Everything I wanted

- Вот это жесть, - прокомментировал Джисон, стоило Феликсу рассказать им с Сынмином о поездке к дедушкам Хван. - Не понимаю таких людей, как эта старушенция и твоей свекрови, - произнес Сынмин. - Ладно, если бы сами были потомками дворян, а так… - Короче, ты понравился авторитету в их семье и остальные уже не могут тебе что- то говорить, умно и хитро, Ликс, - одобрительным и довольным тоном сказал Хан. - А твой альфа что? - Стал проявлять доселе невиданное терпение и спокойствие. - Наверное, тоже перепало отрезвляющих слов, - фыркнул Сынмин. - Скорее всего, - кивнул Ли, улыбаясь.       Феликс готовился к тому, что по приезде, когда привычная обстановка вернется, то и муж забудет о своих словах. Но альфа приятно удивил его. Хёнджина будто подменили. Он стал более спокойным и перестал огрызаться. Стал интересоваться его самочувствием и делами. Однако такое поведение больше подкидывало дров в костер подозрительности и мнительности омеги. С чего вдруг старший решил так себя вести? Неужели теперь ему не все равно на его происхождение? Крохотное сомнение, что проворным червячком выползло наружу, давало ответ казавшийся более всего логичным: альфа просто усыпляет его бдительность, чтобы потом отыграться на полную. Какой бы предостерегающей не была эта версия, все же Феликс склонялся к тому, что Хёнджину и самому надоело постоянно жить в ругани и агрессии. Альфа не был подлым человеком и способный на такие низости. Да, в его характере были вспыльчивость, нетерпимость и даже жесткость, но явно не подлость. Верить альфе хотелось, но внутри все равно были выставлены заслоны, что не давали до конца расслабиться и отпустить ситуацию. Полного доверия пока между ними не было. - Ладно, что все обо мне, вы как тут? - весело спросил Феликс, отмахиваясь от своих мыслей . - Как не глянь ваши сторисы, так вы вечно со своими альфами. - Сказал тот, кто укатил на праздники со своим мужем, - беззлобно поддел друга Джисон. - Вот-вот, - согласно покивал Сынмин. - Что у тебя, Сонни? - обратился Ким к другу. - Нормально все, даже удивительно, - ответил на вопрос Хан и, поймав вопросительные взгляды друзей, пояснил. - Я просто порой думаю, неужели такой как Минхо действительно так серьезно ко мне будет настроен? Он предложил жить вместе, - торопливо пояснил Хан, увидев непонимающие взгляды друзей. - Сонни… - с негодованием протянул Феликс.       Друзья прекрасно знали, что как бы Джисон не заявлял громко о своей неотразимости и привлекательности, в глубине души тот был не уверен в своей внешности. Сколько бы поддерживающих слов друзья не говорили, сколько бы не одаривали комплиментами, Хан все равно оставался при своем мнении. Две серьезные влюбленности, сначала в школе и потом на втором курсе сильно подорвали его самооценку. В школе альфа нещадно просил похудеть, чтобы ушли щечки и отказывался есть вместе, так как не хотел видеть перед собой воплощение хомяка. А в университете альфа заявил, что с ним прикольно и весело, но никто не будет строить серьезные отношения с таким омегой как он. Феликс и Сынмин тогда были в ярости узнав причину слез друга. Они откопали фотки альфы со школы, где тот еще носил брекеты и выглядел как задрот. А еще нашли видео, как тот пытался пройти прослушивание в какое-то агентство, поскуливая в микрофон. Фотки и видео разлетелись по всему универу, над альфой посмеивались и подшучивали, а блондин еще пустил сплетню, что это Джисон расстался, стоило увидеть мужское достоинство размером с перчик чили. Так что, к сожалению, Джисон внутренне с тех пор опасался заводить серьезные отношения и верить в искренность красивых альф. - Сонни, послушай, - Сынмин притянул друга к себе и заключил того в объятия, - то, что говорили те уроды вовсе не означает, что это все правда. Знаю, мы уже говорили тебе это, но пойми, дело не только в том, что мы любим тебя и поэтому так не объективны. - Просто с чего ты решил, что