Часть 8
6 марта 2023 г., 23:38
Оказавшись дома, Гермиона была окружена заботой родителей. Мама не выпускала ее из объятий, а папа не мог все не нарадоваться прибытию дочери. По пути к дому — родные расспрашивали ее об учебе, как ее здоровье, словно недавние письма уже были неактуальны. Но она понимала их беспокойство, ведь единственный ребенок уехал в магический мир, который был недоступен мистеру и миссис Грейнджер. Подъезжая к дому, мама начала суетиться и приговаривала.
— Ох, Гермиона, я приготовила твою любимую шарлотку.
— Да, твоя мама с утра не могла угомониться, шесть часов, а уже слышно было грохот, — Джон с лёгким радушием потряс головой. — Все к твоему приезду готовилась.
— Я такая голодная! — Гермиона уже выходила из машины, давно заприметив свой дом.
Изгородь, что выцвела за пять лет, оставалась все нетронутой. Ядовитый плющ обвивал торец дома, переходя на забор. Бежевые стены, коричневая крыша — вот он дом.
Отец забрал вещи из багажника, он хотел поухаживать за дочкой и поэтому не дал ей использовать магию. Мама шла самая первая по их саду, и девушка могла обвести взор вокруг себя. Зелень была покрыта сугробами и все живое было в спячке. В одном из окон был виден свет, опять Джейн забыла выключить светильник. Старые привычки давили на сердце девушки, она все ещё не могла поверить, что вернулась к родным. Ей не хватало в Хогварсте того времени, что могла посвятить родным, Гермиона чувствовала, как упускала что-то важное из их жизни. Существование в магическом обществе не давало порой ей спокойно жить, или же дружба с Гарри так повлияла. Но теперь девушке нужно придумать, как защитить их дом от недоброжелателей.
Зайдя в дом, приятный запах цветов, что всегда стояли на кухне, коснулся носа. Папа всегда дарил цветы без повода маме, Гермионе нравилась эта его милая привычка. Она с рождения наблюдала за их теплыми отношениями, и даже спустя столько лет брака они не охладели друг к другу. Светлые оттенки мебели и стен давали ощущения уюта, по рассказам все это они делали своими руками в ожидании рождения дочери. Даже сохранились видеокадры, где Джейн красила детскую комнату и был заметен выпирающий, округлившийся живот.
Сердце на секунду пропустило глухой стук, на мгновение задумавшись, что кто-то посмеет забрать все это. Гермиона стояла на одном месте, между гостиной и кухней. Ладонь матери нежно коснулась ее плеча, и девушка в улыбке обернулась на нее.
— Как же я соскучилась по вам.
— Мы тоже, милая. Я прибиралась в твоей комнате, но оставляла все на своих местах, иногда мне казалось, будто ты только-только ушла.
Уловив смысл маминых слов, девушка почти одного роста с ней, заключила в крепкие объятия. Вдыхая ее запах, духи с цветочным ароматом и шампунь, слегка еще не выветренный из волос, Гермиона ощутила словно перенеслась во времени и снова стала ребенком, такой хрупкой и мягкой в руках матери.
— Давай, тогда сейчас поедим, мы так давно не обедали втроем.
Мама мастерски украсила стол, разложила набор дорогой посуды и украсила салфетками. Она правда не договорила, что шарлотка — это одно из многих блюд, которое Джейн успела сделать до приезда дочери. Стол был набит разнообразной едой, Гермиона прям не узнала в этом свою мать.
— Пап, что ты сделал с мамой? Какой кулинарный демон завладел ее телом?
Смех Джона разразился по всей кухне, мужчина чуть ли не давился едой.
— Ох, ты бы видела, как она все это делала, вся в муке и еще чем-то липком, одновременно ругалась и спорила с духовкой, — он говорил это, параллельно поглощая пишу.
— А тебе не помешало бы, не разговаривать с набитым ртом! — притворно показывая недовольство, она сквозь упоминала. — Мог бы и помочь своей жене.
— Да, я пытался! Гермиона, захожу на это поле битвы и в меня летит полотенце, при этом она кричала “Почему ты не напомнил мне выключить духовку, никакой помощи в этом доме!”, — папа вскинул руки к небу, добавляя в это представление больше эффектности. — Мне просто необходимо было капитулировать.
Смех с новой волной раздался, только благо стены не тряслись. Так они спокойно до позднего времени находились все вместе, не желая расходиться. Под конец родители переглянулись и взглянули на дочь.
