Стечение обстоятельств

      Хёнджину было больно. Он ненавидел свой гон. Альфа мучился от ужасающих спазмов, не понимая день или ночь, не понимая где он, почти забывая свое имя. Болел каждый сантиметр его измученного тела, внутренние органы скручивало в узел. Он проклинал себя и свою сущность, хотел умереть, почти терял сознание от боли, сгорал в агонии. Блокаторы и сильное обезболивающее немного снизили его страдания, но ненадолго. Где-то на краю сознания он слышал неоднократно вибрацию телефона, но не мог себя заставить даже встать с места. Много одеял, горелка и бутылка воды — это его максимум. Альфа не знал сколько прошло дней, но судя по всему пятница ещё не пришла. В какой-то момент боль стала уходить, схлынули волны горечи и страданий, в мозгу немного просветлело. Джин смог наконец почувствовать аппетит. Он потянулся к телефону, заказал доставку, и только потом посмотрел на дату и время. Двадцать седьмое сентября половина первого ночи. Уже полчаса как наступил четверг.       Хенджин аккуратно встал с постели и побрел в сторону ванной. Его немного шатало от нехватки сил и голода. Гон отступал также стремительно, как пришёл, в голове с каждой минутой было все больше ясности. Альфа с наслаждением принял горячий душ, затем переоделся в чистые джинсы и футболку, услышав тихий стук в дверь. Доставка прибыла раньше положенного. Он открыл дверь, принял заранее оплаченный заказ у курьера, всучил мальчишке вытащенные из бумажника пять тысяч, и закрылся в номере. Распаковав хрустящие бумажки Джин вцепился зубами в такой ароматный бургер, запил колой и бросил в рот картошку. То, что нужно для замученного гоном альфы. Набравшись смелости, он посмотрел в экран телефона. Куча непринятых звонков, сообщений, и каток пестрил уведомлениями. Он проверил их все по порядку. Друзья и однокурсники справлялись о его местоположение, Крис писал много сообщений, в конце которых были уже угрозы. Привлёк его внимание и неизвестный контакт, от которого было целых три сообщения. На аватарке был Феликс с волосами покороче и нежно-розового цвета. Сообщения от него сквозили беспокойством и надеждой. Значит это его номер? Джин записал будущего супруга в список контактов. Он был в сети два часа назад, поэтому сейчас писать ему ответ было бессмысленно. На душе стало немного теплее от его слов. И ведь не поленился перевести их на его язык!       