После бури

Tommee Profitt, Ruelle — Follow Me

Жить в неведении было, пожалуй, самым ужасным для фей. Им не к кому было обратиться за помощью, взрослые в Алфее старались всех обезопасить, спасти, заставить сидеть на месте, чтобы не допустить новых ошибок и проблем, а правители, знакомые со Стеллой, могли воспользоваться силами Блум в свою пользу. У них не было достаточно книг, знаний о Домино, о силе огня, чтобы быть уверенными в том, что они делали. Феям приходилось выбирать, кому доверять. Они точно не могли скрыть все от Ская, Ривена и Брендона, тяжело было поделиться с капитаном Гелией, но лишь они могли их понять и поддержать. И были готовы на сражение. Дракон Домино. Внутри Блум. Что от него ожидать? Как его выпустить наружу, как совладать с неизвестными силами без наставника? Куда податься, чтобы обезопасить остальных учеников школы? А главное, как во всем этом замешан Даркар и как им всем спастись от неизвестности? — Как еще раз это чувствуется? — уточнила Стелла, скептически смотря на Музу, которая уже несколько раз объяснила все подругам. — Как что-то очень древнее, старый свиток, состаренный пергамент, — вздохнула эмпатка, на что принцесса Солярии хмыкнула, а Терра и Аиша переглянулись. — Хочешь сказать, что мои силы… Древние? Древнее моих семнадцати лет? И как это возможно? — не понимала Блум, сидя в их гостиной и попивая чай. Муза готова была хвататься за голову, не понимая, то ли их силы играли с ними, то ли она не так понимала свои ощущения, а это было редкостью. — Я не знаю, что это значит. Возможно, важнее понять, как этим управлять, попытаться хотя бы. Может, твоя сила передалась тебе от кого-то в роду, может, она так среагировала на Даркара, — проговорила фея разума. — Тогда вам придется отойти подальше от защитного барьера, чтобы практиковаться и чтобы Сол ничего не узнал. Но мне, если честно, не очень нравится идея уходить за барьер, когда мы даже не знаем, с чем и кем имеем дело, — высказалась Аиша, а Блум недовольно на нее посмотрела. — Ну спасибо, — проворчала Питерс, а Стелла покачала головой: — Но это все явно как-то связано со мной! Я не могу бездействовать! — Но это не значит, что надо не думать о своей безопасности и пытаться вызвать то, о чем мы вообще ничего не знаем. А если Даркару только это и надо? Может, он бы забыл о нас, если бы мы не продолжали, — сказала Аиша. — Не похоже, что все так просто. Мы и так не привлекали внимания раньше, ну, почти. Значит, дело в другом, — заметила Терра. Муза согласно кивнула, пытаясь вспомнить ощущение Даркара, то, почему он появился, его эмоции, ведь не во всем был лишь гнев, а что-то еще. «Такое же древнее, как тот дракон в огне», — размышляла она. — Силы Блум притягивают его. Мы знаем точно, что Домино полностью исчезло, может, оно связано с силами огня, может, всё просто сгорело, может, этот Даркар сам виновник исчезновения целого королевства… — начала говорить Муза, но Блум резко встала со своего места и прервала ее. — А может, уже признаем правду, что никто не погиб бы в Алфее, если бы меня здесь не было? С каждым нашим новым расследованием или догадками я лишь больше чувствую вину и ужас, потому что не могу контролировать свои силы, я скоро не смогу выдерживать, если не начну что-то делать, — проговорила Блум, уходя из их комнаты. Феи посмотрели вслед Питерс, не понимая, как реагировать. Но Муза чувствовала ужас подруги, она видела, как ее пугают собственные силы. Блум боялась причинить вред, как это уже было с ее приемными родителями. «И мы все еще не знаем ничего про настоящих родителей Блум, слишком много тайн вокруг нее», — вспомнила эмпатка, поднимаясь и направляясь за феей огня. В коридоре Муза нашла Блум легко, она всегда ощущалась как костер из эмоций, то спокойный, то разрастающийся, рвущийся все уничтожить. Но Питерс было все сложнее удерживать этот костер, будто бы ее силы росли, а фея боялась окунуться в них. В отличие от Музы, которую всегда затягивали эмоции, ей, наоборот, было сложно выбраться из них. — Блум, постой, ты не можешь сейчас быть одна, — позвала эмпатка, поймав Питерс за руку. На какое-то мгновение ей показалось, что она чуть обожглась. — Почему Даркар нападет на меня и использует против вас? — отозвалась девушка, развернувшись. — Потому что тебе нужна поддержка и помощь. Я понимаю, тебе страшно, но не надо убегать, мы рядом и поможем, но если наши разговоры надоели тебе, возьми с собой хотя бы Ская, я уверена, с ним тебе станет спокойнее, и он тоже всегда готов помочь тебе и поддержать, — ответила Муза, стараясь дать почувствовать Блум спокойствие. В глазах феи огня сразу же появилась вина, она покачала головой, немного успокаиваясь. Конечно, действовать импульсивно было ей привычнее. — Прости, Муза, просто я уже не могу видеть эти развалины из-за нападения. Я… Я постараюсь поговорить со Скаем, может, он согласится на тренировки за барьером, если ты будешь со мной, и Ривен тоже. Я не смогу вызвать дракона без