Больная.

===

О ней ходили десятки слухов. Кто-то в них верил, кто-то пропускал мимо себя, но всё-таки каждый хоть раз слышал о ней. Над ней смеялись. Характер был твёрдый и достаточно колкий. Трудно было влиться в беседу с ней, да и просто хотя бы заговорить. Часто она и сама избегала лишних разговор, дабы не услышать очередной гнусный и совершенно не правдивый факт о себе. В школе ей было достаточно тяжело. Все видели только навязанный плохим обществом образ, который так сильно отличался от неё настоящей. — Алиса! Алиса-а! — Ром, тебе чего? — Да там такое! Друзей было совсем мало. Если быть точнее, был всего один друг. Рома был весьма агрессивным, громким и резким, но, к счастью, наглухо отбитым. Он не слышал разговоры за своей спиной, а если и слышал, сразу старался заткнуть говорившего предложениями и вскриками, полными фактов. В классе и, в целом, в школе его тоже особо не любили, никогда только не трогали, в отличие от Алисы.

---

Октябрь.

Осень на улице. Немного холодно. Лёгкая куртка, короткая юбка и волосы, закрученные в нежные кудри. На губах розоватый блеск и добрая улыбка. В беспроводных наушниках играет какая-то позитивно-противная песня. В такт музыке шагает девушка с запахом роз. Десятый класс даётся с трудом, но ничто не может испортить её настроение. Время достаточно раннее, сегодня ко второму уроку. Торопиться некуда. Свет солнца на бледно-сером небе медленно накрывает город и даёт новые силы его жителям. Золотые листья слегка хрустят под ногами, девушка останавливается и счастливо смотрит на хмурое небо. Что-то (а точнее кто-то) почти сбивает первую с ног. За ударом следует тихое: — Ой, прости… — девочка с короткой стрижкой смущённо отводит взгляд и сразу пытается уйти, дабы избежать разговора. — Да ничего страшного! Тебе не больно? — Полина дотрагивается до плеча коротковолосой и мило улыбается, — это я должна была смотреть по сторонам, а не наблюдать за небом, поэтому не извиняйся! — Эээ… — Ты же Алина? — Я Алиса, — поправила девушка. — Точно! Алиса, как у тебя дела? — Я… Я должна идти… — Да, конечно! Хорошего дня, может пересечёмся в школе, — попрощалась собеседница, нежно улыбаясь напоследок. — Ага… Всё произошло так быстро и странно. Она даже не успела надеть маску агрессора, не готова была защищаться. Алиса бежит в школу, мысли кружатся в голове, не давая сфокусироваться на чём-то одном. Она не раз видела эту девочку в наушниках в компании её врагов. Как бы смешно ни звучало, а врагов у неё было много. Но она была словно другой. Во время грубых разбирательств и громких выкрикиваний в её сторону и сторону Ромы, девочка с кудряшками всегда стояла в стороне и держала под локоть главного задиру. Она никогда не говорила чего-то плохого или обидного, да ещё и так тепло спрашивала о самочувствии Алисы пару минут назад.

Сердце слегка заболело.

Она слегка замедляет шаг, совсем позабыв о ждущем её Роме. Парк Матросова утром такой спокойный, она поддаётся его чарам и присаживается на одну из скамеек. Наблюдает за падающими листьями, бегущими на работу и в школу людьми, за размеренными неторопливыми шагами стариков. А ведь раньше все к Алисе относились по-доброму. Она была душой компании, дни напролёт проводила со своими друзьями. Да, она была такой же временами агрессивной и невежливой, но всем это нравилось.

Она всем нравилась.

В какой момент всё пошло не так? Наверное, после того самого случая в коридоре… Тогда её возненавидели почти все, отвернулись даже самые близкие люди.

~~~

— Так значит ты любишь девочек?! — кричал кто-то из её бывших хороших знакомых. — Да даже если так, тебе то какое дело! — тоже криком отвечала Алиса. — Ты ужасная! Да ты больная! — Больная…? — она крутит головой по сторонам. Десятки людей вокруг смотрят со злобой и омерзением.

— ТЫ БОЛЬНАЯ!

Подобные оскорбления из-за такой мелочи слышала она себе вслед. Убежала в пустой класс где-то под лестницей, рядом со спортзалом. Больше на лице не было ухмылки победителя, не было и чувства превосходства. Был только страх и ощущение своей испорченности. Всё-таки в столь консервативной гимназии даже заикаться и шутить о подобном было глупо, а тем более признаваться в любви одной из этих максимальных гомофобов. — И чем я только думала… — слышатся шаги по ту сторону двери, и Алиса панически быстро сметает со своего лица слёзы. В кабинет заходит мальчик из параллели. — Тебя как зовут? — Алиса… — А меня Рома. Они молчали пару минут, пока парень вновь не заговорил. — Почему они так кричали на тебя? Я вот тоже девочек люблю, и ничего же страшного. — Ха-ха… ты же мальчик, а если мальчик любит девочку — это нормально. А если… — А если девочка любит девочку? Ненормально что ли? Что за бред? — Ты такой дурачок… В тот день она потеряла всех знакомых и приятелей, но зато обрела одного хорошего и верного друга.