слова мудаков надо брать в расчет? Я бы очень хотел, чтобы ты увидел себя нашими глазами, - грустно произнес Феликс. - Ты красивый, обаятельный, умный и очень хороший человек. Это мы еще к Минхо присмотримся, достоин ли он нашего Бельчонка. - Согласен с Ликсом, - кивнул Ким. - Спасибо, ребята, - смахнув набежавшие слезы от душевного момента, произнес Хан. - Минхо классный. - Тогда съезжайтесь, - посоветовал Сынмин, поглаживая друга по спине. - Я бы так не торопился съезжаться, - выразил сомнение в свою очередь Феликс. - Скажи: «Надо подумать» и смотри на его реакцию. А то, что сразу по первому зову съезжаться? Обсуди заранее, как собираетесь жить и где, в твоей или его квартире. Останься пару раз с ночевкой и на пару дней для начала. Посмотри какой в быту человек. Раз он настроен серьезно, то должен это показать. - Хорошо, - шмыгнув носом, улыбнулся Хан. - А сам-то… - цокнул Сынмин. - Что сам? - беззлобно возмутился Ли. - Я у Хёнджина оставался ночевать, да и потом, мы поженились, у нас разные ситуации. - Думаю, Ликс прав. Еще родители будут против, они же сразу начнут возмущаться, если узнают, - вздохнул Джисон. - Не торопись, - сказал Сынмин, - делай так, как считаешь нужным, а мы поддержим твое решение. Феликс с улыбкой и любовью посмотрел на друзей. Как же ему повезло их встретить.

***

      Хёнджин просматривал документацию, когда к нему на работу пришла мама. Юнми заглянула сначала к мужу, но Хэвон уже был в дверях, уходя на встречу. Перекинувшись парой слов, женщина пошла к сыну, чтобы пригласить на обед. Прошла уже пара недель после непростой поездки к свекрам, которая выбила ее из колеи. Сначала дедушка Ёнгук при всех сделал замечание Хэвону, тем самым очень задев его, потом завуалировано прошелся по ней, и в конце еще и дедушка Хонджи добил своими словами. Свекор-омега, спасибо ему за такт, выразил свое недовольство наедине. - Юнми, я понимаю, Феликс тебе не по душе, и возможно на то есть причины, но ты сама организовала свадьбу, настояла на венчании, и сейчас твое поведение выходит за пределы моего понимания. Он ребенок, - вздохнул старший омега. - Представь, если бы с Дону поступали также? Неужели к своему сыну ты бы простила такое отношение? - ДонУ… - Чем ДонУ лучше? - перебил Хонджи невестку чуть повысив голос. - Из богатой семьи? Его ли эта заслуга, что родился в такой семье? Ты сама, Юнми, пришла в нашу семью без гроша за спиной будучи беременной Хёнджином, однако ни разу ни я, ни кто либо другой не попрекнул тебя этим. ДонУ вырос высокомерным и зловредным юношей, хотя живет очень хорошей жизнью. Он не был обделен ни любовью ни вниманием. Он как раз-таки и позорит семью. Не думай, что раз мы живем так далеко от столицы, то не знаем о его поведении. «Добрые» люди всегда постараются донести подобные новости. - Хонджи сделал паузу, переводя дух и призывая свое терпение, которым никогда сильно не отличался. - Ты хочешь занять мое место после моего ухода, однако, ты просто все развалишь, если не подумаешь всерьёз над своим поведением, то ты станешь тем человеком, который разрушит все, - с тревогой вздохнул Хонджи. - Склоки, ругань, сплетни и интриги, ты в силах это пресечь, если они будут в нашей семье? Твоему голосу кто-нибудь внемлет? - сыпал болезненными вопросами старший, а женщина не знала что и сказать. - Ты даже не можешь себя пересилить и унять своих демонов во благо семьи. Тебя даже ни Ундэ, ни Хваын не считают авторитетом! Юнми, я уже прожил свою жизнь, меня это уже потом совершенно не будет касаться, но я хочу лучшего для своей семьи и ты в том числе ее часть. Ты хочешь, чтобы тебя слушались, уважали и почитали вовсе не потому, чтобы поддерживать спокойствие и мир в семье, ты хочешь этого, для того, чтобы потешить свое внутреннее эго. Все продолжаешь баловать ту маленькую девочку, которая пришла в мир роскоши и богатства, но все не знала с какого места подступиться. Я ждал достаточно