Рождественский сирота

Месяц спустя Зима за окнами полностью вошла в свои права. Шёл довольно сильный снег и поднялся нешуточный ветер разнося снег по городу и создавая сказочную зимнюю картинку. Я сидел в своём кабинете в компании и смотрел на разыгравшуюся непогоду. Последний месяц я с головой ушёл в работу и буквально каждый день оставался в офисе чуть ли не до полуночи. Настроение было категорически плохое. Я старался загрузить себя работой чтобы не думать о событиях, произошедших чуть более трёх недель назад, но тревожные мысли никак не хотели покидать голову. Ноэль тогда исчез из моего дома и моей жизни, не сказав и слова на прощание. Помню, тогда я сначала обыскал весь дом, а когда убедился, что парня в доме нет начал ещё сильнее переживать. Ведь Ноэль в тот день собирался идти в магазин. «Неужели с ним что-то произошло по пути к магазину? Возможно его перехватили какие-то хулиганы? Хотя это очень тихий район богатых домов, так что вряд ли тут можно нарваться на какую-то дворовую шпану. Так что же? Может не нашёл путь обратно домой и бродит где-то по округе? Или попался на глаза полицейским и его уже вернули в приют?» — сотни мыслей кружили голову. В тот вечер я не смог сидеть в пустом доме и отправился осматривать округу в поисках Ноэля. Прошёл путь до магазина, обошёл улочки вокруг красивых новых коттеджей и каждый закуток района, но никаких следов парня так и не обнаружил. Вернувшись домой, я сначала порывался позвонить в полицию, но вовремя отдёрнул себя. Ведь история о том, как несовершеннолетний парень оказался в моём доме могла бы повлечь за собой много ненужных проблем. Той ночью я так и не сомкнул глаз. Я продумал сотню вариантов о том, куда всё же делся юноша, но самым правдоподобным казался тот, что полиция его таки нашла. Ведь он не так давно сбежал из приюта и скорее всего копы вели его поиски, так что было неоправданно легкомысленно позволять сбежавшему сироте разгуливать свободно по улицам. Я вроде как и успокаивался от своей же теории о полиции — всё же Ноэль в порядке, просто вернулся туда, где его место. Но всё равно было как-то не по себе. Особенно после того, как я случайно увидел тело бедного парня. Всё то множество шрамов и синяков сильно врезалось мне в память. «Успокойся, Джон, он взрослый парень и прожил там семнадцать лет, он знает, как работает их система, он там не пропадёт» — приговаривал я себе той ночью желая успокоиться и впасть в такой нужный сон. Из транса снежинок за окном и тяжёлых воспоминаний меня вывел хлопок двери в кабинет. — Джо, заканчивай работу и пошли в бар, — командным тоном заявил Марк, заходя без стука ко мне в личный кабинет. — Ну не знаю, я сильно устал за сегодня, хотелось бы поехать домой, — повернулся я лицом к мужчине, который стоял посреди комнаты в решительной позе. — И слышать не хочу. На том свете отоспишься. Нам нужно расслабиться и выпить. Собирайся, я жду тебя на парковке, — категорично заявил Марк и стремительно покинул кабинет. Такие наши вечера стали печальной стабильностью. Марк был сильно подавлен из-за проблем с любимой девушкой — она так и не решила со своими чувствами к Марку, а я был в раздрае из-за внезапного исчезновения Ноэля. У каждого из нас была своя причина желать задержаться на работе и выпить по бокальчику после, но делали мы это строго в компании друг друга. Так или иначе, но мы со студенческих лет были вместе и привыкли к обществу друг друга. Даже несмотря на мои чувства к Марку я всегда признавал в нём самого близкого друга. Хотя, если честно, то с появлением и последующим исчезновением Ноэля я немного меньше стал мучиться в чувствах к Марку. Я не мог дать однозначный ответ почему так происходило, просто переживания о судьбе сироты вытеснили все остальные душевные метания. Да, это было немного странно, так как чувства к Марку и Ноэлю были совершенно разные и не взаимозаменяемые. К Марку я давно испытываю болезненную затяжную любовь с привкусом безысходности, а к Ноэлю скорее…наверное заботу? Возможно что-то сродни переживанию за близкого человека? Но факт в том, что его жизнь и, тем более его внезапное исчезновение волнуют меня, заставляя раз за разом строить невероятные теории о том, где он и как он. И такие мысли, всегда заставляющие меня сильно волноваться, выводят меня из равновесия и такой устойчивой стабильности моих последних лет жизни. Так что, как и всякий обычный человек, я стараюсь заглушить переживания так, как получалось у меня лучше всего — работать, проводить десятки встреч за день, кататься по городу и окрестностям в вечерних проверках строительных площадок и вечерами выпивать с Марком. Мы сидели в баре с другом уже больше часа, разговаривая на всевозможные темы, кроме тех, что нас волнуют на самом деле. Наверное, на этом и держалась наша дружба — на молчаливом понимании и поддержке. Каждый из нас знал когда нужно промолчать, а когда стоит выпытать всё о причинах плохого настроения и попытаться помочь в решении проблем. Сейчас была