11. Я буду ждать Рождества
11 сентября 2023 г., 20:00
Примечания:
извините за долгое отсутствие и приятного прочтения!)
Середина осени пришла в город незаметно, особенно для выпускных классов. Пусть Накахара учится и не в обычной школе, всеобщая, начинающаяся ещё больше с новым семестром паника не могла не затронуть и его. Со встречи с Фёдором прошло больше месяца, и тот даже не пытался ещё раз связаться с Чуей. Они вдвоём оставили это между собой и никому не говорили. Но Чуя не мог не вспоминать. Он думал и про парня, про которого так хотел узнать хоть что-то Достоевский, и про всю эту ситуацию после. Напоминанием осталась заметная полоска на щеке в виде белёсого шрама, который и не планировал уходить с его лица. Накахара закрывал его пластырем, но у Осаму явно не могло не появляться вопросов по этому поводу, которые Чуя с трудом старался игнорировать.
Пришедший октябрь принёс с собой туманы и дожди, в этом году он был уж больно холодным и тёмным. Тягучие тёмные тучи снова затянули до этого ясно-голубое небо. Пару капель уже начали падать на пожелтевшие кроны деревьев, а ветер уносил с них последние яркие листочки, оставляя их серыми и невзрачными. Все улицы, словно покрывалом, были укрыты яркими дорогами из листьев. Мидзусима усиленно пыталась привлечь внимание учеников к своему предмету, но всё было тщетно. Большинство спали, не обращая внимание на монолог весьма противного голоса, который бил по ушам. Накахара же выспался будто на несколько дней вперёд, забив на все уроки и просто уснув во время разговора с Дазаем. Но даже так разглядывать стекающие по окну капли было куда интереснее рассказа о том, какое хорошее у их учительницы образование, чтобы учить их «идиотов творческих» японскому.
И что Осаму в этом нашёл? — промелькнуло у него в голове. Чуя знал, да и уже давно, что осень Дазаю нравилась намного больше холодной зимы и жаркого лета, весна была для него и вовсе странным временем года, а вот к поре дождей у шатена была особая любовь, Накахара запомнил это.
На мелодию звонка Джанко недовольно топнула ногой с невысоким каблучком и неразборчивым, как у стереотипного врача, почерком написала домашнее задание. Его в школе было мало, но Джанко Мидзусима особенно его любила и не стеснялась загрузить им учеником. Благо урок со старушкой у них был последним на этой неделе. Вещи каждый из класса собрал быстрее, чем учительница произнесла недовольное «хороших выходных», сама оставаясь без них из-за недавней контрольной. Накахара же вещи даже и не раскладывал, так что покинул здание одним из первых.
— Какие планы на сегодня? — послушалось за спиной.
— Кимико взяла Чихэру на пару дней к себе в общежитие, а сейчас ливанёт, — будто это было уже логичным ответом произнёс Чуя. — Никаких, — громко выдохнул он, когда оказался непонятым. Накахара не был сильно зависим от сигарет, но стереотипная осенняя хандра заставляла носить с собой пачку. Нэо машинально протянула руку.
— Оу, — делая первую затяжку, по-лисьи улыбнулась Миура, — теперь есть, — довольно произнесла она, а Накахара даже спрашивать или перечить ей не стал.
Осенние сапоги чуть ниже колена застучали по слегка мокрому асфальту. Накахара послушно зашагал за Нэо. Иногда он даже думает, что их расставание пошло на пользу им двоим, потому что они оказались очень хорошими друзьями. Накахара знает, что Нэо больше не испытывает к нему романтических чувств, и от этого всё становится куда проще. Она правда замечательный человек и потерять её было бы совсем тяжело.
Чуя протягивает ей ещё одну сигарету, когда видит, что её закончилась и полетела в мусорный бак, а она с широкой улыбкой принимает её. Накахара был внимательный, он видел, что её что-то беспокоит, но если Миура молчит, значит он подождёт, когда она будет готова поговорить с ним. Они подходят к магазину на повороте перед Чуиным домом, прямо перед тем, как на улице начала разливаться очередная порция дождя. Громкого, да ещё и со сверкающими на небе молниями. Чуя вопросов решил сегодня вообще не задавать и молча шёл за Нэо, полагаясь, что если она зашла сюда, значит знает, зачем. И она знала. И Чуя узнал, когда они подошли к отделу с крепким алкоголем. Девушка молча взяла две бутылки недешевого коньяка, и ещё через пару минут у Чуи в руках оказалась пачка тонких сигарет и пачка печенья с шоколадной крошкой, которая выглядело явно лишней в этом списке.
— Как ты собираешься всё это купить? — заговорил Чуя впервые с тех пор, как они зашли в магазин.
— Ты думаешь, тут проверяют документы? — пожала плечами Мируа.
Как оказалось, и вправду не проверяли. Миура уж слишком сильно улыбнулась молодому продавцу, который с испариной на лбу напрочь забыл про возраст своей клиентки. Накахара посмеялся сам про себя, но при выходе из магазина смеялась уже Нэо со звяканьем в пакете. Чуя пить особо не хотел, хотя если быть честным, вообще не хотел. Ему вполне хватило случая в баре в прошлом месяце, хотя он и не особо помнит, что делал. Нэо же уверенно зашагала в сторону дома Накахары. Она хорошо знала дорогу, в конце концов, она была там не раз и далеко не два. Повезло только, что дома было пусто, и для неизвестной вечеринки Миуры у них был свободен целей дом.
— Какой повод, я извиняюсь? — наконец-то спросил Чуя, когда Миура уже полезла в верхний ящик за двумя стаканами.
— Никакого, — пожала плечами девушка и начала освобождать пакет от содержимого. — Помнишь, я говорила тебе, что хотела бы быть моделью? — будто в противовес своим же словам добавила она. Чуя кивнул. — Известный модельный агент из Англии приехала в Йокогаму и сказала, что заинтересовалась мной и могла бы приехать сюда для беседы.
— Это хорошо, разве нет?
— Ходят слухи, — продолжила Нэо, открывая бутылку, — что она терпеть не может девушек и только самые самые могут попасть к ней. И я много прочитала про неё, — опустив взгляд в стаканы, сказала она. Чуин, даже без его на то согласие, уже был заполнен жидкостью орехового цвета. — В общем, ты же помнишь, что должен мне помощь? — Чуя снова кивнул и всё-таки поднял со стола стакан с алкоголем. — Я хотела попросить пойти со мной и замолвить за меня словечко.
