всеми нелепыми обещаниями, о которых попросил Шан Цинхуа. С тех пор Мобэй Цзюнь всегда казался… Нервным рядом с ним. Будто если он сделает одно неверное движение, Шан Цинхуа исчезнет навсегда. После их свадьбы, когда они пообещали друг другу свои жизни, стало лучше, но… Эта неуверенность все еще была.       Они будут работать над этим. У них есть время всего мира.        — Неа! Я просто волновался. Ты уже давно себя так чувствуешь? — спросил его Шан Цинхуа.        — Мн. Консорт Шэнь недостаточно хорошо к вам относится. А Лорд Ло — мудак.       Шан Цинхуа усмехнулся. — Может быть… Извини. Я не знал, что это касается и тебя.       — Тебе не нужно извиняться. Я просто хочу, чтобы ты был счастлив.       Шан Цинхуа улыбнулся. — Хм. Я очень счастлив, спасибо. Мой король, ты делаешь меня очень счастливым. Если Шэнь-шиди решит разорвать наши отношения навсегда, мне будет грустно, но я буду в порядке, потому что у меня есть ты!       Мобэй Цзюнь поцеловал его в лоб. — Мн. Ты всегда будешь со мной.       Да, он будет.        — Мой король? — Мобэй Цзюнь уделил ему все свое внимание. — Я очень хочу принять ванну.       Мобэй Цзюнь усмехнулся. — Мм, — сказал он, поднимая его и неся в свадебном стиле.       Лицо Шан Цинхуа вспыхнуло. — Мой король? — он смеялся. — Я умею ходить!        — Нет.       Шан Цинхуа снова рассмеялся, прижимая к себе мужа.       После, возможно, самой приятной, самой теплой ванны, которую он когда-либо принимал, где его король мыл ему волосы, Шан Цинхуа лег на их кровать, кивая доктору, который только что закончил перевязывать его левую руку.        — Это заживет само по себе. Ваша энергия уже очень помогла, мой король, — сказал доктор, поклонившись Мобэй Цзюню, и кивнул ему.        — Спасибо за помощь, — сказал муж.        — Конечно. Консорт Шан, пожалуйста, отдохните хорошо. И выпейте травяной чай, который принес этот слуга.       Шан Цинхуа покраснел от обращения, но кивнул головой, закатывая рукав своего спального халата. — Спасибо, — пискнул он.       Доктор еще раз поклонился им обоим и вышел из комнаты.       На лице мужа играла озорная улыбка. — Консорт Шан чувствует себя лучше?       Румянец заливал его шею, и он со стоном закрыл лицо руками.        — Остановись, — заскулил он.       Мобэй Цзюнь рассмеялся, сидя на краю кровати. Он начал проводить пальцами по волосам Цинхуа.       Шан Цинхуа опустил руки и улыбнулся ему.       — Это приятно.        — Мн. Ты всегда должен чувствовать себя хорошо.       Он смеялся.       — Мой король! Ты меня совсем избалуешь, — дразнил Шан Цинхуа. Как будто его муж уже не избаловал его до краев.        — Мн. Ты заслуживаешь быть избалованным.       Шан Цинхуа покачал головой, ухмыляясь, пытаясь спрятать лицо в подушку. Мобэй Цзюнь сейчас был в одном из таких настроений, ха.       Он почувствовал, как кровать снова сместилась, и еще больше подвинулся к центру, освобождая место. Мобэй Цзюнь лег рядом с ним, крепко обняв его, грудь к груди. — Мой муж заслуживает только лучшего.       Шан Цинхуа вздохнул. — Мой король…        — Мой муж заслуживает всех и всего, что он хочет, — сказал Мобэй, целуя Цинхуа в лоб. Шан Цинхуа так его любит!       Цинхуа прижался еще ближе.       — Что ж, хорошо, что ты здесь и ты мой муж. Потому что ты — все, что я когда-либо хотел.       — Мм, — промычал Мобэй, снова проводя пальцами по его волосам. Так мило.       — О, как прошла ваша встреча? Я все испортил? — Спросил Цинхуа. Мобей Цзюнь хмуро посмотрел на него.        — Цинхуа.       