Волшебная история

It is time to break the chains of life If you follow, you will see What’s beyond reality Enigma – Beyond The Invisible

Смена выдалась тяжёлая. Полночи разгребали дерьмо на адресе, ещё полночи оформляли все бумаги. Операция разрабатывалась давно и принесла более чем достойные плоды: работы хватит ещё надолго, и ОБЭПу, и наркоконтролю, и обычным ментам. Сергей тяжело вздохнул, оценивая горы оставшихся бумаг, и поставил чайник кипятиться третий раз за ночь. После того знаменательного похода по тайге в прошлом году, когда он попался под зубы какому-то дикому оборотню и чудом выжил, открыв для себя много нового в жизни, некоторые привычки пришлось пересмотреть. Новая волчья половина быстро отучила его даже смотреть в сторону сигарет, но запах кофе воспринимала более чем благосклонно. – Что, тяжеловато? – Сергей хмуро сверкнул взглядом через плечо, не удостоив ехидно ухмыляющегося начальника ответом. – Я тут тебе повеселее работку подогнал. Сергей скептически посмотрел на тонкую стопку материалов, которую положили ему на стол. – Бумажную херню стажёры закончат, давай сюда, что не доделал. Протоколы на шалав напиши и домой иди. Можешь не благодарить, - Сергей смерил ухмыляющегося начальника недоверчивым взглядом, но с кучей нудных рапортов и журналов расстался с радостью. Когда накрыли сходку двух местных «авторитетов», отмечавших крупную поставку афганского кокаина в сауне, оформлять потребовалось не только наркоту, оружие и бандитов, но и их «развлечения». Мельком просмотрев материалы, Сергей чуть не ошпарился кофе, наткнувшись на знакомую фамилию. Недоверчиво покачал головой и отложил этот материал на конец – разговоров там будет побольше, чем с обычными проститутками. Вошедший в кабинет после последней «ночной бабочки» мальчишка презрительно скривил носик, умудряясь смотреть на Сергея свысока, криво ухмыляясь разбитыми в кровь губами. Каким-то непостижимым образом, у него получалось выглядеть сногсшибательно даже в этих полупрозрачных тряпочках с блёстками. Идеальную, какую-то нереально-гармоничную красоту не портили ни синяки, ни потёки крови – даже придавали ему какую-то трагичную реалистичность. – Какие люди! – он нахально уселся на стул, смерив Сергея отстранённым взглядом изумрудно-зелёных глаз, в глубине которых переливалась целая палитра оттенков. Не то чтобы Сергей рассчитывал на какое-то раскаяние или стыд от такого положения, но мальчишка даже не смутился, всё так же нахально ухмыляясь ему в глаза. Сергей смерил его мрачным взглядом и молча поднялся на ноги. В два шага преодолев разделяющее их расстояние, он вздёрнул мальчишку на ноги и расстегнул наручники, которые, похоже из-за такого поведения и не сняли раньше. Как бы он ни относился к этому сопляку, держать его в браслетах он не собирался. – Что это за херня? – Сергей нахмурился, придержав его за худое запястье: на молочно-белой коже отчётливо проступали тёмно-красные полосы, как от сильного ожога. На обычный след от туго затянутых наручников это не походило. – Тебе какое дело? – мальчишка, поморщившись, попытался отдёрнуть от него руку, но вырваться из хватки оборотня было не так просто. – Да аллергия это, – фыркнул он. – Не бойся, не заразно. – Интересная аллергия, – Сергей недоверчиво покачал головой, возвращаясь к своему столу. Стойкое, до отвращения, недоверие и настороженность этот сосунок заработал с самой первой их встречи, несколько лет назад. Что его сестрица – холодная гадюка с какой-то застывшей, идеальной красотой, свернувшая весь мозг его дяде, судье областного суда, что этот, «братец», чем-то неуловимо напоминающий сестру – оба даже не пытались скрыть высокомерные, презрительные взгляды, которыми поливали всех вокруг. Сергей тогда долго плевался и