— Почему я? — он сделал настолько удивлённое лицо, насколько вообще умел.
— Потому что она любит молодых парней типа тебя, — будто это было само собой разумеющееся, сказала девушка. Кухню уже заполнил спиртной запах, хотя никто из них ещё даже и глотка не сделал. — И эй, я прощу помощь, а она неоспорима, — по большей части Чуя спорить и не собирался. Конечно, от помощи кому-то у него уже глаз дёргался, но это изначально было самое безобидное предложение из всех предыдущих.
Чуя, как попугай, в который раз повторил свой кивок, и Миура протянула стакан, чтобы чокнуться. Накахара сделал только пару глотков, оставив ещё половину, коньяк был не из плохих, хоть и не сказать, что он был сильным ценителем. Нэо же опустошила алкоголь залпом, почти не скривившись. Накахара прикончил и свой стакан, чтобы не сильно отстать. Даже от одного не до конца налитого стакана Чуя уже почувствовал лёгкую пелену перед глазами. Миура же останавливаться явно не собиралась, вторая порция не заставила себя ждать. Конечно, Чуя знал, что в связи с его комплекцией для того, чтобы напиться, много ему не нужно, но даже это не помешало ему снова повторить жест за своей подругой и опустошить уже второй стакан почти залпом. И всё, на этом моменте план не напиваться повалился коту под хвост. Накахара, пусть даже и уже немного пьяный, понимал, что если они останутся здесь, то весь первый этаж будет вонять коньяком и сигаретами, которые Нэо уже начала открывать. Накахара, недолго думая, предложил Миуре уйти на чердак. Чуя любил его, искренне любил. Он часто приходил туда, когда нужно было спокойное и тихое место, когда нужно было покурить и подумать. Сейчас это тоже было лучшим из всех вариантом.
Они сели, свесив ноги на крышу. Время близилось к восьми, а на улице уже было совсем темно, прямо как зимой. Тихий дождь, капающий по асфальту, разбавлял тишину. В бутылке осталось уже меньше половины, а сигаретный дым заполнил не только их лёгкие, но и весь маленький чердак. С Нэо было правда спокойно. Она была хорошей подругой, а Чуя надеялся, что был неплохим другом. Они прикончили и начали следующую бутылку за следующие двадцать минут. От трезвости не осталось ни намёка. Мысли были спутанные, а пьяный мозг уже забыл границы. Чуя искренне любил это состояние.
— Так вы теперь встречаетесь? — после долгой тишины её фраза звучала даже как-то слишком громко. Нэо, выпустив очередную порцию дыма, с улыбающимися глазами посмотрела на Чую.
— Вроде как, — Накахара чувствует себя идиотом, когда улыбается только от одного его упоминания, но алкоголь разрешает ему реагировать, как он хочет.
Последние пару недель с того времени, как Осаму сказал, что они смогут увидеться, всё превращается в ожидание их встречи. Чуя не может выпустить это из головы и не прокручивать каждые несколько минут. Он знаком с Дазаем уже год, и за это время он стал для него настолько родным человеком, насколько не могли даже стать его родители за всю жизнь. Ещё пару месяцев назад он даже не мечтал, что когда-то сможет увидеть Осаму, но теперь он знает, что его парень, даже думать об этом было странно, приедет к нему. И всё становится совсем другим. Вообще да, ему безумно страшно представлять эту встречу, потому что это так волнительно, и он понятия не имеет, как должен себя вести, но это не мешает ему думать только об этом. Скорее всего Накахара год назад громко рассмеялся бы, если бы узнал, что стал таким. Стал влюбленным в кого-то настолько сильно и бесповоротно.
Миура улыбнулась, опустив голову и налила по полному стакану. И вот этот самый стакан и стал для Накахары фатальной ошибкой, потому что, во-первых, он выпил его залпом в перемешку с уже третей сигаретой и, во-вторых, до этого он тоже выпил не свою порцию. Чуя обычно был из тех, кто спокойно сидит и наблюдает, когда перепьёт, но сейчас он не чувствует себя так спокойно. Он уже чувствовал, как громко они говорили и как низко к крыше опустились их ноги. Уже через пятнадцать минут самых глупых и не имеющих смысла разговоров его язык начал заплетаться, а здравые мысли с каждой минутой покидали голову.
— Он нравится тебе? — с трудом для понимания произнесла Нэо.
— Конечно, — даже удивился такому вопросу Чуя, ведь для него пьяного ответ не был сложным, все переживания и вопросы к самому себе уходят на второй план, и ты говоришь лишь то, что поистине думаешь.
— Позвони ему, — начав икать, что было уже крайне плохим знаком, сказала Нэо.
— З-зачем? — сейчас Накахара точно не будет отрицать, что очень хотел бы услышать любимый голос, но самая маленькая частичка здравого смысла говорила, что он может наговорить того, о чём потом явно будет жалеть. Чуя не был из тех, кто говорит прямо о том, что думает в плане чувств. Это всегда казалось ему проявлением слабости, но когда такого блока нет, он был способен быть откровенным, а это завтрашнему ему точно не понравится.
Нэо медленно подняла на него взгляд, будто считала его сейчас самым глупым человеком на свете, а потом протянула ему телефон. Чуя вряд ли бы сейчас сопротивлялся тому, что и сам хотел, поэтому уже через минуту и большой глоток прямо из бутылки его пальцы забегали по экрану в поиске закрепленного чата. Как оказалось, полторы бутылки коньяка для них были убийственной дозой, потому что то, как способность думать и здраво мыслить пропала, подтверждало это.
— Чуя, — и когда слышать чей-то голос стало так нужно? — не мог не подумать про себя Накахара. Сейчас он правда был готов сказать то, что никогда не смог бы, — я уже успел соскучиться, — Нэо искренне улыбнулась, когда чужой громкий голос послышался из динамика друга, Чуя сейчас даже не смотрел на неё.
— Я тоже, Осаму, — с еле видной, на которую он только был способен, улыбкой сказал Накахара, — я скучаю по тебе. Жду, когда мы увидимся, — по крайней мере в голове у Чуи это звучало чётко и приемлемо для понимания, но с тем, как Дазай помолчал, ему явно было много непонятно.
— Чуя, ты сильно много пил? — осторожно и очень спокойно спросил Осаму.
— Почему я должен был пить? — Нэо, видимо, передала свою икоту и Чуе, от чего его слова звучали совсем уж неубедительно. — Если ты считаешь, что я пил, то ты, конечно, прав, но это не значит, что я не могу поговорить с тобой сейчас, — громко и с возмущением сказал Накахара.