ситуации с молчаливой поддержкой и пониманием. Весь час мы говорили на отвлечённые темы — снегопад за окном, новый строимый нами торговый центр, стажировку новичков в маркетинговом отделе, планы на ближайшие выходные. — Кстати, ты помнишь, что нас пригласили на открытие того сиротского приюта, который мы достроили с таким трудом? — спрашивает Марк ещё один несущественный вопрос в духе нашего вечера. — Да, но идти мне совершенно не хочется. Сотня журналистов, важных шишек и знаменитостей. Ох, и все в один голос будут твердить о важности таких социальных проектов, о том, что нужно поддерживать тех, кто так нуждается и так далее. Мне претит вся показушность и неправильность всех этих сладких речей. Если тебе похер, то нужно иметь смелость сказать об этом прямо, а не строить грустно-сочувствующие лица. — Джон, не копай так глубоко. От тебя не требуется составлять моральные портреты тех, кто будет присутствовать на мероприятии. Просто нужно пойти туда как представители компании, которая выполнила на отлично свою работу, построила всё в срок и с присущим нам качеством. На этом всё. Ты же знаешь, как работает бизнес. Этот проект сыграет не последнюю роль в нашей значимости на рынке. Это важно и нужно нам, так что не забивай голову дурными мыслями. — Да, наверное, ты прав, — со вздохом принял я верность слов Марка и отпил алкоголь из своего бокала. Всё же, Марк как никогда прав в своих суждениях. Я стал сильнее реагировать на такие вещи после знакомства с Ноэлей, но мне не стоит забывать о том, что я глава компании и мне нельзя становится чрезмерно чувствительным в жестоком мире бизнеса. *** Сегодня всё происходит как-то ни к чёрту. Проспал начало рабочего дня, потому что полночи был на строительной площадке закрытого паркинга, который мы начали совсем недавно. Похоже опять подрядчики что-то мудрят и меня это просто уже бесит до трясучки. Мало того что в прошлый раз, когда подрядчик оказался мошенником, мы влетели в большие финансовые трудности, так теперь даже на мелких проектах нельзя оставить всё на других. Материалы, которые завезли для строительства явно не отвечали нашим нормам качества и были на вид значительно дешевле. Пролазил полночи по площадке чтобы понять, что ещё пару недель и вместо высококлассной парковки для близстоящих бизнес-центров будет построена какая-то лачуга из говна и палок. Я проспал и настроение ниже всех допустимых отметок. Хочется приехать на работу и всех по такой струнке поставить чтобы потом не разогнулись. Но! Но мне сейчас нужно быстро лететь на работу, провести беглую встречу с новыми партнёрами и ехать на мероприятие по открытию недавно построенного нами сиротского приюта. Боже, дай мне сил! Когда водитель вёз меня к территории приюта я вроде как немного пришёл в себя после жуткой ночи и утра. Рассказал Марку о ночных приключениях, на что друг решил, что на приём ехать не станет, но придумает способ докопаться до истины с теми странными стройматериалами для парковки. Да и встреча с новоиспечёнными партнёрами прошла на высоком уровне. Сейчас я уже был более-менее в себе и готов держать лицо на камеру. А камер, журналистов и представителей медиа на открытие будет непременно море. Уже подъезжая к воротам приюта, я невольно вспомнил о Ноэле. Прошло уже около месяца с тех пор, как я видел его в последний раз, но я всё ещё переживаю о судьбе юноши. Было бы чудесно если бы он жил в этом новом приюте, а не в старом государственном проекте прошлого века. Но, увы, сюда должны будут селить уже «новых» сирот, а не собирать детей по старым приютам. Припарковавшись у ворот, водитель отрапортовал о прибытии и согласился не уезжать далеко чтобы по первому звонку быстро приехать и увести меня на работу или домой. Далее приём проходил так, как я себе и представлял ранее. Было уйма журналистов, вся верхушка общества и много знаменитостей не упустивших возможность пощеголять на виду камер. Было выступление мэра города, который приехал для благодарности всем за участие в значимом событии города, благодарности «высококлассной и ответственной строительной компании» в моём лице, а также назначения директора приюта. Я уже собирался уезжать с торжества, так как вся важная официальная часть подходила к концу, когда слово у микрофона решил взять новоиспечённый директор. — Господа и дамы, благодарю за ваше участие в данном мероприятии. Я благодарен нашему уважаемому мэру за столь большую ответственность, возложенную на мои плечи. Я бывал в десятках приютов и с уверенностью скажу, что данный приют — это поистине новый уровень, взгляд в будущее и отличное начало пути детей лишённых поддержки родителей. Сегодня же в эти стены заселяться первые жильцы. После последних слов директора к правой стороне от поставленной небольшой сцены подошла немолодая женщина, которая вела за собой группу детей. Скорее всего это как раз и есть те самые «первые жильцы». И каково же было моё удивление, когда среди десятка детей разных возрастов я увидел… Ноэля!