* * *
rosé not rose — я поговорила со вторым курсом — согласились восемь человекruby jane — так мало?
yeonjun baby — ты удивлена? я — нет — а среди них есть симпатичный парень? rosé not rose — кто о чём… yeonjun baby — я пытаюсь извлечь пользу! — потому что уже предвкушаю что-то неладное… rosé not rose — я уже всех предупредила, что у тебя диабет — причём некоторых по два раза — никто не подарит тебе даже песчинку сахара — успокойся yeonjun baby — так и быть — когда собираемся? rosé not rose — в пятницу, после пар — как раз в выходные будет время купить подарок Время до пятничного дня шло размеренно. Ким, почему-то, даже не переживала, она не думала о человеке, которому придётся что-то покупать. Хоть где-то в глубине души и надеясь, что ей выпадут Джису, Розэ или Ёнджун, Дженни продолжала сохранять спокойствие. Какое ей дело, даже если это будет кто-то из второкурсников? Они её толком не знают, а знакомиться и производить на кого-то впечатление у неё явно нет желания. Заняв свободную аудиторию, Чеён переодически посматривала на часы, ожидая прихода всех участвующих. — Где их черти носят? — возмущается Дженни, когда все, кроме двух девушек, были в сборе. — У них какие-то вопросы к преподавателю, они скоро будут, — успокаивает Пак. Ким нервно выдыхает, постукивая ногой, но вскоре вскидывает голову, когда дверь открывается, и взгляд сталкивается с глубокими карими глазами. — Просим прощения, — кланяется одна из девушек то ли в знак приветствия, то ли в знак извинения, — Мы последние, я так понимаю? — оглядывает всех присутствующих. — Я Лиса, это моя подруга Минни. Вы же не начинали без нас? — Разумеется, нет. — отрицательно качает головой Чеён. — Приступим. Заранее подготовленные бумажки с именами Пак показательно перемешивает в чёрном мешочке, протягивая каждому по очереди. — Итак, теперь у вас есть время, чтобы подумать и купить то, что на ваш взгляд понравится вашему адресату. Желаю всем удачи! Я напишу каждому, когда приносить подарки, чтобы сохранить анонимность. Дженни всё ещё сжимает маленький комок бумаги в руке, не осмеливаясь узнать написанное на нём имя. Какое-то волнение, овладевшее ей, заставило сердце участить ритм, отчего бумага слегка намокла, ибо ладошки прилично вспотели. Она ловит себя на мысли, что безумно хочет подарить что-то именно этой длинноволосой брюнетке с выразительными бездонными глазами. Дженни замечает на себе какой-то изучающий взгляд второкурсницы, что представилась именем Лиса, и удерживает зрительный контакт, который через несколько секунд прерывает Джису. — Ты идёшь? — Да, сейчас, — не отрывая глаз от всё ещё смотрящей брюнетки, отвечает Дженни. Подруга выходит, и Ким остаётся с незнакомкой наедине, по-прежнему изучая черты лица и в особенности — глаза, будто они в гляделки играют, а проигрыш может оказаться чем-то серьёзным. — Дженни, — не желая терпеть тишину, протягивает руку рыжеволосая. Волосы отливают сладкой карамелью, и Лиса, хоть и не совсем признаёт рыжий, отмечает, что Дженни этот цвет безумно идёт. — Моё имя ты уже знаешь, — улыбаясь, закрепляет рукопожатие второкурсница. — Ещё не смотрела? — кивая в сторону сжатого кулака, интересуется она. Дженни отрицательно качает головой. — Почему? — Посмотрю позже. — Если что, я люблю миниатюрные брелоки и белый шоколад, — подмигивает Лиса, выходя из аудитории. Ким медленно разжимает кулак, разворачивая небольшой белый комочек.Lisa
Сердце забилось ещё быстрее, и ей тут же показалось, что бог действительно существует. Она хотела ей что-то подарить, и она уже знает что.* * *
Выходные прошли в раздумьях, ибо Дженни совсем не знала, какой именно брелок дарить Манобан. Она прошерстила все соц.сети брюнетки в поисках хоть какой-то зацепки и даже не заметила очевидного… — Что-то связанное с Кореей? Глупо, надо менее банальное, она такой в любой лавке купит, — Дженни прикладывает палец к подбородку, — Может, что-то с её любимой музыкой? Я её предпочтений не знаю… Что она любит больше всего? Она застыла на пару секунд, позже ударяя себя по голове, когда в мозг резко ворвалась прозрачная, на первый взгляд, мысль. — Коты! — восклицает в пустой комнате. — Розэ как-то упоминала, что Лиса очень скучает по ним, так как из-за учёбы совсем нет времени на них. Теперь нужно найти фото её зверинца… К следующей пятнице всё было готово. Ким даже подумала, что сама была бы не против иметь такой брелок. Какой-то мандраж овладел ей с самого утра. Мысли о том, что Манобан может не оценить, медленно закрадывались в голову, не давая покоя. Однако вместе со страхом поселилась и досада. Дженни было бы безумно интересно получить подарок от Лисы, ибо та изначально показалась ей интересным человеком, который не будет дарить что-то шутки ради. Но она прекрасно понимает, что совпадения в виде подарков друг