— Так, вы уже что-то хотите сказать, я это вижу, выкладывайте.
— Да-а-а, мы тут с Джоном подумали и решили сделать подарок для всей семьи, — мама таинственно улыбалась, и эти переглядки с папой все больше будоражат их дочь. — Гермиона, ma chérie, как там тебе идея подтянуть твой французский?
Глаза расширились в одночасье, догадываясь на что намекает эта женщина.
— Мама, мы едем во Францию?
— Да! Мы с твоим отцом взяли отпуск на две недели, как думаешь, нам хватит? — Джейн заговорчески состроила лицо, и продолжила. — Кстати, летим через два дня, так что надеюсь ты успеешь собраться.
Гермиона подлетела, как ошпаренная со стула и понеслась обнимать родных, благодаря их за все.
***
На следующий день, рано утром у Гермионы были планы. Точнее задание Дамблдора посетить тюрьму. Девушка не услышала четких указаний, словно директор дай ей призрачный выбор. Одевшись в самые теплые вещи, она почти не передвигалась, но успела вспотеть пока писала записку родителям. “Не волнуйтесь, ушла в Косой переулок чтобы закупиться, буду ближе к вечеру. С любовью, Гермиона” Теперь она понимала Гарри, ничего из предстоящего она не могла предвидеть, и на ее плечи взвалили огромную ответственность, ее могут пытать Круциатусом, разными зельями, чтобы выудить тайну нахождения. Это касалось ее родных, и она в трезвом уме согласилась на эту опасную миссию. У нее нет права на ошибку. Зайдя обратно в комнату, нашла сумку из бисера, в которую кинула все самое необходимое на все случаи непредвиденных обстоятельств. Направив во внутрь палочку, произнесла: — Акцио, порт-ключ! На ее ладонь через несколько секунд упал тканевый мешочек, в котором лежало два предмета. Старый ржавый гвоздь, будто он видел несколько поколений, и кольцо, обычное без надписей, больше похоже на обручальное. Первый перенесет ее обратно в Лондон, как раз-таки в Косую аллею, а второй в Нурменгард. Надев на свой палец кольцо, она ощутила прохладу металла, и через мгновение силуэт Гермионы захватил прыжок сквозь пространство с громким треском. Закрыла глаза, чтобы перенести этот полет спокойнее, но она упала на колени, словно опять повторила это действия во время матча по квиддичу. Слегка помутненное сознание раскачивало ее тело, но взяв себя в руки она глубоко вдохнула полную грудь воздуха. Вставая с колен, она начала оглядываться, и заметила, как почти белая пелена снега укрывала горы, словно одеяло. Сильный ветер толкал девушку идти вперед, или же это было чутье, где должна быть крепость. Идти по снегу было тяжело, и единственное что грело мысль и тело были чары. Но идти пришлось не долго, в области затылка она почувствовала тепло, словно как тогда. Дамблдор в прошлом зачитывал чары и ощущения были похожими. Подняла взор, вглядываясь человеческими глазами в белую холодную пустошь и поняла, что это бесполезно — решила использовать обнаруживающие чары. — Ревелио, — рука, окутанная перчаткой, плохо чувствовала древесину палачи, и взмах вышел более скомканным. Замерев на секунду, пытаясь увидеть хоть что-то, Гермиона слегла разочаровалась. — И чего ты ожидала, заклинание со второго курса против Дамблдора… Тогда Гермиона приступила к произношению фразы хранителя, значение, которое было очень подходящее к этому месту. — Ради общего блага. На ее глазах стали возникать темные силуэты каменных ограждений, поднимаясь примерно до шестидесяти футов в высоту. Стены, стоявшие в снегах все это время, были словно неприкасаемые, наверняка очень мощные чары. Хотя на расстоянии вытянутой руки, она ощущала их всей своей кожей. Место, где должны были быть его враги, оказался его домой — подумала Гермиона. У входа была выцарапана фраза, но уже на другом языке «Arbeit macht frei», видимо что-то на немецком. — Это точно не что-то подбадривающее, с таким-то хозяином… Накинув на себя защитные чары, приготовила палочку, если придется сражаться. Придвигаясь дальше, она заметила, что вся тюрьма имеет круглую форму, чтоб по всей площади распределить узников, а в центре за ними могли следить. Некоторые калитки были открыты и под напором ветра раздавался