Со всех сторон

      Ночную темноту разгонял свет не слишком яркой лампочки над кухонным столом. Но освещение их мало волновало.       Наруто прижимал любовника к себе, сидя на столе. Целуя крепко, влажно. Пытаясь делать это как можно правильнее — пусть он учился этому тонкому искусству всего лишь один вечер. Периодически парнишка отрывался, чтобы заглянуть Какаши в глаза. Нет, не в глаза — в лицо. Глаза сенсея он знал слишком хорошо, а его лицо видел… всего лишь один вечер.       В очередной раз налюбовавшись красотой мужчины, Наруто снова припадал к его губам — таким ловким и умелым, совсем как и прочие навыки Какаши… часть из которых ему еще предстоит познать на практике…       Мысли о том, что ждет их дальше, волновали. Отдавались тревожной щекоткой в животе. А между ног уже горело, сжимало, твердело… От влажных звуков поцелуев. От мокрых встреч языков. От ощущения нежной мягкости чужих губ — так чувственно, так интимно… Тело уже было готово, оно хотело, дико хотело, а щеки пылали огнем…       Рука Какаши, поглаживающая его по спине, под футболкой, полезла ниже, нырнула в штаны. Наруто ответил тем же, подлезая под майку партнера спереди. Задирая, скользя пальцами по плоскому животу, по проступающим крепким мышцам…       Хорош. Нет. Красив. Идеален. Как был идеален для него всегда, в других ролях…       Мужчина прильнул к нему, заставив отклониться. Напор распалял еще сильнее, и Наруто, обвив партнера ногами, откинулся в его руках, отдаваясь наплыву кружащей голову страсти, позволяя произойти чему угодно…       Однако сам же нечаянно задел чашку с недопитым чаем, которая стояла с ним рядом. Та покачнулась и едва не упала со стола, но ее поймал Какаши. Поставил обратно, посмеявшись, и спросил:       — Может, сменим локацию? Или тогда всё здесь уберем. Хотя, чувствую, мы и сам стол такими темпами сломаем…       — Ой, да, он уже скрипит, — хихикнул Наруто, а волнение от этого предложения пробило его холодком. В предыдущий раз — в их первый раз, всего несколько часов назад — он был сверху. Хотя, честно, он на это вовсе не рассчитывал, когда начал приставать к сенсею с расспросами об эротических снах и интимных подробностях постели в целом…       Но крайне удачно двое озабоченных людей оказались как во вкусе друг друга, так и достаточно пошлыми, чтобы удовлетворить обоюдные аппетиты…       Теперь же Наруто сам выразил желание «лишиться девственности со всех сторон» — со всех «остальных» сторон, а сенсей был только рад это осуществить.       — Иди в душ тогда, — Какаши мягко чмокнул его в кончик носа. — Полотенце на полке возьми. А я тут приберусь пока. Потом на кроватку переберемся.       Наруто кивнул и спрыгнул со стола. А мужчина, проводив его взглядом, принялся за уборку. После их внезапного сближения и не менее внезапного секса он чувствовал себя просто восхитительно, даже окрыленно. Не только от разрядки после долгого воздержания, но и от радости обретения такого раскованного и готового учиться партнера. Меньшего от Наруто он и не ожидал…       Быстро закончив, Какаши заглянул в спальню. На развороченной постели всё еще лежали и салфетки, и использованная игрушка — анальные бусы. Обращение с которыми его неугомонный ученик освоил так лихо… как и прочие тонкости обращения с задом любовника.       Выкинув грязные салфетки, улыбаясь горячим воспоминаниям, мужчина перестелил кровать ровнее. Но оставил коробку с остальными секс-игрушками, как и смазку с салфетками, под рукой — зная Наруто, им пригодится весь арсенал. Бусы же взял с собой, чтобы сразу помыть в ванной.       В дверях он столкнулся с самим Наруто. Мальчишка заулыбался ему, румяный после душа, с пушащимися и растрепанными влажными волосами — ослепительный. И хорошенький. И в одном полотенце на бедрах…       — Порядок? — не удержавшись, Какаши обхватил его стройные бока, и парнишка кивнул. — Моя очередь теперь. Без меня только не начинай.       — Если ты недолго, — Наруто засматривался на него снизу вверх, даже не скрывая завороженности, и потянул любовника за майку. — А то не утерплю… и усну. Или пойду соблазнять кого-нибудь еще…       — Эй, эй! Ишь, нетерпеливый, — Какаши с умиленной улыбкой почесал Наруто под подбородком: мальчишка пытался флиртовать, хотя при этом совершенно невинно краснел и мялся, сам того не замечая. А, может, дело было в общем состоянии Наруто, который теперь показался Какаши каким-то зажатым, по сравнению с недавними вольными обжиманиями на столе. — Ну, чего притих? Волнуешься?       — Ну, нет, — парнишка заулыбался, склонив голову. — Тебя уже хочу.       — Мм… Говорю же, нетерпеливый. Еще и ненасытный.       Мужчина наклонился, сразу перехватив шустрый поцелуй в губы.       Он, конечно, догадывался, что его ученик может быть очень озабоченным, в самом расцвете полового созревания… Но и подумать не мог, что сам же примет удар на себя. Однако такому раскладу Какаши вовсе не возражал: с его взглядами на вещи (о чем вряд ли мог догадаться кто-либо другой) сложно было найти незакомплексованного партнера, с которым можно целиком и полностью отпустить себя.       С Наруто же установить такую связь удалось очень быстро. За один откровенный разговор. Да и кто бы сомневался…       Собравшись отходить, Какаши дернул было парнишку за полотенце, намереваясь сорвать, но Наруто удержал его на себе и игриво погрозил пальцем.       Улыбаясь до ушей — возбужденно и, кажется, даже влюбленно — мужчина все-таки добрался до ванной.       