— Да, Чуя, конечно, — стараясь сдерживать смешки, произнёс Осаму. — Всё будет хорошо же, да? — Дазай явно помнил предыдущий раз, когда Накахара звонил ему пьяный, так что не задать этот вопрос он просто не мог.
— Ага, — согласился Чуя. — Я с Нэо, дома, — без лишних слов отчитался он. В каком-то плане ему стало даже приятно, что Дазай заботится о нём.
— Я рад, — всё ещё медленно и с расстановкой сказал голос по ту сторону телефона. — Так что ты хотел мне сказать?
— Я подумал над твоим приездом и знаешь, Осаму, я хотел бы перес—
— Чуя, блять, — так громко заорала Миура рядом, что Накахара был готов выронить телефон, даже Дазай на том конце подпрыгнул от неожиданности.
Чуя совсем по-детски захлопал глазами, искренне пытаясь понять, что вообще сказал не так. Думал ли про это трезвый Чуя? Да, но всегда старался отгонять эти мысли от себя как можно дальше. Мог ли пьяный Накахара так же мастерски избегать этого? Судя по молчанию от Осаму и ахую Миуры, точно нет. Было ли ему стыдно? Сегодня не было.
Накахара посмотрел на Нэо, которой явно есть много чего сказать, но вместо этого она так закатила глаза, что Чуе в какой-то момент показалось, что зрачки так и останутся в глазницах. Дазай же долго молчал, видимо, переваривая сказанное, и только Чуя сидел с самодовольной улыбкой. Он ведь сказал, что хотел, так что в чём вообще проблема?
— Хорошо, Чуя, я думаю, мы разберёмся, — будто подыграв маленькому ребёнку, сказал Дазай.
— Господи, вы друг друга стоите, — прошипела Миура.
***
Помнил ли Чуя, чем вчера всё закончилось? Нет. Слова Нэо было последним, что осталось у него в памяти. Проснулся он, к счастью, в кровати, когда внизу кто-то громко хлопнул дверью, вынуждая открыть глаза. Первое чувство, которое встретило Накахару, это жуткая тошнота, будто все органы сейчас выйдут наружу. Нэо, видимо, просыпаться даже не планировала, валетом лежа рядом. Накахара опустил ноги на пол, обнаруживая ко всему ещё и головную боль, которая, казалось, съедала изнутри. Он признаёт, что никогда не умел пить. Горло немного побаливает от количества выкуренных сигарет. Чуя доходит до ванной, еле передвигая ногами, уже заранее пугаясь внешнему виду в зеркале. Единственное желание сейчас было встать под горячий душ и выпить как можно больше воды. Про отражение в зеркале Чуя был точно прав. Хвост растрепался, вид помятый, будто он слишком долго не спал, а пластырь съехал с лица, обнажая оставленный Фёдором шрам. Накахара не хотел отвечать на вопросы, откуда он так резко взялся и лучшим решением было клеить туда пластырь, как в своё время делал это Тачихара, прикрывая вечно разбитый нос. Каким бы мудаком он не был, идея была вправду неплохая, позволяющая ссылаться на простую царапину. Но так говорить он мог только сующим нос в чужие дела знакомым, но не Осаму, который давно уже понял, что что-то не так. Скрывать от него вечно бы не получилось, особенно с тем, что он скоро увидится с ним. Благо Дазай перестал задавать вопросы, когда Чуя выдал первую пришедшую в голову дурную идею о неаккуратной готовке. И Чуя был благодарен, когда он сделал вид, что поверил, хотя они оба знали, что это не так. Накахара был невыносимо благодарен этому качеству в нём. Он всегда понимал, когда Накахара не хочет о чём-то говорить и уважительно упускал такие темы, хоть и не скрывал, что ему интересно знать, что произошло. Честно, Чуя никогда бы не мог подумать, что у него будет настолько близкий человек. Тот человек, который не будет выходить у него из головы, и тот, кто имеет отдельное и очень большое место в его сердце. Да, Осаму всегда был далеко, но Накахара всегда чувствовал, будто он так рядом. Дазай порой был единственным человеком, кто поддерживал его и всегда был готов послушать. Они провели бесчисленное количество часов за разговорами, они обменивались сообщениями, порой даже в одно слово, но именно это было так ценно. С того дня, как Дазай сказал, что приедет, никакая другая вещь не была важнее этого. Единственное, что крутилось в голове, это то, что он хочет увидеть его. Обнять. Чуя залез в душ, подставляя лицо под прохладные капли. Умылся, отрезвляя себя холодной водой. Чуя не стал сушить волосы, лишь промокнув их полотенцем, оставляя кудряшки распадаться по спине. И уже скорее по привычке заклеил шрам пластырем. Когда он вернулся в комнату за одеждой, Нэо всё также спала, будто соскучилась по нормальному сну. Зная её режим, Чуя мог это понять. Накахара будить её не стал, спустился вниз, желудок давно ныл, прося еды. На первом этаже было тихо и пусто, Барбара обещала взять девочек в йокогамский океанариум, так что Чуя знал причину их отсутствия. Завтрак в лице омлета на два человека много времени не занял, хотя Накахара вообще без понятия, который сейчас час. Хоть какие-то часы он увидел только тогда, когда его мобильный провибрировал, оповещая о звонке. Долго думать, кто это, было и не нужно. Чуя может с уверенностью сказать, что самый страшный и постыдный момент в его жизни — это сейчас, когда имя Дазая высветилось на его экране, напоминая о вчерашнем. — Привет, — постарался уверено ответить Чуя, поднимая трубку. — Я так понимаю, у тебя скорее доброе утро? — без злости спросил Осаму. — Ты как? — и Накахара, конечно, хотел бы сказать, что чувствует себя хорошо, но в память всё ещё упорно врезается весь вчерашний разговор, точнее те части, которые он успел из него запомнить. — Нормально, — соврал он. Голова болеть не прекращала, идя об руку с невыносимой тошнотой. — Это хорошо, ты вчера явно пере— — Осаму, когда ты делаешь вид, что у тебя проблемы с памятью, так ещё, сука, хуже! — не выдерживает он. За всё это время он точно понял, что лучше поговорить, а не делать вид, что не услышал или не понял. — Извини, Чуя, — рассмеялся Осаму, будто уже давно терпев, чтобы не сделать это. Накахара усмехнулся его стойкости, — ты хочешь, чтобы мы поговорили о том, как ты сказал, что хочешь переспать со мной? — Я не так сказал, — возразил Чуя, пока краска покрывала его лицо и уши, спрятанные за