Искуситель любви: Навсегда

      Пейзаж за окном олицетворял серую осеннюю тоску, но никак не приближающийся Новый год. Снег в этом году петербуржцев не жаловал. Нет, выпадал и, как мог, покрывал тёмную землю, крыши домов и голые деревья, но предательская плюсовая температура не давала ему долго оставаться на месте. Снег исчезал слишком быстро, даже не успевал порадовать людей зимней сказкой. А в середине декабря очень уж хотелось почувствовать то самое новогоднее настроение.       Кьяра сидела за партой, поддерживая голову кулаком, тоскливо смотрела в окно и невольно задумывалась о приближающихся выходных. Новый год – семейный праздник, и большинство стремились встретить его в кругу близких людей. А с кем встречать ей? Более открытого вопроса в её жизни ещё не было. Хотя…       — Прошу тишины, — громко сказал Шастун, постучав карандашом по столу. Десятиклассники поутихли, а Кьяра сфокусировала взгляд на классом руководителе. — Давайте уже начнём наш классный час, вернее, урок о важном, — под конец фразы он кисло хмыкнул. — Приближается конец полугодия, и были выставлены предварительные оценки. Не утешительные.       — Всё так плохо? — задорно хмыкнул Коля с задний парты.       Антон кинул на него усталый взгляд и встал из-за стола.       — Я подготовил для каждого из вас чек-лист с предварительными оценками и подчеркнул те дисциплины, на которых стоит сконцентрироваться, — он стал раздавать каждому листочки формата а5. — Ещё есть целых две недели для исправления ситуации. Зайдите к учителям, попросите темы для рефератов или ещё что-то, — сказал Шастун, протягивая лист Кьяры и, конечно, посмотрел ей в глаза. Прочитать его взгляд ей не удалось, слишком быстро он двинулся дальше. — Более внимательно готовьтесь к итоговым контрольным и диктантам, — вернувшись к своему столу, Антон добавил: — Ну и постарайтесь не схлопотать двойки по предметам, где у вас выходит хорошая оценка. Или это уже слишком?       — Это уже слишком, — проговорил Родион, и все дружно закивали.       — Я в вас верю, дети мои, — улыбнулся Шастун, присев на учительский стол. — Идём дальше. К новогоднему балу старшеклассники должны подготовить развлекательную программу. Есть два варианта: танцевальный номер или театральный. В первом случае мы можем танцевать вальс, а во втором подготовить небольшую сценку, например, из «Ромео и Джульетта». На английском, конечно. Что скажете?       Класс загудел. Подростки кинулись обсуждать предложенное между собой и учителем, кто-то выкрикивал отдельные реплики и уже начинал спорить. Кьяра же не смогла пропустить мимо ушей фразу Стефании:       — Я за номер! Ромео и Джульетта у нас уже есть.       — Это ты на себя намекаешь? — мягко спросила Кьяра, повернувшись к однокласснице.       — Конечно, — ответила та, игриво сверкнув глазами.       — Хорош, — шепнула Алина, пихнув соседку в бок, а потом поднялась и громко сказала: — Антон Андреевич, давайте голосовать?       — Отличная идея, — Шастун щелкнул пальцами и в два счёта оказался у зелёной доски, чтобы разделить её на две части, а вверху написать «танцы» и «театр». — Хотелось сначала услышать аргументы сторон.       — Вальс это красиво и элегантно!       — Танец всего на три минуты, а сценка минут на пятнадцать.       — Ещё слова надо учить!       Со всех сторон посыпались реплики, а Антон только и успевал записывать.       — Танец тоже надо учить! А некоторым медведь на ухо наступил: ни слуха, ни фантазии…       — Но вальс мы будем танцевать на последнем звонке, зачем повторяться?       — Вот потренируемся!       — Всем спасибо! — громко сказал Шастун, похлопав в ладоши. В классе стало тихо. — Давайте голосовать. Кто за танцевальный номер?       Большая часть класса подняла руку и Кьяра в том числе.       — Ну, вот и решили, — улыбнулся Антон, снова облокотившись на свой стол. — Вам нужно будет разбиться на пары и как можно скорее начать репетировать.       — Я могу взять это на себя, — опять подала голос соседка Кьяры.       — Спасибо, Алин, — кивнул Шастун. — А теперь к хорошим новостям! Завтра и до конца пятницы в холе будет стоять коробка, куда нужно опустить своё имя всем тем, кто планирует участвовать в традиционной забаве «Тайный Санта».       Десятиклассники взорвались в восторге, в основном девочки, естественно. Но не все понимали сути происходящего.       — А можно для тех, кто первый год в школе, пояснить? — спросила Кьяра, подняв руку.       — О, тебе понравится! — воскликнула Алина рядом.       — Это действительно забавная игра по обмену подарками, — проговорил Антон и подошёл ближе. — Она такая древняя, что даже когда я учился в этой школе, участвовал в ней.       — Что, правда? — совершенно не поверила Кьяра.       — Да, это было очень давно, — хмыкнул Шастун. — Суть проста: опускаешь своё имя в корзину, ответственные одиннадцатиклассники перемешивают участников и раздают письма. Обычно оставляют у кровати. До новогоднего бала тебе нужно будет тайно подарить три подарка для человека, что будет указан в конверте. Тебе тоже кто-то будет дарить подарки, а уже на балу обычно рассказывают, кто чьим Тайным Сантой был. Но это не обязательно. Вот и всё.       — Это забавно? — скептически спросила Кьяра.       — Местами даже приятно, — нежно улыбнулся Антон и уселся за стол. — У меня всё. Если вам нечего обсуждать, то я вас отпускаю. Тем более скоро уже обед.       Всё же они задержались ещё на пару минут, чтобы обсудить дежурство на последние две недели года, а затем десятиклассники вывались толпой в коридор и шумно двинулись в сторону столовой. Кьяра не была исключением из правил.       — Ты же будешь участвовать в Тайном Санте? — спросила Алина, бодро шагая рядом.       — Не знаю, — пожала плечами Кьяра. — Всё это как-то странно.       — Ну не разочаровывай меня! Это правда прикольно, тебе понравится, — соседка фонтанировала эмоциями, не обращая внимание ни на что вокруг или, скорее, ни на кого.       — А если я должна буду подарить подарки тому, кого терпеть не могу? — кисло спросила Кьяра.       — Подаришь ей уголек или дохлых крыс, — рассмеялся Ник, поравнявшись с подружками.       — Где я найду дохлых крыс? — возмутилась Кьяра.       — А я тебе на что? — улыбнулся Ник.       — Фу, блять, — произнесла Алина себе под нос, а Кьяра не выдержала и рассмеялась в голос.       Так подростки и вошли в столовую — кто-то смеялся, кто-то закатывал глаза, а кто-то бурчал. Девчонки сели за свой привычный стол, а Ник ушёл к парням.       — Слушай, вы встречаетесь или как? — тут же спросила Алина.       — Ой, спроси что-нибудь попроще.       — Будешь участвовать в Санте?       — На этот вопрос я тоже пока не могу ответить, — Кьяра начала раздражаться. — Ну, а что, если я попадусь кому-то, кто меня не любит? Я не хочу получать угли, особой популярностью в школе я не страдаю.       — Этого точно не будет, — мягко сказала Марта, усевшись на стул. — Организаторы — не идиоты и видят с кем ты общаешься, а с кем нет.       — А кто организаторы? — спросила Кьяра, по очереди смотря на подруг, которые, в отличие от неё, начали обедать.       — Никто не знает, — ответила Алина.       — Каждый раз это держат в секрете, чтобы не приставали с вопросами, — добавила Марта.       Кьяра задумчиво поднесла палец к губам. Мимо них к учительским столам прошёл физик отец, и она, естественно, зацепилась за него взглядом. Он привычно занял место слева от Шастуна, улыбнулся ему и не спеша начал есть.       — А учителя принимают участие? — спросила Кьяра, сама не до конца понимая зачем.       — Нет, — покачала головой Алина. — Только ученики. Да и зачем им?       — И что, никто даже не кидал имена учителей? — Кьяра поймала непонимающий взгляд соседки и поспешила пояснить: — Ну, ради шутки.       — Может быть, и кидали, — пожала плечами Марта. — Может быть, они и участвовали хотя бы разок, но мы об этом никогда не узнаем.       — Ладно, я буду участвовать, — выдохнула Кьяра и загадочно улыбнулась, снова кинув взгляд в сторону учителей.       — Ты есть-то будешь? — весело хмыкнула Марта.       Кьяра кивнула и потянулась, наконец, к столовым приборам.       

