Когда ты рядом, мне становится легче

" После долгих лет наших отношений, все мысли о подставе или удара с твоей стороны пропали.

Сидящие, прилипшие к друг другу и потирающие друг дружке ладошки, влюблённые, любовались закатом. Закат был точно жёлтый, как что-то родное и теплое. Смотреть на него было одно удовольствие. Два парня, сидящие на пледе, покрытым упаковками со сладостями, на котором лежали также и бутылки с красных вином. Клубника в шоколаде, холодная и замороженная, под конвертик завёрнутая, любовная плитка шоколада. Одеяло и все сбережения на нем, были в приглушённо светлом цвете. На пледе, те два парня, один из которых рисовал что-то на блокноте, чиркал ручкой по бумаге, второй же наблюдал за его каракулями. Плотно прижимая парнишку к себе за тонкую талию, старший мужчина, с черно-белыми волосами поцеловал блондина, меньшего парня, в щеку. А после опустился ниже, заглядывая в самые голубые, глубокие глаза и снова поцеловал, только уже в губы, которые так манили. Чарли ответил на поцелуй, углубляя его, проникая в чужой рот. Он опустил скетчбук и положил на края одеяла. Воздушный покров поднялся от ветра, пока два парня с четко бьющимся сердцами, почти одинаково, сближались все ближе. Пусть и с желанием продолжить, оба отстранились. Чарли лег на Риккардо, упрощая тому позицию. Сев к тому у колена, Чарли взглянул в чужие, холоднокровные глаза, приятно ало-красные, словно желания проникнуть через них прямо в душу. Блондин шёпотом спросил: — Эй, Рикки, сейчас то хоть ты не думаешь о плохом? — Нет. Я думаю только о тебе. — Снова коснувшись чужих приторно сладких губ, через секунду отстранившись, продолжил: — Только о тебе, о твоих прекрасных, небесных глаз. — У тебя они ещё красивее, как кровавая луна. — немного засмеявшись, ответил художник. Риккардо тоже улыбнулся, запрокидывая парня к себе на бедра. — Уж не думаешь ли ты, что после стольких лет, я буду по прежнему думать только об своих грязных делах? У меня чистое дело, с тобой. — Он погладил того по плечу, — И запомни, я никогда не оскверню тебя. Ни в коем случае. — Я не боюсь что ты можешь убить меня. Больше. — От такой фразы, у Рикка прошли мурашки по руке, в которой он держал чужую, но до жути родную руку. — Как ты смеешь... — влюбленно и туманно вглядываясь в чужие, подлые, хитрые глазки. — Мне ещё раз повторить? — Ха-ха! Не стоит, милый. Я же сказал что не боюсь. — Ты и не должен. — слегка опечалено сказал Пиковый. Тихо угукнув, Чарли уткнулся носом в чужую шею, полностью прижавшись к своему любимому. Неужто он стал, настолько родным и добрым? Раньше ведь, казалось он никогда в жизни не откроет ничего подобного такому чудиле, как Чарли. — Моя любовь, какой ты красивый под таким переливающимся светом оранжевого солнца. — Да ты и сам, настоящее блондинистые солнце, каждый лучик которого я готов почувствовать. — Подождав паузу, заключил Риккардо: — Только, если ты будешь мне доверять и все плохие мысли обо мне исчезнут.

Чарли похож на лучик солнца?

У Чарли очень красивые, пшеничные волосы. Они часто сильно ломаются, но в основном они довольно гладкие. Замыкаться во весь подбородок и зарываться в макушку, внимая этот запах это блаженство для старшего. Чаще всего, у Чарли волосы в краске. И блондин старается отмываться, но из-за его работы они по прежнему в повседневное время в масляной краске. Однако, Риккардо уже привык видеть его в таком виде. Участвуя с ним в играх, в его работе, Риккардо часто наблюдал за тем, как он неописуемо радуется, за каждую красиво нарисованную мелочь. Соответственно, при виде этой милой, такой счастливой улыбке, сам Риккардо очень с этого умиляется, и на уголках рта искажается в радостной ухмылке. Чарли имел очень, капризный характер. Но даже через это, он проявлял огромнейшую доброту и любовь к любому встречному. Например, к "братьям нашим нижним". Когда Чарли и Риккардо просто шли по улице, и когда блондин замечал пушистых котят, маленьких чуд, его сердце просто разрывалось. Он хотел их всех забрать к себе в дом, однако Риккардо был против. — Чарли! Нет! Не строй мне тут глазки! Я же сказал нет, никаких животных в доме, чтобы я не видел ни кошачьего корма, ни любого другого живого существа кроме людей! — На последнем дыхании сказал Риккардо. Чарли опустил водные глазки и поник, что выглядело на вид немного мило и по детски. — Пойдем, родной. Нам нужно домой, положить продукты. Потом я могу купить тебе мороженое, или те шоколадные кисти? Хочешь? — Чарли резко обрадовался и его глаза сузывшись, хитро посмотрели на Риккардо с неподдельной радостью. Забыв про бедных уличных котят, они потопали в подъезд.

А Риккардо получается похож на луну?

