Красиво-некрасивый портрет

— Фукудзава-сан, Фукудзава-сан! Как вам? Я старался! Ребёнок пяти лет показывал своему опекуну их совместный портрет, который нарисовал. — Ох, это мило, Рампо-кун. — Значит вам понравилось? Ура! Как думаете, я смогу стать художником? Буду рисовать картины, а люди будут покупать их и ахать от того, насколько они красивые! Вы согласны, Фукудзава-сан? — Мальчик, отвлёкшись от мечтаний и рассуждений вслух, снова посмотрел на мужчину – Фукудзаву Юкичи. — Конечно, Рампо-кун. Но сперва подрасти чуток. Пока малыш Рампо рисовал, Фукудзава пил чай. Рядом была ещё чашка – для того же Рампо, но к ней он так и не прикоснулся. На самом деле, рисовал Рампо плохо. Да что там плохо, ужасно. Но как ни как, старший понимал, что он ребёнок, а детям это свойственно. Так что он решил, что хвалить мальчика и слушать всё это будет лучше, чем смотреть на его жалкие попытки сделать что-то, что правда понравится Фукудзаве. — Я не хочу ждать когда подрасту, давайте продавать сейчас! Уверен, мы разбогатеем! — Рампо поставил рисунок и начал трести опекуна за рукава. — О боже мой, — подумал Фукудзава. Когда он брал Рампо, он не думал, что ему придётся участвовать в подобном цирке. — Рампо, тут поступил один заказ, сможешь нарисовать? — Да! Что там? С того времени прошло лет семь. Фукудзава решил схитрить и сам забирал рисунки Рампо, отдавая ему за это деньги, якобы это плата за товар. Конечно, для приличия, он выставил его детские рисунки и объяснил ситуацию, из-за которой он это выкладывает. Знаете, а ведь какое-то время спустя, на удивление опекуна, кто-то купил их, но это было года два назад. Рампо начал рисовать по-другому, видеть по другому, чувствовать по другому. Более новые рисунки человек не покупал, зато это сделали другие. В тот момент, когда рисунки правда начали продаваться, Фукудзава не знал как признаться о своём обмане тому восьмилетнему, почти девятилетнему, ребёнку. Вот только он это узнал ещё до этого. Не сразу, нашёл как-то коробку, когда рылся в шкафу. А ведь это всё им и правда окупилось…