Самая крутая девочка на районе

      Мири учится стрелять, когда ей шесть.       Папа Казуки приводит её в тир, и страшный человек с винтовкой (почти как у папы Рея, но всё равно другой) чем-то недоволен.       Она просила несколько месяцев, чтобы ей дали по-настоящему стрелять из оружия, как это делал папа Рей. Папа Рей — крутой. Он выглядит так круто с пистолетами и винтовками, и он никогда не промахивается, и Мири хочет быть такой же, как папа Рей. Мири нравится её прическа и ветерок возле ушей, но это только причёска. Пушки — вот что сделает её по-настоящему крутой.       — Мы не даём детям оружие хотя бы до того, как они пойдут в школу, — говорит страшный человек, и папа Казуки только цокает.       — Она уже в первом классе.       Мири знает, когда надо молчать. Она научилась.       Страшный мужчина смотрит на неё долго. У него татуировки на руках и голова забавно блестит отблесками лампы. Потом страшный мужчина вздыхает.       — Подпишите соглашения, бла-бла, в общем, всё на вашу ответственность.       Страшный мужчина явно не рад, что папа Казуки взял её с собой. Мири чувствует себя немного расстроенной до того момента, как ей дадут оружие в руки.       Мири под чутким руководством сама заламывает винтовку ровно в том месте, где указывает папа Казуки, а потом вставляет небольшую пульку. Явно не как те, которые лежат в «тайной тёмной комнате» родителей, а скорее, как пустой камушек. Выемка с одной стороны, чуть острая с другой, выемкой наружу.       Мири изо всех сил закрывает винтовку и хихикает, когда у неё получается. Не зря папа Рей подарил ей те забавные тренажёры-нажималки для ручек. Сейчас она даже может победить в армрестлинге всех мальчиков в садике!       — Смотри. Видишь полоску посреди прицела? Она должна встать в линию с соседними. И когда будет ровно, можно нажимать на спусковой крючок.       Мири стреляет сидя, с подставкой для ручек и для самой винтовки тоже. Она почти прикусывает язык, чувствуя, как винтовка упирается ей в плечо, но вовремя убирает от зубов подальше. Пристально смотрит в прицел.       — Стреляй между вдохом и выдохом. В тот момент, когда вообще не дышишь.       Она выдыхает и нажимает.       Винтовка больно ударяет её плечо, и сначала Мири хочет заплакать, но потом вспоминает, что взрослая девочка, и если она заплачет, папа Казуки уведёт её отсюда. Или страшный мужчина станет ещё страшнее. Так много причин не плакать.       Мишень сама подъезжает к ним, и Мири видит маленькую дырочку в кружке под цифрой восемь.       Папа улыбается.       — Молодец!       Мири прикусывает губы, чтобы не расплакаться.       — Но… это ведь не десять.       Тогда папа Казуки треплет её по голове и прижимается своим лбом к её.       — Но это твой первый выстрел. И это уже восемь. Представь, что будет спустя несколько тренировок?       Мири представляет себя с золотой медалью на шее, которую снимает и вешает на шею папе. Она улыбается.       Она станет лучшей.       С папой Реем она собирает и разбирает оружие. Мири не знает, зачем, но металл издаёт очень смешные звуки, так что ей всё равно нравится. Через несколько недель она разбирает винтовку за девятнадцать секунд и собирает за тридцать. Наверное, она может быстрее, но всё равно отвлекается на смех и гордую улыбку папы Рея.       Сначала у неё забирают подставку для винтовки. Потом для рук. Винтовка в её руках шатается, но она всё ещё не промахивается дальше восьмёрки. Даже страшный дядя впечатлён. Теперь у него всегда есть несколько шоколадных конфет, которые любит Мири.       Потом у неё забирают стол и стул. И вот где становится сложно.       При первом выстреле стоя она не справляется с отдачей, и винтовка ранит ей плечо. Очень больно, но она не говорит папе Рею, потому что не хочет, чтобы они шли домой или… чтобы папа Рей разочаровывался в ней.       Но плечо продолжает болеть и после, а потом она не может уснуть. Мири забирается в ванну к папе Рею и смутно хнычет, потому что больно. Папа Рей просыпается и вместо объятий пытается понять, где именно болит.       Хотя Мири отрицательно качает головой, хотя отворачивается и пытается уткнуться в живот, папа Рей всё равно находит синяк. И это… действительно огромный синяк. Он выглядит отвратительно.       Папа Рей паникует. Встаёт папа Казуки. Они ругаются, а Мири всё ещё больно, и особенно ей больно, когда её папы ругаются, так что она начинает рыдать.       — Когда мы пойдём в тир? — спрашивает Мири на следующий день.       Папа Рей отводит взгляд и отмалчивается.       Это всё, что надо Мири, чтобы пойти к папе Казуки и начать бить его по коленям. Обычно это срабатывает. Но, почему-то, не в этот раз.       — Ты не можешь защитить меня от всего! — кричит Мири со слезами, и, видимо, делает папе Казуки очень-очень больно.       Они не разговаривают целый день.       После этого папа Рей и папа Казуки отводят её в тир. Папа Казуки сжимает ладони папы Рея, и Мири очень-очень счастлива. Возможно, когда-нибудь она увидит, как папа Казуки целует папу Рея в щёку!       Они учат стрелять её из пистолета. Он легче по весу, но тяжелее в отдаче, и она действительно предпочитает винтовку. Папа Рей пожимает плечами.       Её плечо больше не болит, как только она находит правильное место в плече, куда на самом деле должна утыкаться винтовка.       Из десяти пулек девять попадают в яблочко.       — На самом деле, даже для её возрастной группы есть конкурс, — говорит страшный дядя, смотря на её мишень. — У Мири-чан тут явно талант.       Папа Рей улыбается, и Мири считает это настоящей победой.       Мири занимает первое место по пулевой стрельбе среди своей возрастной группы не просто в своём районе, а в городе. Её отводят на небольшой пьедестал, вручают кубок и вешают медаль на шею. Она не из золота и очень фальшивая, но Мири всё равно подзывает пап и вешает её на их шеи. (Возможно, им не очень удобно дышать.)       У неё самая клёвая причёска в мире, и она стреляет лучше всех в городе.       Теперь официально: она самая крутая девочка. Она дочь своих отцов.