Вернувшись в спальню, он обнаружил очаровательную картину: его молоденький любовник лежал на кровати на животе, уже без полотенца, и рылся в заветной коробке с игрушками. Его стройная, округлая попка белела на фоне смуглости остального тела. Какаши аж притормозил, приоткрыв рот, чувствуя, как увеличивается слюноотделение. Скинул с себя полотенце, подошел — Наруто оглянулся на него через плечо, довольно блеснув синими глазами в освещении прикроватной лампы.       — Ну как, достаточно быстро? — поинтересовался Какаши. Бодро залез на кровать, растянулся рядом. Опустил руку на упругую, гладкую ягодицу парнишки, со смаком сжал пальцами… Но, к удивлению, Наруто не ответил так же бойко, как от него ожидалось. Наоборот, только застыл, ойкнув.       — Ой… да. Да, быстро ты… — попытался улыбнуться, глядя в глаза, будто бы силой заставляя себя вернуть утерянный настрой. Но сенсей не был бы сенсеем, если бы не смог считать состояние подопечного. Перевел руку с ягодицы на голову Наруто, погладив по волосам.       — Да ты чего, солнце? Испугался?       — Нет, я… так, просто… — однако его руки, на которые он облокачивался, покрылись мурашками. Ягодицы и бедра — тоже…       — Ничего, ничего, — ласково проговорил Какаши, гладя мальчика по лицу, разглядывая его — красивого, искреннего. — Я тоже нервничал в свой первый раз.       — Правда? А кто он был? Ну, твой первый?..       — Ну… — щеки кольнули. — Он тоже был старше, опытнее… Ты с ним не знаком.       — Тебе повезло, что не знаком, — на губах Наруто всплыла привычная улыбка, осветившая всё его личико. — А то я бы пошел у него допытываться, как всё было!       — Ой, да ладно, — Какаши засмеялся, почему-то смущаясь.       — Угу, интересно же! Молоденький Какаши-сенсей… тогда еще даже не «сенсей»…       — Я тогда тоже трясся, — признался мужчина. — Но хотел, очень хотел. Так что, волноваться — это нормально.       — Но ведь у меня уже это было! Ну, с тобой… — однако Наруто сам же и задумался. — Хотя… это другое немного, да? Ну, если я был сверху, а тут будешь ты…       — Да. Впускать в себя страшнее, чем пихать, грубо говоря. Но это тоже приятно, уж поверь мне.       — Да я верю! — теперь сияли и глаза парнишки. — По тебе было заметно, что это хорошо!       — Ну и вот. К тому же… — Какаши повел руку вниз, по плечам любовника. — Мы же собирались лишить тебя девственности…       — Охх, да, — Наруто поерзал, прогибаясь под поглаживающими его пальцами, которые спустились к пояснице. — Со всех сторон…       — Угу. И во все дырочки. Да?..       Парнишка тихо, сладко застонал, опустил голову на подушку. Глянул на Какаши — тепло, доверчиво. И кивнул:       — Да.       А Какаши и радовался: наконец-то можно было выплеснуть наружу всё то, что годами хранилось в запертой кладовке его души, за дверью с предостережением: «Осторожно: развратно!»       Тем не менее, помня, как Наруто умудрился распалить его перед их первым сексом — и разговорами, и приставаниями, да и просто желая тоже сделать парнишке приятно, Какаши предложил:       — Давай помогу тебе обмякнуть, для начала.       И сразу перебрался в ноги ученика, уселся над ним и пробежался пальцами по спине. Наруто вздрогнул от щекотки, посмеялся, но притих. Мужчина же принялся растирать его мышцы: от шеи к плечам, вдоль позвоночника — вниз, от позвоночника — в стороны.       — Какаши…       — Мм?       — А в первый раз оно больно?       — Нет. В этом на самом деле нет ничего сверхъестественного. Ну, в самих ощущениях. Вот, смотри. Чтоб не волновался… — он облизнул большой палец и, без лишних предисловий, нырнул между ягодиц Наруто, погладив его напряженную дырочку. Услышал, как мальчишка громко втянул воздух. — Ну, всё, стесняться больше нечего. И… сейчас, — потом послюнявил пальцы и очень мягко ввел кончик указательного внутрь.       — Ах!.. Уже?..       — Ну, это палец. А больнее этого не будет. Потом мы со смазочкой, аккуратно. Там внутри мышцы податливые, если не торопиться, то привыкнут к объему, — и, усмехнувшись, помял попку парнишки обеими руками. — К слову о мышцах… Нравятся мне твои мышцы, Наруто.       В ответ же мальчишка заерзал, и Какаши снова скользнул руками по его спине.       — Ты меня успокоил. Спасибо, что всё объясняешь мне. Как и всегда. Сенсей…       — Тебя приятно учить.       — И щупать…       — Да, и щупать тоже.       Он взялся за плечо Наруто, надавливая большими пальцами, водя по кругу. Заметил, что мальчишка замлел, что-то мурлыча себе под нос.       А Наруто и в самом деле млел. Когда ему так крупно везло? Найти человека, который отвечал на его желания таким же желанием. Да еще и готов с радостью и отдавать, и принимать.       И… это был Какаши. Такой родной ему Какаши-сенсей. Который оказался нежным любовником… и просто красивым мужчиной. Не растратив при этом и «сенсейские» черты. Терпеливый, разъясняющий. Добрый…       И внимательный. Настолько, что, казалось, чувствовал ученика. Интуитивно понимая, в чем он нуждается. Чего ему хочется…       Даже сейчас сенсей чувствовал его. Невообразимо приятно разминая плечи, проходясь чуткими пальцами по напряженным мышцам, по натруженной спине, ноющей после недавних миссий. Пальцы нажимали, вызывая легкую, сладкую боль, после которой по размятому участку разливалась такая же сладкая, но уже приятная легкость.       Еще. Еще… Хотелось чувствовать это каждой клеточкой. И Наруто выражал свое желание, ластясь, как бы показывая, что вверяет свое тело в распоряжение любовника. И тихо постанывая: выдыхая воздух из приоткрытых губ.       