***

      После обеда все разбрелись, кто куда. Кьяра скинула колючую школьную форму, натянула мягкие штаны и удобную бесформенную толстовку, а потом отправилась в библиотеку, чтобы написать нормальный доклад по биологии. Она решила не откладывать в долгий ящик проблему спорных оценок, тем более у девушки был должок по этому предмету.       Если всё сделать правильно, то пятерка за доклад легко перевесит итоговую оценку за полугодие. Биологичка была женщиной странной, но понимающей. Принимала доклады, даже если срок сдачи давно прошёл, главным критерием было не списывать с интернета, не думая, а использовать разные источники, желательно, из школьной библиотеки. Собственно, туда Кьяра и пошла, отыскала несколько толстых пыльных книг и начала искать информацию на нужную тему.       Долго работать в одиночестве не получилось.       — Я тебя по всей школе ищу, а ты тут в книжках зарылась, — быстро проговорил Ник, плюхнувшись рядом.       — Доклад по биологии сам себя не сделает, — сказала Кьяра, не поднимая головы.       — Ты так странно улыбалась за обедом, глядя на учителей. Я знаю этот взгляд! Признавайся, что ты задумала?       Она подняла глаза на парня, не смогла скрыть улыбку и всё же ответила:       — Ничего.       — Алине это скажешь, — съязвил Ник. — Давай колись!       — Ну, я хочу опустить имена некоторых учителей в корзину для Тайного Санты, — нехотя и максимально тихо проговорила Кьяра.       — Зачем? — негромко спросил Ник, даже чуть наклонившись вперёд.       — Хочу, — только и ответила Кьяра, вернув свой взгляд на текст в книге.       Ник расслабленно откинулся на спинку стула, пытаясь понять, что творилось у неё в голове. Получалось плохо.       — Я говорил, что ты ебанутая?       — Да, — весело хмыкнула Кьяра. — Это тебе во мне и нравится.       — И не поспоришь, — устало выдохнул Ник и резко поднялся. Хотел уйти, но решил спросить напоследок: — А сама-то ты будешь принимать участие?       — Ага, — ответила Кьяра, на что он кивнул и оставил её одну с книгами.       

***

      — Что ты хочешь на Новый год? — спросил Шастун, продолжая перебирать вещи в шкафу.       Каждый раз, когда приближался какой-либо праздник Антон мучал его вопросами, которые чаще всего оставались без ответа. Просто Арсений сам не знал, чего он хотел, ведь у него всё было. Шастун всегда что-то придумывал, дарил какую-то мелочь, да и он занимался тем же самым. Но эти вопросы всё равно задавались.       — Чтобы подростки перестали быть такими тупыми, — ответил Попов, даже не отрываясь от проверки самостоятельных работ. — Ну, или чтоб я больше никогда не преподавал в школе.       — Последнее ты можешь устроить себе в любой момент!       — Если бы можно было просто жить в школе и не преподавать, то я был бы первым, — кисло хмыкнул Арсений. — А что хочешь ты?       — Не знаю. Может быть, лего Хогвартс.       — Где ты будешь его собирать? — Попов повернулся и посмотрел на задумавшегося мужа. — А самое главное, где он будет стоять?       — Об этом я не подумал, — наивно улыбнулся Шастун. — Но ты видел, какой он классный? Нужно баловать своего внутреннего ребенка!       — Лучше подкинь идей, что подарить дочери?       — Не знаю, — пожал плечами Антон, закрыв дверцы шкафа. — Скажу, если что-то услышу, но лучше спроси у неё сам.       Арсений повернулся обратно и уставился на непроверенные работы. Ужасно не хотелось продолжать их проверять.       — Пойду посмотрю, высохла ли новая коробка для Тайного Санты, — сказал Шастун и зашагал к двери.       — Слушай, — вздохнул Попов, тем самым его остановив. Арсений вновь встретился с ним взглядом. — Если вдруг Юдин и моя дочь буду принимать участие, не ставь их вместе.       — Ты всё ещё против их отношений? — весело спросил Шастун, даже руки на груди сложил.       — Да!       — Тебе не кажется, что это слишком? Она ведь уже взрослая.       — И что? — спросил Попов, опять отвернувшись. — Я забочусь о ней, как умею. У меня не было возможности делать это пятнадцать лет…       Антон долго ничего не отвечал, а затем подошёл ближе, наклонился и прошептал над ухом:       — Я сделаю всё, что в моих силах, — под конец Шастун оставил поцелуй на его губах.       

