you're so pretty it hurts

      Регулус завтракает в Большом зале, болтая с Барти и Эваном, когда прилетают совы. Он уже получил вчера письмо от родителей (по их меркам оно было поразительно любезным, Регулуса лишь дважды назвали разочарованием, что повергло его в шок), так что он особо ни на что не рассчитывает. Он не обращает внимания на сов, тянется за чашкой чая, когда на его тарелку падает одна открытка.       Он смотрит на нее в замешательстве, забыв о чае. Не может быть, чтобы это было от его родителей, они никогда бы не прислали открытку без конверта. Все его друзья находятся с ним, так кто же…       Регулус закрывает глаза, пытаясь сдержать свой гнев. Он переворачивает открытку и видит текст.       Пожалуйста, встретимся в классе зелий через 15 минут.       — Д       Регулус сжимает руки в кулаки, сминая лист бумаги.       Сраный Джеймс Поттер.       Он отказывается поднять глаза и встретиться с пристальным взглядом Поттера, вместо этого не сводя глаз со своей теперь уже пустой тарелки.       — Все в порядке, Регулус? — спрашивает Эван с его стороны, явно обеспокоенный, глядя на его сжатые кулаки.       — В полном.

x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x x

      Он даже не хочет идти туда, но знает, что Поттер будет преследовать его, если он не придет. Он просто придет, погрозит ему и покричит, чтобы тот больше никогда с ним не связывался.       Может быть, на этот раз это действительно сработает.       Он врывается в комнату, закрывая за собой дверь. Джеймс вскакивает с места, где он сидел на одном из столов.       И просто… смотрит.       — Я уйду, если ты собираешься просто пялиться, — фыркает Регулус, уже поворачиваясь к двери.       — Нет, подожди! — кричит Джеймс, прыгая к Регулусу. — Я просто… просто поговорить хочу.       Регулус уже знает, как это произойдет, и хочет, чтобы все закончилось, и он мог уйти.       — Хватит нести чушь, Поттер. Да, я в порядке. Нет, мне ничего от тебя не нужно. Нет, я не хочу говорить ни с Сириусом, ни с тобой, если уж на то пошло. Понял? Отлично. Прощай, — он снова поворачивается, готовый уйти, но понимающий, что это будет не так то просто.       Когда Джеймс подходит ближе, он ловит запястье Регулуса, заставляя его остановиться.       — Не трогай меня, — ледяным тоном говорит Регулус, отчего Джеймс дергается и отпускает его.       — Просто подожди, хорошо? Я… я знаю, что ты не хочешь просить о помощи, но я вижу, что она тебе нужна, Редж, — умоляюще говорит Джеймс.       — Не называй меня Реджем, — шипит он. — И ты понятия не имеешь, что мне нужно или чего я хочу. Занимайся своими чертовыми делами, Поттер. Что мне точно не нужно, так это твой комплекс спасителя, заражающий мою жизнь. Понял?       — Я не пытаюсь тебя спасти, я просто беспокоюсь о тебе, — говорит Джеймс, опустив глаза.       — Беспокоишься обо мне?! — Регулус глумливо посмеивается, вынуждая Джеймса снова поднять взгляд. — Мы не друзья, Поттер, или что ты там себе напридумывал в своей голове. Более того, ты мне просто не нравишься. Я как-то справлялся без тебя, и мне совершенно не нужно, чтобы ты влезал и беспокоился обо мне, как о какой-то попавшей в беду девчонке. Забудь об этом, потому что ты мне надоел со своими дурацкими открытками и беспокойством, — Регулус постарался придать своему голосу максимальную холодность и угрозу, надеясь, что это подействует. — Оставь. Меня. В покое.       — Я просто хочу помочь…       Регулус вытащил свою палочку, покраснев.       — Я не хочу и не нуждаюсь в твоей гребаной помощи, как же ты этого не понимаешь, Поттер? — Регулус направляет свою палочку на Джеймса и подходит все ближе и ближе, что палочка начинает давить на горло Джеймса, прижимая его к стене. Обычно холодный, резкий голос Регулуса наливается яростью и теперь больше напоминает голос Сириуса, чем самого Регулуса. — Оставь меня в покое или, клянусь Мерлином, я тебя прокляну! — он еще сильнее упирает палочку в шею Джеймса, доказывая свою правоту.       Вот только в глазах Джеймса нет страха. Он смотрит на Регулуса с блеском, словно любуется драгоценной скульптурой в музее. Это заставляет внутренности Регулуса затрепетать. От гнева.       — Ты до боли прекрасен, — шепчет Джеймс, тут же быстро моргнув, как будто даже не осознавая, что произнес это вслух.       А Регулус… Регулус колеблется. Его взгляд скользит вниз, к губам Джеймса, но уже через секунду возвращается к его глазам с еще более пылающим огнем за ними.       — Не играй со мной, Поттер. Я тебе не Эванс, с которой можно флиртовать. Это последнее, что на меня подействует.       Джеймс улыбается. Он, блядь, улыбается.       — Тогда почему ты опустил свою палочку?       Блядь.       Регулус моргает и смотрит вниз, подтверждая, что он действительно опустил ее в какой-то момент. Он не помнит, когда это произошло.       В следующую секунду она снова оказывается у горла Джеймса, создавая неприятное, но безболезненное давление.       — Потому что ты отвлек меня своей глупостью. Неудивительно, что ты выигрываешь свои дуэли, ты просто калечишь противника своим отсутствием мозгов.       Джеймс не перестает улыбаться. Почему он не перестает улыбаться?       Регулус борется за то, чтобы сохранить самообладание, не потерять бдительность и не смотреть на губы Джеймса.       Он проигрывает.       В следующую секунду он оказывается прижатым спиной к стене, его палочку быстро выхватывают из рук, а руки Джеймса оказываются на его талии. Регулус оцепенел.       — Ты хоть сам-то себе веришь, Редж? — шепчет Джеймс, его дыхание обжигает губы Регулуса.       И, блядь, нет, он не верит.       — Не называй меня, блять, Реджем, — бормочет он, прежде чем прильнуть к губам Джеймса, и их зубы клацают от силы поцелуя.       Это не сладкий, первый поцелуй, быть может, потому что Регулус не позволяет ему быть таковым. Он грязный, грубый, не допускающий возможности перевести дыхание.       — Редж, нам нуж… — Джеймс пытается притормозить через мгновение, но Регулус не дает ему этого сделать. Его рука теперь в волосах Джеймса, он тянет его голову вниз, чтобы снова соединить их губы.       — Пожалуйста, никаких разговоров сейчас, — говорит он, прежде чем приникнуть к горлу Джеймса, посасывая и покусывая мягкую кожу. Джеймс стонет, его руки бешено бьются о тело Регулуса, пытаясь коснуться каждого уголка.       — Хорошо, хорошо, просто… — он задыхается, когда Регулус прикусывает его точку пульса. — Черт, просто… слишком… слишком много одежды.       С этим Регулус может согласиться, он тоже не против, если Джеймс вылезет из своей формы. Он стягивает мантию и начинает расстегивать рубашку, видя, как Джеймс делает то же самое, при этом ни на секунду не отпуская его от прикосновений.       — Ты опьяняешь, — шепчет он, чувствуя вибрацию от усмешки Джеймса.       — Ты невозможный, — отвечает Джеймс, нежно притягивая голову Регулуса к своим губам.       Этот поцелуй нежный, мягкий. Он тает внутри Регулуса, превращая его в лужицу слизи на полу.       Он задыхается.       — Джеймс… — хнычет он, прижимаясь к его губам.       