долго, чтобы ты наконец наигралась в обществе, но тебе все мало. Ты можешь лебезить и быть милой перед своими недругами, но ради собственной семьи не можешь побороть характер! Есть большая разница между гордостью и гордыней. Когда же ты это наконец поймешь?! Хонджи тяжело выдохнул. Он сказал далеко не все, что намеревался, но посчитал, что пока достаточно для невестки. Ей не осилить все то, что хотел бы он ей сказать. Да и разве она прислушивалась к нему? Все его советы принимались сквозь завесу завышенного самомнения, ведь она считала, что он хочет помыкать ею и остальными, не отпуская контроль. Да видит Небо, он был бы рад отдать свою негласную роль «главного омеги семьи» и закрыл бы глаза на ее неуместное высокомерие, если бы Юнми обладала твердым характером и стержнем внутри, быть способной поставить всех на место в нужный момент. Однако к большому огорчению, она только играла роль сильной, успешной и независимой женщины. А на деле… - Мои слова никогда не будут для Вас весомыми, - сглотнув ком, дрожащим голосом произнесла Юнми. - Вы сами меня не воспринимаете всерьез, отчего хотите, чтобы другие считали иначе, если Ваш авторитет так сильно давит. - А что ты сделала, чтобы я с тобой считался? М? Скажи мне Юнми. Может я что-то упустил? - хлестко ответил Хонджи, ужалив презрительным тоном. - А что мне надо было сделать?! Я забочусь о Хэвоне, о детях, репутации нашей семьи, и всего этого мало? - О Небо! Тебя послушать, то ты с утра до ночи не покладая рук работаешь, - поражено вздохнув, возмутился старший омега. - Ты пришла на все готовое, Юнми, не забывай этого! Ты пережила банкротство со своим мужем? Ты помогла поднять дело своему мужу? Была рука об руку в самые трудные минуты? Что ты делаешь? Устраиваешь званные вечера? Жертвуешь деньги на благотворительность в готовые фонды? Ты даже фондом не занимаешься. - Я делаю многое, - настаивала Юнми, отмахиваясь от слов свекра. - Например? - Я… Хонджи выгнул бровь, в ожидании ответа, который прекрасно знал и без слов невестки. Сплетни, беззаботная светская жизнь, путешествия – вот чем занималась Юнми. - Послушай, я не осуждаю твой образ жизни, - устало вздохнул Хонджи. - Нет ничего плохого в том, чтобы наслаждаться благами, которые имеешь, однако, ты ведешь себя так, как будто сама весь бизнес основала и кидаешь презрительные взгляды на других, которым не так сильно повезло в этой жизни с материальными благами. Вот что меня больше всего расстраивает. Спустя столько времени твое плебейство лезет наружу и с годами эта ситуация ухудшается. Юнми застыла от жестких слов свекра. Горло сдавило, слезы, что стояли в глазах, обрушились рекой, смывая намерения отстоять свое слово до конца. Никогда прежде, Хонджи не позволял себе таких слов в ее сторону. Неужели все из-за этого паршивца?!       Так что да, женщина все еще отходила от слов свекра. Она всеми силами пыталась вернуть жизнь в прежнее русло, но стала чаще подмечать, как ее любимый муж поджимает губы на ее слова, как тяжело порой вздыхает. Это пугало и вызывало тревогу. Так еще и Хёнджин встал на сторону этого попрошайки, как она прозвала Феликса про себя. Сын согласился пообедать и они отправились в один из хороших ресторанов, что был в паре кварталов от офиса. Заказав блюда, Юнми сделала глоток вина, спрашивая как дела у альфы. - Хорошо, - кивнул Хёнджин. - Ты не выспавшийся какой-то, - заботливо посмотрев на сына, произнесла женщина. - Да, плохо спал сегодня. - Почему? - У Феликса был беспокойный сон и я постоянно просыпался, - мужчина не стал рассказывать, как подскочил среди ночи от крика блондина, а потом еле добудился. - Пожалуйста, - скривившись, будто от прошившей нутро зубной боли, досадливо воскликнула мать. - Давай хоть наедине без упоминаний о нем. Я уже устала от его имени. Хёнджин непонимающе посмотрел на родителя. Брови чуть сошлись на переносице, выдавая недовольство альфы. - С чего вдруг? Он мой законный супруг. - Ты