***

      Яркая цветная коробка, украшенная мишурой и конфетти, стояла в холле рядом с колонной и привлекала к себе всеобщее внимание. Во время перемен или неурочного времени там всё время кто-то крутился. Так что подкинуть имена двух учителей незаметно было сложновато. Своё имя Кьяра кинула вместе с Алиной и Мартой, когда они шли на завтрак, а вот чтобы опустить ещё две записки пришлось отпрашиваться на уроке якобы в туалет.       Шалость удалась. Даже если ни отец, ни Шастун не буду участвовать, она всё равно попыталась внести разнообразие в эту традиционную активность.       В пятницу вечером Антон забрал коробку к себе в кабинет и принялся выписывать имена участников в столбец, чтобы потом распределить, кто для кого будет дарить подарки и напечатать письма счастья. Увидев своё собственное имя, Шастун лишь хмыкнул, скомкал бумажку и кинул в мусорку. Уже не первый год школьники упорно старались привлечь учителей к детской игре. Безуспешно, конечно. Прочитав имя и фамилию физика, Антон хотел сделать тоже самое, но рука зависла над корзиной для мусора. Он задумчиво посмотрел на список и нашёл взглядом Кьяру, а потом легкой рукой напротив нее написал Попова. А почему, собственно, нет?       Улыбка не сходила с лица Шастуна до конца дня.       

***

      Пока шло время воскресного завтрака, и все, кто остался в школе на выходные, трапезничали, Антон чувствовал себя тем самым Тайным Сантой. Он ходил по спальням школьников и раскладывал на ещё не заправленные кровати бордовые конверты. Все участники активности знали, что письма будут раскладывать именно сегодня, поэтому и ночевали в школе. Всем не терпелось узнать, кому же они будут дарить подарки. Закончив с детьми, Шастун завернул в учебный корпус к кабинету физика и только потом отправился в столовую.       — Дело сделано? — улыбнулся Воля, когда лингвист сел за стол.       — Так точно, — кивнул Антон и покосился в сторону Попова, что мирно пил кофе.       — Как же я люблю эту нашу традицию, — по-доброму проговорил Воля, продолжая поедать омлет.       Расправившись с завтраком, Алина потащила Кьяру скорее в комнату, открывать конверты. По правде говоря, она не разделяла такого восторга, как соседка. Может быть, это действительно забавная игра, но не настолько. Хотя, может быть, благодаря школьной активности у неё появится новогоднее настроение? Чем чёрт не шутит.       Алина вбежала в комнату и сразу же бросилась к своему конверту, Кьяра же не спеша села на постель и взяла письмо в руки. Журавлёва без промедлений открыла и стала бегать глазами по тексту. Под конец что-то странное отразилось в её взгляде.       — Ух-ты, — выдохнула Алина, убрав письмо обратно.       — И всё? — удивилась Кьяра. — Больше ничего не скажешь?       — Неа, — покачала головой соседка. — Давай открывай.       Кьяра тяжело вздохнула и посмотрела на конверт, лежащий в руках. На ощупь он оказался приятным, хоть совсем не бархатным. Аккуратно распечатав сзади, она достала белый лист а4 сложенный в три раза и стала читать напечатанный текст. Её поздравляли с наступающими праздниками, затем рассказали о правилах и попросили играть честно, а уже в самом конце сообщили имя человека, для которого Кьяра и будет Тайным Сантой.       — Ну? — не выдержала Алина.       — Ух-ты, — повторила за ней Кьяра и принялась убирать письмо обратно.       — Всё окей? — спросила Марта, открыв дверь. Девушки положительно ответили хором. — Значит, едем в Питер за покупками?       — Естественно, подарки сами себя не купят, — радостно проговорила Алина, вскакивая с места.       

