Научиться дышать

      Трое друзей шли по коридору в Большой Зал. Пока Роуз и Альбус спорили, лучший ли спорт квиддич, Скорпиус витал в облаках. С ним это часто случалось в последнее время. Он думал об экзаменах, о будущем, а главное, о родителях. Прошло так много времени, а они ещё не вместе. Начинало казаться, что все знаки лгали и ничего не произойдёт. А, может, он был слишком нетерпеливым, но разве можно иначе?       — Как думаете, мои родители будут вместе? — перебил Скорпиус спор друзей и очень вовремя, ведь они начинали ссориться.       Альбус с сочувствием посмотрел на него.       — Ты опять переживаешь из-за этого? Всё будет хорошо, дай им время.       — Знаю, но не могу дождаться, — вздохнул он. — Мы и сейчас семья, но если они будут вместе, у меня будет семья-семья. Как у вас.       Скорпиус был благодарен и за то, что у него уже было. Папа, который вырастил его с любовью, и мама, которую он знал недолго, но это нисколько не влияло на их отношения. Ей он особенно дорожил, потому что всё время мог только мечтать о встрече. Но любому ребёнку нравилось смотреть на счастливых родителей, которые любили друг друга… А особенно Скорпиусу, потому что его родителям нужно было, наконец, стать счастливыми.       — Мы все их видели, — сказала Роуз. — Они любят друг друга.       Ребята зашли в зал, где столы уже были заполнены едой и тыквенным соком. Стоял гул из множества голосов. Роуз и Скорпиус пошли к своему столу, Альбус к своему. Они сели как раз, когда совы залетели внутрь и стали доставлять почту детям. Скорпиус не ждал письма сегодня, и как же он удивился, когда увидел семейного филина. Он аккуратно приземлился перед тарелкой с омлетом и приветливо ухнул. Нахмурившись, Скорпиус взял конверт и открыл его. Два почерка, мамин и папин. Это удивило ещё больше.       С каждым новым словом он чувствовал, как сердце бьётся всё быстрее. Неверие, радость и восторг отражались на лице в полной мере. Скорпиус перечитал несколько раз. Они шутили между собой даже на пергаменте, отчего он смеялся. Роуз с интересом смотрела на друга, ожидая, когда раскроется тайна его счастья. Она догадывалась о причине и сама улыбалась.       — Они начали встречаться, — восхищённо прошептал он, чтобы другие не услышали.       — Вот видишь! Поздравляю.       Роуз, когда улыбалась, напоминала Скорпиусу солнышко. Может, из-за веснушек и рыжих волос? Он привстал, чтобы разглядеть Альбуса и привлечь его внимание. Поймав его взгляд, он помахал письмом и показал большой палец. Друг кивнул и показал сразу оба пальца.       Теперь, возвращаясь домой, Скорпиус будет знать, что увидит маму и папу влюблёнными и счастливыми. И никто из них больше не будет одинок.

***

      Выходные пришли быстро.       И для Драко, и для Астории этот день был самым необычным за последнее время. Он отвык от времяпрепровождения с маленькими детьми, а она не помнила, каково это. Находиться в пространстве, приспособленном под жизнь с младенцем, было непривычно, но на Драко это навевало чувство ностальгии. Они пришли раньше, чтобы в присутствии родителей познакомиться с маленькой Адрианой и дать ей привыкнуть к новым людям. К нему она отнеслась настороженно, а вот Тори приняла и даже уснула у неё на руках. Возможно, потому что была сытой и как раз пришло время для сна. Тори нервничала перед приходом сюда, но сейчас спокойно уложила малышку в кроватку и разговаривала с Эшли, которая повторяла то, что они уже обсуждали.       — Думаю, она может проспать и до нашего возвращения, так что вам не придётся что-то делать, — говорила она. — Но если что-то случится, вы знаете, где нас найти. И если она проснётся…       — Молоко подогреть, подгузники в детской, аптечка тоже, и успокаивается она лучше всего на руках, — мягко сказала Тори. — Мы справимся.       — Я знаю, что могу вам доверять, просто…       — Просто ты мама и волнуешься.       Они с Эшли взялись за руки.       — Да, мы первый раз оставляем её с кем-то, кроме моей тёти, да и из-за гормонов тяжело отпускать, но мне очень нужен отдых.       Они перекинулись ещё несколькими успокаивающими фразами, пока Драко смотрел на Асторию. Удивительно, как быстро волнение сменилось спокойствием. Её уже не пугало то, что она ничего не помнила о младенцах. Знала, что может положиться на Драко. Просто была готова взять на себя ответственность и задействовать всю свою внимательность. Его поражало то, что материнство всегда было неотъемлемой частью Тори. Когда они планировали Скорпиуса, и она ничего не знала. Когда она несколько месяцев назад узнала, что у неё есть сын. И сейчас. Не то, чтобы сложностей не было. Она училась, делала ошибки, боялась, но что-то невидимое делало её очень хорошей мамой. Даже со стёртой памятью. И это было удивительно, учитывая ещё и то, что её мать рано умерла, а отец…       С отцом всё ещё хуже. Драко совершенно не понимал, как можно так поступать с собственным ребёнком. Относиться к нему, как к чужому человеку, а потом продать. Мистер Гринграсс был не человеком, а монстром. Прошла почти неделя с тех пор как его поймали. Он уже находился в министерской тюрьме в ожидании суда. Наглости у него хватало, ведь он посмел попросить о встрече с Тори. Она сразу отказалась. И всё бы хорошо, если бы не одна вещь… Она вообще не говорила о случившемся. Драко видел, что Тори стала более молчаливой и задумчивой. На вопросы отвечала, что всё в порядке. Он не хотел лезть в душу, если она не хотела делиться, но… Не пряталась ли она от самой себя? Вот, что его волновало.       Когда Эшли и Блейз ушли, Тори сказала:       — Я пообещала испечь что-нибудь, поэтому займусь этим, пока Адриана спит. Такая чудесная девочка, правда?       — Правда, только смотрит на меня очень странно, — усмехнулся Драко. Блейз сказал, что не так давно она испугалась плюшевой игрушки в виде снеговика, и, видимо, приняла Драко за него.       Тори улыбнулась и пошла на кухню. Она ещё не знала, что будет печь. Зависит от того, что из продуктов имелось у хозяев кухни. Отвлечься ей не помешало бы… Все прошедшие дни она только и делала, что отвлекалась, чтобы не думать. Не оставляла себе ни одной свободной минуты. Мысли, которые прятались в голове, сыпали соль на рану, а Тори должна была радоваться тому, что его поймали. Было бы легче, будь он мёртв, как она думала всё это время.       Ей не терпелось поехать в Хогвартс. Ещё и полугода не прошло с тех пор, как Дафна отправилась туда, а Тори уже сходила с ума от скуки и одиночества. Сестра постоянно писала письма, но это никак не могло заменить её присутствие. Сегодняшний день был особенно одиноким. Ей исполнилось десять, и этот день рождения был первым без Дафны. Конечно, она поздравила, но это совсем не то… Они виделись недавно, во время каникул, но сегодня ведь праздник, поэтому Тори в одиночестве грустила в своей комнате. Держала в руках письмо Дафны и перечитывала его уже в пятый раз.       — Мисс? — раздался тонкий голосок у входа в комнату. Это был домовой эльф.       — Он не придёт, да? — спросила Тори.       Эльф покачал головой и передал ей красиво упакованную коробку.       — Это от хозяина. Он в деловой поездке сейчас.       Со смерти мамы прошло пять лет, а отец с тех пор так и не потеплел. Они виделись редко. А дни рождения… Иногда он заходил, чтобы отдать подарок, но был так же холоден, как всегда. Всё время Тори и Дафна были оставлены на гувернанток или эльфов.       Она не открыла подарок и, наверное, никогда не откроет. Не было в этом смысла. Домовик щёлкнул пальцами и в его руке появился покрытый глазурью кекс со свечками.       — А это от нас, мисс, — сказал он, желая поддержать девочку.       — Мой любимый? — удивилась Тори. Когда он кивнул, она немного улыбнулась. — Спасибо.       Очень удачно нашлись ягоды и все нужные ингредиенты для пирога. Вкусно и не займёт много времени на случай, если Адриана проснётся раньше. Судя по тому, как малышка хмурилась на Драко, заниматься ей придётся Тори, которая и не была против. Когда она держала девочку на руках, возникало доброе чувство, что когда-то подобное ей уже делалось. Всегда было приятно нащупывать отголоски воспоминаний внутри. Тори взбивала яйца с сахаром, когда почувствовала, как руки Драко обвили её талию. Он мягко поцеловал её в висок.       — Хочешь, мы наймём лучшего адвоката, чтобы у него вообще не было возможности выйти из Азкабана?       — Хочу… — от его тихого голоса она вся покрылась мурашками.       — Скажи, как мне тебя поддержать. Я всё сделаю.       — Даже после того, как я отдавила тебе ноги, ты остаёшься милым, — улыбнулась Тори. Они начали ходить на танцы, и первое занятие прошло не так хорошо… Но, по крайней мере, физическая активность здорово отвлекала.       — Это сущие пустяки, — усмехнулся Драко и зарылся носом в её волосы, которые всё ещё пахли шоколадом.       — Иногда мне кажется, что мой шампунь нравится тебе больше, чем мне.       — Может, и так… Но ты перевела тему.       Она вздохнула и взяла муку.       — Я думала, что в порядке, но солгала и тебе, и себе. Когда думаю о нём, как о человеке, который похитил меня, внутри нет ничего, кроме гнева. Но он, помимо этого, мой отец, хотя я его давно таковым не считаю. И вот тут появляется негодование и грусть. Других я просто ненавижу, а здесь есть чувство, что меня предали. Мы с Дафной никогда не ожидали от него чего-то хорошего, я знаю причины его поступков и ни на что не надеюсь, но хочу посмотреть в глаза… Только боюсь, что это ранит меня.       Она заглянула за плечо Дафны, чтобы посмотреть, что она пишет, и увидела вырисовывающийся на пергаменте неприличный жест.       — Дафна… Ты кого это так?       — Отца, — раздражённо сказала она. — Опять хочет представить меня какому-то придурку. Только теперь это не просто богатый индюк, а ещё и Пожиратель.       На этих словах у Тори внутри всё перевернулось. Они захватили власть не так давно, а отец уже спелся с ними… Стало страшно.       — Я не знаю, чем закончится война, — тихо сказала Дафна. — Если они победят, попробуем сбежать из Англии. У мамы Блейза дом в Италии, там спокойно. А если они проиграют, то мы сможем жить нормально. Никто не сможет нас к чему-то принудить. Я совершеннолетняя, у нас есть мамино наследство, так что ты не будешь зависеть от отца. Буду работать, а ты учись.       Тори обняла сестру.       — Только не взваливай всё на свои плечи. Я тоже буду работать после выпуска, и мы накопим на образование нам обеим.       Они не позволят отцу или кому-то ещё сломать их будущее.       — Дай себе время, чтобы принять лучшее для себя решение, — пробормотал Драко. — Не представляю, что творится у него в голове…       Он сделал бы всё ради того, чтобы Скорпиус улыбался. До сих пор винил себя за тот месяц, когда оставил его с бабушкой. С тех пор Драко всегда был рядом, когда сын нуждался в нём. Учился всему: вкусно готовить, отвечать на самые сложные вопросы, давать лекарственные зелья, когда он не хотел их принимать. И многое другое. Смотреть, как Скорпиус взрослеет, было настоящим чудом. Хотя, конечно, иногда Драко грустил, что это происходило так быстро.       — Конечно, не представляешь. Ты хороший отец, — улыбнулась Тори, а он снова поцеловал её. Драко так и не отлип от неё. — А ещё ты похож на кота. И если будешь отвлекать меня, я что-нибудь перепутаю.       — Давай я помогу тебе.       — Сначала проверь, как там Адриана.       — Хорошо, но уверяю тебя, мы услышим, если она проснётся и никого не увидит, — он отстранился и ушёл.       Тори в очередной раз вздохнула. Как хорошо, что у неё был Драко, который поддерживал её во всём. Оставалось решить, чего она действительно хотела. Встреча с отцом не будет приятной, поэтому решиться было трудно.       Зато она придумала, чем заняться с Драко на следующем свидании. Ему повезёт, если он умеет кататься на коньках… Но если нет, тоже будет весело. Правда, падать придётся вдвоём. Тори определённо решила поиздеваться над их мышцами, потому что после танцев и так всё болело.       — Спит как младенец, — Драко вернулся с уморительной шуткой. — Чем тебе помочь?       — Возьми масло и смажь форму, пожалуйста, — сказала она и, когда он стал выполнять задание, спросила: — Драко, а ты умеешь кататься на коньках?       — Пришлось научиться, когда Скорпиус впервые захотел покататься. Надо было его учить. А что?       — Это очень мило, — улыбнулась Тори. — Придётся тебе учить и меня. Наше следующее свидание. Ты не против?       Он довольно улыбнулся, а она сразу поняла, что прозвучит что-то смущающее. Удивительно, но ей нравилось. Все эти шутки и намёки между ними раскрепощали, позволяли чувствовать, будто не было болезненного прошлого. Тори знала, что за словами Драко не было скрытых намерений, а потому чувствовала себя безопасно.       — Ты спрашиваешь, против ли я лишний раз подержать тебя за талию? — в ответ он получил многозначительный, но весёлый взгляд. — Конечно, я за.       Спустя некоторое время после того, как пирог испёкся, проснулась Адриана. Только Тори и Драко уже были рядом и сразу услышали её. Увидев двух незнакомых людей, она смешно нахмурилась. В основном от вида Драко. Все трое молча смотрели друг на друга, а потом девочка начала хныкать и дрыгать ручками. Тори с ужасом посмотрела на Драко.       — Что нам делать?       — Ну, она ещё не голодная. Рано. Возьми её на руки, — сказал он, и она опешила ещё больше. Без родителей рядом это действие казалось пугающим. — Не бойся, она не кусается. Зубов пока нет.       Тори закатила глаза и, сделав глубокий вдох, аккуратно и медленно взяла Адриану на руки. Так, будто она была самым хрупким существом на свете. Когда Драко начал посмеиваться, на него смотрели уже два хмурых взгляда, и он заставил себя успокоиться.       — Это напомнило мне себя, когда я первый раз взял на руки Скорпиуса. И вообще, то время, когда мы только вернулись домой из больницы и были в шоке от того, что он у нас появился.       — Ты только что смеялся надо мной, — чуть прищурив глаза, сказала Тори. Она кивнула в сторону Адрианы. — Видишь, мистер Малфой, она тоже тебя осуждает. Какая ты чудесная девочка!       Адриана обратила внимание на умилённый голос Астории и поняла, что её срочно нужно изучить. Волосы показались ей подходящим объектом. Девочка стала махать руками и задевать их, а Тори пришлось искривляться так, чтобы не попадало по лицу. Она продолжала разговаривать с малышкой, которая уже вовсю улыбалась и смеялась. Этот звук был определённо одним из лучших. Он означал по-настоящему искреннее беззаботное счастье.       — Она улыбается мне, Драко, — восторженно говорила Тори. — О, Мерлин, моё сердце украдено. Я знала, что дети милые, но вживую это чувствуется куда сильнее!       А Драко испытывал чувство ностальгии как никогда раньше. Смотрел и вспоминал, как они также возились с маленьким Скорпиусом. Он, как и все малыши, любил всё хватать, и им приходилось прятать волосы. Драко хотел посоветовать сделать это и Тори, но не успел.       — Ай, у всех младенцев такие сильные руки? Спасай меня!       Адриану всё устраивало. Драко нашёл её любимую игрушку и попробовал отвлечь. Это сработало. Девочка, увидев цветастого гиппогрифа, потянулась за ним. Тори опустила её на детский коврик, а игрушка начала летать вокруг, развлекая Адриану. Это всё было очень познавательно для Астории. Она постоянно уточняла у Драко, нормально ли то или иное действие.       — Я не знала, что в этом возрасте они уже могут сами переворачиваться…       — Тебе интересно, — улыбнулся Драко.       — Это всё ведь было частью моей жизни, так что я сегодня изучаю прошлое. Думаю о том, как было со Скорпиусом. Какая игрушка была его любимой? Как он начал ползать, ходить, говорить… Ты рассказывал, но мне хочется именно знать.       