Утолив голод Хёнджин убрал со стола мусор в пакет. Пора убираться отсюда. Альфа сложил грязную одежду в рюкзак, схватил ключи и вышел из номера. На стойке он сдал ключи от номера, дал чаевые и вышел на улицу, глотнув прохладный сентябрьский воздух. Любимая ламба терпеливо ждала его на парковке под светом яркий фонарей парковки отеля. Она приветливо моргнул фарами, когда Джин снял с неё сигнализацию и гостеприимно выпустила в салон, пряча хозяина от начинающегося дождя. Было начало третьего утра, когда он въехал на территорию резиденции, гравий тихо хрустел под колёсами спорткара. Альфа зашёл в дом, скинул кроссовки, надел тапочки и, поднявшись по лестнице на второй этаж, нырнул в свою комнату. Здесь был полный порядок, его не ждали. Он снял с себя всю одежду, кроме боксеров, положив её в кресло, расстелил постель и заполз под одеяло. Хёнджин уснул почти сразу, ведь не спал больше двух суток. Проснулся он спустя восемь часов полностью отдохнувшим, услышав хлопок двери противоположной комнаты и два тихих голоса, один из которых безошибочно принадлежал Феликсу. Если поторопится, то ещё успеет поймать его до отъезда. Джин вскочил с кровати и рванул в ванную, где умылся и почистил зубы, затем метнулся в гардеробную. Там вытянул чистые чёрные с дырками на коленях джинсы, футболку и горчичную свободную толстовку, причесал волосы, схватил бумажник, ключи, телефон и выбежал в коридор. Он все ещё слышал его голос внизу, поэтому поспешил по лестнице на первый этаж. Альфа спустился в холл и застыл на первой ступени. Феликс выглядел как модель с обложки: классические брюки цвета растопленного шоколада, заправленная в них белая рубашка, поверх которой вязаная короткая жилетка, недостающая до чёрного ремня, за плечами кожаный рюкзачок в тон ремню, на ногах топ-сайдеры того же цвета. Он стоял к нему спиной и что-то говорил управляющему. — Доброе утро, Феликс.       Омега говорил с управляющим о том, что необходимо проветрить сегодня второй этаж, воспользовавшись полным отсутствием хозяев на нем. За спиной послышался хриплый голос альфы, приветствующий его по-корейски. Он повернулся, легко поклонившись, и воочию увидел будущего супруга. Он был бледным, на губах играла слабая улыбка. — Доброе утро, хён. — Д̲е̲л̲а̲е̲ш̲ь̲ ̲у̲с̲п̲е̲х̲и̲ ̲в̲ ̲к̲о̲р̲е̲й̲с̲к̲о̲м̲!