тебя, — поделилась мыслями Питерс, на что Муза кивнула. Хотя эмпатка была уверена, что Блум боялась не того, что не сможет вызвать дракона, а скорее того, что будет, если у нее все получится. — Хорошо, мы будем пробовать, раз пока у нас есть время, — согласилась Муза, улыбнувшись. Фея огня улыбнулась в ответ, обняв подругу, после чего направилась искать наследника Эраклиона, теперь нужно убедить его. Вспышка эмоций могла бы сбить Музу с ног, если бы она уже не привыкла к подобному. Она сразу же развернулась, встречаясь взглядом с уже полюбившимися серыми глазами. Фея разума не сдержала удивления и даже возмущения при виде специалиста в коридорах школы, а не в лазарете. — Что ты здесь делаешь?! — возмутилась эмпатка, а Ривен сложил руки на груди, строго смотря на нее. — Мне кажется, возмущаться должен я. Вы снова что-то задумали? Когда рыжая бестия так резво куда-то бежит, то это к проблемам, — заметил специалист, а Муза шикнула на него, подходя ближе. — Еще покричи об этом на всю Алфею. Нет, мы же пообещали вам, что не будем ничего делать без вас с ребятами, просто Блум нужно тренироваться, а для этого лучше выходить за пределы барьера, — объяснила Муза, а Ривен окинул ее взглядом. «Допустим, я тебе поверил», — подумал он, а эмпатка невольно прочитала его эмоции и нахмурилась: — Я говорю правду вообще-то. — Надеюсь, Скай будет умнее и отговорит ее. Почему вам всегда надо быть в центре событий? — заметил Ривен, после чего притянул к себе Музу и взял за руку. — А почему вам, специалистам, всегда нужно обязательно все знать о планах фей? — парировала эмпатка, на что парень усмехнулся и куда-то потянул ее. — Мне выдали отдельную от Ская комнату, представляешь? Стоило один раз чуть не умереть, так сразу: «вы достойны личных апартаментов», так что я решил показать тебе, — проговорил Ривен, а Муза покачала головой. После всего пережитого его все еще волновала личная комната в школе. — А лазарет? Как тебя отпустили? — спросила эмпатка, на что специалист покачал головой. — Профессор Харви сказал, что в физическом плане все пришло в норму, только запретил сильные нагрузки еще пару дней, а так я в порядке, ты сама же это чувствуешь, — ответил Ривен, на что Муза кивнула, на такое она не могла возразить. Когда они дошли до новой комнаты специалиста, то он торжественно открыл перед феей двери, пропуская вперед. На удивление, комната и правда была просторной, почти как их со Скаем, только вместо второй кровати стоял диван. Такая же в серых тонах, с кроватью пошире, с небольшим окном и темно-синими шторами, которые не пропускали слишком много света в комнату. — И зачем тебе такая большая комната одному? — скептически поинтересовалась Муза, на что Ривен вдруг снова притянул ее и прижал к закрывшейся двери. — Чтобы ты чаще приходила ко мне, — честно ответил специалист, вызывая у феи волнение от близости и полной открытости с ней. Она чувствовала, как внутри груди что-то будто щекотало, когда Ривен был близко, но не целовал, а просто смотрел, будто чего-то выжидал. — Я и раньше могла чаще приходить, — заметила Муза, а специалист приблизился, заставляя ее полностью прижаться спиной к прохладной двери. — Для такого не могла, — снова честно высказался Ривен, наклоняясь и, наконец, целуя эмпатку. Муза могла почувствовать, как вдруг все тело стало мягким, податливым в его руках, как она неосознанно потянулась к нему, а ощущение в груди резко отступило, впуская желание приблизиться и почувствовать его эмоции, ощутить ту открытость, которую он сейчас предлагал. «И так было в Новый год», — вспомнила фея, зарываясь руками в волосы парня, позволяя откровенно целовать себя и сжимать ее ягодицы. — Ривен, твое состояние, — прервала Муза, слегка отодвигаясь. Он покачал головой, целуя ее в щеку и приближаясь поцелуями к ее уху. — Ухудшится с новой силой, если уйдешь, — тихо проговорил он, после чего спустил ее руку к своему паху. Муза потянулась за поцелуем, не в силах противостоять его эмоциям или бороться с собой. Сегодня один из спокойных вечеров, она могла дать себе свободу чувствовать и быть в моменте, быть рядом с любимым и впервые не бояться ни за какие секреты. Наконец-то у нее было это время. И вот она позволяла Ривену потянуть молнию вниз на ее кофте, пробраться рукой под спортивный топ, а сама без стеснения водила руками по его телу, прижимая ближе и давая целовать себя. Муза не сдержала тихий стон, когда специалист наклонился, чтобы прикусить ее шею и поцелуями спуститься вниз, сначала к ее топу, а потом к краям спортивных штанов. Она выбежала за Блум в домашней одежде. — Ривен, только не мучай меня, — попросила фея, когда он опустился на колени. Она снова зарылась пальцами в его волосы, слегка оттягивая и сжимая. — Не похоже, чтобы ты мучилась, — заметил он, а Муза не сдержала силы, чувствуя в ответ его жар, тепло — они, словно ураган, захватывали ее, не давая нормально дышать. Предвкушая продолжение и то, чего они оба так ждали.

