Золотой цветок

"Меня зовут Азриель. Хм, я, право, не знаю, так ли стоит начинать свое повествование, однако, думаю, это не самый худший вариант. Мой папа говорит, что я принц монстров и должен радоваться такому исходу. Но я почему-то не хочу этого и не могу объяснить причину своего отторжения. Надеюсь, в скором будущем я все же найду точное обоснование происходящему. Мне не нравится жить под землей. Здесь так тускло и серо, будто все яркие краски просто выключили. И при этом все вокруг меня ходят и радуются многоцветию мира. Я не понимаю, это они так пытаются убежать от правды или подкалывают меня? Я ведь знаю, что так бесцветно не должно быть. Когда-то в детстве я добрался до верхней полки в библиотеке и нашел книгу про людей и Поверхность с красочными картинками, которые и показали мне, что цветной мир - это не выдумка. Помню, как я тогда переживал, что папа узнает о моих проделках..." За дверью послышались тяжелые шаги. От неожиданности Азриель чуть не выронил карандаш, однако успел удержать его за миг до звучного удара об пол и вернул на законное место возле лампы. Рукопись незаметно поползла вглубь стола, где ее было бы сложно обнаружить невооруженным глазом, стоя у дверного прохода. - Дорогой,- три глухих удара по двери и протяжный женский альт прервали безмолвную тишину, царящую в комнате, - у тебя все хорошо? Я уже несколько раз кликала тебя, но ты не отзывался. - Всё в порядке, мам, - выдавил из себя Азриель. - Вот и славно, - менее взволнованно отозвался голос за дверью. - Спускайся, иначе обед пропустишь. За дверью вновь послышались шаги, и, когда еле уловимый скрип полов затих, Азриель облегченно вздохнул, подвинув к себе "личные записи". Он потратил несколько секунд на размышления, что же делать с исписанным листом, после чего принялся аккуратно складывать его. Однако не так легко оказалось проворачивать подобное меховыми лапами. "Как же удобно, наверное, людям...", - подумал Азриель, пыхтящий над бумагой, уголки которой будто специально сдвигались вправо-влево, не позволяя сложить листок ровно. Когда записи все же были завернуты, Азриель запрятал их в задуманное во время "сгибательной пытки" место и быстрым шагом направился прочь из комнаты... - Приятного аппетита. - Взаимно. - Приятного... - Азриель примолк, поддавшись собственным мыслям, и медленно начал перебирать вилкой серые внутренности тарелки, составляя из них разные чудаковатые фигуры. - Снова весь в работе? - женский голос словно попытался заполнить возникшую из-за недоговорок Азриеля неловкую паузу. - Да. - кратко ответил бас, явно показывая нежелание носителя вдаваться в лишние разговоры. Азриель приподнял глаза. Ничего не изменилось в родственниках с последнего семейного обеда около недели тому назад: мама все также пыталась скрыть возраст за косметическими средствами, отчего ее шерсть переливалась глянцем, а нахмурившийся отец, как рассудил Азриель, исходя из еле слышимых слов "Вода... требуется... Хотленд", как обычно бормотал о государственной деятельности. Все было как обычно: родители сидели с одной стороны стола, а сам Азриель - с другой. И если бы кто-то из них решился подойти и просто обнять или пожать руку сидящему напротив, то ему пришлось бы проделать не менее десяти крупных шагов, оттого никто и не спешил проявлять ласку за столом. Азриель облокотился на спинку кованого стула и снова подался в раздумья, направив взгляд на тарелку. Сквозь мысли он услышал, как после чуть усилившегося бормотания его отец воскликнул в сторону своей жены: "Ну конечно, Ториель! Неподалеку от Хотленда ведь расположено Водопадье! Быть может, нам провести воду в Жаркие земли оттуда?". После этих слов король оживился и жадно накинулся на свою порцию обеда. Однако трапеза прервалась, как только он заметил своего приунывшего сына. - Ты что-то сегодня не в духе. Не заболел ли? - король посмотрел по сторонам и, убедившись, что поблизости никого лишнего нет, подался вперед, замыслив что-то неожиданное. - Слушай, мне нужно, чтобы кто-то отнес одно важное письмо в Снежград, но все боятся холода, и без тебя никак. - Отец, - чуть не взвыв, сказал Азриель, - мне уже не десять лет, чтобы верить подобным вракам. Я прекрасно знаю, что ты недавно нанимал монстров, живущих у Снежной долины, в свою Гвардию для подобных "передачек", - юный принц устало приподнял руки, дабы "закавычить" последнее сказанное слово. - Так почему бы им не передать письмо?.. - Хм, верно. - К тому же вы мне не позволяете общаться с другими монстрами. - Дорогой, - вклинилась в диалог королева, - ты ведь понимаешь, что мы все это делаем для твоего же блага? Неизвестно, как отреагируют монстры на появление членов королевской семьи в народе без какой-либо веской причины, - внезапно взгляд Ториель метнулся на сидящего рядом мужа, в голосе возникли нотки недовольства. - Азгор, будь добр, не пудри мальчику мозги своими нелепыми просьбами. Он прав, у тебя в подчинении достаточно и других монстров для подобных целей. Казалось, что Азгор вот-вот возразит своей супруге, однако она словно предугадала его мысли и приставила чашку с чаем к губам, в чем обычно выражалось ее нежелание слушать какие-либо отговорки. Таким образом, король проиграл в сложившейся словесной перепалке, которая закончилась, так и не начавшись. Чуть отпив содержимое чашки, Ториель вновь обратилась к своему сыну: - Мы с папой любим тебя и желаем лишь самого лучшего, цветочек. "Цветочек"… Это слово будто вонзилось в Азриеля острым лезвием и, подобно заевшей пластинке, стало вертеться в его голове, беспрерывно повторяясь. - Спасибо за обед, - юный монстр замешкался, подбирая подходящую отговорку. - Прошу меня простить, мне стало немного дурно. В прошлый раз врач говорил, что при подобном нужно выйти на свежий воздух, что я сейчас и собираюсь сделать. Ко всему прочему, это неплохой повод прогуляться до нашей клумбы… Дверь звучно хлопнула. Азриель не помнил, как он смог оторваться от стула, выйти из гостиной и добрести до своей комнаты. Но он знал точно: сейчас он в том месте, где до него не доберутся. В том месте, где он был всегда один. Глубоко вздохнув, подземный принц нашел в себе силы отпрянуть от двери и пройти вглубь комнаты. Он взял с полки небольшую баночку с кисточкой и что-то аккуратно нарисовал у дверного проема, после чего вернул флакончик на место. Натянув на себя блекло-зеленый фланелевый свитер с выцветшей желтой полосой, обвивающей нижнюю часть грудной клетки, Азриель вновь направился в сторону выхода. Он не соврал, сказав родителям, что направится к королевской клумбе после обеда. Правда, со стороны Азриеля подобное решение было не совсем обычным, ибо в большинстве случаев юный монстр пытался избегать этого места, не объясняя никому причину своей неприязни. Принц замедлил ход, приближаясь к ароматному полотну, покрытому золотом – это был единственный цвет, который он точно мог различать в этом мире.