начало дешёвой порнушки

Настроения нет, как и желания куда-то идти. Хочется просто завалиться на кровать, выключить свет, укрыться одеялом с головой и спать. Хочется, чтобы тебя никто не трогал и не тягал за собой, просто потому что. Но, видимо, мама Лизы была другого мнения. С тех пор как Лиза забила на учёбу и нашла себе не самую лучшую компанию, мать перестала входить в её положение и подстраиваться под просьбы Андрющенко. — Лиза, перестать бубнить! Мы поедем к ним и точка. Если ехать не хочешь, то давай сюда телефон, я закрою дверь на ключ и с собой его заберу, чтобы ты опять куда-то не ушла. И пожалуйста, оставайся! — такие скандалы со стороны своей дочери мать явно не радовало. —Да, всё-всё, чего ты кричишь то сразу, поеду с тобой я, поеду, – последнее слово Лиза протянула по слогам, смакую звучание каждого слога. — Вот и хорошо, у неё ещё дочка есть – Кристиночка. Пообщаетесь, может подружитеь, — сказала мать, собирая вещи, – Девочка хорошая, уму-разуму тебя научит, – после этих слов мама ушла собираться, а Лиза обречённо села на кровать. Вчера вечером её матери позвонила давняя подруга и позвала к себе на пару дней погостить. Они были лучшими подругами, пока каждый семью свою не завёл. Общаться стали реже, потом дети и пошло поехало, а общение слетело на нет. Созванивались раз в полгода, но это было часа на три минимум. Помимо того, что у Андрющенко на сегодняшний день были другие планы, так ещё и какая-то «Кристиночка» там будет. Дочь маминой подруги. Мерзко. Таких всегда в пример ставят, говорят, какие они хорошие, но, благо, Лизину мать это практически обошло стороной. С Жанной, той самой подругой мамы, Лиза виделась только раз, и то вовсе её не помнит. Женщина была на её шестилетие со своей дочкой и после ни слуху, ни духу не было. Но это и к лучшему. И дочку её Лиза не знает. Может, и слышала пару раз, но особо не интересовалась. Единственное что знает, так это: «Кристина – девочка хорошая». Но этого вполне хватает, чтобы понять – общения у них быть не может. Конечно, Андрющенко слишком критично относиться к дочке маминой подруги, возможно, стоило бы познакомиться поближе, ведь делать выводы из ничего — тупо. Она не знает её, не знает какая она, характер и вовсе просто не знает. Но первое мнение сформировалось и этого достаточно. Всё-таки, как ни крути, ехать нужно, а значит, нужно отменять все планы, запланированные на сегодня. Вы: Бля, сегодня без меня, я пас. Мама меня тянет к своей подруге, а там есть какая-то «Кристиночка», вкратце дочка маминой подруги, фу блять. Вилка: Хааххахвх, звучит, как название какой-то дешёвой порнушки, давай, удачи) Сегодня без тебя, но ты в долгу! Вы: Да иди ты, порнушка, блять — Ты собралась уже, что в телефоне сидишь? — в комнату зашла уже собранная мать Лизы, которая явно была недовольна поведением дочки. Лиза кивнула головой в знаке согласия, —Тогда выходи, чего сидишь? Поднявшись с дивана, Андрющенко накинула на себя джинсовку, обула потрёпанные жизнью кеды и вышла из квартиры, хлопнув дверью, тем самым показывая своё недовольство. Мать сидит за рулём, внимательно следя за дорогой, тем временем Лиза листает скучную ленту Инстаграма, что явно ей не по душе. —Через минут пять мы приедем,—оповестила о скором приезде мама Лизы и вновь погрузилась в дорогу. Андрющенко только мысленно радуется, что скоро они выйдут с машины, потому что дорога, что заняла около двух часов надоела. Как оказалось, ехать пришлось практически на другой конец города. Выключая телефон, черноволосая переводит взгляд в окно, рассматривая улицу: пейзаж в быстром движении автомобиля, прохожих и бездомных животных, что ластятся к людям в попытке получить любовь и нежность — хоть ненадолго, хоть и не по-настоящему. Здания сменяют друг друга, отличаясь абсолютно всем: вот старая, потрёпанная жизнью многоэтажка в серых тонах с выгоревшей краской, а сразу за