Проклятье Темного Лорда.

За столом уже собрались все Пожиратели, не хватало только одной – Беллатрисы Лестрейндж. Эта эгоистичная женщина всегда опаздывала на подобного рода собрания. Вот и сегодня ни для кого не стало сюрпризом, когда она влетела в Общий зал, запыхавшись. Некоторые присутствующие Пожиратели начали перешептываться между собой. - Мой Лорд, - она преклонилась перед змееподобным существом, которое сидело во главе большого стола, - приношу свои извинения, этого больше не повторится, я... - Молчать! – голос холодный, злобный. Все Пожиратели вздрогнули. Женщина послушалась, выпрямилась и с сожалением взглянула на Темного Лорда. Нет, не в глаза. Куда-то выше его плеча. Она боялась его и... Любила. Каждая частичка ее тела была напряжена. Он мог в любой момент убить ее. Лорд Волан-де-Морт никогда не прощает ошибки. - Сегодня ты допустила очень грубую ошибку! Гарри Поттер, которого мы все ненавидим, пробрался в твое хранилище и украл один из моих крестражей, - голос с каждой секундой становился все холодней. Казалось, что даже зал, в котором они собрались, пропитался этим холодом насквозь. - За твою ошибку должна последовать смерть. Но все же... ты много лет была верна мне. Я пощажу тебя, но моего наказания тебе не избежать! - Спасибо, спасибо, мой Лорд, - Беллатриса, почти всхлипывая, благодарила своего хозяина. - Я обещаю, клянусь, что... - Молчать, я сказал! Я не разрешал тебе произносить ни слова! Я предупреждал, что в этой битве нельзя допускать ошибок! И ты это знала! Поэтому ты будешь наказана! - Да, мой Лорд, - женщина делала вид, что ей все равно, будут ее пытать или нет, но внутри нее все тряслось. Она была готова к любым пыткам. Будь то Круциатус или же смертоносное заклятье... Волан-де-Морт поднял свою палочку и направил ее на провинившуюся Блэк. Та лишь сжала руки в кулаки и немного зажмурилась. Темный Лорд произнес какое-то никому не знакомое заклинание. Почему-то Беллатриса ничего не почувствовала, но все же боялась открывать глаза. Вдруг вместо рук и ног у нее выросли какие-нибудь ветки... Или она превратилась в уродину, которая никогда не понравится даже магглу, что уж там говорить про Темного Лорда... А может... Размышления снова прервал холодный голос: - Тебе нельзя больше находиться здесь! Убирайся! С обидой и ненавистью в глазах Беллатриса испарилась у всех на глазах, не сказав ни слова... Через пару секунд она уже стояла в коридоре поместья Блэков. Это был пыльный, темный, наводящий страх коридор, в котором было невероятно тихо. Портрет ее любимой мамочки никогда не кричал при виде своей дочери. Мать всегда уважала ее и ненавидела Сириуса за предательство крови... Раздались несколько тихих шорохов, и из-за угла выбежал маленький, одетый в грязную простыню, на которой висела паутина, эльф-домовик. - Мисс Блэк, добро пожаловать домой, я все сделал, госпожа, Крави все убрал, мисс... Крави приготовил обед, как вы и просили, мисс... Крави очень заботлив и надеется, что... - Заткнись, ты, жалкое отродье! – Беллатриса пихнула его в сторону так, что малой повалился на пол. Сдержав набежавшие на глаза слезы, он снова поднялся на ноги, нашел какую-то старую лампу и со всей силы ударил себя по голове так, что звук разбитого стекла эхом пролетел по всему поместью, а бедный Крави снова повалился на пол. - Я не буду ничего есть, но и тебе запрещаю! Скорми свой проклятый ужин какому-нибудь дементору лучше... Крави поднялся с пола, дотронулся до того места, где уже красовалась огромное шишка, пискнул от боли и убежал в сторону кухни, не вымолвив ни слова. - Тупые эльфы, идиоты! – Беллатриса поднималась по ступенькам в свою комнату и бурчала себе под нос. Ее ярости не было предела. Мало того, что ее выгнали с совета Пожирателей у всех на глазах, так на нее еще и наложили какое-то заклятье, которое до сих пор не дало о себе знать. Дойдя до большой двери, Беллатриса зашла к себе в комнату. Это было небольшое помещение с темными стенами, завешанными окнами и большой кроватью посередине. Даже не раздеваясь, она откинула в сторону свою волшебную палочку, которая плавно приземлилась на свое законное место – тумбочку возле кровати, и со всей силы ударила кулаком по стене. Несколько мелких кусков штукатурки осыпались на пол, а костяшки ее пальцев на несколько секунд покраснели, но потом, как по волшебству, приняли свой обычный, снежно-белый цвет. «И какого это жить без магии, любви, ненависти и мести», - думала Беллатриса, лежа на кровати. Не замечая ничего вокруг, она погрузилась в свои размышления, но уже через пару минут сон все-таки одолел ее. *** Наутро Беллатриса почувствовала странную боль в мышцах, такую несвойственную для нее. Еще не раскрыв глаз после длительного сна, она поняла, что что-то не так. Она лежала на какой-то маленькой твердой кровати, лучи солнца светили в ее сомкнутые веки, а откуда-то снизу доносился чей-то голос и какая-то возня. - Опять этот долбаный эльф со своими невидимыми дружками разговаривает... Еще и какими-то кастрюлями гремит на весь дом... Неужели нельзя дать мне спокойно поспать хотя бы сегодня? – Беллатриса, наконец, открыла глаза, которые сразу же наполнились слезами от столь яркого света, и ужаснулась...