вялый скрип металла. По коже пошли мурашки, не от холода. Идя все дальше и дальше, поднимаясь к последнему этажу, закралась мысль. Возможно ли отсюда сбежать, а то если она не найдет Грин-Де-Вальда, девушка не знала, как сказать об это директору. Ноги от частых подъемов начали немного болеть, хотя прошла она ничего, видимо вследствие нахождения здесь дает психологический элемент давления. Резко затормозила, когда услышала отдаленно чье-то пение, подходя все ближе девушка могла различить мотивы этой песни, что-то она ей напоминала. Звук шагов отвлек мужчину, и тот крикнул. — Пришел все-таки меня убить? В его голосе уже слышны нотки возраста, они же с директором почти одногодки, и Нурменгард явно не славится лечебными свойствами. Гермиона не стала скрывать своего нахождения тут, подходя почти до его камеры произнесла: — Здравствуйте, мистер Грин-Де-Вальд, — на последнем слове, она уже оказалась напротив одного из самых могущественных волшебников на свете. — Я не пришла вас убивать. — Альбус под старость лет сошел с ума? Прислал ко мне какую-то соплячку, — хоть и узником был он, но видимо даже здесь, в полном одиночестве, где можно сойти с ума, держался очень хорошо. — Меня зовут Гермиона Грейнджер, — стараясь не дрожать голосом, она контролировала каждый слог. Хоть и палочка была у нее, но защищенной она от этого не стала. — Мисс Грейнджер, подойдите ближе, в темноте не могу разглядеть вас, — голос отдавал скрипучесть и повелительным тоном, даже решетка не была для него помехой. Один шаг. — Не бойтесь, можете подойти поближе. Второй шаг. — Что-то вы молодо выглядите для его протеже, — глаза под легким светом пробирающегося солнца, что выступал сквозь дыру в оконном проеме, освятил часть его старческого лица. — Еще чуть ближе. Третий шаг. — Я еще студентка Хогвартса, — говорить с ним так близко, стало тяжелее. — Вы наверняка поняли, что значит здесь мое присутствие. — Либо небеса рухнут, либо Альбус скоро умрет. Девушка окаменела, это было не то что она ожидала услышать. Скоро умрет? Что это значит? Это из-за его руки? Этого быть не может. — Вы не знали? Ах, как наивны нынче дети оказывается, — его лицо в момент перестало иметь цвет, словно за мгновение оно посерело. — Но будь я сто раз безумцем, но этот манипулятор не просто так вас подослал, что он вам приказал? — Только поговорить и проверить вас… Тут он вернул себе право вести и грубо перебил ее. — Ошибка, он вас подослал узнать не мое самочувствие, а кто на самом деле великий Дамблдор, — пауза, созданная тишиной давила, но диалог был еще тяжелее. — Да, видимо дела его совсем плохи, если такую работу он поручает юным студентам в погоне за Томом Реддлом… — Ответьте, почему этот мальчишка решил сменить имя и почему он прозвал себя так? Девушка смотрела на него, понимая, что этот противник ей не по зубам. Возможно стоит довериться профессору и попробовать построить с ним диалог, отвечая на его замысловатые вопросы. — На французском это будет как, “полет смерти” или “бегство от смерти”, но также это и анаграмма, — достойный ответ, Гермиона, просто блестяще. — Не находите это в неком роде смешным? —леденящая улыбка выросла на лице. — Но главное, что же его подтолкнуло… Подталкивая девушку к ответу, молча выжидал. — Он считает, что грязно… маглорожденные не достойны быть волшебниками, и что они с грязной кровью, — Гермиона не побоялась высказать свою теорию. — Наверняка это его же собственные комплексы. — Я погляжу, вы не так безнадежны, — морщины около губ стали больше. — Подсудимый! Объясните, почему Вы, прежде, чем взломать шкатулку, убили старушку, спавшую в другой комнате? А на шкатулке было написано: "Вскрыть только после моей смерти"… Он сейчас ей рассказал анекдот? Что она там говорила по поводу того, что он вменяемый? Видимо ей еще предстоит разбираться в людях. Но профессор сказал быть внимательным и не стоит что-то упускать из виду. — Спасибо за… анекдот, мне пора идти, — развернувшись к нему спиной, уже шла обратно к выходу. — Лети обратно в школу, мисс Грейнджер, лети… До ее слуха дошел его посыл, и она ускорила шаг.***