другу не случится. И если имя «Дженни» выпало какой-нибудь, скажем, Джису, то стóящего подарка ожидать не стоит. Та снова купит что-то, по её мнению, «забавное». Получив от Чеён сообщение с назначенным временем, после пар рыжеволосая вновь оказывается в той же аудитории, что и неделю назад, испытывая лёгкое дежавю. Она кладёт небольшую коробочку на стол и желает поскорее скрыться, не наткнувшись на Лису. Выходя из помещения, девушка оглядывается и всё уже удаляется в сторону главного входа, направляясь домой. Суббота, и Чеён собирает всех у себя, преисполненная желанием наконец отдать всем то, над чем каждый думал около недели. — Итак, все подарки у меня, поэтому начнём, — улыбается Розэ, — Буду брать в произвольном порядке. Первая, вторая, третья коробки, но до Дженни очередь ещё не дошла. Пак касается синеватой подарочной упаковки, а затем произносит имя Дженни, с улыбкой протягивая небольшую коробочку. — Откроешь? — спрашивает Манобан, и в Дженни просыпается надежда, что подарок от брюнетки. Неуверенно открывая, Ким натыкается на записку, в конце которой подпись «baby Yeon». От кого это, сразу понятно. Девушка смотрит на красивую подвеску, слегка улыбаясь, и закрывает коробочку, тут же сталкиваясь с изучающим взглядом напротив. Лалисе было безумно интересно узнать, что находится в руках рыжеволосой. — Лиса. Это твоё, — продолжает Чеён, протягивая что-то небольшое, запакованное в жёлтую бумагу. — За жёлтый отдельная благодарность, — мило улыбается Манобан. Она открывает, прикладывая ладонь к губам. — Господи, я же хотела сделать себе что-то памятное, связанное со своими котами. Знала бы я, кто этот прекрасный человек, сию минуту бы расцеловала! — обводя глазами присутствующих, она на мгновенье задерживает взгляд на Дженни. Прошло ещё пару часов, и было принято решение расходиться. В этот раз подарки были действительно хорошими, для кого-то даже очень нужными и символичными. Дженни выходит на улицу, собираясь достать наушники, но женский голос окрикивает её, заставляя обернуться. — Могу я нарушить анонимность и узнать, не твой ли это подарок? — показывая подвешенный на ключах брелок, пристально смотрит Лиса. — Почему ты уверена, что это я? — Сердце подсказывает. — А что, если нет? — Я расстроюсь. — Почему? — в глазах неподдельный интерес. — Ты мне понравилась. И я хотела, чтобы на бумаге было написано твоё имя, однако моё желание не исполнилось. Я даже просила Розэ поменяться с Ёнджуном, чтобы иметь возможность купить что-то для тебя, но она была непреклонна. И тогда я начала надеяться хотя бы на то, что получу что-то от тебя. Скажи же, что это твоих рук дело. — Откуда мне знать про твоих котов? Там даже написано «L family», хотя я вовсе не знаю их имена, — почему-то отрицает Ким. — Ты права… Подожди, — отрезвляется Лиса, — Я же тебе его не показывала, откуда ты знаешь, что там написано? Дженни закусывает губу, прикрывая глаза. Её раскрыли. — Это же ты! — подходит ближе Манобан. — И вовсе нет! — Ведь ты! — она пытается обнять. — Лиса! — Попалась! Брюнетке всё же удаётся обхватить Ким руками, не позволяя выбраться. — Спасибо, — она внезапно целует в щёку, — Знаешь, пусть ты и не получила от меня подарок, я всё же кое-что сделаю. Позволь мне побыть твоим Сантой, пусть уже и не тайным. Я купила два билета на завтра в кино, составишь мне компанию? Дженни какое-то время смотрит в по-прежнему бездонные, по её мнению, глаза, а затем губы расплываются в нежной улыбке. Сердце сделало кульбит, а мозг подал резкий сигнал, что нужно совершить что-то безумное. Ким целует в губы напротив, не смея открыть глаза, ибо боится увидеть в других что-то страшное. «Ты мне понравилась». Дженни не рассматривала эту фразу в дружеском контексте. Ей не хотелось. Она отстраняется, в следующую же секунду смущаясь и отходя в сторону. — Кино… Я… Да, я напишу тебе. Она неуверенно поднимает руку в знак прощания и быстрыми шагами направляется в сторону собственного дома. Однако хрустящий сзади под чьими-то ногами снег позволяет понять, что кто-то настойчиво догоняет. Её одёргивают, и она не успевает опомниться, лишь чувствует на своих губах тепло. Ответный поцелуй ощущается ещё слаще и приятнее. По коже пробирается мороз, и Дженни не совсем понимает, это из-за холода или из-за Лалисы. — Тогда спишемся, — улыбается Лиса, глядя в растерянные глаза, на реснички которых падали небольшие снежинки, — Ты милая, — подмечает, — Напиши, как будешь дома. Я зайду за тобой завтра, солнце. Манобан машет на прощание, продолжая улыбаться, и всё же покидает Дженни, издавая лёгкий смешок. Рыжеволосая прислоняет пальцы к губам, непроизвольно улыбаясь. — В этот раз Тайный Санта выдался действительно запоминающимся… — произносит Ким, включая что-то в наушниках, и убеждается в том, что на сей раз Розэ не обманула.