Космос

Когда не можешь уснуть — глажу твои волосы, Фразы в голове, только твоим голосом. И всё это называю лишь космосом. Будь со мною рядом, Будь со мною рядом.

Плотно сомкнутые глаза в свете фонаря за окном, приглушеном прозрачной занавеской. Распущенные волосы ниже плеч были расплёсаны, как на картинах современных художников по подушке алым пламенем. На лбу парочка длинных прядей, мешающих обзору черт лица. Кроссман движет рукой, аккуратно убирая одинокие пряди, поглаживая щёку Хенитьюза. — Мхм… Альберу? — Кейл, промаргиваясь, смотрит в голубые глаза, щурясь. — Чё не спишь? Он придвинулся ближе, захватывая Альберу в цепкие объятия. От прикосновений становится уютно, бабочки в животе, успевшие уснуть, взмахивают крылышками, пробуждая целый рой. — Хах. Ничего, Кейл. — Альберу заносит руку над головой, складывая выбившиеся пряди воедино и гладя по макушке. Если бы Кейл не был слишком сонным, чтобы ответить, он бы сказал:       « — Альберу, хватит так на меня смотреть.» Но он кажется спал безпробудно, словно ему было всё равно, смотрит на него кто или нет. Перед глазами проскакивают события дня и Альберу невольно улыбается, сжимая грудную клетку Кейла.        «— Доброе утро. — улыбается Альберу нахмуренному Кейлу.»       « — Утро добрым не бывает. — Кейл перебирает ногами, пошатываясь и двигаясь в сторону кухни. Нет, он не пьяный и не с похмелья, он просто немного не в себе с утра, а улыбка на лице причины несчастий ещё больше раздражала.»       « — Сериал? — Альберу садится на диван, где сидел Кейл и, осмотрев и представив свой путь, встал, садясь позади Хенитьюза и обвивая ногами торс парня.»       « — Угу. — кивает Кейл, и, никак не противясь объятиям со спины, откидывается, будто он Кроссман спинка дивана. Его голова легла на плечо, а руки переплелись с кистями Альберу, отвлекая от сериала своей эстетичностью.»       « — Кушать будешь? — Кроссман в фартуке, купленном по акции, выглядывает из-за угла двери, прерывая Кейла от увлекательного занятия — глядения в мутно отражающий происходящее потолок. Кейл смотрит на своё нечёткое отражение, задумавшись о чём-то своём, возможно он даже не понимает о чём думает, но услышав Альберу, Хенитьюз откидывается на подлокотник, чтобы посмотреть на нарушителя спокойствия.»       « — Буду. — он счастливо улыбается, поднимаясь, и даже зная, что на кухне ещё не доготовлено, идёт следом за Кроссманом, чтобы наблюдать за тем, как он готовит. Но в какой-то момент напрыгивает на спину Альберу, обхватывая шею руками. Кроссман подхватывает его за ноги, чтобы не упал и ошарашенно улыбается, встречаясь с красно-карими глазами Хенитьюза. Тот лыбится, целуя его в уголок губ, не дотянувшись до самих уст, и спрыгивает, обгоняя шеф-повара.» — Люблю тебя. — тихо шепчет Альберу, заставляя ещё дремавшего Хенитьюза немного пробудиться. — Я тебя тоже. — Кейл слышит, как сердце Альберу постепенно наращивает темп, стуча в разы быстрее. Он улыбается, правда Альберу этого не видит, утыкаясь в грудь Кроссмана и переплетая ноги в своеобразную косичку. Это нереально. Реальность осталась далеко позади, они вместе убежали от неё, как от зловещего монстра в дурацком ужастике. Это космос. Красота непостижимой никому, кроме них души. Так лежать, просто в обнимку, слушая чужое сердцебиение в унисон со своим, перебирая пряди волос, разглядывая каждую из них, вспоминая простые действия, которые проходили в течении дня, недели, месяца, года, всей жизни. Простые действия, которые вызывали рождение миллионов бабочек в животе, танцующие свою мелодию любви и задевая стенки живота изнутри. Им не нужно смотреть, чтобы чувствовать улыбки на лицах.

Как мне быть теперь без глаз твоих? Если б можно, поделил бы мир на нас двоих. Если песня то я музыка, А ты - стих.