Трансгрессия прошла во второй раз чуть легче, забытый людьми темный переулок скрыл девушку от чужих глаз. В ее голове она прокручивала их диалог, он не тот, кем хотел казаться, будто Гермиона слепой котенок и тыкалась в буквальный смысл слов. Ей нужно тихое место подумать, здесь слишком шумно. Шумно? Гермиона, огляделась увидя уже темное небо над своей головой. Это же сколько времени ее не было? Проблема с Трансгрессией? Или может время в тюрьме идет по-другому… Газеты были разбросаны по брусчатке, и она одну из них подняла, чтобы узнать, что же случилось. “НАПАДЕНИЕ НА НОРУ. По нашим данным, группа Пожирателей смерти напала на дом семейства Уизли, где на время рождественских каникул проживала вся семья и Гарри Поттер, сейчас нет точной информации о пострадавших…” Дальше Гермиона уже не читала и направилась домой, она бежала из магического переулка обратно, чтобы вызвать такси. На номер телефона никто не отвечал, мама и папа не брали трубку. Остановив первую попавшуюся машину, девушка от нервов сжала кулак так, что следы от ногтей впивались в ее кожу. Эта была самая долгая и мучительная поезда за всю ее жизнь. Геримона представила самый худший расклад, еще и защиту более сильную не успела установить. Какая же она дура! Машина подъезжала к засыпанной снегом лужайке, и она отсчитывала деньги, чтобы расплатиться. Выбегая из машины, резко остановилась, только выпал новый снег, а свежие следы определенно вели к двери. Защитные и отталкивающие чары накрыли девушку с головой. Шагая тихо и быстро, заметила, свет дома горел. Возможно Пожиратели все еще пытают ее родителей, если они пришли недавно. Ручка двери легко поддалась, девушка стремительно залетела, не давая шанса, среагировать противнику и отправила луч заклинания в первую же темную высокую фигуру. — Экспеллиармус! И чья-то палочка теперь была в ее ладони. Никто не говорил ни слова, все стояли словно камень. Родители спокойно сидели за обеденным столом и в испуге смотрели на дочь. Незваный гость обернулся и Гермиона открыла рот от изумления. — Не знал, что так принято встречать гостей в мире магглов… — Поверь, у меня сейчас очень много вопросов, и я жду объяснения, — девушка отдала ему палочку, вложив в ладонь, на секунду касаясь его пальцев. — Во-первых, позволь спросить, что ты тут делаешь, Тео? Во-вторых, почему вы не отвечали на телефон? Обвела взглядом родителей, чтобы удостовериться что с ними никто ничего не сделал. Хоть адреналин успокоился в ее теле, но легкое возбуждение не ушло. Что вообще происходит? — Гермиона, мы, конечно, увидели твою записку, но ты не возвращалась, — Джейн взглянула на Тео и продолжила. — Затем пришел этот молодой человек, узнать, где ты находишься, как мы поняли из его объяснения, на Гарри и семью Рона напали… как их называют, не напомнишь? — Пожиратели смерти, они ведут охоту на таких как ваша дочь и предателей крови, это те, кто не поддерживают его режим, — Тео неотрывно смотрел на Гермиону, будто все еще проверяя цела ли она. — Не хотел заставлять волноваться вас, миссис и мистер Грейнджер. Я установил защиту на дом, чтобы в случае чего никто не зашёл, видимо техника вышла из строя. — Ох, что ты, будет тебе. Ты не успел договорить, вы с Гермионой получается однокурсники? Тут уже отмерла Гермиона, понимая, что Тео до этого спокойно разговаривал с ее семьей и пришел из-за нее. Мелькнув на отца одним глазом, увидела подозрительно молчаливого мужчину, будто выжидал чего-то. — Нет, мы с ним просто учим… — Мы состоим в отношениях. Стук сердца бился в ушах, венка у виска билась ему в такт. Сглотнув слюну, застрявшую где-то в горле, перевела глаза от серьезно настроенного молодого человека, к родителям. Мамины глаза были изумленные, в жизни Гермионы не было отношений, наверняка она обрадовалась такому красивому и воспитанному парню. Но отцовский взгляд был красноречивее всех слов. — Гермиона, почему ты нам не рассказала? — мамины глаза суетились от мимолетного шока. — Умолчала о таком красивом молодом человеке! Отец не разделял ее радости и только бровью повел. Гермиона