̲ ̲ — П̲о̲к̲а̲ ̲т̲о̲л̲ь̲к̲о̲ ̲п̲р̲о̲с̲т̲ы̲е̲ ̲ф̲р̲а̲з̲ы̲.̲ ̲В̲ ̲п̲о̲с̲л̲е̲д̲н̲и̲е̲ ̲д̲н̲и̲ ̲н̲е̲ ̲п̲о̲л̲у̲ч̲а̲е̲т̲с̲я̲ ̲у̲д̲е̲л̲я̲т̲ь̲ ̲и̲з̲у̲ч̲е̲н̲и̲ю̲ ̲я̲з̲ы̲к̲а̲ ̲д̲о̲с̲т̲а̲т̲о̲ч̲н̲о̲е̲ ̲в̲р̲е̲м̲я̲.̲ ̲ — Э̲т̲о̲ ̲т̲о̲ж̲е̲ ̲п̲о̲х̲в̲а̲л̲ь̲н̲о̲.̲ ̲ — Как вы себя чувствуете? — Уже лучше. Ваши сообщения придали мне сил. — Благодарю. В̲ы̲ ̲н̲е̲ ̲о̲т̲в̲е̲ч̲а̲л̲и̲ ̲в̲ ̲т̲е̲ч̲е̲н̲и̲и̲ ̲д̲в̲у̲х̲ ̲д̲н̲е̲й̲ ̲и̲ ̲я̲ ̲б̲е̲с̲п̲о̲к̲о̲и̲л̲с̲я̲.̲ — К̲а̲к̲и̲е̲ ̲у̲ ̲т̲е̲б̲я̲ ̲п̲л̲а̲н̲ы̲ ̲н̲а̲ ̲с̲е̲г̲о̲д̲н̲я̲ — С̲е̲й̲ч̲а̲с̲ ̲н̲а̲ ̲б̲а̲ш̲н̲ю̲ ̲Н̲а̲м̲с̲а̲н̲,̲ ̲ч̲т̲о̲б̲ы̲ ̲п̲р̲о̲г̲у̲л̲я̲т̲ь̲с̲я̲ ̲и̲ ̲п̲р̲о̲в̲е̲р̲и̲т̲ь̲ ̲м̲о̲ю̲ ̲п̲р̲о̲г̲р̲а̲м̲м̲у̲ ̲д̲л̲я̲ ̲п̲а̲р̲а̲л̲л̲е̲л̲ь̲н̲о̲г̲о̲ ̲п̲е̲р̲е̲в̲о̲д̲а̲ ̲р̲е̲ч̲и̲.̲ — ̲М̲о̲ж̲н̲о̲ ̲я̲ ̲с̲о̲с̲т̲а̲в̲л̲ю̲ ̲т̲е̲б̲е̲ ̲к̲о̲м̲п̲а̲н̲и̲ю̲?̲ ̲ — К̲о̲н̲е̲ч̲н̲о̲,̲ ̲я̲ ̲б̲у̲д̲у̲ ̲р̲а̲д̲ ̲п̲р̲о̲в̲е̲с̲т̲и̲ ̲с̲ ̲в̲а̲м̲и̲ ̲б̲о̲л̲ь̲ш̲е̲ ̲в̲р̲е̲м̲е̲н̲и̲.̲ ̲       Джин улыбнулся ему, что-то сказал на корейском управляющему, из чего он понял только пару слов, после они вышли к машине. Альфа помог ему сесть в салон, придержав дверь, затем сам сел за руль. Омега был взволнован. Они первый раз, как настоящая пара, едут куда-то вдвоём. — Т̲ы̲ ̲н̲е̲ ̲б̲о̲и̲ш̲ь̲с̲я̲ ̲в̲ы̲с̲о̲т̲ы̲?̲ ̲ — поинтересовался Хёнджин.       Феликс отрицательно покачал головой. Они вместе вошли в здание и поднялись на самый верх. Ликс встал очень близко к стеклу, осматривая город с такой высоты. Было безумно красиво! Он достал телефон и сфотографировал вид с башни, потом, немного подумав, посмотрел на своего спутника. — М̲о̲г̲у̲ ̲я̲ ̲п̲о̲п̲р̲о̲с̲и̲ть ̲в̲а̲с̲ ̲с̲ф̲о̲т̲о̲г̲р̲а̲ф̲и̲р̲о̲в̲а̲т̲ь̲ ̲м̲е̲н̲я̲?̲ ̲ — Хорошо.       Старший взял его телефон в руки и сделал несколько его снимков на фоне города. Потом он ушёл куда-то и через несколько минут вернулся с двумя стаканами кофе. Они сели на скамейку, любуюсь видами. — Р̲а̲с̲с̲к̲а̲ж̲и̲,̲ ̲ч̲т̲о̲ ̲т̲ы̲ ̲д̲е̲л̲а̲л̲ ̲э̲т̲и̲ ̲д̲н̲и̲?̲ ̲ — Я̲ ̲н̲е̲м̲н̲о̲г̲о̲ ̲и̲з̲м̲е̲н̲и̲л̲ ̲к̲о̲м̲н̲а̲т̲у̲,̲ ̲е̲щ̲ё̲ ̲р̲а̲з̲ ̲п̲о̲о̲б̲е̲д̲а̲л̲ ̲с̲ ̲г̲о̲с̲п̲о̲д̲и̲н̲о̲м̲ ̲С̲о̲н̲д̲ж̲э̲,̲ ̲п̲о̲с̲е̲т̲и̲л̲ ̲в̲ы̲с̲т̲а̲в̲к̲у̲ ̲к̲а̲р̲т̲и̲н̲ ̲в̲ ̲г̲а̲л̲е̲р̲е̲е̲ ̲К̲а̲н̲,̲ ̲и̲ ̲у̲с̲е̲р̲д̲н̲о̲ ̲у̲ч̲и̲л̲ ̲я̲з̲ы̲к̲.̲ ̲ — Ч̲т̲о̲ ̲с̲ ̲к̲о̲н̲т̲р̲а̲к̲т̲о̲м̲?̲ ̲ — В̲с̲е̲ ̲у̲с̲л̲о̲в̲и̲я̲ ̲с̲о̲г̲л̲а̲с̲о̲в̲а̲н̲ы̲ ̲и̲ ̲у̲т̲в̲е̲р̲ж̲д̲е̲н̲ы̲ ̲о̲б̲е̲и̲м̲и̲ ̲с̲т̲о̲р̲о̲н̲а̲м̲и̲.