волосами. Омлет, оставленный на столе, уже потерял всякую надежду быть съеденным. — То есть то, что ты хочешь со мной переспать, ты не отрицаешь? — Чуя прям услышал одну из его хитрых ухмылок. — Сука, ты невозможный, — прошипел Накахара. — Но ты вроде как встречаешься со мной? — продолжил Дазай. — Ты не уверен, что это так? — искреннее удивился Чуя, хотя, признаться честно, он иногда и сам не очень-то верил в это. — Нужно привыкнуть. — Ты сказал, что мы разберёмся? — скопировал тон Осаму Чуя. Не только же Дазаю сидеть с хитрой ухмылкой. — Я должен был ответить что-то другое? — уловил правила игры Осаму. — Чуя! — послышался ор и громкие шаги с лестницы. И тебе доброе утро, Нэо — подумал Чуя. — Почему ты не разбудил меня? Ты видел, который час? — даже Осаму замолчал, прислушиваясь к крику. — Мы опаздываем, Чуя! — куда они опаздывают до Чуи дошло не сразу. Вчера он пообещал Нэо сходить с ней на встречу с модельным агентом и, видимо, жуткое похмелье не было уважительной причиной не идти. — Извини, Осаму, — сказал Накахара в телефон и положил трубку, когда на том конце понимающе угукнули. — Куда мы идём? — обращаясь уже к Нэо, спросил Чуя. Желания выходить сегодня из дома точно не было. — В ресторан, Чуя, — сказала Нэо, будто это была самая очевидная вещь на свете. — Ты одет? Я буду готова через десять минут, вызови пока такси. Накахара уже пообещал, так что выбора как такового у него не было. Диспетчер для вызова такси ответила спустя второй звонок, а Нэо на удивление была готова раньше названного времени. Выглядела она точно не как человек, который проснулся с похмельем минут семь назад. Волосы уложены в аккуратный высокий хвост, а на место вчерашнего макияжа пришёл новый. Машина приехала без опозданий. Чуя всю дорогу поглядывал на Нэо, которая нервно перебирала запасную резинку в руках. Он не знал, мог ли помочь ей как-то, понимая, что она волнуется, поэтому просто накрыл её руку своей, замечая, как она улыбнулась ему. Спустя пятнадцать минут дороги они подъехали к кафе в подвальном помещении с неприметной вывеской и длинными ступеньками вниз. Внутри был бар с неоновой подсветкой и кальяны, которые задымили собой всё помещение. Странное место встречи, — подумал Чуя, но вопросов задавать не стал и молча пошёл за Нэо. Они подошли к столику в самой глубине зала, и все сидящие за столом привстали, чтобы поздороваться. Компания была сомнительной, как минимум потому, что Накахара был единственным парнем за столом. Как ему объяснила Нэо, девушка, которая ищет начинающих моделей, просто приехала в город по личным вопросам, но подруга Миуры упросила свою наставницу взять на ужин и Нэо. И вот теперь она берёт с собой Чую, как верного и задолжавшего ей друга. Одна из девушек, по виду старше, чем остальные две, протянула руку в дружелюбном жесте, представляясь Агатой Кристи, она, по реакции Нэо, и была той самой супер известной модельной наставницей. Девушка была и вправду очень симпатичная, отрицать это было бы глупостью. Длинные белые волосы, дорогая одежда, искусно сделанный макияж, светлые большие глаза, обрамлённые густыми ресницами, тонкие брови и хитрая, немного отталкивающая улыбка. Другие две девушки, как понял Чуя, тоже были моделями. Одна была азиатской внешности с покрашенными синими волосами, другая была по виду славянка, брюнетка со светлыми глазами. Миура поздоровалась с брюнеткой и, представившись Кристи, села к ней, не оставляя Чуе выбора. Он сел к двум другим девушкам. Накахара не мог не заметить, как Агата обвела его долгим взглядом сверху-вниз, а когда увидела, что Чуя это заметил, опустила глаза, хотя самодовольную и немного пьяную улыбку с лица не убрала. Чуя ещё как только пришёл заметил стаканы от коктейлей на столе и по не скоординированным движениям девочек можно было понять, что выпили они немало. Агата, видимо, была из наблюдательных, потому что заметила Чуин взгляд, направленный на стол, и быстро предложила им с Нэо выпить. Помня вчерашнее, которое напоминало о себе как минимум головной болью, Чуя с вежливой улыбкой отказался от всех алкогольных напитков, отдавая предпочтение минералке. Две модели же, приняв предложение на свой счёт, заказали себе ещё напитков. В принципе, встреча проходила неплохо, если бы Чуя вообще понимал свою надобность здесь, и ещё было бы славно, если бы Агата не старалась прожечь его взглядом весь вечер. Ещё где-то через час брюнетка увела Нэо на разговор, а вскоре последняя девочке, которая спасала его от неопрятного собеседника, выбежала, прикрыв рот руками. Пить всем явно нужно было меньше. Блондинка сидела напротив Накахары и деликатничать явно не стала, через пару минут она уже сидела вплотную прижата к нему. — Ты вполне симпатичный, — подала голос Агата. Лучшей тактикой было промолчать, но это был комплимент, а Чуя хотел показаться не таким грубо воспитанным, чтобы не сказать ничего вовсе. — Ага, спасибо, — тихий и скупой ответ, но его было вполне достаточно, чтобы он не чувствовал себя невежей по отношению хоть и не приятной ему до чёртиков, но даме. Каждый раз напоминая себе в голове просьбу Нэо. — А ты бы не хот— девушка не успела договорить, а точнее ей не дали. — Я в отношениях. — На расстоянии? — с надменной насмешкой спросила девушка, хотя каждому было понятно, что ответ её абсолютно не интересовал. Чуя упоминал это за столом, так что то, что она знала это, его не удивляло. — Я думаю, это тебя не должно касаться, — из-за всех сил пытался обозначить свои личные границы парень. — Если это так важно для тебя, то да! Мой партнёр живёт в Европе, — добавил он, дабы не казаться сильно грубым, отношения с ней он точно не хотел портить. Хотя ему и хотелось оттолкнуть её и просто уйти. Девушка явно не привыкла слышать отказы, придвинувшись к нему совсем близко. — Да ну, — Кристи залилась громким пьяным смехом. — Чу, милый, отношения на расстоянии нельзя считать за отношения, — стараясь отдышаться от затянувшегося смеха, сказала она. — Да и к тому же, — она подсела ближе, крутя на пальце длинные волосы, — нам не обязательно