ругался с дядей: не просто так же тот заслужил такое кресло, чтобы игнорировать базовые понятия предосторожности и жениться непонятно на ком, без документов! Но тот был непреклонен: «Арианочку никто не будет проверять! Арианочка потеряла документы, надо сделать! И брату Арианочки, Ариасу». Сергей только неверяще качал головой, когда дядя поднял все свои знакомства и связи, чтобы действительно сделать полный комплект документов с нуля непонятно на кого! Он ничуть не сомневался, что и фамилия «Маэлис» была выдумана на месте – с отчеством ни братец, ни сестрица даже заморачиваться не стали! В отмазку про «ребята из детдома, не знают своих родителей и не хотят придумывать» поверить мог только дядя, поехавший головой от своей «Арианочки». – У «Арианочки» тоже такая аллергия? – невинно поинтересовался Сергей, заполняя стандартный протокол. Он с самой первой встречи задницей чувствовал, что с этими «родственниками» явно что-то не то, а уж когда обзавёлся волчьим чутьём – вся шерсть дыбом становилась, стоило ему оказаться рядом с ними, как будто предупреждая об опасности. Не говоря уже о запахе – волчье обоняние отчётливо различало какие-то горькие травяные оттенки и слабый запах озона, как после дождя. И почти осязаемая аура сексуального влечения, которая исходила от этого мальчишки, довершала образ какой-то потусторонней мути. Даже при всей своей свободной бисексуальности, вот так ярко и отчётливо ощущать влечение к парню с одного только вдоха, с одного взгляда, с одного прикосновения – для Сергея это было ненормально. Особенно учитывая их далёкие от приятельских отношения друг с другом. – Осторожнее, офицер, – сладко протянул Ариас, – ещё немного вашей искромётной заботы, и мне начнёт казаться, что вы обо мне беспокоитесь больше, чем следует. Правда, не стоит. У всех бывает аллергия. Сергей сверкнул на него глазами и вернулся к протоколу, вписывая данные из паспортной базы данных и Информационного центра. Волк внутри него ощерился, почти выпуская наружу глухой рык, когда он увидел список имеющихся административок. – Ты издеваешься?! – Сергей с трудом удержался, чтобы не заехать в эту нахально ухмыляющуюся морду кулаком. – Шесть протоколов за полгода?! – И что? – Ариас театральным жестом выгнул бровь. – Я не виноват в том, что ваши сотрудники предпочитают изображать «борьбу с проституцией» только по праздникам. – Он фыркнул. – И совершенно не имеют ничего против этого в другие дни. Сергей рвано выдохнул и с силой провёл руками по лицу, пытаясь успокоить подскочившую ярость. Глотнул почти остывшего кофе и вернулся к протоколу. Пора было избавиться от нелепых надежд прояснить хоть что-то, «разговаривая» с этим мальчишкой. Непрошибаемое высокомерие, наглость и яд в каждом слове. С большим успехом можно было разговаривать с бумагами – те хоть не поливают презрением в ответ и не издеваются. – Тебе, конечно, похер, что у мужа твоей сестры из-за этого могут появиться проблемы на работе? Ариас безразлично пожал плечами. – Меня не волнует ни он, ни его работа. – Да, я так и понял. – Сергей тяжело вздохнул. – Какое у тебя образование? – Он поморщился и уточнил на недоумённо приподнятую бровь, – мне нужно заполнить сведения об образовании и месте работы для протокола. Процедура для тебя не новая, не придуривайся. Так какое? – Обычное, – он пожал плечами. – Я не помню, что писали в прошлых протоколах. Мы с офицерами были заняты более приятными вещами. – От гадкой ухмылочки и откровенного, раздевающего взгляда малолетнего недоноска Сергей передёрнул плечами и скривил губы, дописывая сведения наугад. Распечатав копию протокола, он со злостью швырнул бумаги на стол перед Ариасом. – Распишись и свободен. На оплату штрафа два месяца. Не заплатишь – получишь пятнадцать суток.