Джеймс, кажется, понимает, ускоряясь и возвращаясь к прежнему горячему темпу. Он проводит ртом по челюсти, шее и груди Регулуса, теперь уже без рубашки, все ниже и ниже, пока не оказывается на коленях перед Регулусом, глядя на него почти умоляюще, его руки на бедрах Регулуса.       — Можно я… — успевает он сказать, прежде чем Регулус кивает, его руки погружаются в более растрепанные, чем обычно, волосы Джеймса.       — Пожалуйста, — вздыхает он, и в этот момент Джеймс почти срывает с него штаны, тут же нащупывая ртом его член через трусы.       Регулус стонет, крепче сжимая волосы Джеймса. О, черт.       — Мерлин, Редж, ты не представляешь, что творишь со мной.       — Расскажи мне, — умоляет Регулус, отчаянно желая услышать.       Джеймс стонет, вибрация от него проходит через член Регулуса, делая его еще более твердым, чем он уже есть.       — Ты просто ходишь вокруг в своих обтягивающих маленьких свитерах, выглядя при этом шикарно, не зная, как сильно я хочу попробовать тебя на вкус каждый раз, когда вижу, — Джеймс проводит языком по мокрому пятну на трусах Регулуса. Тот хнычет. — Как я хочу прижимать тебя к стене, вот так, и просто целовать каждый сантиметр твоей кожи, — подчеркивает он слова, целуя пупок Регулуса. — Как я хочу касаться и чувствовать каждую часть тебя и ставить метки, чтобы ты помнил, как хорошо тебе со мной было, — с этими словами он движется вниз, посасывая кожу на внутренней стороне бедра Регулуса, ставя метку, как он и сказал. Регулус так крепко сжимает его волосы, что Джеймс удивляется, как он еще не сморщился. Его нижняя губа болит от того, как сильно он прикусывает ее, пытаясь подавить звуки, которые хочет издать его тело.       Джеймс дует на уже готовую метку, и колени Регулуса подкосились бы, если бы Джеймс не держал его за бедра.       — Ну же, Редж, — хрипло говорит Джеймс, когда он поднимает голову. — Я хочу тебя слышать.       Регулус думает, что он никогда себя так раньше не чувствовал. Ему кажется, что он на другой планете, в другой гребаной вселенной.       — Джеймс, черт, я… — он дрожит, не в состоянии сформировать предложение. — Я больше не… — задыхается он, переполненный желанием. — Пожалуйста…       — Ш-ш-ш, я держу тебя, — шепчет Джеймс, и наконец, наконец, стягивает с Регулуса трусы и берет его член в руку, медленно поглаживая его, глядя в изумлении.       И Регулус чувствует, что наконец-то может дышать. Ему кажется, что все это время он был под водой, тонул, и только сейчас он выныривает на поверхность, делая глоток воздуха. Кажется невозможным, чтобы что-то настолько сырое, настолько примитивное, как прикосновение Джеймса к его члену, могло вызвать у него такие чувства, да и он сам этого не понимает, но тем не менее это так.       И тогда Джеймс неуверенно облизывает его снизу, словно пробуя, нет, смакуя его, словно боится, что Регулус исчезнет, если он сделает что-то слишком смелое.       — Мерлин, Джеймс, поторопись, черт возьми, я не из сахара! — хнычет он, не в силах больше выдерживать этот мучительный темп. Джеймс смеется.       — Даже с твоим членом в моей руке ты не можешь перестать быть грубым со мной, — дуется Джеймс, но уголки его губ все еще приподняты. — Может быть, нам стоит занять твой рот чем-то…       Стон Регулуса прерывает его, и он ухмыляется.       — Черт, не надо… О! Да, здесь… — Джеймс полностью берет Регулуса в рот, кончик достигает задней стенки его горла. — Мерлин, у тебя, что, нет рвотного рефлекса?       Джеймс смеется над этим, заставляя Регулуса дергаться и хныкать. Он такой чертовски возбужденный.       