Какаши уже делал ему массаж. Давно, в детстве, почти сразу после выпуска из Академии. Когда Наруто причитал из-за того, как у него всё болело от тренировок — но не ради жалости, а, скорее, ради похвалы… в которой он очень нуждался. Хотелось, чтобы его старания оценили, чтобы сказали, какой он молодец… Ведь это подбадривало. Вера, которой он был лишен и был вынужден добиваться… А сенсей верил в него. Сенсей хвалил, даже когда эта похвала казалась скупой, сухой… И тогда, сказав: «Ну всё, не ной», уселся позади него, чтобы так же размять плечи. И Наруто вдруг почувствовал, что больше не одинок. Не только в плане того, что рядом с ним были люди — товарищи по команде, учителя… А были люди, которым есть дело до него. До его состояния, до его боли…       Со временем Какаши стал мягче, и к нему, и ко всем… но познать его настолько мягким Наруто и не думал.       Парнишка вообще уже забыл, чем они должны были заниматься по изначальным планам — ему просто стало хорошо. Глаза прикрывались, и общая усталость предыдущих дней нагоняла. После нескольких миссий подряд, после первого секса, еще и в активной роли, после еды, после душа… И теперь, размякший и приласканный, он был готов уснуть. А если и не уснуть — то отдаться. Полностью, без сомнений.       Отдаться этим рукам, которые спустились к пояснице и с нажимом водили пальцами по сторонам от позвоночника, так что ноги сводило от удовольствия.       — Какаши… — протянул Наруто, словно пробуя имя на вкус. — Какаши-сенсей…       — Чего?.. — ласково, со смешком.       — Давай встречаться?       — Хм… Прям так «встречаться»?..       — Ну да. Не хочу, чтобы ты был с кем-то другим…       И снова — смех в ответ. И теплые руки взялись за ягодицы, видимо, тоже разминая мышцы. От такого интимного прикосновения в животе заплясал холодок волнения, но Наруто хотелось… Хотелось это чувствовать. И хотелось отдаться.       Он знал, что так будет. Приятно и немного тревожно. И с удовольствием смаковал собственные ощущения — такое бывает лишь один раз, самый первый раз…       — «С другим»… У меня как-то других претендентов и нет, если ты не заметил.       — Заметил. Но вдруг, типа, ты в поисках… или не хочешь отношений, ну… А?..       Сердце застучало: только в эту паузу он осознал важность заданного вопроса. Или, точнее, важность ответа. Который мог оказаться совсем не таким, на который он рассчитывал. Вдобавок, Какаши позади зашевелился, и его перемещения вызвали новую порцию беспокойства.       — Какаши?..       — Я тебе сейчас отвечу. И ты поймешь… — его слова — тепло его дыхания — обожгли кожу ягодиц. И парнишка застыл. Нос Какаши ткнулся в ложбинку его копчика. А губы влажно прикоснулись ниже…       Наруто вспыхнул. Уже чувствуя мокрый язык, проходящийся по промежности. Тычущийся прямо в дырочку, неспешно вылизывающий ее. Если это и был ответ… то для парнишки всё стало ясно.       И он, едва дыша, блаженно опустил голову обратно на подушку, целиком отдаваясь магии этой странной ласки. Заерзал, когда к делу подключились пальцы мужчины, поглаживающие, разводящие ягодицы в стороны.             Зарываясь окончательно раскрасневшимся лицом в подушку, Наруто позволил себе надеяться на самое смелое. И бессильно, громко застонал, когда оно сбылось — и упругий, мокрый язычок любовника залез в его дырочку.       Пускай. Пускай делает всё, что захочет. Наруто будет впитывать. Покорно, без возражений. Преисполняясь благодарностью…       А язык нырял глубже, затем мягко проходился по промежности, тщательно вылизывал самый вход по кругу и снова проникал внутрь. Парнишка сжал пальцами подушку, впился и зубами, оставляя темный след от слюны. Ноги пробивала дрожь, а возбужденный член, упирающийся в одеяло, уже стал совсем влажным.       — Лишение девственности языком… — наконец, протянул Какаши, потрепав его по ягодице. — Как тебе такой вариант?       — Мм… Я даже и не думал, что он возможен… но он классный… очень, очень…       — Ага. Но в нем есть один минус, — мужчина провел большим пальцем по промежности любовника. — Я не знаю, когда нужно остановиться: мне так нравится твоя реакция…       — Ох… Я бы сказал, что и не нужно останавливаться… Но тогда я просто… усну. Обкончаюсь и усну…       — В сон клонит от кайфа, а? — Какаши снова засмеялся, со смаком укусив любовника за крепкую ягодицу.       Болтушка… Но стонет так же сладко, как и болтает пошлятину. Однако Наруто затих, кажется, вверяя дальнейшее руководство старшему наставнику. Поэтому Какаши сел, взялся за смазку. Переглянулся с обернувшимся мальчишкой.       — Продолжаем?       — Угу.       — Или устал?       — Нет, нет… Ну, устал, но всё равно хочу. Поделай… что-нибудь. Мне всё нравится, — Наруто следил взглядом за его руками. Мягко, лениво, без страха.       А Какаши провел скользким пальцем между его ягодиц, надавил на дырочку, медленно, аккуратно входя. Парнишка только вздохнул, не отводя взгляда от его лица. Прикрыл глаза, улыбаясь. Медленно дыша. А внутри у него было плотно, но не туго-сжимающе, с попыткой вытолкнуть — значит, доверился. И это полное доверие окутало сердце мужчины теплом.       — У тебя такие красивые волосы, — вдруг сказал Наруто.       — Правда?.. — Какаши не ожидал такого комплимента — ни в этот момент, ни вообще. Лицо почему-то кольнуло, а палец плавно углублялся в теплое, податливо принимающее его нутро любовника.       — Да. Тебе не говорили, что ли?       — Нет.       — Ну и дураки… У меня вообще сенсей какой-то красивый оказался…       Но прозвучало это будто с упреком.       — Это плохо?       — Ну… в этом есть и свои минусы…       — Какие?       — Ну… как бы… — движение пальца ускорилось, и Наруто испустил протяжный выдох-стон, закрыв глаза. — Их не будет, если он продолжит носить маску на людях…       — Мм, вот как?.. Ты смотри, осторожнее с комплиментами. А то зазнаюсь еще и стану невыносим.       — Ты и так невыносим иногда… ах…       Почему-то Какаши не мог перестать хихикать, снова чувствуя себя абсолютным мальчишкой. Но звонко похлопал по ягодице ученика, продолжая играть с ним пальцем.       — Ну, как тебе?       — Странно… Но прикольно… но я думал, по-другому как-то будет…       — Это как же?       — Ну… как-то интереснее…       — Хм. Ну и кто из нас невыносим?.. Ладно, а так? — и мужчина задвигал рукой совсем быстро, без остановок скользя туда и обратно, так что любовник аж затрясся в такт с ним. Раскрыл и глаза, и рот, из которого полились несдерживаемые стоны. — Ну вот, другое дело. Хочешь, давай игрушками попробуем? Тоже поинтереснее будет.       — Какими?..       — Какими хочешь.       — А какими лучше?..       Какаши медленно ввел палец до конца, а потом достаточно резко вытащил, вызвав у Наруто вскрик от спазма внутри: уже понял, что мальчишке нравятся ощущения поострее. Сам же перебрался к оставленной коробке, подтянул ее поближе. Наруто приподнялся на локтях, тоже в нее заглядывая.       — Ну, вот, бусы эти можно. Они небольшие, для первого раза подойдут.       — Не елочка?       — Нет, елочка в ванной, сохнет. А эти одинакового размера, видишь? — мужчина пропустил силиконовые шарики бус между пальцами. Его похотливый ученик выглядел заинтересованным, однако указал на другую игрушку, слегка изогнутой фаллической формы.       — А это чего?..       — А это вибратор.       — А кривой почему? — Наруто обнял подушку, опустившись на нее подбородком, невинно и вопрошающе заглядывая Какаши в лицо, так что мужчину снова переполнило чувство странного умиления.       Его мальчишка. Его ученик… С какой-то стороны, этот факт слегка сбивал, учитывая их новую грань отношений. Но, с другой стороны, замечать, что это простое доверие с тренировок и сражений перенеслось и в постель, было приятно — словно между ними ничего и не изменилось.       — А форма специально такая. Для стимуляции простаты.       — Ого… А оно прикольно?       — Прикольно. Хочешь попробовать?       По большим глазам Наруто, в которых заиграли возбужденные искорки, стало очевидно, что он хотел.       — Только объем всё же немаленький, — заметил Какаши, беря вибратор и взвешивая в руке. — Уверен, что готов к нему сразу?       — Ну… — парнишка оглянулся и склонил голову, откровенно заглядывая сенсею между ног. — Ты же потом собираешься меня девственности нормально лишать, да? Ну, не игрушками, а собой?       — Конечно.       — И чего мне тогда вибратора бояться? «Немаленький» он… Всё относительно, — по-философски хваля достоинства партнера, изрек парнишка.       — О как, — Какаши самодовольно заулыбался комплименту. — Ну, справедливо, — и, распаляясь от игривой вседозволенности их связи, решил и сам немного подурачиться. Провел вибратором по бедру мальчишки. — И, всё же, что мне с тобой сделать? «Девственности лишить»? Или «отыметь»? Или, может, «оттрахать»? Как лучше звучит, мм?       Наруто засмеялся, снова зарывшись подбородком в подушку, и бросил на любовника горячий взгляд.       — «Оттрахать». Со всех сторон. Во все места. Всеми способами…       Светясь от улыбки, Какаши потрепал его по волосам, и Наруто зажмурился, кайфуя от почесывающих пальцев сенсея. Склонил голову, прося еще, и поглаживания продолжились. Пальцы прошлись к виску, погнав по коже щекочущее электричество. Парнишка только и успевал жмуриться и мурлыкать, впитывая как и особо интимное удовольствие, так и эти невинные ласки.       Мужчина же подобрался поближе, и Наруто перекатился на спину, загипнотизированный его взглядом. Их губы нашли друг друга сами, слившись одним точным движением, будто отработанным ежедневной практикой. Мужчина поочередно захватывал губы любовника, облизывал их, залезал языком в рот, скользя по стенкам щек. Тело парнишки сразу ожило, прильнуло к нему — горячее, наливающееся возбуждением. Он гладил бока Наруто, наслаждаясь его стройностью, юной подтянутостью фигурки. Снова опустил руки на крепкие ягодицы, которые, кажется, и были созданы для его ладоней, потому что легли в них идеально.       Наруто же куснул его за подбородок, потом поцеловал в шею — удивительно, но в их первый секс они умудрились обойтись даже без поцелуев. Без прелюдий как таковых… Но, видимо, каждый секс — особенен. И первые разы могут быть совершенно разными…       Оторвавшись, парнишка обхватил лицо Какаши, снова разглядывая его. Темные глаза — в левом светился темно-красным шаринган. Спадающие на лоб светлые волосы. Мягкие, аккуратные черты. Такой уютный. Такой… его.       Сердце влюбленно свело. А мужчина взял его руку и поцеловал ладонь.       — Надо проверить, заряжен ли вибратор, — решил Какаши, и Наруто кивнул. Наблюдал, как сенсей повернул круглый переключатель, включив игрушку на минимальную мощность, так что та зажужжала в его руке.       — Ага. А если на максимум? Включи? — парнишка, перевернувшись, снова обнял подушку, чувствуя предвкушающую щекотку в животе. И, что самое интересное, прямо в внутри — там, где вибратору полагалось скоро оказаться. Какаши же прокрутил переключатель до упора, и комнату заполнил низкий, однотонный гул. У Наруто аж слюна подступила к языку.       — Но мы начнем с маленькой, да? — любовник переместился к нему в ноги, исчезнув из поля зрения. — А лучше — с выключенного. Чтоб добавлять огоньку постепенно, да?       — Угу, — парнишка вслушивался в шевеление позади. Затаил дыхание, ощутив прикосновение прохладного силикона, покрытого такой же прохладной смазкой. Почувствовал, как его ягодицу оттягивают в сторону, помогая игрушке войти. Ее тугое, медленное продвижение выбило из Наруто стон — одним пальцем это получалось не так ярко.       Казалось, что предмет погрузился в него целиком, тогда как проникновение продолжалось, всё глубже и глубже.       — Это еще не до конца?.. — осторожно спросил Наруто.       — Нет, еще даже не на треть. А кажется, что больше, да?       — Ага! У тебя тоже так было?       — Конечно. Постоянно, пока не привыкнешь к ощущениям. Не больно тебе?       — Нет, нормально. Оно так… хорошо скользит.       — Угу, так и должно. Я не буду им… туда-сюда делать, в нем всё же именно от вибрации толк.       — «Туда-сюда», — прерывисто хохотнул Наруто. — Да, не надо. Потом ты во мне «туда-сюда» сделаешь…       — Вот-вот. Обязательно.       Вибратор плавно продвигался внутрь, и парнишка просто обмяк, впуская его. Доверяя. Наверняка Какаши знает, что делает. Да и ощущалось это вполне приятно. Но вдруг он вздрогнул — от прикосновения внутри, которое пробило его насквозь странным, плотно-острым удовольствием.       — Ах!.. Какаши… там…       — Да-да, это оно и есть. Вот так еще, мм? — игрушка проникла глубже, сильнее прижав всю поверхность заветного местечка. Парнишка аж дышать перестал, весь сконцентрировавшись на этом новом, небывалом…       — Хорошо? — поинтересовался мужчина. Подвигал вибратором из стороны в сторону, так что Наруто и сам весь заерзал: он даже и не представлял, что так может быть. — Тогда включаю?       — Ох… я же умру… ну, ладно, давай…       Жужжание… и — мелкая вибрация… которая прошлась по простате, массируя, словно щекоча. Ровно… и без остановки. Будто бесконечно. Пробудив удовольствие, поддерживая на одном уровне блаженного напряжения, но не давая дойти до предела…       — Ну как? Не умер?       — Нет… — Наруто зажмурился, широко раскрыв рот, глубоко дыша, точно это могло помочь ему справиться с приливом кайфа.       А палец свободной руки Какаши спустился ниже и с нажимом погладил бугорок между анусом и яичками, стимулируя то же местечко снаружи… с обеих сторон. Даже в этом — со всех сторон…       Ноги задрожали, а из глаз брызнули слезы наслаждения.       — Сильнее… — прошипел Наруто через стиснутые зубы.       — Мм, даже так?       Гудение усилилось, дрожь внутри — тоже. И удовольствие. Удовольствие, от которого сотрясало всё тело. Щекочущая, массирующая сладость, заполняющая каждую клетку. Которой было так много, но вместе с тем — недостаточно…       — Давай на полную, — простонал парнишка, стискивая подушку.       — На полную мощность? Так сразу?       — Да, да! Хочу кончить… хочу кончить от этого… так сильно… Какаши… пожалуйста…       — Ну, тебе не нужно меня умолять.       Шум вибратора увеличивался по нарастающей, как и сама вибрация. Воздействие, почти грубое, точечное и сочное — которое стало нестерпимым…       Наруто закричал — просто закричал, потому что сдерживать торнадо эмоций не получалось. Только отдаваться ему. Растворяться в нем…       А Какаши смотрел на него во все глаза. На доверчиво распростертого перед ним мальчишку, познающего самые яркие оргазмы в его жизни.       Стонущий, влажный от смазки и пота. Прогибающийся от удовольствия. Мужчина и сам уже был заведен предельно. Но теперь, под гудение вибратора, под исступленные стоны любовника хотелось кончить и самому. Однако Какаши собрал волю в кулак. Начал слегка двигать вибратором внутри парнишки, создавая дополнительное трение вместе с вибрацией.       — Ах!.. Какаши!.. Сенсей!.. Ох…       Никогда бы он не подумал, что привычное «сенсей» может звучать настолько возбуждающе. Он принялся стимулировать мальчика еще усиленнее, чувственнее. Слыша и собственные стоны — до того хорошо оказалось удовлетворять так сладко реагирующего партнера. Ему хотелось отдать всего себя — и при этом не остаться в проигрыше, а получить в ответ столько эмоций…       Очередной вскрик — и Наруто обмяк, громко дыша. Мужчина выключил вибратор, поглаживая любовника по спине. Но всё же уточнил:       — Или продолжим?..       — Нет… Ох… мне кажется, я больше не встану… никогда… ходить не смогу… у меня до сих пор внутри всё так… трясет… не могу…       — Обкончался мой мальчик, — промурлыкал Какаши, и пелена жара от собственных слов обволокла щеки.       — Да… совсем…       — А вынимать будем?       — Ох…       — Я медленно, — и, как и обещал, принялся плавно извлекать игрушку наружу. Отложил ее в сторону, на салфетку, и провел по еще раскрытой дырочке парнишки пальцем. Услышал тихий, удовлетворенный вздох. Знал, что сейчас испытывает Наруто. И был счастлив, что сумел доставить ему это удовольствие. Сам, своими руками…       — Это… так круто… — подтверждая его слова, прошептал Наруто и перекатился на спину. — Меня будто просто всего… наружу вывернуло… Ну, в хорошем смысле, как бы…       — Угу. Знаешь, меня от твоих стонов — почти тоже.       