***

За барьером всегда было особенно жутко, то ли внутренние страхи так заставляли чувствовать, то ли Блум и правда не следовало идти сюда одной. «Но я же не далеко», — уверяла себя она, убирая ветки хвои с пути. Питерс хотела разобраться с собой сама, она думала, что проблемы с силами — это, во-первых, проблемы в ней самой. Что-то, что ей не давало нужного толчка. «У меня получится», — убеждала себя фея огня, остановившись чуть дальше от деревьев в небольшом поле. Она закрыла глаза, призывая огонь, стараясь погрузиться в энергию, почувствовать то самое древнее, о чем говорила Муза. Сила — это продолжении феи. Неотъемлемая ее часть. Как ветер среди деревьев. Как волны океана. Как искры от огня. Как разбушевавшийся огонь после молнии. Этот огонь Блум пыталась почувствовать внутри себя, ощущая лишь легкие искорки, которые не решались разжечься. — Освободись, — тихо прошептала фея, и огонь появился в ее руках. Она всегда чувствовала его жар, который обжигал остальных, но для нее был приятен, словно кто-то родной окутывал ее безопасностью, грозясь сразиться со всеми, кто причинит вред. — Больше, — снова скомандовала Питерс, разжимая кулаки и давая огню окутать ее руки и плечи. Она могла чувствовать, как огонь касался ее кожи на щеках: — Еще, — проговорила фея, начиная чувствовать внутри вибрацию из энергии. Она улыбнулась, ощущая вокруг больше жара, больше собственной силы, будто она была внутри огненной сферы. Фея могла поклясться, что чувствовала то, что описывала Муза. Неизведанное древнее, но почему-то такое родное, такое радостное и свободное. Блум открыла глаза, желая оглянуться и увидеть эту силу, как вдруг увидела перед собой Даркара. «Нет», — в ужасе подумала она, замечая блеск в его глазах и коварную довольную улыбку. — Да, Блум, у тебя есть кое-что, что нужно мне, — заявил он, а в следующий момент фея огня почувствовала сильную боль в затылке. Мир закружился вокруг, силы покинули ее, словно испугались мага, а сама она думала: лишь бы не испортить всё вновь.

***

На другом конце Алфеи, в комнате специалиста, крепко спавшая Муза еще ничего не подозревала. Она наслаждалась теплыми объятиями Ривена, его близостью, не думая ни о чем другом. Ей даже ничего будто не снилось, давая, наконец, выспаться. «Спаси ее. Спаси Блум», — вдруг снова раздался знакомый голос. Фея разума нахмурилась сквозь сон, переворачиваясь на другой бок. — Блум? — пробормотала она, все еще не понимая, что ей это не снится. «Спаси мою сестру, фея разума», — сказал голос, а перед разумом феи, словно вспышка, появились голубые глаза. — Блум! — резко проснулась эмпатка, садясь на кровати. «О нет», — лишь успела подумать она, а в окне, где-то за барьером, показался огненный столб.