уже забыл, что это все временно? - Даже если временно, он не заслуживает такого отношения, мама, - вздохнул Хёнджин. - Я не хочу жить постоянно в режиме войны с папой моего ребенка. Тем более я все равно проигрываю ему, - усмехнулся с улыбкой альфа, вспоминая короткие моменты. - Поэтому, прошу тебя, успокойся и перестань всех настраивать против него. - Как это понимать?! - возмутилась Юнми словам сына, настороженно смотря на него. - И так идут разговоры о нашем браке с ним, а то, что ты его не принимаешь, потом ударит по нашей же семье. Другим ведь дай только повод позлословить. Вы уже показали, что он вам не по душе, а теперь, я прошу оставить это все в семье и не выносить сплетни за ее пределы. - Вот действительно, - ехидно выдохнула Юнми, - верно говорят: «ночная кукушка дневную не перекукует». Прошло всего ничего, а ты уже на его стороне. - А на чьей стороне мне быть?! На его стороне, кроме меня, никого нет, - недовольно произнес альфа. - Хватит, я тебя прошу, пожалуйста, перестань. И скажи, чтобы ДонУ тоже держал язык за зубами. Я все еще зол на его выходку. - Подумаешь… - Если ты хочешь ссоры, то она будет, - предупредил мать бизнесмен. - Ты прекрасно знаешь мой непростой характер. Женщина удивленно смотрела на сына. Вроде он был тем, кто открыто показал свое недовольство своим браком, а теперь ставит ей ультиматум за свои же действия. - Не ты ли был раздражен тем, что он стал твоим мужем? - напомнила Юнми. - Хорошо, что ты хочешь? - отложив приборы, альфа посмотрел на мать. - Чтобы я спокойно и молча давал сыпать вам оскорблениями в его сторону? Самому постоянно его изводить? - Не влюбляйся в него, - внезапно попросила Юнми, изумив сына. - Прости? - Если влюбишься в него, то уже не сможешь вернуть все как было. Ты погрязнешь в нем, а он утянет тебя вниз за собой. Хёнджин нахмурился и, с плохо скрываемым раздражением, посмотрел на женщину. Они затронули совершенно разные темы. Альфа и так не хотел заглядывать в свою душу и, наконец-то, разобраться что с ним твориться, стоит подумать, что Феликса кто-то сможет привлечь и заинтересовать. - Это несправедливо, - после недолгих раздумий, заявил альфа. - Сама ты познала, что значит любить и быть любимой, а мне запрещаешь. И даже если я влюблюсь в него, он не самый плохой человек для этого. - Я тебя предупредила. - Я тебя тоже.

***

      Феликс счастливо улыбнулся, выходя из университета. Сессии для него не были чем-то сложным, так как он всегда верно распределял время, чтобы успеть все выучить, но и сама учеба в основном ему нравилась. Он делал фокус только на профильных предметах, а другие были расставлены в зависимости от интереса, но всегда были сданы на хорошие оценки. Его грант не зависел от того, чтобы все предметы были закрыты на высокий балл, поэтому он распределил силы таким образом, вызывая порой зависть у своих одногруппников и друзей. Юноша достал телефон, чтобы проверить чем заняты друзья, сдали ли они свои экзамены. Джисон написал лаконичное: «я заебался», что друзья распознали, как не время его беспокоить, а Сынмин ответил, что готовится к сложному экзамену на завтра. Пожелав удачи друзьям, Феликс проверил соцсети и с радостью заметил сообщение от Чана. «Я проездом в Сеуле, на пару дней. Может встретимся? И Хёнджином тоже» Блондин быстро напечатал ответ: « Прекрасно, твои фото готовы! Давай, я только за. Когда тебе удобно? Я спрошу у Хёнджина». Феликс хотел позвонить мужу, но потом передумал, так как не хотел отвлекать старшего. Написав сообщение, он убрал телефон и хотел уже пойти пообедать, как получил звонок от мужа. - Когда встречаемся? - Наверное, вечером, ты когда сможешь? - Сегодня и завтра свободен. - Хорошо, так и напишу ему. А куда можно выйти? - Я скину адреса. - Хорошо. Получив сообщения с адресами заведений, Феликс перекинул все Чану, чтобы он уже сориентировал по времени и месту. Довольный собой, юноша наконец-таки пошел обедать.