рассказывать твоему «партнёру», — передразнила она его. — Что ты сказала? — Агата улыбнулась ещё шире. — Да иди ты нахуй, — наконец выдал уже давно желанные слова Чуя после того, как Кристи наклонилась к нему совсем близко, видимо, в надежде на поцелуй. Чуя больше ждать не собирался, он, вскочив изо стола, забыв даже попрощаться с Нэо, ушёл на выход, чувствуя, что злость внутри закипает. Голова от духоты болела ещё больше, а уличная прохлада отрезвляла совсем не пьяного Чую. Он начал замечать, что в последнее время стал раздражительнее, совсем как тогда, когда общался с Тачи. Тогда у него получилось выйти из этого, и он стал доволен собой, когда его начало попускать, но теперь он чувствовал, как волна, которую он не может контролировать, постепенно накрывает его снова. Так что сейчас ему правда лучше было уйти. Да, ему было искренне неудобно перед Нэо, но он бы не позволил себе слушать, как кто-то пренебрегает Осаму. Только не им. Накахару отпустило чувство вины, когда Нэо вечером через пару часов после его ухода прислала сообщение о подписании контракта. Через месяц она уезжает в Лондон, и Чуя был чертовски горд за неё. Видимо, его ссора не смутила Агату или она и вообще не разобрала, с кем поссорилась, выпив достаточно для этого алкоголя. В любом случае Чуя был рад за неё, пусть это и значило, что им придётся не видеться. К чему, а к общению по интернету он точно привык. Миура стала его хорошей подругой, даже несмотря на былые недоотношения, не видеться с ней будет грустно, но никто не просит их переставать общаться вообще. Ему жаль, что он не сможет познакомить Осаму со своей подругой, Чуя думает, они бы поладили.***
Миура уехала в начале ноября с долгим прощанием и слезами, капающими с её щёк. Накахара крепко обнял её на прощанье и со словами о скорой встрече, правда так и думая. Ему будет не хватать её. Теперь он остался один в ожидании приезда Осаму, считая дни до конца декабря. В середине ноября приехали Чуины родители, тогда, когда до приезда Дазая оставалось больше месяца. Они не удосужились даже предупредить, появившись просто в одно субботнее утро, упавши как снег на голову. Накахара даже перестал считать, сколько эти двое не появлялись дома, но то, на сколько они бросили свою маленькую дочь, явно не было нормальным. Чуя уже даже не заикается про двух остальных их детей. Накахара не хочет жаловаться или говорить, что ему было трудно, но ему, чёрт побери, и правда было трудно. Он следил за Кимико всё время её восстановления после переломов, он готовил завтраки Чихэру в школу, он же и отводил её туда. Младшая из Чуиных сестёр ложилась спать под его сказки, но сейчас, когда Люси и Сэтору приехали, они строят из себя правильных родителей, которые вернулись из командировки, только уже все трое давно выучили, что их собственная жизнь для них куда важнее отпрысков. Раньше он оправдал бы их, но не сейчас. Ни его мама, ни папа не удосужились даже спросить, каково им было одним. Чем они питались, а может, их обижали в школе? Как Накахара сам платил аренду, убирался, готовил, разбирался с родительскими собраниями и насколько часто делал вещи, которые не должен был. Они были эгоистами, и ему было правда жаль, что он понял это только сейчас. Всё это время с ним и его сёстрами рядом была Барбара, которая ничего им не обязана. Барбара, которая была уже роднее собственной матери. Ему претят эти наигранные разговоры. Единственное желание — уйти из дома подальше. Пробыв столько времени без них, он ещё больше понял, какие они. Находиться дома не было сил. Чуя по привычке пошёл к знакомому дому справа от своего. Барбара обычно с первых стуков кулаком по её двери понимала, кто за ней. Она никогда не задавала вопросы, почему или зачем он пришёл к ней. Она молча пускала, открывая перед подростком дверь. — Люси и Сэтору приехали, — заходя внутрь, озвучивает Чуя. — Ты не рад? — аккуратно спросила женщина. — Мне всё равно, — садясь за барный стол на кухне, соврал он. Приезд родителей его обижал, точнее не само их возвращение, а отсутствие даже простых слов благодарности, хоть за что-то, что он сделал. — Хочешь, ты можешь пока пожить у меня? — ставя чайник, скорее из привычки, спросила она. И Чуя точно знал, что это предложение искреннее, но в который раз предоставлять ей неудобства он не мог и не имел никакого желания. Чуя отрицательно помахал головой, а Барбара, уже хорошо зная Чую, больше предлагать и не стала. — Шрам остался, — спустя некоторое время, утыкаясь в чашку озвучила она. Накахара понимал, что Барбара не могла не видеть его опухшую щёку, пластырь, а теперь ещё и белёсую полоску, украшающую щёку. Он просто знал, что она не задавала вопросов. Чуя будто машинально дотрагивается до уже зажившего пореза, вспоминает то, что и не входило из его головы. — Бари, — окликает её Накахара. — А? — Кем, ты говорила, работает Фукудзава-сан? — Накахара примерно помнил род его деятельности, но тогда, когда ему было это не нужно, он и не запоминал. — Частным детективом в Йокогаме, а чт— — Кем? — глаза Чуи вытаращились прямо на ничего не понимающую соседку. — То есть он смог бы найти пропавшего человека? — Чуя, нет, — замотала головой женщина. — Не сможет? — Чуя, что ты уже натворил? — Барбара уже около двенадцати лет живёт в этом доме, и всё это время её соседи это мальчики, которые очень любили влезать в какой-то пиздец. — Мне просто нужно узнать, что стало с моим знакомым из старой школы, — пожал плечами и дежурно улыбнулся Чуя. — Он смог бы мне помочь? Когда он приезжает к тебе? — На следующей неделе, — Барбара не поверила, Чуя увидел это, но она никогда не отказала бы ему в помощи. Чуе вообще-то было глубоко всё равно на левого парня, но мелкая тень вины поселилась у него в голове. — Хорошо, я поговорю с ним, — больше для самого себя озвучил Чуя. Барбара понимающе кивнула, хотя то, что она ничего не понимает, загадкой не было. Чуя за пару глотков допил уже остывший крепкий чай и поклонился одной только головой перед тем, как закрыть дверь. Приехать на следующих выходных Фукудзава так и не смог, оправдавшись сложным и давно мучающим всех делом. Но если блондин был потерян уже пару лет, то и ещё пару недель потерпеть сможет, — подумал Накахара. И по сути, это была и не его проблема, только голосу в голове это не вдолбить. Ещё через полторы недели, когда до приезда Дазая остался всего лишь какой-то месяц, Юкичи и вовсе заявил, что приедет только на Рождество, из-за работы раньше у него бы и не получилось. И в итоге они с Бари остались вдвоём ждать тех, кто должен скрасить их праздник. Мальчики специально не говорили, что Осаму должен был приехать, чтобы сделать соседке сюрприз. И Чуя очень старался, чтобы не проболтаться, хотя признается, было трудновато. Ему оставалось только ждать, что он и делал.***