Улыбаясь, парнишка остановил взгляд на возбужденном члене партнера. Протянул руку, взялся за него, так что от долгожданного импульса блаженства у Какаши свело бедра.       — И еще ты тоже весь завелся, да? И тоже хочешь обкончаться… — Наруто игриво заглядывал ему в лицо, подрачивая его орган. — Кстати, меня тоже завело, когда я с твоей попкой играл. Это так прикольно… Надо было нам раньше всё это начать! Вместо тренировок, типа…       — Неужто мои тренировки такие неинтересные?.. — выдохнул Какаши, прикрыв глаза, наслаждаясь ловкими пальцами парнишки.       — Ну, нет! Они хорошие. Но могли бы стать еще интереснее… Ну, ладно, зато теперь станут! — он хихикнул, и мужчина, тоже заулыбавшись этой забавной непосредственности, потрепал его по волосам. И, подумав, провел пальцами по лицу. Почему-то немножко волнуясь, словно всё еще может получить отказ, протянул:       — Это… а помнишь, что мы говорили… про все дырочки?       — Да, — от расширенных зрачков глаза Наруто казались темнее.       — И… что думаешь? В ротик возьмешь? — Какаши погладил большим пальцем его по губам. Которые приоткрылись, поцеловав подушечку пальца.       — Возьму, — голос звучал ниже, наполненный желанием. Именно такое желание и хочется слышать. — Только я… не умею, ну… Но по-другому ведь и не научусь, да?       — Да. Ты не волнуйся, я в любом случае буду рад. А тут просто… как мороженое ешь.       — Только я мороженое грызу.       Теперь Какаши затрясся от смеха, с трепетом глядя на сияющее лицо его мальчишки, который тоже захохотал.       — Нет, тогда не «как мороженое»! К настолько острым ощущениям я пока не готов.       — Ой, да знаю! Нормально, я мороженое и сосать умею, — снова — обжигающий взгляд, непривычный, но очень идущий Наруто. — Иди сюда уже.       Не медля, Какаши охотно подобрался ближе, встав на коленях. Наруто приподнялся, облизнувшись — должно быть, неосознанно, но выглядело это горячо. Проведя пальцами, он погрузил член в рот, сразу прилично глубоко, насколько мог. Для разгоряченного органа этот момент стал долгожданным восторгом. Какаши зарылся пальцами в волосы парнишки, остановил руку на затылке. Но подтягивать его к себе, задавая темп, и не было нужды — Наруто двигался и сам, притом очень активно, получая и демонстрируя неподдельное удовольствие от процесса. Повезло, как же повезло с любовником…       Затем он принялся облизывать головку, со смаком прошелся языком по всему стволу. И заглянул Какаши в лицо:       — А как еще сделать? Ну, чтобы оно не одинаково было…       — Знаешь, как… Обхвати губами, крепко, и двигайся назад, до конца, пока не вынешь. И продолжай так же. То есть, не туда-сюда движение, а только назад… Ну, вот так, — Какаши взял руку Наруто. Поймал губами его палец, всасывая воздух, создавая плотный вакуум. И повел голову назад, по всей длине пальца, пока не оторвался с получившимся причмоком. Повторил движение, чтоб закрепить.       Наруто же смотрел на него, затаив дыхание, с неприкрытым восхищением.       — Я понял… Блин, хочу теперь, чтобы ты и на тренировках мне всё так объяснял…       И, пока сенсей смеялся, парнишка снова взялся за его орган, уже со знанием дела. Тщательно следуя инструкциям и ощущениям, погрузил член в рот. Понимая, что такое воздействие действительно приятно — если даже на примере пальца это вышло классно. Да и сами влажные, чмокающие звуки заводили. И дыхание Какаши, которое должно было вот-вот перейти на стоны. Должно было — такую цель себе и поставил парнишка.       Поэтому между делом поймал рукой мошонку любовника, мягко поглаживая. Сосредоточил движение губ на головке, всасывая ее и вынимая изо рта. Потом поместил член в рот, скользя языком по уздечке с нажимом. Подумав, вытащил, с тем же нажимом уперся языком в самый кончик. Почувствовал, как мужчина аж вздрогнул. Как его пальцы вцепились в волосы.       Делать ему приятно таким сверхинтимным образом было потрясающе. Наруто заглядывал в лицо своего красивого любовника, отмечая, как у того очаровательно прикрываются глаза от удовольствия. Вместе с горячим, пылающим внутри огнем, грудь парнишки заполнил мягкий, нежный трепет. Снова ловя член губами, он водил руками по рельефному животу Какаши, поглаживал по стройным бедрам, упиваясь им. Каждым прикосновением. И каждой ответной реакцией. Даже вкус его кожи был Наруто приятен. Он и не думал, что сможет влюбиться вот так — прямо во время секса…       Но, еще не чувствуя себя настолько уверенным в этом деле, чтобы принимать окончательные решения, решил уточнить:       — А ты сейчас кончать будешь? Или еще пока потерпишь?       — Смотря для чего ты спрашиваешь, — отозвался мужчина, взял свой член и провел головкой по подбородку парнишки. Почему-то прикосновение получилось настолько чувственным, несмотря на его пошлость, что Наруто от него стало приятно. Он уже сам перехватил член партнера, потерся об него щекой.       — Ну, просто… Возьми меня? Сейчас. Ну или кончи и потом уже, во второй заход…       — А, так ты об этом, — Какаши опустился, сев на пятки, и притянул парнишку к себе. — Давай тогда сейчас, я еще вполне могу.       У Наруто перехватило дыхание от этой обжигающей близости. От близости мужчины, который обнимал его, привлекая к себе. От близости заветного, долгожданного момента. И от их внутренней, душевной близости. Которая теперь нашла выход физически.       