ней — детский сад. Яркий, раскрашенный во все цвета радуги, с детской площадкой, где играют счастливые, пока ещё ничего не понимающие дети. — Приехали, —машина остановилась возле какой-то многоэтажки, похожую на все остальные: серая, мрачная, выцветшая. —М-да, ну и видок конечно,—прокомментировала здание Лиза, на что её мама лишь недовольно цокнула и закатила глаза. Когда-то она смирится с поведением дочери. Они открыли тяжёлую железную дверь и прошли внутрь. Благо, квартира была на втором этаже и они быстро поднялись по лестнице. Постучав в дверь, им моментально открыли, будто стояли под дверями и ждали. —Жанночка, как я скучала, —послышались радостные выкрики и женщина вместе со своей подругой обнялись, обменявшись милой улыбкой. —Лизонька, а какая ты уже взрослая, подросла то как! Давно я тебя не видела, наверное, и жених уже у тебя есть. Проходите, чего вы в проходе стали? — стандартное обращение всех взрослых, которых ты даже не помнишь и видела раз в своей жизни. Андрющенко, чтобы не показаться полной сукой, лишь улыбается и кивает головой в знак согласия. Жанна – женщина милая, как ни крути, поэтому обижать её никак не хотелось. Пройдя внутрь, и сняв верхнюю одежду, они прошли на кухню вместе с хозяйкой квартиры. — Лизонька, ты пройди в комнату к Кристине. Она не знаю, не слышит что-ли, но в общем не важно, а мы пока с твоей мамой о личном поговорим, хорошо? — тихий и нежный голос Жанны звучал очень подходяще к её внешности. Прекрасная женщина. Но не смотря на это, идти к её дочери не хотелось, поэтому она немного замялась. Но под строгий взгляд своей мамы, она развернулась на пятках и ушла в направлении нужной комнаты. Выбор был небольшой, зал, и две комнаты. Из одной доносились матерные выкрики, выбор и так очевиден. Постучав в комнату, она открыла дверь и зашла внутрь. Тут же её глаза стали по пять копеек. Та самая дочь маминой подруги и хорошая девочка «Кристиночка» оказалась, мать его — Кристина Захарова из параллели. — Какая встреча, Индиго! Чего встала в проходе? Проходи раз пришла,—фирменная ухмылка на её лице не внушала ничего хорошего. Кто же знал, что дочь такой милой Жанны, окажется такая буйная Кристина. Та часто прикалывалась над Лизой, шутила и гнобила, так как та была слишком «правильная». Лизе прям очень повезло, что она из параллельного класса и поэтому видятся они не так часто. Острый язык брюнетки и колкие фразы – никогда ни к чему хорошему не приводили. Но Андрющенко плевала на это и на то, что потом будет, она будет говорить то, что думает. —А я думала, что после того поцелуя в туалете ты даже взглянешь на меня. А тут сама Кристина Захарова соизволила заговорить первой. Какая честь,— именно поэтому сейчас Лиза тоже позволяет себе язвить, сарказм большим потоком только и слышится от Андрющенко, что ой как не устраивает Кристину. В коридоре школы стоит не привычная тишина. Нет бегающих детей, которые сбивают с ног. Нет злых учителей, которые выхватывают тебя на переменках, чтобы отругать за оценки или поведение, а всё потому что в школе сейчас урок. Лиза попросилась выйти, якобы в туалет, но в самом деле ей немного наскучило сидеть в классе, и ноги ныли от сидячего положения, это значило одно — надо пройтись. Выйдя с класса, она решила продлить свой выход и сходить умыться на третий этаж – там был туалет старшей школы и их параллели, поэтому кто-то из её одноклассников мог оказаться там крайне редко. Да и вовсе он был не особо посещаемый учениками школы. Открыв скрипучую дверь, черноволосая прошла к умывальникам. Открыв воду, девушка закрыла глаза, и набрав в руки воды, ополоснула лицо. Стряхнув, лишнюю воду с кожи, девушка хотела была уже уходить, но чьи-то грубые руки схватили её за талию сзади. Зеркал не было, поэтому сразу увидеть кто это нельзя. Тем временем ладони развернули Андрющенко лицом к себе и теперь, то было всё ясно – Кристина. — