L'enfer - на пути к цели я сквозь весь ад пройду

Глава 1

-в самом безрассудном сердце есть струны, коих нельзя коснуться, не заставив их трепетать. У людей самых отчаянных, готовых шутить с жизнью и смертью, есть нечто такое, над чем они не позволяют себе смеяться “Маска красной смерти” Эдгар Аллан По.

Сеул - поистине большой город, в котором важно следить за порядком. За порядком чистоты ландшафта, сберегая природу, улицы и предоставляя людям чистый и радушный дом. И также стоит пристально следить за порядком общественности, преступности, превозмогая трудные времена и угрозы. Когда семья Бана Кристофера Чана только переехала в Сеул, он еще многого не понимал, однако смышленый не по годам парнишка старался свыкнуться с новой обстановкой, насколько это вообще представлялось возможным для ребенка его возраста. Его отец - крупный бизнесмен, владеющий компанией по производству автомобилей и деталей для монтажа. Мать - учительница обществознания в частной школе. В отличие от мягкой и спокойной мамы, которая всегда окутывала счастьем в разнообразные моменты жизни, отец был более строгим и хладнокровным, но рядом с семьей всегда отдавал себя на сто процентов, не скупясь на непривычную нежность и заботу, проявляющуюся, чаще всего, в действиях, а не словах. Вместе с Чаном рос и проявлял свои лучшие и худшие стороны сам город. Однако худшее попадалось ему, к сожалению, намного чаще - однажды на его глазах сгорел банк, в который бесчестно и нагло вломились люди в черных масках и со страшным оружием в руках. Они с мамой прогуливались по улице, направляясь в магазин, когда первое липкое воспоминание назойливо въелось ребенку в голову настолько явно и четко, что вспоминая этот момент он все еще чувствовал запах гари и то, как за приличное расстояние от сажи резало глаза. Многочисленные случаи убийств, краж, задержания контрабанды, которые вещали по телевизору и всем источникам информации, и которые часто обсуждал отец и его дедушка после семейного ужина всегда оставляли неприятный осадок, граничащий со страхом и твердой решимостью сделать все возможное, чтобы с его домом, его жизнью и жизнью родных ничего подобного не случилось. И сколько подобного происходило в других городах и странах? От подобных размышлений руки сжимались в кулачки, а глаза начинало неприятно щипать от наступающих горьких слез. Чан рос, с каждым годом все тщательнее навостряя уши и глаза, впитывая все самое гадкое, на что только способно человечество, раз за разом не понимая, как один только город может вместить в себе столько зла наперекор добру. Его не интересовали обычные игры, в которые играли мальчишки его возраста, хотя друзей было достаточно - ведь по своей натуре он был добродушным и отзывчивым. Однажды дедушка, разглядев любопытство в глазах юнца, познакомил его с детективами и прочей криминальной литературой, после чего ребенок утопал в потоке историй, блестящих раскрытий различных дел и позорного поражения врагов. И он захотел также. Абсолютно также научиться защищаться, драться, уметь раскрывать самое злое, самое запутанное и грязное дело, которое только могло попасть в руки полиции или детективу. Он хотел защиты для своего будущего и будущего города, в котором обрел новый дом. Именно для этой цели, еще будучи мальчишкой оборванцем, Бан Чан решил, что приложит все усилия. На банальный вопрос взрослых “кем ты хочешь стать в будущем?” он без колебаний и с высоко поднятой головой отвечал твердое “полицейским”. Родители, заметив горящий огонек в глазах и то, насколько усердную и добросовестную работу проделывает их сын на пути к своей цели, сначала нервно закусывали губы до крови, беспокоясь за сохранность разгоряченного юнца. Все же преступный мир - слишком грубый и не щадящий никого, кто попытается хоть как-то ответить на зло добром. Мать часто с обеспокоенным взглядом смотрела на свое чадо, что так упивался в рассказы о героях без плаща и маски, которые побеждали весь преступный мир. Думала, что амбиции мальчишки однажды могут обернуться ему боком и попросила мужа поговорить с ним, “авось передумает?”. Отец же стремление сына не сказать, что поддерживал, но и не сказать, что яро ему противился. По просьбе жены, он решил поговорить с Чаном, в один из вечеров постучав в комнату ребенка. С тяжелым сердцем и мыслями о правильном подборе слов, мужчина вошел в небольшое помещение, всегда идеально прибранное и совсем непохожее на спальню подростка лет 13-14. Ни одной игрушки, статуэтки любимого героя или комиксов для подростков, а только тонна книг про детективов и множество газет с новостями о той или иной ситуации в городе, которую раскрыли и собираются раскрыть. На тонких листках серой бумаги виднеются красные отметки, зачирканные предложения в статьях и собственные заметки. Видимо ребенок запоминал самую суть преступления, словно сам занимался им. Отец бы соврал, если бы сказал, что ни разу не хотел похвалить своего мальчика за такую цель - во что бы то ни стало однажды стать помощью и честью города, защищать сильных и слабых. Он и хвалил, но по своему, иначе откуда у ребенка столько литературы? Чуть прокашлявшись, привлекая внимание увлеченного Чана, он присел на кровать рядом с письменным столом, нервно потирая руки. Разговор предстоял не из простых, особенно с человеком, который не видит ничего, кроме своей цели. - Пап, что-то случилось? Ты обычно не приходишь просто так. - Да, сын, ты как всегда прав. Я хочу поговорить с тобой насчет твоей мечты. Внезапно Чан закрыл свои тетради с домашним заданием, не забыв положить карандаш меж листов, чтобы продолжить после. Повернувшись к отцу лицом, он стал внимательно слушать старшего, заинтересовавшись темой разговора. - Видишь ли…кхм.. Отец долго пытался подобрать слова, пялясь в одну точку. Бан Чан хотел уже было спросить, что конкретно хочет обсудить отец, как тот неожиданно встал с места, протягивая руку младшему. Парень уверенно протянул ему свою небольшую ладошку, позволяя старшему продолжить. - А давай ка поговорим с тобой на крыше? Как в старые добрые времена, когда мы пили там какао и смотрели на небо в ночной синеве, м? Как ты на это смотришь? Глаза мальчика загорелись - идея отца ему явно пришлась по вкусу. Попросив его немного подождать в комнате, мальчишка убежал на кухню, под вопросительный взгляд старшего. Но спустя пару минут, ребенок появился в дверном проеме с двумя белыми кружками, из которых доносился приторный аромат шоколада, посыпанного сверху корицей. - Надеюсь, ты не против повторить такую чудесную традицию, пап? С яркой, белозубой улыбкой, парень протянул одну из кружек своему родному человеку, а тот, по доброму усмехнувшись, принял керамический сосуд с дивным напитком, направляясь с ребенком на крышу их дома. Бан Чан любил и уважал своего отца ровно также, как и мать. Но если мама дарила теплые воспоминания с безудержной любовью, то отец показывал это немного реже. Что поделать, занятой человек, который не всегда может быть рядом из-за работы и оттого появляется дома либо поздно ночью, либо даже дома погружен в бумаги с цифрами и заказами на автомобили. Однако, в те самые редкие моменты воссоединения с семьей он всегда рядом, он именно любящий муж и отец, который старается ради них изо всех сил. И Чан все понимает, прекрасно понимает и не винит его за то, что не часто его видит, как хотелось бы. А времяпрепровождение на крыше за чашкой какао под открытым небом стали их небольшой традицией, идиллией, в которой они могут быть как отец и сын, в которой каждый может чем-то поделиться и точно быть услышанным, понятым и не осужденным. Эти моменты Чан бережет глубоко в сердце, приятной теплотой окутывающие душу мальчишки. Поднявшись вверх, теплый ветер мягко прошелся по коже, отчего хочется раскинуть руки, блаженно прикрывая глаза. Устроившись поудобнее на небольшом карнизе, они отпили из кружек, довольно выдохнув от такой уместной сладости во рту. Сын на секунду засмотрелся на отца, у которого появились коричневые усы. Звонко засмеявшись, тот вызвал сначала недоуменный взгляд старшего, но поняв причину смеха, тот тоже позволил себе искренне рассмеяться, убирая тыльной стороной ладони неуклюжий след от какао на верхней губе. Минутное молчание почти полностью сбило с толку, а причина прихода в другое место чуть не вылетела из головы старшего. Но чуть собравшись с мыслями, тот еле заметно сжал кружку, глядя на небо. - Знаешь, Чан. Мы с твоей мамой переживаем за тебя. Слова отца ввели Чана в легкий ступор. Придвинувшись ближе, тот продолжал недоуменно смотреть на отца. - Переживаете? Почему? Неужели я где-то провинился? Или с учебой не дотягиваю, пап? Расскажи, что я сделал не так. -Удивленно взглянув на старшего произнес Чан. Он не мог понять, что именно хотел от него отец, но решил терпеливо дождаться ответа. Поджав губы, старший опустил взгляд на кружку. - Нет, все в порядке, сынок. Ты нас не разочаровываешь, что ты. А с учебой ты нас очень даже радуешь. Ты “способный малый, который умеет и хочет учиться” - вот так тебя характеризуют учителя. Это похвально и мы с мамой гордимся тобой. - Но..? - Но…мы беспокоимся насчет твоей ярой амбиции. Понимаешь, мы, как бы правильно выразиться… Осознав, что сын его неправильно поймет, тот решил немного изменить план разговора. - Так, давай немного по-другому. Сынок, посмотри вперед. Что ты видишь? Чуть оглянувшись, младший беззаботно выдает: - Огни, много огней. Яркий город, который даже ночью живет. Знаешь, пап, я всегда удивлялся тому, каким, оказывается, разным может быть один и тот же город ночью и днем. Кивнув, старший продолжил: - Ты прав, Чан. И ты не представляешь, какой он разный: утром, днем, вечером, ночью. Для каждого времени суток он своеобразный, как и мир вокруг нас. Особенно люди, которые этот мир наполняют. Каждый несет в себе определенные ценности, страхи, сожаления, чувства. Хорошие люди несут в себе свет, тепло, чувство защищенности, а плохие - алчность, злобу и насилие. Продолжая внимательно слушать отца, младший спокойно попивал остывший напиток, кривя лицом при словах о зле и насилии. Это именно то, что он ненавидит всем своим сердцем и против чего собирается бороться. Но отвлекаясь от мыслей, тот вновь попытался уловить нить разговора. - Бан Чан, я понимаю, что твои мечты и цели несут в себе добро, искреннее желание защищать и быть защищенным, но пойми, что не всегда добру удается справиться со злом. Это может отнять все самое ценное, что у тебя есть, включая и себя самого. Кивнув, ребенок взглянул в глаза отца, в которых так и читалось: “прошу, не иди к смерти в руки”. Что-то неприятно кольнуло в юношеской душе, но тот не подавал виду. - Сынок, может попробуешь что-то еще кроме профессии полицейского? Этот путь тернист, полон опасностей, особенно в таком большом и сумбурном городе. Не подумай, мы с мамой в тебе не сомневаемся и попытаемся поддержать тебя во всем. Но честно, мы ужасно боимся. Я ужасно боюсь потерять самое драгоценное в моей жизни, а именно вас, свою семью. А наше главное сокровище - это ты, Чан. И мы хотим защищать тебя, как и любые родители своих детей, понимаешь? Внимательно слушая отца, Чан выглядел сосредоточено и серьезно. Однако по его виду было понятно одно - он точно понял смысл сказанного, но готов и свою позицию отстаивать. Твердолобость у него от дедушки, в чем старший точно уверен, ведь сам с этим сталкивался и выработал в себе посредством воспитания. Допивая содержимое кружки, ребенок вновь посмотрел на зажженные огни, вслушиваясь в шум города и, набрав воздух, сказал: - Я услышал тебя, отец. Услышал и понял, но и ты пойми, что я не смогу отступить от своей мечты. Подняв твердый и уверенный взгляд, он с неким вызовом и храбростью смотрел в серо-зеленые глаза старшего. - Я хочу защитить вас, чего бы мне этого не стоило. Просматривая кучу статей из газет, слушая новости обо всем аморальном в этом городе, в мире, я не могу отступить. И я говорю об этом серьезно, пап. Я правда этого хочу! Чуть вздрогнув, отец вздохнул и вновь усмехнулся. Перед ним сидит не просто его мальчик, которому еще нет и 15 лет, а человек, который растет духом быстрее, чем телом. Почему то страх за его будущее не отступил, но и гордость за такого сына стала возвышаться. Похлопав мальчишку по плечу, тот кивнул головой. - Видно, уговорить тебя поменять свое решение у меня не выйдет, кто бы что ни говорил. Что ж, в таком случае, я рассчитываю на тебя. Даже не так, я всегда буду рядом, чтобы помочь тебе прийти к твоей цели, Бан Чан. Услышав слова отца, Чан крепко прижался к нему, благодаря от всего сердца за то, что его родной человек смог его понять, сделать то же, что всегда старался сделать и сам мальчишка - довериться. - Спасибо тебе, пап. Я безумно счастлив, что у меня есть вы с мамой! Потрепав ребенка по голове, старший улыбнулся и поднял голову к небу. “- Господи, сохрани мое чадо на пути к его мечте.” Внезапно открывшаяся дверь привлекла внимание ребят, а из проема показалась мама с двумя пледами. По ее лицу было понятно - сына ничто и никто не переубедит. Вздохнув, та подошла к ним, накрывая каждого. Устроившись рядом с ее любимыми, она положила голову на плечо мужа, который обнял ее одной рукой и поцеловал в висок. Заметив тень беспокойства и легкий мандраж в руках дражайшей женщины, тот крепко сжал ее ладонь и одними губами произнес: - Все будет хорошо, милая. Он уверен и мы должны. Маленькие ручки также легли поверх отцовских, а большие карие глаза, в которых отражался небосвод, с радостью смотрели на любимую маму. От одного только вида такого невинного и еще маленького для всех ужасов этого мира сына, женщине хотелось расплакаться горючими слезами. Но она верила им. Верила в уверенность мужа, в своего Чана и потому приняла решение считаться с мнением младшего. Если нельзя оградить, то нужно сделать все, чтобы помочь и защитить.