***

      В шелковой черной рубашке с глубоким вырезом, позволяя любоваться красивыми рельефной грудью, и в тон к ней классических брюках Чан был неотразим. Пока он шел к их столику, то собрал немало заинтересованных взглядов. Альфа выбрал бар в английском стиле. Хёнджин уже пил виски, а Феликс недовольно цедил безалкогольный коктейль. Он хотел выпить всего один бокал сухого вина (между прочим он читал, что красное вино можно в малых количествах), но Хван перебил его и заказал безалкогольный коктейль. И так он страдает, что нормальный кофе не может выпить, а тут еще и это. - Привет! - с улыбкой поздоровался Бан. - Привет! - ответно и с улыбкой поздоровался Феликс. Хёнджином ограничился только кивком и рукопожатием. Когда Чан отпустил официанта с заказом, омега достал папку с фотографиями и протянул Бану. Альфа открыл папку и поражено выдохнул: - Вау, Феликс… Это очень красиво. Хм, ты что обработал их? - лукаво смотря на юношу, произнес Бан. - Они проявленные, как это возможно, - фыркнул Ли. - Я же говорил, шарм свой есть в этих фото. А тебе как, Хёндж? Хван лениво потянул пару фотографий к себе. Бизнесмен разглядывал фото недолго, но признал, что они были сделаны очень хорошо. И Чан и его пес широко улыбались на черно-белом снимке. - Это что такое…- не мог не возмутиться Хёнджин, стоило увидеть на снимке Чана без футболки, красующегося с шестью четкими кубиками пресса. На фото Чан держал футболку в руке, как будто хотел ее надеть и обернулся, словно его позвали. - Скажи, классно? - ущипнув мужа за бок, чтобы тот успокоился, спросил Феликс. - Я еле уговорил его! Чан, поставь на заставку! - Нет, ни за что, - рассмеялся композитор. - Ну почему нет? Классное фото же! Хотя бы в ленту выложи. - Ладно, посмотрим, - улыбнулся Чан. - Да, хорошие фотографии, - кисло и без энтузиазма произнес Хван, чем заслужил праведное возмущение блондина. - Они не просто хорошие, а отличные! Ты посмотри какой контраст и цвет! - Я это и говорю, - тем же тоном, сказал Хван и, не удержавшись от вида насупленной мордашки мужа, придвинулся и поцеловал того в висок. - Ну не дуйся. Ли только цокнул и придвинул свой бокал ближе. - Спасибо, Феликс, фотографии мне очень понравились, - поблагодарил Бан. - У тебя определено есть талант. Хёнджин, хоть и разум ему твердил, что ревновать глупо в этой ситуации, все равно не мог отделаться от ощущения необходимости защиты своей пары. Феликс сидел рядом, их разговор с Чаном не носил какой -то флиртующий характер или подтекста, однако все равно внутри вертелся вредный комочек, заставляя хмуриться и не давая расслабиться. В попытках немного отвлечься, альфа окинул взглядом бар и чуть не взвыл! Черт, ну неужели его муж единственный омега в баре, почему на него так смотрят?! Хван кинул гневный и презрительные взгляды на нескольких сидящих неподалеку альф, которые не сводили заинтересованных масляных взглядов с блондина. - Ты чего? - шепнул Феликс, стоило Чану отойти. Юноша заметил недовольство и напряжение мужа. - Да так, - вздохнул Хёнджин и обессилено признался. - Бесит, что смотрят на тебя. - Не обращай внимание, - поведя ладошкой по щеке старшего, посоветовал омега. - Хотя это странно. - Почему? - Ну, я же не один. Тем более в компании таких красавчиков. - Кто тут еще красавчик помимо меня? - усмехнулся альфа и ущипнул Ли за бедро. - Ну признай, что Чан очень красивый и горячий, - с шкодливой улыбкой, заискивающе произнес юноша. - Мне, как альфе, это сложно оценить. - Пфф, - фыркнул омега ни капли не веря в слова старшего. - Конечно…       Когда Чан вернулся, то уже принесли его заказ блюд и они продолжили беседу. Бан начал вспоминать истории из юношества, где даже фигурировал Хёнджин. Феликс с улыбкой слушал, как альфы рассказывали о своем детстве. Как воровали вишню и персики у соседей на окраине, хотя у обеих семей были свои деревья, но мальчишкам это не мешало, заявляя, что там было вкуснее и слаще. Как убегали от разгневанных соседей и потом получали наказание от своих дедушек. - Да ты же первый все затевал, - возмутился Хёнджин. - Он был старше и поэтому за ним все шли, - объяснил он Ли. - Я просто выдвигал идею, а вы все ее поддерживали, - защищался Чан. Феликс смеялся с историй альф. У тех, как оказалось, была не одна дюжина веселых и забавных приключений из общих каникул проведенных у дедушек. Омега посмотрел на мужа, который расслабился и перестал походить на грозовую тучу. Таким он нравился ему гораздо больше.

***

      Феликс в очередной раз тяжело вздохнул и повернулся на другой бок. Было тяжело и даже немного стыдно. Самую малость. Внизу живота опять сладко и томно потянуло. Чертовы гормоны! Ну вот что такое? Это же подстава собственного организма! Юноша достал вибратор и пытался настроиться, чтобы сбросить напряжение. Подскочившее либидо во время беременности его застало врасплох. Раньше с ним такого не было, разве что во время цикла, но там было понятно и все ясно. Пара дней и все, а тут… Не знаешь, когда накроет. Игрушки и собственные ласки уже не спасали. После них не было полного удовлетворения. Хотелось почувствовать сильные руки, что сжимали и не отпускали, пока не отласкают. Хотелось чужие губы на своем теле…       Сначала он пошел на хитрость, надеясь, что Хёнджин быстро поведется, но не тут-то было. Альфа вдруг решил проявить чудеса выдержки. Зная слабость мужа перед его ножками, Феликс стал по дому ходить в коротких шортах и кроп футболках, в надежде, что муж сорвется и сделает первый шаг, но его план не сработал. Он чувствовал буквально кожей напряжение исходившее от мужа, но терялся от того, что не мог понять, почему тот ничего не делал. Вздыхал, смотрел жадно, буквально делал глазами все то, что так желал омега, но уходил. И это сбивало с толку. Ладно бы если он не привлекал его в сексуальном плане, но блондин точно знает, что нет. Тогда в чем было дело? Так вдобавок, видимо Хёнджин поняв его намерения, сам начал его дразнить. Ходил дома без верха, оголяя торс. И с какого-то перепугу начал заниматься спортом дома. У них была только беговая дорожка, которая ни разу, на памяти омеги, не была эксплуатирована альфой, но Хван отчего-то решил исправить это недоразумение, так еще и гантели притащил. К собственному стыду, Феликс залип на упражняющегося Хёнджина. Он жадно смотрел как красиво перекатывались мышцы, как они напрягались. Когда муж стал делать приседания, омега чуть не заскулил: шорты на ягодицах просто неприлично обхватывали большие и упругие половинки. А бедра… Феликс взвыл, стоило вспомнить сексуальную картину: раздвинутые широко бедра Хвана, который тягал штангу. Отбросив вибратор, блондин подскочил на кровати и стремительно подошел к своему столу. Найдя брачный договор он судорожно искал глазами необходимый пункт и, найдя, тут же вышел из комнаты. Его это уже достало! Он ворвался в спальню Хёнджина со словами: - Ты должен выполнять свой супружеский долг! Вот, - юноша ткнул пальцем в договор, - тут все написано! - Феликс… - Хёнджин обескуражено посмотрел на взъерошенного мужа, который, на секундочку, стоял без нижнего белья. - Никаких отговорок, Хёнджин! Блондин откинул договор и футболку в сторону. Альфа с округленными глазами смотрел как младший подошел к кровати и лег на нее головой к ее изножью. - Ну а если я не хочу? - Хван решил немного помучить блондина, также, как тот пытал его все это время, щеголяя по дому в шортиках. - Тогда смотри и не мешай! - взвинчено проговорил Феликс и раздвинул широко ноги. Хёнджин прикусил губу и закинул ногу на ногу, чтобы хоть немного продержаться. Полноценного секса у них не было уже приличное время. Унизительная для него дрочка, когда под боком ходил такой омега, дорого стоило его нервной системе, вот и хотелось немного «воздать» мужу за потраченные нервы. Он держался из последних сил в последнее время, чисто выезжая на своем упрямстве (и дрочке). Потому что поддаваться в очередной раз омеге не хотелось и, чего греха таить, он все еще держал обиду за то, как юноша задел