Небо цвета...

      Белый снег широкими хлопьями ложится на крыши домов напротив, что видно из окна кухни. Тори сидит, закинув ноги на соседний стул и держит в руках кружку с горячим чаем. В кухне не горит свет, всё освещение исходит лишь от вытяжки над плитой. Грусть и печаль заполнили всю квартиру. С приходом зимы душевное одиночество стало ощущаться куда острее: девушка всё чаще стала видеть пары на улице, обращает внимание на романтические встречи незнакомых людей и, почему–то, продолжает помогать друзьям советами. А сама, каждый вечер, вот так сидя на кухне, себе задаёт вопросы. И самый главный из них: что с ней не так? Почему другие люди могут найти своё счастье в лице другого человека, а она, как бы не пыталась, даже испытать симпатию не в состоянии… Размышления и загоны на эту тему прерывает противный звонок в дверь. Тори тысячу раз заикалась его сменить, но никак не добралась. Шаркая тапочками по полу, девушка идёт открывать дверь, почти уверенная в том, что с другой стороны двери её будет ждать Чимин. Тори и Чим знакомы уже больше четырех лет. В день знакомства они невероятно сильно поругались, обливая друг друга кофе из автомата на первом этаже универа, а всего месяц спустя, когда узнали друг друга лучше, стали замечательными друзьями. – Я знаю, что ты дома, а ты знаешь, что я не уйду, – за дверью и правда Чимин. С большим пакетом. Девушке стоит больших усилий, но она выдыхает и открывает другу дверь. – Я приехал спасать твою одинокую задницу. У меня тут, – трясёт пакетом, снимая свои ботинки. – всё, что нужно в такой ситуации. – Огнестрел? – До этого мы ещё не дошли. Чимин по-хозяйски занимает место на кухне, раскладывая содержимое пакета на столе. Бутылка вина и два бокала перемещаются на столик в лоджию так же быстро, как Тори на диван, укрываясь пледом и снова залипая в окно. - Расскажешь? – Чимин садится рядом, закидывая ноги девушки себе на бёдра и ещё теплее укрывает пледом. Наливает в бокал вино и протягивает подруге. - Да что рассказывать, - делает глоток. – Всё как всегда: сама надумала, сама загнала себя в это состояние. Теперь грустно и непонятно как выйти. - Ну, желательно не в окно, - смеётся парень, - а если серьёзно, то почему тебя это беспокоит? - Оглянись вокруг… все, ну просто все в этом мире чувствуют любовь. У каждого есть вторая половинка и как бы я не говорила, что мне это не важно, это важно. Я хочу рядом с собой человека, которому можно будет позвонить, когда ужасно грустно. Человека, который будет дорожить мной, которому будет не всё равно на то, что я чувствую себя плохо или с кем без угрызений совести можно поделиться радостью! Чтобы я заботилась о нём, чтобы тоже любила… но пока я не могу почувствовать даже симпатию к хорошему парню. - О, милая, - Чимин смотрит, как девушка выпивает содержимое бокала и протягивает ему пустой. Он забирает и притягивает Тори для объятий, невольно заставляя поменять положение. – может быть сейчас твой жизненный этап не про любовь. Может он как раз про чувство одиночества. Тот самый период, в который тебе нужно научиться преодолевать трудности. Научиться просыпаться одной в центре своей кровати, найти надежду в свободе, надежду в тишине, в том, как ты сама заполняешь свою жизнь и становишься в ней главной. Может сейчас самое время узнать, что ты сама можешь о себе позаботиться, можешь полагаться на то, кем ты становишься и обязательно станешь. Стать самой для себя тем самым домом, который все так ищут, несмотря на то, что ждёт тебя впереди. Ты нужна. Ты целостна. И ты прекрасна. В глазах Тори видно кристаллики застывших слёз. Она и не думала, что у неё и того «нахального парня» получится настолько сблизится, что можно будет увидеть «кусочки» самих себя друг в друге. Они начали говорить одинаковые вещи, красть друг у друга какие-то черты. У них похожее чувство юмора и не исчезающие шуточки друг о другие. Стоит только посмотреть друг на друга, и возникает такая ментальная связь, что и говорить не нужно. Даже сейчас, сидеть в тишине после сказанных слов – комфортно. - Мы с тобой познакомились внезапно, а сейчас я не могу представить своей жизни без тебя. Спасибо, - Тори ещё сильнее прижимается к парню, роняя всё же несколько слезинок за край футболки друга. - Мы случайно встречаем лучших людей. Случайно спасаем кого-то, спасаемся сами. Случайно влюбляемся. Дело секунд, незаметных эмоций, внезапных чувств. - и в чем тогда смысл? - в каждом нашем шаге, задержке дверей, выбранном вагоне поезда, вдохе, взгляде. О, и конечно же, кофе на первом этаже. – эта фраза заставляет девушку растянуть губы в смущённой улыбке. – помни об удивительном значении мелочей. - и от куда ты такой умный взялся? - упал на тебя с неба, не помнишь?       