Верно. Шан Цинхуа был важнее для своего мужа, чем какая-то там встреча!       Но это правда была очень важная встреча.        — Извини. Но… Как все прошло? — спросил он с нетерпением.       Мобей Цзюнь вздохнул.        — Хорошо. Конечно, всё получилось. Они были бы глупцами, если бы не признали мудрых слов моего мужа. — Шан Цинхуа рассмеялся. — Они подписали договоры.       Он задохнулся.        — Действительно?       — Мн. Мы как раз заканчивали это, когда я… Услышал твой зов.       Отлично. — Это здорово, мой король! У вас теперь так много земли! Мой мощный, сексуальный муж!       — Мн. — Шан Цинхуа снова рассмеялся.       — Цинхуа. Могу я задать вопрос?        — Конечно.       — Почему ты не позвал меня раньше? Ах… Я не виню тебя. Мне просто любопытно.       — Могу я быть честным? — спросил Шан Цинхуа, и Мобэй Цзюнь кивнул. — Я действительно… Звал тебя? — Его король посмотрел на него, сбитый с толку и немного обиженный. — Я имею в виду, я, конечно, звал! — уточнил он. — Я просто… Я испугался и думал о тебе. Так что я позвал тебя, думаю. Я не знал, что ты так появишься. Весь такой секси и прочее. Серьезно, это было очень горячо.       Мобэй Цзюнь улыбнулся, задумчиво напевая.       — Ты всегда можешь звать меня. А я всегда буду приходить к тебе.       — Как ты узнал, где меня найти? — В ответ его муж поднял кулон на шее Шан Цинхуа. — Твой свадебный подарок? — спросил он, нежно беря кулон из рук мужа. Это был маленький красивый темно-синий драгоценный камень, который Мобэй Цзюнь подарил ему в ночь их свадьбы. Он носит его каждый день.        — Если ты наденешь это и позовешь меня, я всегда тебя найду, — сказал Мобэй Цзюнь, повторяя слова, сказанные ему той ночью.       Лицо Шан Цинхуа вспыхнуло жаром.       — Я думал, что это просто какая-то романтическая чепуха! Я не думал, что ты имеешь в виду буквально! — Мобэй Цзюнь вздохнул, а Шан Цинхуа нервно рассмеялся.        — Разве ты не помнишь функцию именных камней? — Спросил он.       Ах. Верно. Именные камни были довольно романтичными! Специально для демонов! Если один назовет имя своего любимого, своего самого дорогого человека, другой услышит, как бы далеко друг от друга они не были.        — Прости, мой король. Я идиот.        — Ты не идиот. Просто забывчивый, — заявил он. Шан Цинхуа ласково закатил глаза.       Его муж действительно был лучшим! Он достоин всего мира!       — Мой король, вам нужно поговорить с лордом Ло, — внезапно сказал Цинхуа.       — Почему? — спросил Мобэй Цзюнь.       — Потому что он твой друг, и тебе нужно разобраться со своими обидами.       Мобэй Цзюнь усмехнулся.        — Он мне не друг.       Шан Цинхуа вздохнул.       — Больно, да? Что он оставил меня там. Тебе было больно.       Мобэй Цзюнь ничего не ответил. Только провел губами по волосам и начал тереть спину мужа.       Он может отрицать это сколько угодно, но они друзья. Настолько, насколько могут быть Владыка пустошей и Лорд Демонов. И Ло Бинхэ предал его доверие.        — Мой король. Я собираюсь поговорить с Шэнь шисюном. Посмотрим, сможем ли мы… Во всем этом разобраться. Вам следует поговорить с лордом Ло. Ты заслуживаешь извинений.        — Смешно, — мягко сказал Мобэй Цзюнь, и Шан Цинхуа рассмеялся. — Я не хочу и не нуждаюсь в извинениях от этого сопляка.       Он врёт, не так ли? Хотя эти двое не были так близки, как они с Шэнь Юанем, Шан Цинхуа наблюдал за ними. Видел, как они общались. Как Мобэй Цзюнь закатывал глаза, когда Ло Бинхэ что-то говорил. Как Ло Бинхэ громко смеялся над чем-то, что говорил или делал Мобэй Цзюнь. Они были друзьями.        — Пожалуйста… — сказал Шан Цинхуа, используя самую большую слабость своего короля. Его самого. — Сделай это ради меня, пожалуйста?       Мобэй Цзюнь вздохнул. Успех!        — Отлично. Я поговорю с ним в ближайшее время.       — Спасибо, — сказал он с ухмылкой. Мобэй Цзюнь покачал головой, поцеловал его в губы.       — Отдыхай, — приказал он.       И кто такой Шан Цинхуа, чтобы не подчиняться своему королю?       К счастью, Шэнь Юань ответил на письмо Шан Цинхуа с просьбой встретиться в течение дня. К счастью для Шан Цинхуа, потому что это было бы так неловко, если бы ответ так и не пришел, а если бы это дошло до Мобэй Цзюня, который действительно мог убить Шэнь Юаня за это…       То Ло Бинхэ убил бы их всех.       Итак, с этой милой мыслью в голове, Шан Цинхуа поцеловал своего мужа, пообещав вернуться домой к ужину, и направился к пику Цинцзин.       Он стоял возле бамбукового дома Шэнь Юаня после того, как ученик проводил его до двери. Честно говоря, прошло так много времени с тех пор, как Шан Цинхуа был здесь, помощь в поиске нужной локации была необходима.       Он постучал всего один раз, прежде чем перед ним быстро появился Шэнь Юань.       — Привет, — холодно сказал Шан Цинхуа.       — Привет, — ответил Шэнь Юань. — Заходи.       К сожалению и ужасу, Ло Бинхэ стоял в комнате Шэнь Юаня.       Шан Цинхуа не мог не показать разочарование или скрыть вздох.       — Я думал, что будем только мы, братан.       — Он не останется, — быстро сказал Шэнь Юань. Затем он ударил мужа по руке. — Бинхэ.       Ло Бинхэ сглотнул.       — Этот Лорд приготовил закуски к приезду Шан-шибо.       Стол был завален пирогами и пирожными, Цинхуа чувствовал запах ароматного чая с даже со своего места.        — Ах. Спасибо, — неловко сказал Шан Цинхуа. Ло Бинхэ остался здесь только для того, чтобы продемонстрировать свои кулинарные способности? Ло Бинхэ продолжал стоять там, а Шан Цинхуа качался на пятках. — Эм…       Ло Бинхэ глубоко вздохнул и сделал несколько шагов вперед, так, что встал прямо перед Цинхуа, возвышаясь над ним. Шан Цинхуа немного отпрянул. Он не боялся, что Ло Бинхэ захочет напасть на него или что-то в этом роде, он просто нервничал. И запутался. Кроме того, у Бинхэ не было намерения убить его. Даже демоническая аура была подавлена.       Ло Бинхэ посмотрел ему прямо в глаза, а затем поклонился.       Он поклонился.        — Что-что? Почему? — Его глаза остановились на Шэнь Юане, надеясь на небольшое разъяснение. Его друг только смотрел на них.        — Шан-шибо. Этот Господин приносит извинения за то, что произошло. Мобей Цзюнь был прав. Ты был на попечении этого Господина, а я подвел тебя.       Шан Цинхуа только моргнул. Ло Бинхэ снова поднял голову и продолжил. — Это была… Это была моя вина. Я должен был защитить тебя. Шицзунь довольно быстро понял, что тебя не было с нами, когда мы вернулись, и был глубоко расстроен и обеспокоен.        — Бинхэ! — прошептал Шэнь Юань. Похоже, Ло Бинхэ отходит от сценария, и этот разговор не обсуждался.        — Это было мое решение не возвращаться сразу. Я волновался за своего мужа, а также за себя, против такого врага. Когда муж настоял, мы вернулись и обнаружили, что Шан-шибо нет. Затем мы вернулись в дом Мобэй Цзюня и Шан-шибо.       Шан Цинхуа посмотрел на Шэнь Юаня, который, в свою очередь, смотрел куда угодно, но только не на него.        — Я сказал несколько обидных вещей о друге Шицзуня. Я был груб и… в любом случае. Я не должен был оставлять вас там с самого начала. Это было глупо и опрометчиво, и позже мне пришло в голову, что да, ты вполне мог умереть. Если бы я был на месте вашего мужа… — Он вздохнул. — Я понимаю гнев Мобэй Цзюня и не виню его за это. Мне жаль.       Вероятно, это было самое большое из того, что Ло Бинхэ когда-либо говорил ему.        — Ах, хорошо. Да, спасибо. — Он прочистил горло. — Лорд Ло, кое-кто еще заслуживает ваших извинений…       Ло Бинхэ моргнул, а затем вздохнул, покачав головой. И, к крайнему удивлению Цинхуа, он улыбнулся.       — Вы двое действительно созданы друг для друга. Да, Шан-шибо. Я обязательно поговорю с Мобэй Цзюнем в ближайшее время.       Шан Цинхуа кивнул.       — Хорошо.       — Бинхэ, — мягко сказал Шэнь Юань. Теперь, слава богам, внимание Ло Бинхэ полностью переключилось на его мужа. — Спасибо за закуски. Ты можешь оставить нас.       Ло Бинхэ кивнул, поцеловал мужа, еще раз поклонился Шан Цинхуа и вышел, закрыв за собой дверь.        — Братан, — сказал Шан Цинхуа. — Небольшое предупреждение на следующий раз! Мне нужно быть морально готовым, если Повелитель всех Демонов склонится передо мной!       Шэнь Юань усмехнулся, на его лице появилась хитрая улыбка.        — Это было весело. И для протокола, я не говорил ему кланяться.       Шан Цинхуа уставился на него, а Шэнь Юань указал на стол и сам сел. Шан Цинхуа встряхнулся, а затем последовал его примеру.        — Спасибо за письмо… За то, что связался. Я хотел, просто не знал как это сделать, — сказал Шэнь Юань.       Шан Цинхуа кивнул. Он понимал. Цинхуа мог сделать этот первый шаг за них.       — Без проблем.       — Возьми торт, — предложил Шэнь Юань.       — Не возражай, если я это и сделаю! — сказал он, набивая рот. Ням! — Нечасто мне приходится есть то, что готовит главный герой!       Шэнь Юань вздохнул.        — Это изменится.       — Хм?       Шэнь Юань закрыл веер и положил его на стол.       Ой. Они сейчас поговорят.       Цинхуа сделал глоток чая, чтобы запить пирожные. В горле вдруг пересохло.        — Цинхуа, я… ​​я не был добр к тебе. — Шан Цинхуа не знал, что на это сказать. — Мне жаль.        — Братан, все в порядке. Я знаю, что ты занят, но…        — Но?       — Я имею в виду… с тех пор, как мы остановили тот гребаный апокалипсис, я как будто никогда тебя не вижу. — Ах. Он не хотел этого говорить. Он вздохнул, когда Шэнь Юань обиженно поджал губы. — Бро… я тебе вообще нравлюсь?        — Конечно, ты мне нравишься! Думаешь, ты мне не нравишься? — Выпалил он.        — Юань…       Шэнь Юань застонал.       — Перестань называть меня так! Бинхэ даже спрашивал об этом несколько дней назад!       Шан Цинхуа вздрогнул. Не хотел, но ничего не смог с собой поделать. Он не любил, когда люди кричали, а когда Шэнь Юань кричал, он обычно ещё и шлепал его.       Но его не шлепнули. Только смотрели на него огромными глазами.        — Извини, Братан огурец. Просто иногда выходит…       — Нет, — твердо сказал Шэнь Юань. — Нет, не надо… я, Боги, почему я такой?       — Шэнь-шисюн? — взволнованно спросил Цинхуа. Шэнь Юань выглядел таким растерянным…        — Не извиняйся. Не знаю, почему я накричал. — Он вздохнул. — Твой муж был прав насчет меня. — Шан Цинхуа открыл рот, но Шэнь Юань поднял руку, останавливая его. — Просто послушай… хорошо?       Он кивнул.        — Я не знаю, почему я иногда кричу или почему я так раздражаюсь. Не только ты попадешь под раздачу, понимаешь? Бинхэ тоже меня чертовски раздражает. — Шан Цинхуа усмехнулся. — Я не осознаю… это. Что то, что я говорю или делаю, причиняет боль. В прошлой жизни я был так болен и так устал. Все просто давали мне то, что я хотел, потому что я был богат и умирал. У меня не было… Друзей. Настоящих.       