его в брачную ночь. Феликс низко простонал, когда сжал свой сосок одной рукой и член другой. «Еще немного… Пусть только попросит…», - билось в голове альфы. Он жадно смотрел на обнаженного блондина, глазами лаская каждый изгиб. Дыхание уже давно стало частым, зрачки расширены, а нижняя губа онемела от боли, так сильно он ее закусил. Вся выдержка полетела к черту, стоило Феликсу коснуться своей истекающей дырочки и прохныкать. Хёнджин подскочил и тут же навис над мужем, чтобы сразу впиться страстным поцелуем. - Детка, даже блять не смей сейчас давать заднюю, понял? - прорычал, еле сдерживающий себя, альфа. - Слышишь? - Не буду… - жалобно и послушно протянул блондин, обнимая за шею и прижимая ближе к себе. Хван вжался всем телом в мужа. Черт, как давно хотелось это сделать! Почувствовать под собой это тело, сжать в своих руках, вставить свой изнывающий член. Хёнджин перешел поцелуями на шею, руками шаря по телу юноши. Огладив бока и живот, он сжал излюбленные мягкие бедра. Прохрипев от наслаждения ощущения шелковой кожи под руками, как знакомо и приятно сжималась ладонь на бедрах и ягодицах. Этот омега действительно огонь! И самая большая слабость, стоило это признать. Феликс громко и несдержанно простонал, когда его соски накрыли пухлые и горячие губы старшего. Альфа издевался над ним, считал юноша, сквозь дымку возбуждения. Так ласкать нельзя. Так несдержанно и мучительно сладко. Омегу натурально хотелось съесть. Зубы буквально чесались от того, как хотелось сомкнуть зубы на мягкой плоти. Пройдя дорожкой мокрых поцелуев от груди до паха блондина, Хёнджин накрыл губами возбужденный член и услышал самые прекрасные звуки. Блондин был таким чувствительным и отзывчивым, поощряя каждое прикосновение к себе. Феликс запустил пальцы в волосы старшего, сжимая их у корней, когда было особенно хорошо. Как же он соскучился по этому всепоглощающему жару, который обхватывал все нутро, сладостно разгоняя удовольствие в каждый уголок. Хёнджин раздвинул половинки и вставил два пальца, пока ласкал член омеги. Омегу подбросило на кровати и он несдержанно, даже немного жалостливо, простонал. - Хёнджин… - М? - Давай уже свой член! И резинку надень. - Как скажешь, Детка, - альфа быстро чмокнул юношу в губы и скатился за презервативами. Он бы сейчас выполнил любое желание мужа. Раскатав презерватив по колом стоящему члену, альфа навис над блондином, и уже когда устроился перед разведенными коленями, готовый ворваться, Феликс чуть отполз. - Хёндж… - Что? - растеряно произнес альфа и чуть ли не с обидой воскликнул. - Только не говори, что ты передумал, Феликс! - Нет, постой, я просто… - юноша перевел дыхание и протянул ладошку к руке Хвана, что покоилась на его бедре и чуть сжал ее. - Просто, хоть врач и сказал, что сексом заниматься можно, но только аккуратно хорошо? Не жестко и не грубо. - А… - моргнул Хван, вспоминая наконец об одном немаловажном нюансе. Он успокоился и улыбнулся омеге. - Конечно, Ликс, я буду аккуратен. Скажи, если что, хорошо? - Ага, - уловив осмысленный взгляд мужа, блондин расслабился. Он и сам как-то упустил этот момент, что уже надо аккуратнее заниматься такой активностью. Хёнджин плавно вошел, призывая всю свою выдержку, чтобы не сорваться на режим нещадной долбежки, которая была раньше у них в почете. Вместо этого он склонился над омегой и затянул того в жаркий поцелуй. Когда стало не хватать воздуха, альфа перешел поцелуями на шею младшего. - Ммм…- Феликс сладко простонал, наконец получив желаемое. - Ты как? - прохрипел