Ночной город лился сквозь незакрытые шторы, за которые парень вечно ругал, говоря, что какой-нибудь извращенец вооружится биноклем и будет каждый день сталкерить за ней, но ей нравился этот неоновый полумрак: вывески круглосуточных магазинов продолжали светить через окно. - Чимин, - девушка серьёзно смотрит на него, всё ещё поглаживая руками шею. – Я тебе нравлюсь?       Космос в глазах стал гаснуть, исчезая по одной звезде. — Я не знаю, когда это случилось, — говорит он почти шёпотом. Тори не страшно, но почему-то очень сложно: казалось бы, просто возьми и забери Пака себе, кого еще можно так сильно и мягко полюбить, но глупые опасения собственной ненужности ему, страхи перед разбитым сердцем его безответственностью — и девушка почти в комочек сжимается, не понимая, почему может доверить ему практически все, а поддаться страшно. Парень же будто это чувствует, трет затылок от волнения, смакует эту напряженность, застывшую струной между, и вдруг взрывается: маленьким вулканом выдыхая и резко встряхивая Тори за руку, чтобы прекратила пялиться куда угодно, но не ему в глаза. — Слушай, ну ты чего так разволновалась? Хэй, все же отлично, у меня не безответная любовь и разбитое сердце, у меня очарование тобой, хорошо, но это порядок. Ты не обязана даже отвечать мне и на утро, если хочешь, я тебя ни о чем не спрошу, и любой твой ответ приму, потому что ты мне дорога намного больше, чем какие-то свои желания, окей? — Чимин.       Этот мир не заслуживает такого человека как Чимин. Она верит ему без оглядки, просто хочется верить, и слезы снова почти блестят в глазах, когда парень с улыбкой, появляющейся при его умилении, подушечками пальцев стирает их с и загребает в свои аккуратные, очень бережные объятья. С плеч падает груз, он рассыпается в желании расплакаться от нежности и чувств, разрывающих изнутри, чем, собственно, девушка и пользуется. Носом тычется в его яремную, некрасиво шмыгает под грудной, бесшумной смех парня, и вдруг губами неуклюже, слишком быстро целует. Куда-то в линию подбородка, проходясь губами по мягкой щетине. — Это либо «нет, Чимин, мы с тобой друзья-друзья», либо ты промазала, мои губы чуть выше, — его сильные руки перестает так сильно сжимать, словно маленькую девочку, и парень чуть отстраняется, чтобы взглянуть в лицо. А в глазах — искры, блеск от дрожащих слез и, самое главное, столько нежности, что он сглатывает с тяжестью, из-за чего даже его кадык забавно дергается. — Я могу тебя поцеловать?       Тори не отвечает. Просто поддается вперед и целует первая, понимая, что попробовать давно хотелось, да все было недосягаемо. С первого курса многие говорили, что даже их дружба продлится недолго, держится на трех волосинках, потому что он — популярный и привлекательный, душа компании и самый большой экстраверт на свете, а она — чуть зажатая, робкая девушка с задней парты, любящая тихие уютные вечера и уединение.       Поцелуй на пробу пахнет морозом, пряным и прохладным, но его руки такие горячие, когда он гладит плечи девушки, сжимает локти и поднимается до шеи, чтобы откинуть кудрявившиеся после душа волосы и за затылок притянуть к себе ближе. Ему надо распробовать губы, чтобы перестать придумывать каждый раз новые и новые ситуации того, как он это делает, но даже протягивающиеся минуты, которые вы тратите то на долгие прикосновения губами, то на серию быстрых поцелуев, не восполняют его желание продолжать это еще и еще. — Почему ты не сказал раньше? — Тебе нужен был друг, а не парень. — Прости, что тебе пришлось ждать. — Хэй, некоторые люди стоят того, чтобы их ждать.