С довольно интересным цветом волос, который был разделен на два, Риккардо выглядел всегда пафосно. Черно-белые волосы сзади и спереди, идущие с корней. Они всегда были увлажненными и ухоженными, и никогда не предстало людям видеть их грязными или сухими. Иногда складывалось впечатление, что он тратит время на себя гораздо больше чем на кого угодно. Хотя, Чарли уже забрал половину всей любви и внимания. С Чарли Риккардо стал очень мягкотелым. Желая получать объятия, поцелуи, в щеку или в губы, тактильность ощущалась по иному, чем когда Риккардо был гаптофобом. Совместное сожительство сделали их куда ближе, чем они думали. Сам мужчина характером был наделён немного странным. Сначала он кажется опасным преступником, но после тут же начинает вести себя даже по детски. Ну, холерик же, как никак. Однако, в последние годы его как будто старческое время затянуло. 28? Да ну...? Иногда, когда Чарли просто смотрит на ненастроенного на хорошее Рикка, он замечает что в эти моменты, парень словно пытается глазами найти зацепку того, что его так рассердило. Он ненавидит быть угрюмым и без настроения в компании Чарли, который может так легко обидеться на негативное слово. Например, когда-то, в примерно такой атмосфере произошла небольшая сценка:

***

Чарли со своей измазюканной мордашкой с каким-то недопониманием посмотрел из под мольберта на Риккардо, сидящем на любимом диване. Тот явно был сильно расстроен, зол и полностью не хотел поднимать свои грозные глаза на это невинное солнце. Так ли оно невинно? Ведь буквально через секунду, когда Чарли потопал в его сторону, споткнулся об новую пачку краски, грохотом упал возле дивана. Тут же, из-за этого удара, нестойкие стены чуть потрескались. Риккардо был именно в той нервной атаке, когда любое неровное движение вызывало жуткое раздражение и особенно — глупое, словно дите, существо. — Батлер! — словно визгнул монохром. — Почему ты вечно заставляешь меня срываться? Прекрати! Не понимаю почему я тогда тебя не убил? Я сейчас не... в том состоянии чтобы... вновь... — Его голос был настолько сорванный, что он не мог закончить предложение. В итоге он успокоился буквально через секунду. Батлер же, испуганным взглядом, который последующее заменился виноватым, уныло сидел на коленях, не желая вставать, и смотрел вниз. Тут Риккардо отдернул ногу, словно испугавшись собственных слов. Разве он хотел этого? Видеть сейчас почти в слезах парня? Нет... Только не Чарли. — И-и.. — начал он своим уже осознанным голосом, — Извини.. Чарли, боже мой, прости за это. — он немного наклонился и поднял Чарли с пола. Пока брюнет пытался принять ситуацию, которую сам и создал. Блондин быстро стер небольшие слезки, которые были больше от неожиданности крика, чем от слов. Монохром усадил парня к себе на колени, придерживая за спину. В мыслях, Риккардо хотел сказать что-то вроде "Я не знаю..., Это не я!", однако это — ложь. После этого просто прошептал, словно не мог сказать вслух. — То, что я сказал, является ложью. Я сказал это из-за плохого настроения, а не из-за искренних чувств. Понимаешь, малыш? Прошу, извини что напугал. — Он сказал это немного тревожно. Чарли круглыми глазами, улыбнулся, он прекрасно понимал ситуацию, но его напугали лишь одни слова. — Все нормально. — легким, усталым голосом ответил Батлер. — Ты уверен? — Да. Спустя еще немного времени, пока Риккардо отходил от резкой драмы, и менял мысли, Чарли убрал ту самую пачку красок. Она ведь стала причиной? Так ведь?... Уже через 2 часа, они лежали на диване и грелись под одеялом. Вроде, никакой трагедии, однако Чарли жутко напугала та фраза, эта мысль не выходила у него из головы. Словно, как только забывал, то снова вспомнил. И осмелевшись, все же спросил у полу сонного Рикка: — Рикки? — Мм? У Чарли появился ком в горле. Он проговорил тише : — "Не понимаю, почему я тебя тогда не убил" — Что это значит? — Чарли испугала эта мысль, наверное из скрытого страха, что тот воткнет в спину нож. У него оставалось самообладание, и он знал что убийце что угодно может прийти в голову. Точно также, как и Батлеру в 3 часа ночи идея взорвать здание. Риккардо тяжело вздохнул в чужую шею. Оторвавшись, тяжеловато, но спокойно ответил: Я сказал не понимаю? Что ж... — он выждал паузу, а Чарли нервно сглотнул в это молчание, — Теперь понимаю... Ты был очень невинным. И дело не в том, что ты был мне полезен. Может поначалу, единственное что нас связывало это общее место жительство, однако... Сейчас, я бы никогда это не повторил и тем более, не сделал. Тогда, я понятия не имел, что сказал. Сейчас я говорю тебе осознанно. Я люблю тебя. И я никогда не наврежу тебе. Запомни мои слова, я не стану нам лгать. Чарли, хоть и слабо, улыбнулся. Словно груз с души. Он мягко приподнес руку с чужим волосам, залез в них, и полностью повернувшись к своему близкому, стал целовать чужие губы. Страстно, мягко, сильно и чертовски любимо. До чертиков сводило целоваться и сжимать чужое тельце. Они спустя тактильных нежностей и общих, сводящих с ума, слов, все же сладко уснули. Их жизнь, останется у вас в мыслях. Ведь я толком не все рассказала... )))