***

      Наконец-то закончив с проверками всех многострадальных проверочных тетрадей, Арсений решил отнести сразу их все к себе в кабинет, чтобы не таскать в течение недели. Он привычно открыл дверь своим ключом и, ни о чём не подозревая, начал перешагивать за порог, как вдруг заметил красный конверт на полу. Попов недоумевающе уставился вниз. Скорее всего, это чья-то шутка. Он выгрузил тетради на стол, только потом вернулся за письмом и принялся читать.       «…ты являешься Тайным Сантой для Емельяновой Кьяры (10 «А»)...»       Глаза у Арсения округлились от шока. Он перечитал ещё несколько раз, а потом вдруг вспомнил, что когда-то давно уже получал такое письмо.       Недолго думая, Попов положил письмо в карман, закрыл кабинет и рванул в личные комнаты. Антон должен быть сейчас там. Кто-кто, а лингвист разъяснит ему происходящие.       На третьем этаже, предназначенном только для учителей, почти у самых дверей он неожиданно встретился с дочерью.       — Я как раз ищу тебя, — сказала Кьяра, подходя ближе.       — Напоминаю, что ученикам запрещено находиться здесь, — быстро проговорил Арсений, а потом открыл рывком дверь. — Давай заходи.       Кьяра скользнула в комнату, а Попов зашёл за ней, но сначала проверил, нет ли свидетелей. Коридор был пуст.       — Привет, — улыбнулся Шастун, кинув быстрый взгляд на подростка, а потом вернулся к своему ноутбуку.       — Здравствуйте, Антон Андреевич, — кивнула Кьяра и развернулась к отцу.       — Что-то случилось? — обеспокоено спросил Арсений, сжав письмо от Тайного Санты в кармане.       — Нет, я пришла попросить у тебя денег. Всё, что давала мама, закончилось, а надо купить подарки для Санты. Не хочу звонить ей, начнёт опять спрашивать про Новый год.       — А что про Новый год? — спросил Попов, подходя к шкафу. Где-то в пальто был кошелёк.       — Ну, где я буду праздновать и т.д., — негромко ответила Кьяра, смотря в окно.       — И какие у тебя планы на каникулы? — спросил Шастун, пока Арсений рылся в шкафу.       — Я бы хотела остаться в школе и провести время с вами, — медленно проговорила Кьяра, на что учителя переглянулись. — Если вы не против.       — Конечно, — первым ответил Антон и улыбнулся. — Можете сходить с отцом в боулинг или в кино.       — Я буду не против и вашей компании, Антон Андреевич, — немного смущаясь, сказала Кьяра.       — Польщён, — кивнул Шастун и опять начал стучать по клавишам.       — Сколько тебе нужно? — спросил Попов, наконец-то найдя кошелек.       — Пару тысяч, — пожала плечами Кьяра. Арсений, не задумываясь, достал пятитысячную купюру и протянул дочери. — Это много.       — Меньше только две сотки, — кивнул Попов, спрятав кошелёк обратно в пальто.       — Спасибо, — выдохнула Кьяра, спрятав деньги. — Надо ещё придумать, что купить для этих подарков.       — В Галерее есть небольшой магазинчик, там много товаров по Гарри Поттеру, — вновь подал голос Шастун.       — Ой, я его не люблю, — махнула рукой Кьяра. — Да и многие тоже.       — Боже, это поколение уже не спасти, — закатил глаза Антон.       — Хорошего дня, — улыбнулась Кьяра и ушла в открытую отцом дверь.       Попов плотно закрыл за ней, а потом достал из кармана немного скомканное письмо и в три больших шага подошёл к мужу.       — Что это такое?       — Без понятия, — ответил Антон, кинув быстрый взгляд, даже не перестав печатать.       — Не прикидывайся, — ядовито улыбнулся Арсений.       Шастун устало вдохнул, отложил ноутбук и взял из его рук листок. Пробежав глазами по тексту, сказал с лёгкой улыбкой:       — Ничего себе, ты решил опять сыграть в игру. Как мило: в тот раз это был я, а теперь Кьяра. Тебе ужасно везёт, Попов.       — Антон, — устало выдохнул Попов, усевшись в кресло.       — Ну, я подумал, что это довольно мило, если ты будешь дарить дочери подарки, — пожал плечами Шастун, вернув письмо. — Не один, а несколько.       — Да уж, спасибо, — кивнул Арсений.       — И ты уже знаешь, что Гарри Поттера она не любит, — хмыкнул Антон и вернулся к работе.       