̲ ̲Б̲р̲а̲ч̲н̲ы̲й̲ ̲к̲о̲н̲т̲р̲а̲к̲т̲ ̲г̲о̲т̲о̲в̲ ̲к̲ ̲п̲о̲д̲п̲и̲с̲а̲н̲и̲ю̲.̲ ̲Н̲а̲ ̲з̲а̲в̲т̲р̲а̲ ̲п̲р̲е̲д̲в̲а̲р̲и̲т̲е̲л̲ь̲н̲о̲ ̲н̲а̲з̲н̲а̲ч̲е̲н̲а̲ ̲д̲а̲т̲а̲ ̲п̲о̲д̲п̲и̲с̲а̲н̲и̲я̲ ̲и̲ ̲п̲р̲е̲с̲с̲-̲к̲о̲н̲ф̲е̲р̲е̲н̲ц̲и̲я̲.̲ ̲ — Т̲ы̲ ̲г̲о̲т̲о̲в̲?̲ ̲ — Я̲ ̲у̲ж̲е̲ ̲д̲а̲л̲ ̲в̲а̲м̲ ̲о̲т̲в̲е̲т̲ ̲н̲а̲ ̲э̲т̲о̲т̲ ̲в̲о̲п̲р̲о̲с̲.̲ ̲Э̲т̲о̲ ̲м̲о̲й̲ ̲д̲о̲л̲г̲.̲ ̲ — Ф̲е̲л̲и̲к̲с̲,̲ ̲я̲ ̲т̲е̲б̲е̲ ̲х̲о̲т̲ь̲ ̲н̲е̲м̲н̲о̲г̲о̲ ̲н̲р̲а̲в̲л̲ю̲с̲ь̲ ̲к̲а̲к̲ ̲а̲л̲ь̲ф̲а̲?̲ ̲Т̲о̲л̲ь̲к̲о̲ ̲п̲р̲о̲ш̲у̲ ̲о̲т̲в̲е̲т̲и̲т̲ь̲ ̲п̲р̲а̲в̲д̲у̲.̲ — ̲Д̲а̲,̲ ̲н̲р̲а̲в̲и̲т̲е̲с̲ь̲.̲ ̲Н̲о̲ ̲я̲ ̲в̲а̲с̲ ̲о̲ч̲е̲н̲ь̲ ̲м̲а̲л̲о̲ ̲з̲н̲а̲ю̲.̲ ̲ — Э̲т̲о̲ ̲п̲о̲п̲р̲а̲в̲и̲м̲о̲.̲ ̲ — А̲ ̲я̲ ̲в̲а̲м̲ ̲н̲р̲а̲в̲л̲ю̲с̲ь̲?̲ — ̲Т̲ы̲ ̲и̲с̲к̲л̲ю̲ч̲и̲т̲е̲л̲ь̲н̲ы̲й̲ ̲о̲м̲е̲г̲а̲.̲ ̲П̲р̲и̲з̲н̲а̲ю̲с̲ь̲,̲ ̲ч̲т̲о̲ ̲н̲е̲ ̲в̲с̲т̲р̲е̲ч̲а̲л̲ ̲н̲и̲ ̲р̲а̲з̲у̲ ̲т̲а̲к̲и̲х̲,̲ ̲к̲а̲к̲ ̲т̲ы̲.̲ ̲И̲ ̲д̲а̲,̲ ̲т̲ы̲ ̲м̲н̲е̲ ̲н̲р̲а̲в̲и̲ш̲ь̲с̲я̲.̲ ̲       После они спустились на десяток этажей ниже и гуляли по торговому центру, заглянули в пару ювелирных и мерили кольца, немного подумав, купили парные толстовки, затем поели в ресторане на тридцать пятом этаже, после спустились почти в самый низ и приобрели несколько мягких игрушек в плюшевую коллекцию омеги, а после уехали домой. В холле они наткнулись на Дэхви. Он критически их осмотрел по очереди и сказал, что ждёт обоих в кабинете через минуту. Что они сделали не так? Судя по виду глава семьи был недоволен. Феликс прошёл в свою комнату, отдал игрушки и портфель помощникам, затем прошёл в ванную, где освежился и помыл руки, после чего пошёл в кабинет, пройдя через весь второй этаж. Джин уже сидел на кресле напротив отца. Ликс сел рядом. — Д̲о̲б̲р̲о̲ ̲п̲о̲ж̲а̲л̲о̲в̲а̲т̲ь̲ ̲д̲о̲м̲о̲й̲,̲ ̲с̲ы̲н̲.̲ ̲К̲а̲к̲ ̲п̲о̲г̲у̲л̲я̲л̲и̲ ̲п̲о̲ ̲Н̲а̲м̲с̲а̲н̲?̲ — ̲О̲т̲е̲ц̲,̲ ̲о̲т̲к̲у̲д̲а̲ ̲т̲ы̲ ̲з̲н̲а̲е̲ш̲ь̲ ̲г̲д̲е̲ ̲м̲ы̲ ̲б̲ы̲л̲и̲?̲ ̲ — В̲а̲ш̲и̲ ̲ф̲о̲т̲о̲г̲р̲а̲ф̲и̲и̲ ̲и̲з̲ ̲ю̲в̲е̲л̲и̲р̲н̲о̲г̲о̲ ̲б̲у̲т̲и̲к̲а̲ ̲и̲ ̲р̲е̲с̲т̲о̲р̲а̲н̲а̲ ̲у̲ж̲е̲ ̲в̲ ̲с̲е̲т̲и̲.̲ ̲Х̲о̲р̲о̲ш̲о̲ ̲с̲м̲о̲т̲р̲и̲т̲е̲с̲ь̲ ̲в̲м̲е̲с̲т̲е̲.̲ ̲ — О̲т̲е̲ц̲,̲ ̲м̲ы̲ ̲п̲р̲о̲с̲т̲о̲ ̲г̲у̲л̲я̲л̲и̲.̲ — ̲Я̲ ̲н̲е̲ ̲с̲к̲а̲з̲а̲л̲,̲ ̲ч̲т̲о̲ ̲п̲р̲о̲т̲и̲в̲ ̲э̲т̲о̲г̲о̲.̲ ̲Н̲а̲п̲р̲о̲т̲и̲в̲,̲ ̲я̲ ̲р̲а̲д̲,̲ ̲ч̲т̲о̲ ̲в̲ы̲ ̲с̲м̲о̲г̲л̲и̲ ̲н̲а̲й̲т̲и̲ ̲о̲б̲щ̲и̲й̲ ̲я̲з̲ы̲к̲.̲ ̲Х̲е̲н̲д̲ж̲и̲н̲,̲ ̲у̲ ̲т̲е̲б̲я̲ ̲з̲а̲в̲т̲р̲а̲ ̲у̲ч̲ё̲б̲а̲ ̲с̲ ̲с̲а̲м̲о̲г̲о̲ ̲у̲т̲р̲а̲?̲ — ̲Н̲е̲т̲,̲ ̲м̲н̲е̲ ̲к̲ ̲т̲р̲е̲т̲ь̲е̲й̲ ̲п̲а̲р̲е̲.