~~~

— Наверное, так даже лучше… но почему они просто не ушли от меня…? Почему именно возненавидели…? — Эй, Гитлерша! Чего притихла?! — со стороны фонтанов слышится до скрежета в зубах неприятный голос, — На уроки не пойдёшь? Думаешь люди испугаются твоего омерзительного лица?! Следом идёт смех его шайки. — Да какое тебе дело? Совсем тупоголовый? Да я твою на маму на… — её взгляд падает на миниатюрную фигурку девушки позади главного заводилы, слова путаются, — т-то есть…я хотела сказать что… — Ты русский язык забыла чтоли? Чего там мямлишь? Сладкая девочка с кудряшками что-то прошептала задире на ухо, и тот с недовольством на лице схватил её за талию и повёл в сторону выхода из парка, позвал, конечно, и своих приспешников. — Нет времени на тебя сегодня, в школе поговорим.

---

Спустя пару месяцев…

Травля неожиданно прекратилась. Да и Алиса стала сдержаннее, улыбка чаще посещала её лицо, а в голове было только одно имя.

Полина…

Так звали этого ангела с кудряшками и запахом роз. После уроков, временами, они вместе шли через парк на остановку. Полина была идеальной. Милейшая улыбка, нежные движения рук… Она словно была создана из света и солнца, настолько она была прекрасна. А её объятия… Алиса до неё обнималась только с Ромой, и то один раз, и то случайно. Но было так тепло. Коротковолосая, как её прозвали — «Гитлерша», отчаянно тонула в её руках и каждый раз чувствовала что-то иное… что-то страшное и опасно похожее на любовь.

Любовь…

А осознание пришло достаточно поздно. Только когда Рома сказал, что она подозрительно долго смотрит вслед уходящему ангелу.

Ещё спустя месяц.

А вот и весна. Кругом тепло, хотя и слегка пасмурно. Алиса идёт в той же одежде, что и в тот день осенью, сердце стучит в такт шагам человека рядом с ней. Полина держит её за руку и младшая почти утопает в этой нежности. — Вот! И потом он взял — да и повалил меня на кровать! А я же не такая, начала сопротивляться и он отступил, потом смеялись с этого всей хатой, ха-ха! — Длинноволосая что-то рассказывает, только вот её никто не слушает почти. — Апполинария… — Что такое? — заинтересованно спросила собеседница. — Я… ты мне так нравишься… — Ой! Ты мне тоже нравишься до жути! Как подруга. — Ты мне нравишься не как подруга… — А как тогда? — она чуть наклоняет голову. — Можно я…? — Алиса чуть приближается к её лицу и смущённо отводит взгляд. Только рядом с Полиной и Ромой она ведёт себя так. Не кричит, не обзывается, а частенько смущается и краснеет. — Конечно можно!

Её первый поцелуй…

Она накрывает чужие сладкие губы. Привкус персика и страх быть отвергнутой остаётся на языке. Так нежно и долгожданно. Почему именно сейчас она решила сделать это? Да кто её знает. Полина отстраняется, на лице её пролетает жестокая ухмылка, которая спустя мгновение меняется на добродушную улыбку. — Ой, Алиска, мне нужно бежать. У меня тренировка, я напишу!

И она испарилась.

А младшая так и осталась стоять в самом центре парка, прижимая к губам ладошку и думая, что всё наконец налаживается.

---

Но за выходные ей так и не написали. Не написали и утром в понедельник, хотя обычно они встречаются у парка и вместе идут в школу. День был на удивление холодным, а город совсем неприветливым. На пороге школы её встретил Рома, как обычно. Он рассказывал про игру энгри бёрдс и совсем не смотрел на Алису. А та, в свою очередь, была занята выслеживанием девочки с кудряшками. И она выследила её. Но лучше бы не видела её… никогда бы не видела. Полина стояла в окружении парней. Она целовала кого-то из них. Раньше его не было даже рядом. Но она совсем его не отталкивала. С чувствами, под возгласы остальных оттягивала миниатюрными пальчиками его волосы. Алиса слышит фразу, которая полностью её разбивает: - А ты хорошо целуешься! Не то что эта полоумная! Она говорила это так громко, так… насмешливо. — Полина… но… — вся её уверенность испарилась в момент. Девочка с кудряшками подходит с жестокой ухмылкой и отталкивает младшую в стену. — А вот и наша больная Гитлерша! Посмотрите на неё! — Н-но… мы же… — Что «мы»? Это ты! Ты всё себе придумала! — Ты не была такой жестокой… — Да ты просто слепая! Не видишь очевидного! Я же играла с тобой, даже той осенью! ТЫ БОЛЬНАЯ!

Словно потеря сознания…

Не помнит как оказалась вновь в этом кабинете под лестницей. Не помнит что было раньше и что происходит сейчас… — Это, похоже, был спор… с того самого дня. Я такая глупая… — одинокая слеза скатывается по её покрасневшей щеке, — я ненавижу женщин… — Согласен. Рома тихо подсел и без стеснения приобнял её за плечи, хотя совсем не понимал сути происходящего. — Ч-что…? — Я люблю мужчин и ненавижу женщин. — Ром, какой же ты всё-таки дурачок…

---

На одно любящее сердце меньше. На один жестокий спор больше. Но зато верный друг навеки рядом, даже если ты больная гитлерша…