***

      В торговом центре девушки провели полдня. Там царила такая праздничная атмосфера, что не хотелось возвращаться. Играла новогодняя музыка, светились украшения и ёлка, а огромная ярмарка так и притягивала к себе внимание. Естественно, ходили целые толпы народу, только это не являлось сильным минусом.       Они веселись. Мерили дурацкие шапки и фотографировались в зеркалах. Собирали модные луки, которые никогда не купят, и торчали в примерочных больше положенного времени. Пили молочные коктейли и заедали картошкой фри. Ну и, конечно, они накупили подарков: мармелада и леденцов, милых ёлочных игрушек и гирлянд, книг с рождественскими историями и ярких носков.       К сожалению, выходные закончились и начались трудовые будни. Диктанты, проверочные и закрытия долгов — не причастных не было. Зато случались и приятные моменты.       Первый подарок Кьяра нашла в среду у себя на кровати, когда вернулась после уроков. Он был аккуратно упакован в белую бумагу с сердечками, так ещё и перевязан бантом. Внутри у неё откуда-то взялся азарт и предвкушение, поэтому Кьяра не стала тянуть и быстро развернула упаковку. Внутри оказалось пять пар мягких и пушистых носков с милыми мишками.        — Ой, какая прелесть, — искусственно милым голосом сказала Алина. — Это от твоего Санты?       — Ага, а что у тебя было вчера?       — Два классных скрабика для волос, — ответила соседка и полезла доставать их из тумбочки.       Свой первый подарок Арсений нашёл в четверг на учительском столе, когда после звонка зашёл в свой кабинет физики. Он застыл в дверях, глядя на яркую упаковку. Десятиклассники встали со своих мест, ожидая, когда им разрешат сесть.       — Что это? — холодно спросил Попов, всё же подойдя ближе.       — Мы не знаем, Арсений Сергеевич, — пожал плечами Юдин. — Когда мы пришли в класс, он там уже был.       — Можно нам уже сесть? — устало спросил Коля.       Арсений махнул рукой, и подростки тут же уселись за парты. Упаковка с радостными Дед Морозами не давала покоя, поэтому Попов швырнул подарок в ящик и начал урок, только мысленно постоянно возвращался к этой неизвестной вещице. Десятиклассников особо не интересовал неожиданный подарок для физика, лишь девочки немного пошушукались. И Кьяра сидела с довольным лицом. Но Арсений этого не заметил, да и вообще был далёк от всего, что происходило на уроке. Отвёл урок на автомате, а, когда прозвенел звонок, отпустил всех сразу же.       Стоило за последним учеником закрыться двери, как Попов тут же извлёк подарок из ящика и поставил перед собой. Бирюзовый цвет упаковки и весёлые Дед Морозы на ней немного раздражали, но он не спешил открывать подарок. В голове крутилось много мыслей и все вокруг это проклятого Тайного Санты. Осознав, что скоро следующий урок и его просто разорвёт от любопытства, Арсений резко вскрыл яркую бумагу. Под ней оказался хороший кожаный ежедневник на следующие три года. А ведь у него как раз заканчивался нынешний…       С трудом Попов дождался окончания следующего урока, чтобы стремительно ворваться в класс к Шастуну.       — Что это с тобой? — спросил Антон, стирая с доски.       — Я получил подарок, — проговорил Арсений, ощущая, как в ушах стучит собственное сердце.       — Какой? — совсем не понял Шастун.       — Как раз хотел спросить тебя, — сглотнул вязкую слюну Попов. — Я дарю подарки Кьяре, а кто мой Тайный Санта? Он ведь у меня есть?       — Конечно, ведь в этом суть игры. Ты кому-то даришь подарки, и кто-то дарит тебе, — улыбаясь, сказал Антон, оставив тряпку в покое.       — И ты мне не скажешь?       — Неа, — довольно выдохнул Шастун. — Таковы правила игры, так что наслаждайся.       

