В твоей будет джокер

Дилюк трет руки друг о друга, предвкушая скорую победу. У него целый стрейт-флэш и, думается ему, у господина Альбериха не получится перекрыть его карты, по крайней мере в этот раз. -ну что, господин капитан, стрейт-флэш, - изящным движением кисти руки младший опускает на игральный стол карты, - будет ли у тебя, чем ответить мне, м? думается мне, что навряд ли. Конечно, Дилюк понимал, что, возможно, и эта партия останется за синеволосым. Не может быть такого, что сегодня обладатель одной из сильных комбинаций проиграет. -ты прав, как всегда прав, мой дорогой противник. Но не сегодня, Дилюк, не сегодня, - не менее изящно Кэйя опускает перед обладателем черных перчаток свою комбинацию, - флэш-стрит. И действительно. На самом деле у младшего туз. А еще у него был джокер. Джокер, который за всю партию так ни разу и не мелькнул. В комнате на минуту повисает молчание. В следующую секунду из темного угла раздается медленное и негромкое хлопанье. -молодец, Альберих, как всегда прекрасен. Не зря я взяла тебя к себе, - разговор начала госпожа Розария. Медленно поднявшись с бархатного кресла, она чинно, стуча высокими каблуками, подошла к игрокам. Положив руку на широкое плечо Кэйи, та залилась властным смехом, - а ведь если бы не туз, плакали бы твои деньги. В следующий раз, - обращалась она уже к красноволосому юноше, - знай, с кем соглашаешься играть. В который раз. Развернувшись, госпожа Розария вышла из комнаты, укутанная в шубу из соболиного меха. Да, она была такой: жестокая, властная, грубая и холодная. Богатая, своенравная, ни от кого не зависящая: зависят только от нее. -ну что, как собираешься долг отдавать? Ты думаешь, я просто так поддался тебе, мой дорогой Кэйя? – с этими словами господин Дилюк вытаскивает из кармана туза пики – того самого, с помощью которого он мог безоговорочно сорвать весь куш, даже несмотря на то, что у Лицо противника бледнеет, руки начинают дрожать, а глаза бегать из стороны в сторону. Он медленно и нервно вдыхает, а после выдыхает, издавая чуть нервозное подсмеивание. Альберих молча упирается в очи напротив, пытаясь что-то сказать, но из горла как назло исходят только задушенные хрипы. Он и не думал, что Рагнвиндр даст ему победить. Да, он допускал такую мысль, но, как бы там не было, шанс на его победу был крайне мал. По подпольному помещению разносится бархатистый, заливистый смех. Перчатки слетают с кистей винодела, пока тот отодвигает выигранные деньги в сторону кавалериста. -помнится мне, мой дорогой друг, когда-то у нас с тобой уже была подобная стычка. И кто бы мог подумать, что я снова поддамся тебе? Кэйя, мой дорогой, а не напомнить ли мне тот самый вечер в кругу господина Альбедо, госпожи Розарии? Ах, тогда ведь еще и Тарталья был.. эх, времена…- прикрыв очи, Дилюк начал вспоминать тот самый день, когда он впервые поддался одноглазому. ** Осень на то и осень – определенно она нагоняет тоску. Август сменяется сентябрем, листья на деревьях замедляют процесс фотосинтеза, а звери в лесах уже готовятся не то к спячке, не то к суровой зиме. Казалось бы, что может пойти не так еще с начала учебного года? -Дилюк, мой старый-добрый друг, как давно мы с тобой не виделись? – в комнату влетает Альберих, шуточно протягивая каждую гласную. – кажется, будто прошло уже порядка ста лет, неужели не скучал по мне? -еще бы столько тебя не видеть. А ты, я смотрю, не изменился. Как был петухом, так и остался. -э. это кто еще петух? В общем, неважно, сегодня я готов простить все твои слова. Давай сыграем в покер? Деньги пиздецки нужны, поэтому я намерен обобрать тебя сегодня до нитки. -кто еще кого оберет, карты на столе, раскладывай. Так уж и быть, уступлю тебе сегодня место. Появившийся азарт в голубых глазах нельзя было не заметить. Кэйя вальяжно раскинулся за столом, тасуя карты. Легкими движениями пальцев он раздает их себе и красноволосому. -начинаем? -ты еще спрашиваешь. Шла уже которая минута игры. Казалось, она может длиться еще очень долго, но тут Кэйя, чувствовавший свою неоспоримую победу, выкладывает каре. Поднимает сощуренные глаза на противника. Дилюк грустно усмехается, а после также выкладывает свою комбинацию. Флеш. По лицу сидящего напротив расплывается довольная улыбка. Он выиграл. Точнее, ему казалось, что победа останется за ним. -а я говорил, что вытащу из тебя последние деньги. -тебе так кажется, дорогой. Посмотри сюда, - рукав задирают, а из-под него торчит джокер. А обладатель повязки еще думал, почему это вдруг господин Дилюк резко и почти что незаметно спрятал одну из бумажек под рукав пиджака. -..даже если мне повезет, и в моей руке будет туз ** -в твоей будет джокер, - как мантру повторил слова тех самых дней слегка грустный синеволосый. Куда ему тягаться с виноделом? Оказывается, все же и в этот раз его победа досталась ему лишь по той простой причине, что Рагнвиндр поддался ему. Снова. Дилюк грустно усмехается, пытаясь прямо здесь и сейчас не начать как-то пытаться приободрить фактически проигравшего мужчину. -завязывай с этим делом, Кэйя. В конце концов не всегда тебе будут поддаваться. Я делаю это лишь потому, что мы братья, - красноволосый медленно поднялся со своего места, а после, в последний раз посмотрев на сводного брата, вышел из помещения казино. Слова до господина Рагнвиндра не долетают, оно и понятно: он давно ушел, в то время как расстроенный винодел все еще сидел за большим столом. --ты умен, а я идиот, и не важно, кто из нас раздает; даже если мне повезет, и в моей руке будет туз, в твоей будет джокер. На телефон приходит уведомление: Дилюк пишет. «я не в серьез говорил о том, что ты что-то должен мне. Поэтому просто оставь себе деньги, считай, что это небольшой подарок» Будучи слишком совестным, Кэйя решает все же каким-то образом отплатить сводному брату за все те разы, когда тот поддался ему. Юноша пока не знает, как именно будет исполнять свое желание, но, думается ему, что он обязательно что-нибудь придумает. В любом другом случае его имя не Кэйя Альберих.