Переплетение судеб

Год назад

Меня будит телефонный звонок. Кто бы не звонил мне в такую рань, не найдет оправданий, даже если это что-то очень важное. Сегодня первый день за год, когда мне не нужно вставать на работу, я год мечтала о том, что смогу выспаться. На экране высвечиваются два сообщения.       — Пожалуйста, хоть бы это была не Рия, — бормочу я себе под нос. Ещё одно сообщение, набираю пароль, и угадайте, кто это?       Рия: Доброе утро!       Рия: Пора просыпаться!       Рия: Тебе стоит ответить, пока я не досчитала до пяти. Первый пошел. Что ей от меня понадобилось в такую рань? Может она не спала этой ночью и что-то могло произойти? На экране ещё одно сообщение.       Рия: Один прекращается, цифра два начинается. Насколько я помню, мы договаривались вместе провести вечер, а не утро.       Рия: Два уходит, три приходит. Закатываю глаза. Пусть сама свои считалочки читает, ложу телефон на тумбочку, перекатываюсь на спину и зарываюсь в подушку. Раздается звонок. В бешенстве начинаю мять подушку. Сегодня подружка решила довести меня до бешенства. Снова беру телефон и отключаю все уведомления, о боже, она уже до пяти досчитала. Посмотрев минуту в телефон, вроде как смс больше не предвидится, я закинула подушку под голову и задремала. Прошло примерно полчаса, прежде чем я услышала, как открылась дверь и послышались торопливые шаги в мою спальню.       — Арина, ты до сих пор спишь? — кричит Рия, подбегая и запрыгивая прямо на меня. Сбрасываю её с себя и скидываю одеяло на неё-же, кричу:       — Откуда ты здесь взялась в такую рань?       — Ты же сама мне ключ дала, — она спрыгивает с кровати и достаёт ключ. Чёрт, как я могла забыть? Когда она оставалась ночевать, бывало я допоздна сидела в библиотеке и ей приходилось заезжать ко мне и забирать ключи. Не знала, что мне придется об этом пожалеть.       — Ты время видела? Иди домой. — зевая отвечаю ей.       — Нет, просыпайся. У нас мало времени. — бормочет она, стягивая меня с кровати.       — Пока я не посплю еще пару часов, никуда вставать не буду. Она хмыкает, и вроде как сдается, топая, выходя из моей комнаты. Слышу погром на кухне и звук льющейся воды из крана. Рия возвращается в мою комнату, и я понимаю, что в стакане плещется вода.       — Просыпайся, а то проспишь полжизни! За секунду до того, как я хотела открыть глаза, на меня выливается целый стакан ледяной воды. Как только я начинаю выражаться нецензурными словами, она перебивает меня.       — Наконец-то ты проснулась, жду тебя на кухне, — громко смеясь, она выходит из моей комнаты.       — Я убью тебя! — кричу ей вдогонку. Кое как встаю с кровати, протирая сонные глаза. Когда вижу воду на полу и на постельном белье, мне требуется вся моя сила воли, чтобы не пойти на кухню и не вылить на Рию целое ведро воды со льдом. Беру в ванной швабру и протираю пол, закончив отправляюсь к Рие.       — Что на тебя нашло сегодня? — стою на кухне, скрестив руки на груди. — Ты меня разбудила, облила водой, мне пришлось за тобой ещё убирать. — рычу я, — Зачем ты решила устроить мне столь «прекрасное» утро? Она подходит ко мне, ухмыляется и протягивает кружку кофе.       — Вот, выпей, может проснешься наконец, — я не беру кофе. Вместо этого стою на месте в ожидании, пока она соизволит ответить на мой вопрос.       — Ты не отвечала мне, и не восприняла всерьез мою угрозу. Значит, нужно было как-то действовать. Что ж, поздравляю, психологический возраст моей подруги меньше лет на десять её физиологического. Сказать, что я зла, значит ничего не сказать. Рия постоянно устраивает что-то подобное ещё со школы. Удивляет факт того, как настолько противоположные люди могут дружить. Ей больше нравится риск и веселье, мне же безопасность и спокойствие. Стоит пробиться моему паршивому настроению, она сразу мчится меня развлекать, я же наоборот возвращаю её на место, когда она становится слишком неуправляемой. Она продолжает тянуть мне это чертово кофе.       — Чего ты злишься? Ты уже вся высохла. — хихикает она. — Улыбнись и возьми кофе, выглядишь как ходячий мертвец.       — Твоя вина, — парирую я. — Если бы ты дала мне поспать, я бы выглядела нормально — повысив тон, сказала я, выхватывая у неё кружку.       — Хватит ныть. Ты забыла, что послезавтра уезжаешь? — она подходит к кофеварке и наливает себе кофе. — Нам нужно как можно больше провести времени вместе. Я бросаю на неё растерянный взгляд. Погодите, какой сегодня день? Достаю свой телефон, как раз в тот момент, когда появляется уведомление о переезде.       — Прости, я совсем дни перепутала. Но мы не договаривались, что ты будешь доставать меня с раннего утра!       — Когда для того, чтобы тебя взбесить, нам нужен был договор? — ухмыляется она. Улыбнувшись, толкаю её бедром в сторону, чтобы открыть холодильник. Когда я достаю яйца, оборачиваюсь на Рию:       — Ты остаешься без завтрака, — говорю я, и замечаю, как кто-то стучит в дверь. Открыв дверь, я замираю, на пороге стоит мама с двумя чемоданами. Она пыталась достать ключи из сумки.       — Давай помогу, — вздыхаю я и беру у неё один чемодан.       — Спасибо, — говорит она, следуя за нами на кухню. Как только ставлю пакет, она подходит и крепко обнимает меня, а затем Рию.       — Извини, что не предупредила о своём приезде. — обращается она ко мне. — Знаю, что ты скоро уезжаешь, поэтому приехала повидаться. К слову, мама уже несколько лет уезжает на подработку за границу. Недавно она вышла замуж, поэтому ко мне приезжает редко. С отчимом вживую мы ещё не виделись, но несколько раз созванивались по скайпу. Несколько раз они звали меня к себе, и чтобы я переехала к ним насовсем, но я отказалась. Желание добиться всего самой никуда не ушло.       — Ничего страшного, тетя Аня, — отвечает за меня Рия, — Мы как раз на сегодняшний вечер запланировали прощальный девичник.       — Вот это правильно, — улыбается мама. — И как вы, готовы к прощальному вечеру?       — Да, мы готовы, — не даёт мне Рия и слово вставить, — Скорей бы уже он наступил, мы хотим отметить поступление Рии. Как раз заканчиваю разбирать первый чемодан, когда слышу, что кто-то шмыгает носом. Я оборачиваюсь и вижу, как мама смотрит на нас с Рией вся в слезах.       — Мама, ты чего? — удивляюсь я.       — Вы, девчонки, уже такие взрослые, — говорит она совсем тихо, — Мышка, я так рада, что ты поступила, и мне жаль, что не могла быть рядом с тобой в такой важный момент. На самом деле, мне было тоже жаль. С тех пор как умер отец, нам было нелегко это пережить, но мы справлялись. Поначалу мама работала на двух работах, взяла кредит, а когда поняла, что средств нам всё равно не хватает, решила устроиться на работу за границей. Она работала три месяца там, а затем на месяц приезжала ко мне, но со временем, как нашла отчима, приезжать стала всё реже. Я могу её понять, тем более, что это пошло мне на пользу, я рано научилась справляться сама со многими проблемами. Она пытается быстро вытереть слезы с лица.       — Не обращайте внимания. Уже с вечера мне было тяжело контролировать эмоции, а глянув на вас, совсем расчувствовалась. Тяжело осознавать, что моя мышка уже такая взрослая и скоро уедет.             Мы переглянулись с Рией. С ней мы старались избегать этой темы, вплоть до сегодняшнего утра, у нас не было возможности всё обдумать, но уверена, вечером мы тоже будем рыдать.       — Я пока всё еще здесь. — стараюсь успокоить её. Вижу, как у Рии глаза становятся мокрыми, и она тянется за салфеткой.       — Та-а-а-к, вы что, сговорились? — улыбаюсь я, — Вы как будто решили, что я умирать собралась.       Это не особо помогло, придется подключать тяжелую артиллерию.       — Отставить слезы, — командую я, — Мама, приготовь свои знаменитые панкейки, а то я жду их с прошлого лета, — хихикаю я.       Мама начинает смеяться, сквозь слезы.       — Плакать будем тогда, когда поедем её провожать, — говорит Рия, — Там она уже помешать нам не сможет.       Мы начинаем все улыбаться, киваю Рие, в знак благодарности, успокаивать людей — её суперспособность.