Всю ночь лил проливной дождь, который, видимо, и не собирался заканчиваться, игнорируя то, что на улице уже было начало декабря. Чуя, забив на все косые взгляды со стороны незнакомых ему учителей, закурил прямо во дворе школы, не стесняясь потом возвращаться на последний урок с запахом, как от пепельницы. Все его мысли, даже несмотря на зимние экзамены, были забиты отнюдь не ими. Осаму, с которым он впервые встретится, приедет к нему уже через две недели. Этот срок казался чертовски огромным и незначительным одновременно. С одной стороны, летом он даже не мечтал об их встрече, хотя сказать, что не думал вообще, будет враньём. С другой стороны, ему правда было страшно увидеться с ним впервые, а особенно в роли его парня. Это точно всё меняло и делало всё таким сложным. Вырвало Накахару из мыслей, которые так давно не покидали его голову, чьи-то тихие, будто кошачьи, шаги, которые направлялись в его сторону. Прошлая работа на всю жизнь научила его быть внимательным всегда. — Добрый день, Чуя-кун, — услышал Чуя за спиной. — Вы пропускаете свой же урок? — даже не оборачиваясь, спросил Накахара, флегматично выпуская большую порцию дыма. — Как и ты пропускаешь мой, — с хитрой улыбкой произнёс учитель, щёлкнув колёсиком зажигалки и жадно, будто уже очень долго не курил, затянулся. — Меня всегда интересовали твои волосы, Чуя-кун, — спустя долгую паузу озвучил преподаватель. — Прозвучит странно, но они крашеные? — Вы правы, Мори-сенсей, это звучит чертовски странно, — Чуя уже отточил мастерство выглядеть спокойным, но такой вопрос не мог не поставить в ступор. — Но это ведь не значит, что я не достоин ответа, верно? — спокойно, даже не переводя взгляд на своего ученика, спросил Мори. — Нет, я с такими родился, — втягивая очередную порцию дыма в лёгкие, ответил Накахара. Он не имеет никакого желания разбираться, зачем учителю эта информация. — Наверняка достались от матери, — Накахара совсем не услышал ноток вопроса в этой фразе. Маму Чуи учитель тоже никогда не видел, можно ли назвать это совпадением? — От— — Извините, Мори-сенсей, — дверь в школу с выдохом открылась, и из неё показались белые локоны Чуиной одноклассницы, — вы не пришли на урок. И мне сказали пойти поискать вас, я сразу поняла, где вы будете, — широко улыбнулась Кэтрин, весьма поддельно называя учителя, с которым трахается, на «вы». — Проницательности тебе не занимать, Кэтрин-тян, мы с Чуей-куном уже идём, да? — сладко, отчего аж стало противно, улыбнулся учитель в ответ, смотря Чуе прямо в глаза, но в его взгляде невозможно было не заметить раздражения приходу ученицы. Он явно хотел, чтобы Чуя закончил предложение. Мысли о фразе чудаковатого учителя быстро развеялись, когда тот же чудаковатый учитель завалил их работой. Благо урок был последний, и грёзы о дневном сне уже совсем скоро могли осуществиться. Ещё за десять минут до конца урока Чуя уже собрал все вещи и был готов вылететь из кабинета, как только услышит звон, оповещающий о конце мучений. В такие моменты, как этот, Накахара был чертовски рад, что познакомился с Мивой, которая владеет автомобилем. Идти домой под дождём было последним, что Чуя сейчас бы хотел. Звонок прозвенел с разочарующим опозданием, видимо, старый Ватанабэ, дающий звонки, снова пропустил нужное время. В любом случае домашнее задание Чуя дослушивать не стал, за время, пока Мива окажется внизу, он уже закончит курить сигарету, к которым уж слишком пристрастился за последнее время. Ступеньки Накахара буквально пролетел, выходя под прохладный воздух и наспех натягивая на вторую руку куртку. Он невольно достал сигарету из уже почти пустой пачки, поджигая её. Как только глаза Чуи пробежались по двору школы, он заметил знакомую чёрную макушку, чей владелец громко орал на высокого парня с ярко-красным галстуком, который относился к актёрскому мастерству. Ещё больше вопросов возникло, когда Накахара заприметил белую совсем незнакомую макушку парня, неловко стоящую рядом с узнаваемым Чуей Акутогавой. Признаться честно, его сложно было с кем-то спутать. Хотя Накахара вполне мог, потому что слышать ор от этого парня было дико. Чуя в прямом смысле этого слова охуел, когда узнал, что Рюноске может орать в принципе. Когда он познакомился с ним, тот был само уважение и воспитание, но, видимо, в реальной жизни парень был с характером не проще Чуиного собственного. Осталось узнать цель визита команды инь янь, пока инь не переругался со всей его школой. Подходить к ним и не пришлось, беловолосый парень и сам его заметил, помахав ему рукой, широко улыбаясь. Рюноске же был не таким наблюдательным, сложившим руки на груди и сердито втыкая взгляд в пол, он бы, наверное, и не заметил Накахару, если бы его спутник с силой не схватил и не потянул его к Чуе. Бедный Акутагава аж чуть не споткнулся от удивления и неожиданности. И, чёрт, то, что они идут к нему, наглухо разрушает все его мечты о сне и доме. Беловолосый парень был правда противоположностью Акутагавы. Парниша был совсем немного ниже своего спутника с большими, как для японца, светлыми глазами и румяными щеками. На тонких губах была широкая и искренняя улыбка, которая с каждой секундой приближалась к Накахаре всё ближе. Одет он был в светло-голубой свитер с бежевыми штанами и большим