Они сидели на полу. Драко чуть дальше, потому что Адриана всё ещё не привыкла к нему. Он потянулся и взял Тори за руку.       — Осталось немного, и мы будем вспоминать то время вместе, — утешающе сказал он, за что получил благодарную улыбку.       Через некоторое время пришло следующее испытание. Адриана проголодалась. Драко не смог бы покормить её и не вызвать недовольство, поэтому пришлось справляться Тори. Под руководством Драко она взяла её на руки.       — Подними ей голову ещё немного, — сказал он и положил Тори подушку под локоть. — Так будет легче.       А вот бутылочку она дала Адриане так, будто знала, что делает.       — Кажется, что-то у меня в голове осталось, — гордо улыбнулась она.       И Драко, и Тори сейчас думали о Скорпиусе и о том, каким большим он уже стал. Странно было думать, что из крошечного человечка получился уже наполовину взрослый. Они переглянулись, прекрасно понимая мысли друг друга.       — Думаю, появление новой жизни и её развитие — удивительное дело, — тихо сказала Тори, смотря на девочку в своих руках. — И то, что у нас всех получается быть им опорой — тоже удивительно.       — Да… До рождения Скорпиуса никогда бы не подумал, что смогу быть хорошим отцом. В том, что ты будешь идеальной мамой, я не сомневался, а вот насчёт себя…       — Почему-то я уверена, что не чувствовала себя идеальной мамой, а вот в тебя верила. Иначе бы не захотела заводить с тобой детей. Это удача, что мы есть друг у друга, когда не верим в себя.       Он определённо чувствовал себя самым удачливым человеком, когда находился рядом с ней. Сейчас Тори казалась ему особенно мудрой. Может, потому что она всегда казалась ему такой рядом с детьми. Такая опекающая, готовая помочь и направить. Ребёнок в руках добавлял ей какую-то другую ауру.       — Спасибо тебе за всё это. И за Скорпиуса, и за веру, — вдруг сказал Драко. — Ты чудесная.       Она смущённо улыбнулась. Чувство, что тебя ценили, было непередаваемым. Тори очень нравилось, что помимо бабочек в животе, она чувствовала тепло и спокойствие рядом с ним.       Когда вернулись Блейз и Эшли, Адриана относилась к Драко уже более благосклонно. Разглядела в нём человека. Родители выглядели гораздо лучше. Отдых пошёл им на пользу, и оба были готовы снова заниматься своими обязанностями. Эшли первая взяла дочь на руки и расцеловала в обе щёки.       — Ну что, справились? — спросил Блейз.       — Как будто вернулись назад во времени.       — Адриана даже оттаяла по отношению к Драко, — посмеялась Тори.       — Умница, милая, — с улыбкой сказала Эшли своей дочери, которая радостно лепетала что-то на своём детском. И Тори, и Драко умилялись этой картине. — А мы выдохнули немного. Спасибо вам.       — Обращайтесь, — сказала Тори. Она была не против ещё как-нибудь поработать няней. — А, и пирог на кухне.       — Пойдём сделаем чай, — Эшли отдала ребёнка Блейзу. Адриана была рада посидеть на руках у папы так же, как и у мамы.       Дамы ушли на кухню, оставив Драко и Блейза. Эшли нужно было обсудить с Тори кое-что важное. Она долго думала об этом, присматривалась к ней сейчас и приняла решение. Они обсудили всё с Блейзом и сошлись во мнении.       — Надеюсь, я не перепутала соль и сахар, потому что Драко постоянно меня отвлекал. Он как кот.       — О, они все такие, — усмехнулась Эшли. — Я рада, что вы поладили с Адрианой.       — Она такая милая, — улыбнулась Тори. — Мне даже показалось, что я вспомнила, как было со Скорпиусом.       — Не терпится вспомнить, да? Когда будет готово зелье? — она поставила чайник на плиту и палочкой зажгла её.       — Не знаю, но осталось недолго. Ты хотела поговорить о чём-то? — спросила Тори, из-за чего Эшли посмотрела на неё удивлённо. — Ты странно переглядывалась с Блейзом.       — А мы думали, что незаметные, — усмехнулась она. — Да, я хотела поговорить. Будущий крёстный Адрианы живёт в США, а в Англии родственников помимо моей тёти нет. Мы бы хотели, чтобы у неё был кто-то здесь, и место крёстной пока свободно. Так что… Предлагаем тебе занять эту роль.       Тори опешила.       — Я?.. Но почему? Мы знакомы совсем недолго.       — У нас немного знакомых в Англии, и ты нравишься Адриане. Думаю, ты сможешь стать ей хорошей поддержкой в случае чего. А ещё Блейз знает тебя давно, и для него ты как младшая сестра. Он бы хотел, чтобы ты стала частью семьи, и я предложила.       Сказать, что Тори была растрогана — ничего не сказать. Сама эта просьба являлась признаком такого огромного доверия… Льстило, что Эшли считала её достойной такой роли в жизни её дочери. А Блейзу Астория всегда будет благодарна за спасение. Они не просто хотели продолжать общение, они хотели сделать её частью семьи, и уже этот факт заставил Тори быстро протереть глаза, пока туда не набежали слёзы.       Стать крёстной… Это значило быть ответственной, поддерживать и помогать. Блейз и Эшли хотели, чтобы в стране, куда они только переехали, у их дочери кто-то был. Если что-то случится, Адриана не останется одна. Астория не переживала, что Скорпиус останется один как раз потому, что их друзья были большой семьёй. Была ли Тори готова к такому? Помогать маленькой Адриане и её родителям, быть рядом, когда нужно, заботиться, иметь определённый статус. Астория знала ответ. В её сердце теперь хранилось очень много любви, и она хотела делиться ей. От собственной кровной семьи ничего не осталось, и если был шанс дополнить чью-то, она им воспользуется.       — Я согласна, — кивнула Тори. — Это честь для меня.       Эшли смотрела на неё такими же полными слёз глазами. Она переживала, что у Адрианы нет ни бабушек, ни дедушек, а на новом месте ещё и друзей родителей.       — У моей девочки есть семья! — они крепко обнялись, разделив этот трогательный момент.       Успокоившись, дамы вернулись в комнату, где оставили Блейза и Драко. Они обнаружили очень милую картину. Мужчины сидели на полу перед Адрианой и разыгрывали сценку игрушками, пока малышка увлечённо наблюдала за этим действием. Эшли и Тори переглянулись, умилившись увиденному. Для второй видеть таких отцов было особенно важно. Ей было радостно за детей, чьи папы любили их и присутствовали в их жизни. Она гордилась собой, что когда-то выбрала не только правильного партнёра себе, но и хорошего отца своему ребёнку.

***

      Уже позже, дома, Драко и Тори проводили вечер так, как проводили почти все вечера. Лёжа в кровати рядом друг с другом. Иногда к ним присоединялась Кошка, которая сейчас заняла половину кровати, так что Астории пришлось прижаться к Драко ещё ближе. Она положила голову на крепкую грудь и слушала стук его сердца, пока Драко нежно гладил её по спине.       — Сегодня был хороший день, — улыбнувшись, пробормотала Тори.       — Адриане повезло с крёстной. Тебе подойдёт новый статус.       — Надеюсь… Это ведь такая ответственность.       — С которой ты справишься, — тихо сказал он. — Ты сильная. Заметила, как у тебя получается строить семью вокруг себя? Это много значит.       Тори подняла голову. Её взгляд был наполнен любовью к мужчине, который постоянно напоминал о том, что хранилось внутри неё. Иногда она забывала.       — Я люблю тебя, мой Драко, — улыбнулась она и быстро поцеловала его. — И я приняла решение.       Он положил руки ей на талию и вопросительно склонил голову вбок.       — Хочу встретиться с отцом.       Глядя на любимого мужчину, вспоминая тех, кто появился в её жизни, Тори поняла, что все сомнения пропали. Она обрела семью и готова строить её дальше. Разве не сможет она посмотреть в глаза человеку, который разрушил её прошлую жизнь, и поставить точку? В конце концов, Астория обязана встретиться с тем, кто оставил её сына без матери, а мужа без жены, и увидеть, как он мучается.