̲ ̲ — О̲т̲л̲и̲ч̲н̲о̲.̲ ̲Е̲с̲л̲и̲ ̲в̲ы̲ ̲о̲б̲а̲ ̲г̲о̲т̲о̲в̲ы̲,̲ ̲т̲о̲ ̲з̲а̲в̲т̲р̲а̲ ̲с̲ ̲у̲т̲р̲а̲ ̲п̲о̲д̲п̲и̲ш̲е̲м̲ ̲б̲р̲а̲ч̲н̲ы̲й̲ ̲к̲о̲н̲т̲р̲а̲к̲т̲,̲ ̲с̲р̲а̲з̲у̲ ̲п̲о̲с̲л̲е̲ ̲к̲о̲т̲о̲р̲о̲г̲о̲ ̲к̲о̲р̲о̲т̲к̲а̲я̲ ̲п̲р̲е̲с̲с̲-̲к̲о̲н̲ф̲е̲р̲е̲н̲ц̲и̲я̲,̲ ̲г̲д̲е̲ ̲м̲ы̲ ̲о̲ф̲и̲ц̲и̲а̲л̲ь̲н̲о̲ ̲о̲б̲ъ̲я̲в̲и̲л̲ ̲о̲ ̲п̲о̲м̲о̲л̲в̲к̲е̲.̲ ̲ — М̲ы̲ ̲г̲о̲т̲о̲в̲ы̲.̲ ̲К̲а̲к̲ ̲р̲а̲з̲ ̲э̲т̲о̲ ̲с̲е̲г̲о̲д̲н̲я̲ ̲о̲б̲с̲у̲ж̲д̲а̲л̲и̲.̲ ̲ — Я̲ ̲р̲а̲д̲.̲ ̲Ф̲е̲л̲и̲к̲с̲,̲ ̲я̲ ̲с̲в̲я̲з̲а̲л̲с̲я̲ ̲с̲ ̲т̲в̲о̲и̲м̲ ̲о̲т̲ц̲о̲м̲,̲ ̲м̲ы̲ ̲г̲о̲т̲о̲в̲и̲м̲ ̲д̲о̲к̲у̲м̲е̲н̲т̲ы̲ ̲к̲ ̲с̲л̲и̲я̲н̲и̲ю̲.̲ ̲ — Б̲л̲а̲г̲о̲д̲а̲р̲ю̲,̲ ̲г̲о̲с̲п̲о̲д̲и̲н̲.̲ ̲ — Ф̲е̲л̲и̲к̲с̲,̲ ̲т̲ы̲ ̲м̲о̲ж̲е̲ш̲ь̲ ̲и̲д̲т̲и̲.̲ ̲Д̲ж̲и̲н̲,̲ ̲о̲с̲т̲а̲н̲ь̲с̲я̲,̲ ̲н̲а̲м̲ ̲н̲у̲ж̲н̲о̲ ̲к̲о̲е̲ ̲ч̲т̲о̲ ̲о̲б̲с̲у̲д̲и̲т̲ь̲.̲ ̲       Омега вышел из кабинета и вернулся в спальню, где его тут же встретили оба беты. Джей сразу же подал стакан с водой. Ликс с благодарностью посмотрел на помощника и присел в кресло. — Господин, что случилось? — Все в порядке. Завтра подписываем брачный контракт. — Господин, вы уверены, что сможете пойти на это? — Это, мой долг, Дани. Не волнуйтесь так. Для вас все останется также. — Ваша прогулка удалась? — Да, мы хорошо провели время и немного наладили общение. — Мы так рады за вас. Вы так молоды и не боитесь взять на себя такую ответственность. — Боюсь, но я должен. Дани, приготовь пожалуйста на завтра мой светло— розовый костюм от Валентино и блузу белую, расшитую цветами. — С бантом на поясе? — Да. — А обувь? — Классические оксфорды, те белые матовые. Мы же взяли их с собой? — Да, господин. Все будет сделано.       Джин проводил омегу взглядом и повернулся к старшему. Интересно, что он хочет от него, раз отослал Феликса? — Отец, ты хотел что-то обсудить? — Да. Ты специально повез его в самое людное место? — Если честно, то у нас все спонтанно получилось. Он сказал, что туда собирается совсем один, а я так был измучен болью и одиночеством за эти дни, что решил составить компанию. — А я думал, что ты назло мне решил до официальной помолвки засветиться. — Нет, отец. Правда не подумал. Настолько все серьёзно? — Да. Пиар-служба готова повеситься. Но нам это даже пошло на руку. Акции взлетели в цене. И это только после пары ваших совместных фотографий. Выглядите и правда, как парочка. — Он милый и такой неиспорченный. Настоящий омега. Не удивлюсь, если