Вместо того, чтобы ответить, Джеймс начинает сосать и покачивать головой на члене Регулуса. Это слишком приятно. Регулус откидывает голову назад и крепко зажмуривает глаза.       — Черт возьми, Джеймс…       — Давай, — бормочет Джеймс, прекращая свои действия и заставляя Регулуса скулить. — Я хочу видеть тебя. Посмотри на меня.       Твердость в его голосе заставляет Регулуса опустить глаза, а Джеймс возвращается к посасыванию и зрительному контакту.       Большая гребаная ошибка.       — Черт… — он снова закрывает глаза, слишком грубо потянув Джеймса за волосы. — Я не могу, Джеймс. Я… — обрывает он, вместо этого стонет.       Джеймс сжимает его бедро, заставляя Регулуса рефлекторно посмотреть на него снова.       Их глаза встречаются, и, черт возьми… Джеймс сейчас выглядит почти так же изысканно, как чувствует себя, его скулы заострились и впалые, глаза остекленели, а волосы растрепались между пальцами Регулуса.       — Великолепно, — шепчет Регулус, не разрывая зрительного контакта.       Глаза Джеймса расширяются от удивления, и он стонет, что посылает вибрацию по члену Регулуса.       — О, черт! — восклицает он, чувствуя давление в животе. — Джеймс… Мерлин, я сейчас кончу.       Он ждет, что Джеймс отстранится, но тот только сильнее сосет, сжимая его бедра.       — Джеймс, разве ты не… — стонет он. - … слышишь меня… Черт! — Джеймс хмыкнул, и он так близко, так близко.       Джеймс поднимает глаза и встречается взглядом с Регулусом. Это конец.       — Джеймс, — это полукрик, полувздох, и с его именем на губах, Регулус кончает.       Только после этого Джеймс отстраняется и кладет голову на бедро Регулуса, тяжело дыша.       Когда он встает после того, как они оба отдышались, он делает то, чего Регулус совершенно не ожидал от него — он смотрит ему в глаза и наклоняется, нежно целуя его.       И Регулус не может этого вынести. Он не может выдержать ласку, нежность поцелуя, маленькую улыбку, которую он чувствует на губах Джеймса.       Поэтому он ускоряется, отчаянно пытаясь сделать поцелуй более лихорадочным, скользит рукой по груди Джеймса. Вот только Джеймс ловит его запястье.       — Что ты делаешь?       — Пытаюсь вернуть услугу? — Регулус в замешательстве, неужели люди так не поступают?       Щеки Джеймса краснеют, и он озорно улыбается, глядя куда угодно, только не на Регулуса.       — Эм… ну, на самом деле, тебе не… нужно, — бормочет он.       — Я хочу, — на это Джеймс усмехается.       — Тогда тебе придется подождать до следующего раза, потому что я как бы… уже? кончил? вроде как? — его голос становится тоненьким, и ясно, что он смущен. Регулус не понимает.       — О.       — Ты просто был очень горячим и красивым, и звуки, которые ты издавал, сводили меня с ума, а потом ты дергал меня за волосы, и это так… да, и я так долго ждал…       Регулус прерывает его бредни, снова целуя его. Джеймс удовлетворенно хмыкает.       — Это горячо, — говорит он. Джеймс поднимает глаза и улыбается так ярко, что Регулус вспоминает солнце. — В следующий раз?       Глаза Джеймса расширяются.       — О, нет… нет, если ты не хочешь, конечно, просто… Ты должен знать, что я был увлечен тобой всегда, ты великолепен, так что кто бы отказался, но да, но я ничего не жду от тебя, конечно, не чувствуй давления или чего-то еще, я просто надеялся… — Джеймс прервался, увидев улыбку на лице Регулуса.       — Ты такой милый, когда ведешь себя как идиот.       И Джеймс, ну, Джеймс не знает, что с этим делать.       Или, может быть, знает, потому что он целует Регулуса не так, как будто у него никогда не будет возможности сделать это снова, а так, как будто он сделает это еще тысячу раз.