***

      Второй подарок Кьяра нашла в понедельник, когда до Нового года оставалась всего неделя. Он всё так же лежал на кровати, только был упакован уже в розовую бумагу с белыми сердечками и размером в два раза больше. Предвкушая, Кьяра не стала медлить и развернула подарок. Внутри был большой набор косметики: тени, пудра, хайлайтер и даже блеск для губ, а на обратной стороне была куча советов по нанесению макияжа. Это был восторг! Алина же сказала, что такой набор стоил далеко не одну тысячу, так что к восторгу прибавилось ещё и удивление.       Арсений же нашёл второй подарок во вторник снова в своём кабинете, когда вернулся после обеда, чтобы проверить очередные тетради. Опять яркая упаковка, только в тот раз зелёного цвета и вместо Дедов Морозов — весёлые гномы. Со странным чувством детского восторга Попов начал разрывать бумагу. В этот раз Тайный Санта подарил ему печати и штампы. Арсений, недоумевая, смотрел на них, а потом решил попробовать на вырванном листке из тетрадке. «Это ужасно, переделать!», «Выше ожидаемого», «Можешь и лучше» — красные, идеально ровные буквы развеселили физика. Теперь проверять работы будет интересней.       

***

      В последнюю неделю уходящего года обитатели школы погрузились в новогоднюю суету. И дело было не только в Тайном Санте, но ещё и в новогоднем бале, который традиционно проходил тридцать первого декабря. Хотя большинство учеников будут встречать Новый год дома с родными, а в школе останутся единицы — на праздничный вечер приходили и участвовали все. Просто около девяти вечера основные действия заканчивались, и родители забирали детей.       Дел было много. Десятиклассники ставили танец, одиннадцатиклассники небольшую сценку (и те, и другие постоянно ссорились, чья очередь занимать актовый зал), пятиклашки пели, семиклассники активно вырезали снежинки и рисовали плакаты, а директор школы собирался нарядиться в Деда Мороза. Как бы Антон ни пытался отговорить Волю от этого, все было тщетно. Несколько дней наряжалась елка, а потом ещё и актовый зал, да и сама школа становилась всё праздничнее.       Ко всему прочему, не все школьники сдали долги или хорошо написали итоговые, и поэтому теперь носились по коридорам в попытках поймать учителей, чтобы хоть как-то изменить оценки.       И в этой беготне дни пролетали, как сумасшедшие. Вот и наступило тридцать первое число, а вместе с ним долгожданный новогодний бал.       Арсений красовался перед зеркалом в новом костюме и всё никак не мог понять, нравится ему или нет. Шастун вышел из ванны, уже полностью готовым. Он остановился и окинул любящим взглядом Попова.       — Отличный костюм. Тебе очень идёт, — томно проговорил Антон.       — Правда? — довольно улыбнулся Арсений, поправляя рукава рубашки.       — Ты — само совершенство, Попов, — хмыкнул Шастун, шагая навстречу. — Только, кажется, не хватает запонок.       — Да, где-то были, — согласился Попов и хотел двинуться к шкафу, но Антон остановил его жестом руки и достал из пиджака небольшую коробочку с яркой упаковкой.       Физик тут же нахмурился, а Шастун продолжил улыбаться. Спустя минуту, Арсений всё же взял в руку подарок и разорвал бумагу. Внутри были изумительные запонки из белого золота.       — Ты же не думал, что тебе дарил подарки какой-то школьник? — задорно хмыкнул Антон.       — По правде говоря, я так и думал, — слегка улыбнулся Попов. — Они прекрасны, но сколько ты за них отдал?       — Неважно, это с родительского счёта, — махнул рукой Шастун.       — У меня тоже есть подарок, но он на квартире.       — Надеюсь, это Хогвартс лего? — хмыкнул Антон, помогая ему надеть запонки.       — Да, — закачал головой Попов.       — Супер! — радостно воскликнул Шастун и чмокнул его в губы. — Пошли, надо всё проконтролировать.       Антон не был бы собой, если бы не включил супер взрослого и ответственного. Даже директор стоял в стороне и бухтел что-то в свою ватную бороду.       Всё прошло на ура!       