Он снова вздохнул.       — Итак, когда я пришел сюда, этот липкий ученик решил, что я Бог! И этот парень, который тоже из моего мира, появляется и цепляется за меня. Зовет меня. Называет меня своим другом. Я просто… не знаю, что с этим делать.       Шан Цинхуа засунул в рот еще один торт, чтобы случайно ничего не сказать.       Шэнь Юань скривился.       — Тебя… много. Ты раздражаешь. И ты сверхрупкий. И тупой.       Это было весело.       Шэнь Юань сделал глоток чая, поставил чашку и глубоко вздохнул.       — Ты забавный. Ты такой чертовски смешной, что я не могу быть с тобой на публике, потому что я буду смеяться, и это такой OOC. — Шан Цинхуа усмехнулся, а Шэнь Юань с улыбкой покачал головой. — Ты такой любящий и заботливый, что это сводит меня с ума. Когда я говорю, ты уделяешь мне все свое внимание. Как будто я единственный человек в комнате. В мире.       Шан Цинхуа всхлипнул.        — Ты милый. И добрый. Громкий. И такой идиот. Такой физически ласковый, а я нет.        — Братан, наши языки любви плохо сочетаются! Это круто!       — И такой чертовски разговорчивый. — Шан Цинхуа рассмеялся. — Но мне нравится тусоваться с тобой. Ты не раздражаешь, я просто… Не знаю, как это показать. Я не только с тобой такой! — Сказал он, раздраженно всплескивая руками. — У меня тоже были разговоры об этом с Бинхэ. Ты же знаешь, какой он липкий. — Цинуха знает. — Мы работаем над этим. И я предполагаю, что я не вижу, когда веду себя так. Что я причиняю боль людям, которые мне небезразличны. Я не заметил, как расстроил тебя. Я был дерьмовым другом.        — Братан…        — Нет. Ты всегда был рядом со мной. Во время всего этого дерьма. Я имею в виду, что без тебя я бы просто умер после самоуничтожения.       — Ну, да, но… В любом случае, это моя вина.        — Что? — Сказал Шэнь Юань, глядя на него как на сумасшедшего.        — Я плохой автор! Я причина того, что все здесь было так плохо! Это моя вина в первую очередь. — Вздох. Почему Шан Цинхуа не мог написать красивую, не драматическую историю с глупым счастливым концом?       Шэнь Юань так пристально смотрел на него. Было ли что-то на его лице?        — Что? — Спросил он.       — Нет, — сказал Шэнь Юань. — Это не… нет. Это не так.        — Что такое?       — Цинхуа, — медленно начал Шэнь Юань. — Это не твоя вина. Во всем этом нет твоей вины.        — Но я написал это… — сказал Шан Цинхуа.        — И?       Почему он так расстроился?        — Что с тобой? — спросил Шан Цинхуа.        — Я в порядке! — громко сказал он, затем вздохнул. — Я в порядке…— Повторил он тише. — Мне просто нужно, чтобы ты понял, что этот мир не твоя вина.        — Но-        — Да. Ты создал это. Ты написал это. Но это была фантастика. Ты написал книгу! Ты никак не мог знать, что этот мир станет реальным! В чем твоя вина?        — Ну, да, но… если бы я никогда не писал это… я имею в виду, что всё так, как ты сказал! Я дерьмовый автор, и этот дерьмовый мир создал я. Это моя вина!       — О, — прошептал Шэнь Юань. — О нет. Цинхуа.        — …что?       Шэнь Юань уронил голову на руки.        — Я действительно ужасный друг, — пробормотал он себе под нос.        — Нет! Юань! — сказал он, вставая, но Шэнь Юань уже встал и обнял его, сжимая в крепких объятиях.       — Ааааа, братан. Что случилось?! — запищал Шан Цинхуа, но когда Шэнь Юань не отпустил его, он мысленно пожал плечами и обнял друга в ответ. Нечасто его обнимает А-Юань!        — Цинхуа, я такой идиот. Я так виноват.       Ладно, хватит об этом. Шан Цинхуа наконец отстранился и с ужасом увидел, что его братан плачет!        — Братан огурец, не плачь! Все нормально!       — Это не нормально, — сказал он, надувшись, вытирая лицо, как какой-то избалованный ребенок. Как мило! — Сядь.       Шан Цинхуа снова сел. Шэнь Юань сел рядом с ним, а не напротив него как раньше, взяв его за руки.        — Цинхуа, когда я впервые пришел сюда, я был в бешенстве. Я застрял в теле этого подонка-злодея, которому суждено было умереть. У меня была эта дерьмовая, дерьмовейшая система, которая орала мне в ухо, не давая мне ничего сделать!       { БЛАГОДАРИМ ХОЗЯЕВ ЗА ОБЩЕНИЕ! СИСТЕМА ВЫХОДИТ ИЗ РЕЖИМА ОТДЫХА!!! (ﾉ◕ヮ◕)ﾉ*: ･ﾟ✧ }       — Нет! — Сказал Шэнь Юань.        — Отвали! — Крикнул Шан Цинхуа.       {…СИСТЕМА ВОЗВРАЩАЕТСЯ В РЕЖИМ ОТДЫХА: ') }       Шэнь Юань вздохнул.       — Я был зол, но я научился заботиться о Бинхэ, но я знал, что система заставляет меня сделать, чтобы выжить, и я был так зол. Поэтому, когда я встретил тебя и узнал, что ты автор, я… Цинхуа. Я обвинил тебя. Я винил тебя, хотя не должен был. Ничто из того, что произошло, не было твоей ошибкой. Я сделал свой собственный выбор. — Шан Цинхуа посмотрел вниз, и Шэнь Юань сжал его руку. — Вы дали мне второй шанс на жизнь. Благодаря тебе я встретил своего Бинхэ. Случилось много травматического дерьма, но я счастлив. Я так счастлив, Цинхуа. Ты сделал это.        Шан Цинхуа позволил себе пролить слезы.        — Хорошо-хорошо. Я понял тебя, спасибо, А-Юань.       Он вздохнул.       — В самом деле, ты не мог бы остановиться? — сказал он ласково. — Я действительно не знаю, что сказать Бинхэ, когда ты меня так называешь.       Цинхуа заcмеялся.       — Извини-извини.        — Такой болтун, — сказал Шэнь Юань, с нежной улыбкой, качая головой. — Как вам удалось не выдать свои секреты этому вашему мужу, я не понимаю.       Шан Цинхуа пожал плечами.       — Знаешь, я хорош в секретах! Только не в этом, ха. Я уже все ему рассказал.       — Ты… ты что?       — Только про меня, братан! Я бы не стал раскрывать твой секрет!       — Подожди, значит… Мобэй Цзюнь… знает?       Шан Цинхуа кивнул.       — Ага! Я рассказал ему всё о своей прежней жизни. Всмысле, всё, что я мог вспомнить о ней. И о том, как я очутился в собственном дерьмовом романе. И что он был моим любимым персонажем! Ему понравилась эта часть!        — Цинхуа…        Он снова рассмеялся.       — Я знаю. Он думал, что я сошел с ума. Он, наверное, до сих пор так думает, но он сказал, что верит мне, а я верю ему. Я люблю его, даже если я, возможно, немного поспешил с этим секретом! Но было так приятно просто поговорить! Убери эту тяжесть из своего сердца! Скажи своему возлюбленному правду, понимаешь?       Шэнь Юань рассеянно провел большим пальцем по руке Шан Цинхуа, размышляя. Он был таким милым.       — И тебя не… наказали? — мягко сказал он.       Шан Цинхуа знал, что он имел в виду.       — Чувак, система была в режиме покоя с тех пор, как ты спас мир. Ты можешь делать что захочешь.       — Ой. — Он сделал паузу на мгновение. — Когда ты сказал ему? — Взволнованно спросил Юань.        — Примерно после двух месяцев нашего брака, — сказал он с улыбкой. Его король посмотрел на него, как на идиота, когда он начал свой рассказ. Это было так смешно. — Было нервно, но я думаю, что это помогло нашим отношениям.       Шэнь Юань выдохнул.       — Я не знал… ты мне не сказал.        — Я хотел. Я пытался, но… ты был занят, — сказал он. Еще одно письмо, на которое так и не ответили.       Он вздохнул.       — Цинхуа, я действительно прочитал все твои письма, это несложно. Просто ты посылаешь их так много, а как у Пикового Лорда у меня столько дерьма, которые нужно сделать, а также все обязанности, связанные с тем, что я муж гребаного Императора! Я не виню тебя. Я знаю, что это моя вина. Я недостаточно старался, и мне очень жаль. Я так благодарен за тебя, идиот.        — Спасибо… — Сказал Шан Цинхуа, чувствуя себя смущенным. Говорить с Шэнь Юанем о своих чувствах. Фух…        — О, Цинхуа. Ты подарил мне моего мужа. И ты подарил мне дорогого друга. — Шан Цинхуа посмотрел на него и улыбнулся. — Я сделаю большее. Я не… оставлю тебя в покое, — Шан Цинхуа рассмеялся. — Я тоже хочу с тобой потусоваться. Я скучаю по нашим ночным разговорам о нашем старом мире. — Шан Цинхуа тоже! Шэнь Юань глубоко вздохнул. — Я действительно пытался попасть на вашу свадьбу. Но, черт возьми, Юэ Цинъюань просто обязан был встретиться в тот день! Та встреча была необязательной! Я отправил запрос и на отказ от неё, а он отказал! Позволь сказать, что я сеял хаос тут и там весь день!       Шан Цинхуа улыбнулся.       — Хорошо. Я верю тебе.       Шэнь Юань прикусил губу.        — Мне жаль. Мне так жаль, что меня там не было. Я ненавижу, что заставил тебя плакать. Я обещаю, что буду рядом с тобой в будущем.       — Хорошо, — сказал он, чувствуя, как слезятся его глаза.        — Я не разочарую тебя. Мы пообедаем. Каждый месяц, хорошо? Бинхэ всё приготовит! Либо здесь, либо у вас, если ваш муж когда-нибудь сможет меня простить.       Шан Цинхуа рассмеялся. — Я поговорю с ним.       — И у нас будет больше прогулок. Но гораздо менее опасные.       — Угу, — сказал он, чувствуя, как сжимается его грудь.       — Я больше не буду тебя бить! По крайней мере, я попробую, но шлепни меня, если забуду, хорошо?        — Братан! — сказал он со смехом.       — Я скучал по тебе, — мягко сказал Шэнь Юань. — я знал, где будут кристаллы. Я действительно просто хотел… пообщаться с тобой.       На этот раз Шан Цинхуа сжал его руку.        — Тебе не нужно оправдываться, чтобы увидеться. Дружба так не работает.       Шэнь Юань вздохнул и кивнул. Затем он улыбнулся.        — Спасибо за дружбу. Я обещаю, что если ты дашь мне шанс, я стану для тебя лучше.        Шан Цинхуа пискнул, отчаянно кивая головой, и Шэнь Юань…       Юань снова обнял его!       Шан Цинхуа ел пирожные между счастливыми рыданиями, зная, что с ними все будет в порядке.        — Он был таким милым! Действительно извинился! Это был такой хороший разговор!        — Мн.       Шан Цинхуа растянулся на кровати, наблюдая за работой своего мужа. — И он пообещал, что мы встретимся еще. И больше он не будет меня шлёпать.        — Мм, — сказал его муж, не отрываясь от того, что он делал, но Шан Цинхуа знал, что его слушают. Мобэй Цзюнь очень хорошо научился работать в режиме многозадачности, в то время как Шан Цинхуа болтал без умолку.        — Жаль, что мне придется проделывать это долгое путешествие к его пику всякий раз, когда мы собираемся вместе… — начал он. Его король усмехнулся, глядя на него с улыбкой.        — Я рад, что у вас все получилось. Я сказал некоторые вещи в гневе. Вашему другу рады в нашем доме, когда бы вы ни пожелали.       Шан Цинхуа усмехнулся.       — Ура! Спасибо!       Муж ласково покачал головой и вернулся к бумаге на столе. Он занимался ей с тех пор, как Шан Цинхуа приготовился ко сну.       — Что ты делаешь, мой король?       Мобей Цзюнь вздохнул.       — Сегодня Лорд Ло прислал приглашение… Чтобы обсудить произошедшее. Шан Цинхуа вздохнул.       — Действительно?        — Мн. Он… извинился. И хочет поговорить.        — Это здорово, мой король! — он сказал. — Ты пишешь свой ответ?        — Мн.        — …Вам нужна помощь?        — Нет. Я разберусь с этим, — сказал он, глядя на лежавший перед ним, вероятно, пустой лист бумаги.       Шан Цинхуа тихо хихикнул.       — Хорошо.        Эти двое могли буквально телепортироваться, но они пишут друг другу письма, как школьники передают заметки в классе. Как мило!       Еще через несколько минут, которые Мобэй Цзюнь смотрел на стол, Шан Цинхуа вздохнул.        — Ты собираешься спать? — спросил он своего мужа. Шан Цинхуа внезапно очень устал. Это был долгий день.       — Скоро, — сказал он, взглянув на него, а затем снова перейдя к своей проблеме. Шан Цинхуа усмехнулся. Простого «давайте поговорим» будет достаточно. Демоны такие драматичные.       Как только он почувствовал, что засыпает, его король заговорил.       — Я хочу… — тихо сказал Мобэй. Когда он не продолжил, Шан Цинхуа посмотрел на него, сонно моргая.       — Хм? — Он сел, оперевшись на локти. Муж смотрел на него мягко, как и всегда, но лицо его выглядело страдальческим. — В чем дело?       Мобэй Цзюнь тихо вздохнул.       — Я бы хотел, чтобы мы могли вернуться. —Шан Цинхуа склонил голову набок, призывая его продолжать. — В то время, когда мы впервые встретились. Я бы… На этот раз я бы поступил с тобой правильно.       Шан Цинхуа почувствовал, как его сердце дрогнуло. О, этот глупый, красивый муж.       Он протянул руки, и его король, наконец, отложил перо и встал, подходя к Шан Цинхуа с удрученным взглядом.       Он охотно бросился в объятия своего мужа, и Шан Цинхуа прижал его к себе, погладив по голове. Его глупый, замечательный муж.        — Мы не можем вернуться, — сказал Шан Цинхуа после нескольких минут молчания.       — Я знаю, — мягко сказал его Король, поднимаясь, чтобы посмотреть на него.       Шан Цинхуа улыбнулся.       — Мы не можем вернуться назад, но мы можем продолжать идти вперед. — Мобэй Цзюнь уставился на него. — Я тебя люблю. И я доверяю тебе. Я выбрал тебя своим мужем, потому что ты добрый и смелый. И ты обращаешься со мной лучше, чем кто-либо за две мои жизни.       Мобэй Цзюнь зажмурил глаза, как будто ему было больно. Шан Цинхуа продолжил. Пришло его время говорить.        — Это верно. Я люблю тебя больше жизни. Не могу поверить, что ты тоже меня любишь. Что я получу тебя целиком и навсегда.       Затем Мобэй Цзюнь посмотрел на него, и в уголках его губ скользнула легкая грустная улыбка.        — Навсегда.       Шан Цинхуа кивнул.        — Когда мы поженились. Нет, даже раньше. После твоей церемонии, когда ты снова нашел меня, выслушал, и пообещал никогда больше не причинять мне боль. Вот когда я точно знал, что ты был моей любовью. Моя родственная душа. Мой муж.       — Мой, — повторил Мобэй Цзюнь.       Цинхуа усмехнулся.       — Ага. Я тебя люблю. Доверяю тебе. Я выбрал тебя. И… Я благодарю тебя. За то, что ты мой муж.       Мобэй Цзюнь поцеловал его, и Шан Цинхуа засмеялся, вытирая слезы с глаз своего мужа.       Правда, так драматично.       — Спасибо, — тихо повторил Мобэй Цзюнь, когда они лежали бок о бок. Грудь к груди. Сердцем к сердцу. — Спасибо, муж.       Шан Цинхуа сонно напевал. Любимый, целый и в безопасных объятиях своего мужа.