предчувствовала что-то недоброе. — Мам, я, наверное, просто после приезда не успела рассказать, — послала нервную улыбку Тео, что выглядел так безмятежно, будто не врывался в ее жизнь. — Так значит, волшебник? — раздался отцовский бас на уже обнародованного молодого человека. — Расскажи о себе, как познакомились? — Мы давно знакомы, как вы знаете некоторые факультеты не поддерживают дружбу, и мы попали под это влияние, но в этом году нас назначили старостами и при межфакультетном сотрудничестве удалось узнать друг друга поближе. Я вырос в магическом мире, в отличие от Гермионы, поэтому был больше погружен в колдовское сообщество. Нам с детства говорили о превосходстве над магглами, но она своим существом доказала обратное, — на последних словах он смотрел лишь на нее. — После встречи с ней, я впервые задумался в каком мире нахожусь и с кем существую. В кухне стало настолько тихо, что Гермиона услышала дыхание парня на расстоянии вытянутой руки. — Хорошо, Тео, посмотрим, что из тебя слепить можно. Нотт протянул ему руку, и отец ответил ему рукопожатием. Обмениваясь незначительными фразами, он мягко взял руку матери и оставил легкий, невесомый поцелуй на внешней стороне ладони. Гермиона наблюдала за этим и не могла поверить в происходящее. День был насыщен многими событиями, и ее нервная система уже была на грани восприятия. Если бы кто-то из его рода увидел, как он общается с ее семьей, что бы они сделали? Она точно не знала ничего о его отце, кроме того, что одно время работал над разработками у Тот-Кого-Нельзя-Называть, с момента задержания Тео его не видел. Драко точно бы умер от этой картины, и Гарри с Роном скорее всего тоже, но они бы попытались убить Теодора. — Тео, ты не останешься с нами на поздний ужин? — Джейн любезно поинтересовалась у парня. — Прошу простить, но я должен откланяться, мне нужно возвращаться обратно, — легкая грусть отразилась на его чертах лица, но это не унимало его красоты, хотя его волосы, что обычно были убраны, сейчас таились в легком беспорядке. — Рад был познакомиться с вами, Гермиона, не проводишь меня? — Да-а-а... Конечно. Скоро вернусь, — эта фраза уже была адресована родителям. Провожало их молчание со стороны взрослых, видимо они лишь наблюдали и каждый думал о чем-то своем. Выйдя во двор, они наложили чары, чтобы их не подслушали и согревающие заклинания тоже не забыли. Пара, стоящая под падающим снегом, смотрела неотрывно друг другу в глаза. — Как ты нашел мой дом? — Гермиона, иногда приходиться пользоваться положением отца, — рука оказалась на ее щеке, хоть на улице и был мороз, но кожа горела под ладонью. — Правда, я боялся, что опоздал, когда не мог с помощью поисковых чар найти тебя. Где ты была? Я переживал. — Я... мне нужно было отлучиться по делам, извини, не могу сказать, пока это не в моих силах, — при каждом слове, кончик носа все больше, и больше опускался в низ. — Обязательно расскажу тебе чуть позже. — Хорошо, — Тео оставил на ее губах легкий поцелуй. — Не знал, что таким образом познакомлюсь с твоими родителями. — Это было прелестно, ты отлично держался! — Да, я чувствовал взгляд твоего отца, клянусь, я слышал его мысли и мне грозила настоящая опасность. Они так и стояли, смеясь над всей этой ситуацией, но Гермиона словно опомнилась тут же спросила: — Ты не знаешь, что случилось при нападении Пожирателей? — Совсем немного, Драко написал, что его тетка и еще кто-то пошли на задание, без позволения Тот-Кого-Нельзя-Называть. Пришли они не особо довольные, видимо хотели выслужиться, — теперь более тихо он добавил. — Твои дружки в порядке, отделались. — Спасибо! Спасибо большое... Гермиона заключила его в объятия, выдыхая ему в область шеи теплых пар. — Но мне действительно пора идти, — отходя от нее на несколько дюймов, он дополнил. — Я тебе напишу, не хочу снова терять из веду. Поцелуй в лоб остался теплым касанием на ее голове. Вслед смотря, увидела, как Тео ушел в темный переулок, поглощённый в его объятиях.
Примечания:
Вот и подъехал сюжет в наши двери) Как вам?))))
Спасибо за прочтения, лайки и подписки!