Открыли вечер десятиклассники с бальными танцами. Шастуну удалось поставить хороший танец, и дети не подвели. Никаких травм и ссор. Кьяра не пожалела, что её напарником был Ник: парень хорошо двигался, не путался в ногах и держал ритм. После были старые душевные песни и смешная сценка из «Иронии Судьбы», которую разыграли одиннадцатиклассники, а закончил всё Дед Мороз, что говорил стихами и раздавал сладкие подарки.       Запланированные действия закончились, начались просто танцы. Большинство детей ждали, когда за ними приедут родители, поэтому все поспешили поскорее подарить последние подарки и раскрыть личность. Кьяра поняла, что ей тоже пора вскрыть карты, рванула за последним подарком в комнату. Книга с любовной историей под Рождество лежала в праздничном пакете вместе с милым конфетти, а Марта, ничего не подозревая, болтала с Родионом.       — Ну, как бы, — улыбнулась Кьяра, когда отвела подругу в угол. — Я — твой Тайный Санта.       — Блин, я знала, — ярко улыбнулась Марта и обняла её.       — Да, наверное, это было очень очевидно, — посмеялась Кьяра и отдала последний подарок. — А у кого ты была?       — У Стефы, — хмыкнула Марта, и они вместе вернулись к общему веселью.       Через полчаса актовый зал порядком опустел. Остались лишь те, кто планировал встречать Новый год в школе. Из столовой принесли столы и стали накрывать вкусностями, а музыку сделали на несколько тонов тише. До заветного боя курантов оставалось меньше часа.       Кьяра сидела за столом, наслаждалась салатом и глядела на довольного отца, что взгляд от Шастуна не отрывал. «Ох, палитесь голубки». — подумала она и принялась искать взглядом соседку. Куда же она делась? Тут Алина появилась из ниоткуда и села рядом, обнимая руками плюшевого мишку.       — Где ты была? — спросила Кьяра, глядя на её довольную улыбку.       — Узнавала, кто мой Тайный Санта, — проговорила Алина, всё ещё ярко улыбаясь.       — И?       — Это Стефания!       — Серьезно?! — опешила Кьяра. — Она подарила тебе плюшевого мишку?       — Да, — кивнула Журавлёва.       — Это же замечательно! Кажется, большой шаг.… Ну, ты меня поняла.       — Надеюсь, что да, — Алина опустила глаза, а потом вдруг вспомнила. — Кстати, у нее оказалось целых два Тайных Санты! Правда, Коля не попал ни с один подарком, зато Марта в самую десяточку... А ты узнала, кто твой?       — Пока нет, — покачала головой Кьяра и невольно посмотрела в сторону учителей.       Отец смотрел прямо на неё, а, когда их взгляды встретились, качнул головой в сторону выхода и пошёл туда первым.       — Пойду, позвоню маме, — сказал Кьяра и отправилась на выход.       Быстро преодолев расстояние, она вышла в коридор, где было значительно прохладнее, а музыка совсем не доносилась.       — Что-то случилось? — спросила Кьяра, встав напротив отца.       — Нет, просто хочу поздравить с Новым годом, подарить подарок, — медленно проговорил Арсений и достал бархатную коробочку для украшений. — Ну и сказать, что я — твой Тайный Санта.       — Что, правда?!       — Шутка великого насмешника — Шастуна, — хмыкнул Попов и вложил в её ладонь подарок.       Кьяра открыла коробочку и увидела миниатюрные золотые сережки.       — Спасибо, пап, — улыбнулась Кьяра, чмокнув его в щёку. — Хочешь прикол?       — Удиви.       — Это я кинула твоё имя в коробку, — смеясь, сказала Кьяра, а потом убежала в актовый зал.       — От тебя я такого не ожидал! — крикнул Арсений вдогонку, а потом тоже вернулся ко всем.       Через проектор в актовом зале транслировали речь президента. Все сидели молча за столами, но, кажется, его мало кто слушал. Кьяре как-то не верилось, что уже прошёл ещё один год, вторая половина которого была очень странной. Так много всего произошло, что даже в голове не укладывалось. Вот осталось буквально пару минут, и начнётся новый год. Что именно он принесёт в будущем, никто не знал.       Начался бой курантов, и все подскочили с мест, чтобы хором считать. Кьяра тоже не растерялась. Двенадцать раз, и вот он…       — С Новым годом! — закричали все.       Все поздравляли друг друга, чокались и ярко улыбались.       Кьяра кинула взгляд на учителей и опять столкнулась глазами с отцом. Арсений улыбнулся ей и качнул своим бокалом шампанского, будто чокаясь с ней через несколько метров. Кьяра повторила этот жест, улыбаясь в ответ.