он девственник. — Это так и есть. Подтверждено документами, имеется заключение врача. — Ого. И с чего это тебя так волнует? — Меня вообще не волнует. Это он привёз со всеми документами фирмы. Так положено, понимаешь? — Кажется, понимаю. Я первый раз такое вижу. Ты видел, как он одевается? Как ведёт себя? Знаешь, что он сказал мне тогда в ресторане? — Что же такого он сказал тебе, что это поменяло твоё отношение к этому браку? — Он сказал, что нужно принять свой долг и следовать ему. Ведь нужно помнить о причине этого. Нашей компании нужна поддержка. И чем крепче и сильнее будет наш холдинг здесь в Азии, тем сильнее будет их компания там в США. А вместе вообще будет нерушимой корпорацией. — Да, не смотря на юный возраст, этот омега мудр и очень умен. Он станет хорошим мужем, Хёнджин. — Я тоже на это надеюсь, отец. На какое время назначено подписание? — На половину девятого. К восьми уже прибудет охрана. И, Хёнджин, у меня есть личная просьба к тебе. — Конечно, отец. — С завтрашнего дня Феликс под твоей защитой как будущий супруг. Есть у тебя к нему чувства или нету, ты должен его оберегать как зеницу ока, поддерживать, помогать ему во всём. — Мог бы и не говорить. Я все трезво оцениваю и естественно не дам его в обиду. — Я рад, что ты все осознаешь, Хёнджин.       Альфа вышел из кабинета и направился в спальню. Там он переоделся в домашние штаны и футболку, затем засел за подготовку к семинару. Джин настолько закопался в лекциях и статьях, что очнулся только тогда, когда слуга постучал в дверь и напомнил про ужин. Хенджин все сложил на столе, помыл руки и спустился в столовую. Феликс даже в домашней одежде смотрелся как модель с обложки журнала: широкие брюки только подчеркивали хрупкость омеги, рубашка в стиле классического ханбока скрывала фигуру, минимум косметики на лице, сняты все украшения, чёлка закрывает лоб. Его манеры безупречны, спина прямая. Им придется как-то уживаться друг с другом. Сейчас он что-то обсуждал с его папой и мягко улыбался, но не ему. Удостоится ли и альфа такой улыбки в свой адрес? Из задумчивости его вывел голос папы. — Джини, переживаешь по поводу завтрашнего дня? — Конечно, пап. Завтра я официально потеряю свою свободу. — грустно сказал Джин. — Разве Феликс сказал, что после подписания брачного контракта ты должен будешь ходить по струнке?