рюкзаком за плечами, который он, как послушный школьник, натянул на два плеча сразу. Хотя всё же странными причёсками парни были явно похожи, — подумал Чуя. Рюноске же с их последней встречи мало изменился. Разве что ссора сделала его насупленнее, хотя его кислую мину вполне мог компенсировать блондин. — Здравствуйте, Накахара-кун, — поздоровался спутник Рюноске, и Чуя мысленно поблагодарил хотя бы за «кун» вместо «сан», хотя всё равно скрывался от фамилии. — Я Накаджима Ацуши. Лучше Ацуши, — парень немного поклонился головой и протянул тёплую руку в дружелюбном жесте, Чуя противиться не стал и повторил движение. Вопросов по поводу их прихода у него было много. — Тогда я Чуя и без суффиксов, если можно. Приятно познакомиться, — Накахара потушил ещё не докуренную сигарету, чтобы не дымить парням в лицо и дежурно улыбнулся, заметив явное удивление на лице Накаджимы. Сам он всегда нагло игнорировал правила японского, не обращая никакого внимание на то, насколько бескультурным его могут посчитать. Уж слишком долго он прожил за её пределами. — Здравствуй, Чуя, — Накахара улыбнулся, услышав просто своё имя от Рюноске. — Привет, Аку. Вы ко мне? — конечно, Чуя знал ответ, но ему больше хотелось, чтобы он был неправильным. Ацуши активно закивал головой, и Чуя немного раздражённо выдохнул. Хотя, может, что-то с Осаму? Эта мысль заставила его развеять весь оставшийся сон и убрать даже мысли о нём. Хоть улыбка на лице Ацуши не подтверждала его догадку. — Да! — улыбнулся Накаджима. — Наоми-чан, моя подруга модель, — начал объяснять он, — заказала съемку, и мы приехали, чтобы отвезти тебя, — на одном дыхании выдал парниша. — Что? — нет, Чуя, конечно, услышал, что ему сказали, но того, что он ничего не понял, это не меняло. Вообще Накахара уже закончил практику и вполне хорошо владел фотоаппаратом для того, чтобы работать. Он пару раз брал деньги за свои фотографии и ищет клиентов для заработка, потому что то, что ему дают родители, не всегда бывает достаточно. Но Накахара никому не говорил про это, кроме… Осаму, понятно. — Как она вообще меня нашла? — Ну мне сказал Дазай-сан, а я сказал Ацуши-куну, а он сказал Кёко-чан— — Я понял, Аку, спасибо, — остановил его Чуя, пока он не начал перечислять всё свою родословную. — Нам нужно ехать прямо сейчас? — по контексту Накахара понял, что съёмка будет не бесплатная, а отказываться от денег, даже если он хочет спать, он не собирается. Конечно, компания «инь янь» была странной, но выбора особого не было, если это они нашли ему работу, то он должен быть им благодарен, а не кривить носом. — Да, — первый ответил Накаджима. — Я знаю, как туда ехать. Чуя одобрительно кивнул головой. Благо первый урок с молодой учительницей, про которую парни сзади отпускали пошлые комментарии, был практикой, и что камера, что объектив у него были с собой. Заезжать домой было не обязательно, хотя за последнее время Накахара с удовольствием не заезжал бы туда вообще. Дом был небольшой, не встретиться с кем-то было почти невозможно. Все они уже привыкли жить втроём, ещё два человека казались лишними, тем более когда пользы от них совсем не было. Накаджима искренне улыбнулся в ответ, немного толкнул рукой Акутагаву, чтобы тот сделал то же самое, и указал рукой на автобусную остановку. Дорога была не очень долгая, они были возле дверей студии уже через пятнадцать минут. Ацуши и правда не соврал, когда по дороге сказал про красоту его знакомой. Перед Чуей стояла высокая длинноногая голубоглазая брюнетка с длинными, ниже лопаток, волосами. Девушка по ощущениям была немного старше Чуи и явно не впервые была для кого-то моделью. Она с энтузиазмом поздоровалась с Чуей представившись, как Танизаки Наоми, и рассказала, какую задумку хотела бы воплотить. На самом деле работать с профессиональной, как оказалось, моделью было куда легче, чем с теми, кого им предоставляли на практике в школе. Наоми делала скидку на то, что Накахара только начинает, и с приветливой улыбкой подсказывала ему. Иногда Чуя поглядывал на парней, которые искренне были заворожены его работой, что добавляло Чуе уверенности, а тот факт, что он сейчас именно работает, не давало опускать руки. В конце концов, ему надо бы поблагодарить парней, которые помогли ему с этим. Ведь Наоми в итоге понравилось, и Накахара вроде справился быстро. Перед уходом Танизаки даже дала ему свой номер, сказав, что может поискать ему подработку. Да, заплатили ему не много, но это были самые приятные деньги в жизни Чуи. Ацуши, как только они вышли, сразу же завалил его вопросами и похвалой работы, даже Рюноске ему поддакивал. Парни даже проводили его домой, и Чуя подумал, что точно должен будет отблагодарить их как-то. Они друзья Осаму и ему точно ничего не обязаны. Если честно, Накахаре было приятно, что кто-то заботиться о нём так. — Чуя, — окликает его Ацуши, когда Чуя уже стоит у своей входной двери. — Да? — Я-я хотел спросить, но не знаю, удобный ли это вопрос, потому что, ну мне кажется— — Ацуши, — перебил бубнёж парня Чуя, — спрашивай. — Ты встречаешься с Дазаем? — прикрыв глаза, выдал Накаджима на одном дыхании. — Что? — от неожиданности такого вопроса переспросил Чуя. — Что-о? — округлил глаза Акутагава, такого вопроса от Ацуши, видимо, даже он не мог ожидать. Он буквально застыл с таким удивлением на лице, которое Накахара ещё не видел. — Не говори глупостей, Ацуши, Чуя и Дазай не— — Да, Ацуши, — вернув спокойствие на лицо, ответил Чуя. В конце концов, в чём проблема, если они правда начали встречаться? — уже пару месяцев как, — Накахара долго не признавался даже сам себе, что это правда, но теперь он уже успел привыкнуть, и от одной только мысли, что Осаму его парень, становилось приятно. — Ого! — широко улыбнулся Ацуши. — Мы с Рю поздравляем вас, — блондин широко протянул руки, обнимая Чую. Акутагава же в это время будто окаменел, он, видимо, такого не ожидал, потому что отошёл он только через пару минут. — Да, поздравляем, — более сдержано, чем его парень, улыбнулся Рюноске. — Спасибо, парни, — открывая