***

      Наступил вечер, Рия заедет ко мне через час. Суть нашего девичника, помимо того, что мы должны напиться, состояла в том, что каждая из нас выбирает для себя образ, абсолютно нетипичный и не привычный для нас. А для меня это значит, здравствуйте туфли на каблуках, платье и макияж. Мама приехала как не кстати вовремя. Она помогала мне собираться на протяжении 3-х часов. Мои каштановые волосы были заколоты на затылке, кучерявые пряди падали на открытые плечи. Я даже нанесла тушь и розовый блеск на губы, хоть и не привыкла пользоваться косметикой. На мне было простое черное платье, обтягивающее грудь и заканчивалось оно чуть выше колен.       Когда мама сказала, что я выгляжу сексуально, захотелось послать к черту всю нашу затею с девичником, но, если уж решили, стоит идти до конца. Тем более меня интригует наряд Рии, даже не представляю в чем она придет, может в мужском костюме? У меня не получилось сдержать смех, когда я представила её в розовом бархатном костюме с широкими плечами, на которых были вшиты сотни страз. Стоит узнать Рие о моей фантазии, она бы закричала от ужаса. Учитывая, как её воротит от розового цвета, сегодня она просто обязана надеть элемент одежды с ним.              Моя ситуация не лучше, соответствия идеалу, согласно которому женщины должны выглядеть изящно и женственно — отталкивает. Никогда не относила себя к тем, кто соглашается с патриархальным мнением идеала женщины. Ни мужчины, ни женщины вообще не должны соответствовать чьим-то идеалам. И за это я ценю современный мир, где одежда уже не имеет никакого значения, девушки спокойно носят брючные костюмы, платья с кедами и удобное нижнее белье. Но к моему стыду, признаться, мне нравятся каблуки и этот сарафан. В нём я чувствовала себя иначе: женственной и нежной, а также чертовски сильной. Многим девушкам нравится ощущение, когда один только сарафан на них выглядит так, словно может поставить могущественных мужчин на колени. Разве некоторые войны не так начинались? От моих странных мыслей меня отвлек звонок в дверь. Когда я увидела Рию, то издала звук, который был чем-то средним между смехом и рыданием. Мама, которая вышла в коридор и увидела нас начала хохотать до слез. Мы переглянулись с Рией и синхронно сказали:       — Девичник удался, — Мы разразились громким смехом.