В том, что Наруто, предусмотрительно подтянув банку смазки поближе, взобрался к Какаши на колени. В том, как их губы соединились в мокром, будоражащем поцелуе. В том, как задрожало всё внутри…       И пальцы сами собой сняли колпачок, выдавливая смазку на ладонь. Уже привычным движением прошлись по члену.       — Мм, ты сразу так хочешь? — горячие ладони Какаши обжигали бока.       — Угу.       — И здесь — быть сверху?       — Ну да. Попробую. Ты мне только помогай…       — Как и всегда.       Большие руки мужчины переместились на ягодицы, приподнимая, разводя их в стороны. И Наруто, придерживая член любовника одной рукой, а другой держась за его плечо, начал аккуратно опускаться. Ощущение проникновения было уже знакомым, правда орган Какаши был объемнее, чем вибратор. Внутри у парнишки до сих пор немного ныло — недавнее воздействие еще ощущалось. Но больше всего на свете он хотел исполнить мечту-цель этого вечера: лишиться девственности со всех сторон. И не секс-игрушками, а членом любимого.       Любимого?..       Щеки горели, и Наруто, обвивая шею Какаши, шумно дыша ему в плечо, двинулся ниже, углубляя проникновение.       — Вот так. Не спеши, — тепло шептал ему на ухо родной, спокойный голос. А руки сенсея всё еще поддерживали, задавали направление, теперь подтягивая его, предлагая двигаться вверх. И Наруто слушался их, доверив всего себя.       Медленно — вверх, медленно — вниз. Всё ниже, ниже с каждым разом. Дыхание мужчины, протяжное, похожее на стоны, погнало в груди прохладное электричество. Тревожное, от которого почему-то на глазах навернулись слезы.       Чувствуя приятную заполненность внутри — не слишком яркую, но комфортную, Наруто поднял голову. Потерся носом об нос любовника, прильнул к его губам. И целовал. Целовал долго, не видя никаких причин останавливаться. И, так же не останавливаясь, поднимался и опускался на его члене. Почувствовал, как Какаши обхватил его крепче, как начал осторожно двигаться вместе с ним. А время словно остановилось. Испарилось, как абсолютно ненужное явление…       Были только они. Они вдвоем. Двое озабоченных пошляков. Которые всегда находили общий язык. И нашли общий язык теперь, даже во всех смыслах… Какаши чмокнул его в щеку, отстранившись, но вдруг остановился, бережно обхватив лицо парнишки руками.       — Что случилось? Больно?..       Наруто моргнул, поняв, что, видимо, его расчувствованность легко читалась на его лице, поэтому заулыбался, замлев от заботы мужчины.       — Нет, я так, просто… Всё хорошо. А давай ты теперь сверху будешь, всё-таки? — и медленно поднялся, слез, почувствовав внутри приятный спазм от извлечения члена.       — Давай. Иди сюда, вот так, — Какаши, сразу же взбодрившись, прильнул к нему со спины, ставя на четвереньки, и парнишка хохотнул, вовсе не возражая:       — Мм, по-собачьи? Это же так называется?       — Да, называется так, по крайней мере… — мужчина пристроился сзади и вошел в него мягким толчком. Наруто же выдохнул, склонив голову. Теперь член внутри скользил беспрепятственно, без его усилий, и можно было только сконцентрироваться на приятно массирующих ощущениях. Однако тут же назрел вопрос:       — А ты это видел?       — Что?       — Ну, как собаки трахаются?..       На пару секунд воцарилась тишина, сопровождаемая ритмичным хлюпаньем смазки.       — Ну… было дело.       — Серьезно?.. А кто?..       — Не из моей стаи, обычные собаки… гражданские, — Какаши хохотнул. — Но они немного по-другому двигаются…       — Ого. Давай тогда нормально, по-собачьи! А? — Наруто обернулся на своего мужчину, который похотливо улыбался, придерживая его за бока.       — Оправдаем название позы, мм?..       — Да! Ты же можешь… скопировать… Хотя, тебе тогда надо было бы на собак шаринганом посмотреть…       — Копирующий Ниндзя, пристально наблюдающий за совокупляющимися собаками, чтобы скопировать собачий секс… Хочешь, чтобы я прослыл извращенцем?..       — Ты и так извращенец, это ни для кого не секрет, — Наруто игриво заерзал, будто виляя хвостом. — Но, да, я хочу.       — Раз уж я такой извращенец, то и без шарингана справлюсь, — решил Какаши, рывком подтянув любовника к себе. И, держа в районе тазовых костей, вдруг начал совсем быстрое движение, с маленькой амплитудой, но резкими и частыми толчками, так что Наруто весь затрясся. А внутри от сконцентрированного трения снова стало удивительно хорошо — не так точечно, как от вибратора… но — классно, абсолютно классно.       Хлопки соприкасающихся тел — быстрые, короткие. Отрывистое, шумное дыхание, от которого хотелось свесить язык и, действительно, дышать как собака.       Если в предыдущей позе их темп был размеренным, то теперь он превратился в нечто по-настоящему дикое, безудержное… как пожар. Самый настоящий пожар. Такой же обжигающий, неконтролируемый, сводящий с ума…       Хотя, возможно, они оба немного выжили из ума этой ночью. Какаши тоже поражался своей раскованности. И этой… вседозволенности. Он не терял осторожности, чтобы не причинить своему мальчику дискомфорт, но при этом позволял себе не сдерживать рвущуюся наружу страсть. По-собачьи — так по-собачьи.       