дверь в дом, сказал Накахара. — Я обязательно передам Дазаю, — заходя в дом, озвучил он. Чуя правда не ожидал такого вопроса, но это был первый раз, когда он так легко ответил на него. — Так значит…? — Накахара даже немного испугался, когда услышал голос Кими. Девушка стояла на лестнице, а в глазах было искреннее удивление. Чуя не знал, что она там. Он не мог знать. — Что ты имеешь в виду? — конечно, Чуя понял её вопрос. Она стояла возле приоткрытой двери и наверняка слышала весь разговор, но делать каминг-аут сестре или в принципе кому-то из родных не входило в его планы. Это было уже как-то слишком… серьёзно что ли?! — Не прикидывайся дураком, Чу! Ты и тот парень, с которым ты постоянно общаешься?! — строго спросила она. — Ты хочешь спросить, не встречаемся ли мы? — перебил её Накахара. — Да, — выдал он на одном дыхании, кидая куртку на комод рядом, чтобы не смотреть ей в глаза. Он никогда не обсуждал свои отношения с сестрой, а тем более не хотел говорить о своей ориентации, безумно сложно без подготовки было выдать это. — И он тебе нравится? — через паузу спросила она, спускаясь с последней ступени. Чуя не мог понять её эмоций. Она злиться? Или разочарована? Или ей грустно, что Чуя такой? Что она сейчас скажет? А что ей ответить? — Да, Кими, — правдиво отвечает Накахара, носками снимая кроссовок об кроссовок. — Знаешь, — он поднял на неё глаза, — правда очень нравится, — в этот момент Накахара ждал чего угодно, но только не того, что почувствует, как сестра обнимает его, крепко прижимая к себе. Последний раз, когда она обнимала его, было в тот вечер, когда он нашёл её плачущей на кухне пару месяцев назад. Чуя никак не мог ожидать от неё такой реакции. — Чуя, мне так обидно, — наконец-то сказала она, даже не пытаясь перестать обнимать брата, — мне так обидно, что ты не сказал это мне сам. Что не пришёл ко мне с рассказом. Почему же я узнаю это так? Неужели ты думал, что я осужу тебя? — Чуя не мог вспомнить, когда Кимико звучало такой искренней, когда он вообще слышал от неё хоть какие-то тёплые слова. Если бы Накахара был сентиментальным, пустил бы слезу, потому что слышать такое от Кими, как что-то самое неожиданно в жизни. Он никогда не представлял, как говорит ей, что он влюблен в Осаму, он вообще и не думал об этой части, но сейчас он и вправду задался вопросом, а почему он вообще не рассказал ей? Почему всё это время они не общались нормально? — Спасибо, это много значит для меня, — еле слышно озвучил он. Чуя почувствовал, как она кивнула и медленно отпустила его, отходя, будто ничего и не было. — Только Чуя, — сказала она уже в полуобороте перед тем, как уйти к себе. — я хочу познакомиться с ним, — строго озвучила Кимико. — Хм, — усмехнулся Чуя, — он приедет ко мне на Рождество, — Накахара только через пару секунд заметил, что улыбается от этой мысли. — Мне кажется вы подружитесь, Кими. Накахара заметил, как его сестра еле видно улыбнулась. Чуя всё ещё удивляется её улыбке, потому что не привык к ней. Он так гордится тем, какая она стала, как она изменилась. Чуя может только представить, какую работу над собой она проделала, потому что он много слышал о том, как тяжело слезть с наркотиков, пусть даже она употребляла не часто. Накахара заметил, как холодна она с родителями, но он не мог хоть как-то винить её за это или удивляться. Он сам делал то же самое. Он сухо отвечал на их вопросы, не желая обмениваться хоть одним лишним словом. Сейчас он чувствует себя так, будто в нём скопилась вся обида за все семнадцать лет. Теперь они жили больше как сожители, а Люси и Сэтору даже не заметили, что с их старшими что-то не так. Это было и неудивительно. Чуя уже не обращал на все остальные вещи внимание, в ожидании только встречи с Осаму. Дазай как обычно позвонил вечером. — Как всё прошло? — хитро улыбнулся Осаму в камере телефона. Накахара знал, что он имеет в виду. — Это ты всё устроил? — Накахара, конечно, говорил Осаму, что уже проходил практику и что уже хотел бы работать, но он и подумать не мог, что Дазай воспримет это настолько серьёзно. Ему было правда приятно, что его слушают. — Может быть, — пожал плечами Дазай, что означало стопроцентное «да» на языке Осаму. — Спасибо, Осаму, — резко серьёзно сказал Чуя. — Ничего такого, — удивляясь смене тона, озвучил он. — Ладно, но мне приятно, что ты помог мне, — Чуя редко, очень редко, озвучивал свои эмоции кому-то, но говорить всё это Дазаю было не так сложно. — Я хочу увидеть тебя, Чуя, — неожиданно даже для самого себя говорит Осаму. — Я тоже, Осаму, — признаётся Чуя. — Очень сильно. — Чуя, — его собственное имя никогда не звучало так трепетно и нежно, — я хочу знать, как ты выглядишь в реальной жизни, какие у тебя глаза под солнечным светом, есть ли у тебя россыпь веснушек на носу, потому что я иногда замечаю их на фото, — по-детски улыбнулся он, — хочу знать, какая будет твоя улыбка, если я поцелую тебя, — Чуя невольно улыбается, отворачивая глаза от экрана, чтобы не встретиться с карими глазами. Краска залила его щёки, не давая спокойно смотреть на владельца голоса. — Мне интересно, насколько крепкие у тебя объятья. Хочу знать, где у тебя есть родинки, пугаешься ли ты фильмов ужасов, когда смотришь их. Я хочу любить тебя вживую, а не через камеру в интернете, Чуя, — Накахара был так чертовки с ним согласен, потому что всё, о чём он думает, это то, что хотел бы того же. Они созванивались каждый вечер, обычно с камерой, могли и без неё. Это не меняло того факта, что они не пропускали эту традицию. И каждый мог быть занят своими делами, просто зная, что другой рядом. Они вдвоём могли делать уроки, убирать, собираться, даже засыпать со звонком. Они отправляли сообщения даже когда это было неудобно. Они почти всегда были вместе, и Чуя чувствует, насколько близким человеком для него стал Осаму. Дазай будет рядом уже через неделю, и Накахара искренне не мог поверить в это. — Саму, — медленно произносит он, — я жду нашей встречи больше, чем чего либо.
Примечания:
буду очень рада вашим отзывам!!