Хван, переплетая их пальцы. - Хорошо… - чувственно выдохнул блондин, сгорая от наслаждения. Хёнджин ускорился, но старался, чтобы член не входил полностью. Картина перед глазами была великолепной: волосы омеги разметались, на его скулах играл нежный румянец, губы были припухшие и вишневые от поцелуев, а глаза заволокла дымка возбуждения. Омега был прекрасен. Он был там, где должен был быть. В его руках. Чувствуя, что Феликса скоро накроет, он навис над ним, жадно впитывая все его эмоции, не желая пропустить и секунды. Протяженный стон от пика удовольствия альфа подхватил губами, кайфуя от того, каким трогательным младший стал. Догнав мужа спустя пару минут, он накрыл того своим телом, но не до конца, опираясь на локти. Выйдя из блондина и выкинув резинку, он приобнял Феликса и прижал к себе. Отчего-то хотелось нести всякие нежности и помиловаться. - Ты как? - накрыв их сбившейся простыней, поинтересовался Хван, рисуя пальцами неведомые узоры на теле мужа. - Отлично, - промурлыкал он, подставляясь под ласки, словно котенок. - Ммм… Не думал, что ты можешь быть таким… - Каким? - подхватив настрой старшего, тихо прошелестел омега. - Таким нуждающимся, таким отчаянным. - А тебе нравилось, да? Смотреть как я испытываю трудности? - притворно-недовольным тоном прогудел Феликс и сделал порыв якобы встать, но Хёнджин не отпустил, сразу же обвивая руками блондина. - Признаюсь, в этом, определенно, что-то было забавное, но ты сам первый начал, малыш. Нечего было ходить и дразнить зверя, - альфа прошелся губами по ключицам и шее, на которой уже красовалось пару засосов. Один яркий был прям у основании, в изгибе плеча. Обычно там ставили метку. - Не хочу в душ… - пробубнил капризно Феликс. - Никто не заставляет, - улыбнулся альфа. - Полежи, я сейчас. Блондин обиженно надул губки. То ли осадок был за то, что Хёнджин решил сам принять душ без него, то ли то, что так быстро разнял их объятия и не позвал с собой. Альфа вернулся спустя минуту с одним полотенцем в руках и другим на плече. - Давай оботру, раз ты такая ленивая жопка и не хочешь идти в душ. Блондин довольно заулыбался и подался мужу. Тот заботливо обтер его средним полотенцем, а другим вытер насухо. - Я быстро, - предупредил альфа и ушел в душ, а Феликса накрыло осознанием, что ему стоит вернуться в свою комнату. В груди неприятно потянуло. Возвращаться в холодную кровать сейчас совершенно не хотелось, но и оставаться тоже было рискованной затеей. Было бы большим ударом по его самооценке, если старший сам укажет на дверь. Подумав еще немного, блондин решил, что будет лучше, если уйти самому. Он встал с кровати и, подхватив футболку с банкетки и договор, вышел из комнаты. Закинув договор в столик и убрав свои игрушки, Феликс подошел к комоду за бельем. На душе горчила досада от того, что такая долгожданная близость завершилась на тоскливой ноте. И в этот момент, когда блондин начал погружаться в пучину своей грусти, в комнату заглянул Хёнджин. - Ты что так долго труселя выбираешь? - М? - Ли растерянно хлопал ресницами. - То есть, в душ тебе лень идти, а за трусами не поленился встать? Ликс, ты меня поражаешь. Пошли быстрей, я уже свежую простынь накинул, пока ты тут копался. Натянув быстро белье, юноша выставил руки на манер маленького ребенка, который просится, чтобы его подняли. Он скорчил мордочку и хныкнул, однако, в противовес внешнему виду, внутренне блондин ликовал и радовался от того, что муж пришел за ним. Хёнджин только усмехнулся и, покачав головой, легко подхватил юношу под бедра.