Быстро, быстро… а внутри любовника — так приятно. Бешеная стимуляция распаляла всё сильнее, не давала отдышаться, переварить, впитать… Хотелось лететь. Разогнаться и лететь. Всё дальше, выше. Не останавливаться. А лишь ускоряться, навстречу финишу… Чтобы сделать это мощно, ярко…       Он стиснул зубы, крепче держа Наруто за талию. Потом склонился, нависнув сверху, постепенно придавливая любовника к кровати. Накрыл собой, запустил пальцы в его волосы, испытывая головокружение от оргазма. В глазах темнело, и звучные «Ах!» Наруто сводили с ума. Хорошо. Ему хорошо. Им хорошо. Вместе, вместе…       Войдя до предела, Какаши застыл, содрогаясь. Изливаясь в любовника, так что сконцентрированное удовольствие прокатилось от члена — и по всему телу. Хорошо…       Осторожно извлекшись, он обхватил парнишку, притянув к себе. Повалился рядом с ним, покрывая поцелуями его шею, переходя на лицо. Ныряя пальцами в мягкие волосы. Снова заглянул в глаза — синие глаза, довольные, но сонные, уставшие. Наруто тоже прильнул к нему, просунул ногу между его ног, обнял руками. Прижался — взмокший, но приятный. Горячий, остывающий.       Какаши бережно погладил его по виску, по мокрым волосам.       — Ну как? Всё в порядке? Ничего не болит?       — Угу, — вяло, не открывая рта, промычал Наруто, жмурясь.       — А ты кончил? Ну, второй раз. Или у тебя не вставал сейчас?       — Угу…       — То есть?..       — То есть вставал… и кончил… всё, спать хочу… — парнишка уткнулся лицом в его грудь. — Сенсей… мне так хорошо с тобой…       Зарывшись носом в его волосы, стискивая мальчика в объятиях, будто бы тот собирался вырваться и убежать, или же кто-то намеревался отнять его, Какаши проговорил:       — Наруто, давай встречаться?       Услышал смех парнишки. Почувствовал поцелуй в грудь.       — Мне тебе тоже языком ответить?.. — промурлыкал Наруто, а мужчина, несмотря на прокатившийся по коже огонек, не удержался от шутки:       — Ну, языком обычно и отвечают…       — Смотря куда его засунуть…       Нет, этот раунд остался за Наруто. Какаши улыбался, гладя своего мальчика по спине.       — На сегодня твой язычок уже наработался, мне кажется.       — Угу… И я весь сам тоже… со всех сторон…       — Точно. Как и хотели, да? И с какой стороны понравилось больше?       — Мм… со всех?.. — устало просмеялся Наруто, и Какаши к нему присоединился, с трепетом в сотый раз отмечая, с каким необычным человеком решился связать свою жизнь.

***

      — Какаши-сенсей…       Только закончив расстилать спальный мешок, мужчина оглянулся на ученика. Наруто выглядел очень серьезным в отсветах огня.       — Чего, Наруто?..       — Я там опять, мне кажется, с ловушками накосячил… Поможете проверить?       — Я даже не сомневался… Ладно, идем, — Какаши скинул на спальник свой протектор и, глянув на Сакуру, которая уже улеглась, на Сая, который еще сидел у костра с альбомом, последовал за Наруто.       — И когда же ты перестанешь косячить с ловушками? Неужели я настолько плохой учитель, что никак не могу это до тебя донести? — он смотрел на светлую макушку ученика, который обернулся, блестя глазами в тусклом свете ночного ясного неба.       — Другим вещам вы учите куда лучше. Сенсей… — Наруто тут же схватил мужчину за руку и побежал, уводя за собой. Какаши рассмеялся, и, свернув, прижал ученика к стволу дерева. Чужие руки в темноте уже нащупали его маску, стянули, и губы жадно встретились с губами. Какаши обхватил парнишку, подлезая руками под его куртку, чтобы лучше чувствовать рельефность его стройного тела. Наруто горячо задышал, когда мужчина принялся покрывать поцелуями его лицо… Но потом они оба замерли, крепко обняв друг друга.       — Знаешь… — проговорил Какаши, вдыхая родной запах волос. — Мне кажется, пора им уже сказать…       — Да болтать ведь станут… — Наруто спустил руки с его талии пониже. — Ты ж знаешь Сая, он точно всё извратит.       — Не думаю, что он нас переплюнет. Но если боишься, что твои друзья будут смеяться…       — Ну, не знаю. Так-то, по сути, какое им дело?.. Может, и ничего… А вдруг завидовать будут?       — Завидовать?       — Ну, да. Что, типа, я видел твое лицо. А еще что у меня мужик такой красивый…       — Какой мужик?..       — Да ты, какой еще?..       — А… — Какаши посмеялся. — Ну да… Да нет, чего тут завидовать?.. Подожди, — он прислушался.       — Идут! — прошептал Наруто, тоже услышав шаги вдалеке.       Не сговариваясь, они вмиг поднялись на дерево и притаились на широкой ветке.       — Сай! — донесся голос Сакуры. Самих сокомандников им не было видно. — Ты куда?       — Сакура? Ты могла бы остаться, я просто хотел проверить… Наруто так часто ходит ловушки проверять, я подумал, что может понадобиться помощь…       Вздох. Не нужно было видеть девушку, чтобы в красках представить, как она закатила глаза.       — Ага, «ловушки»… Я думаю, что надо им уже сказать.       — Сказать что?       — Что мы всё знаем! И чтобы они заканчивали эти представления. Каждый вечер ловушки бегают проверять, блин…       Тишина, на пару секунд.       — Они не ловушки проверяют, да?       — Только если эти «ловушки» находятся у них в штанах.       — А туда ставят ловушки?..       — Боже мой, Сай… Пойдем обратно. А то мне некомфортно, мы как подглядывающие извращенцы какие-то…       — Как вуайеристы?       — Кто?.. — голоса начали стихать.       — Вуайеристы. Я читал о таком. Это такие люди, которые получают удовольствие, ко…       Наруто вслушивался изо всех сил, но уже не мог отличить слова от шороха листьев. Повернулся к задумчивому Какаши, сидящему рядом, и привалился к его плечу.       — Так что, скажем им?..       — Неа, — со смешком отозвался мужчина. — Не будем пока, еще подождем. Так оно интереснее. Новых словечек всяких узнаем…       — Ага, согласен. Пусть лучше сами себя извращенцами, вон, считают…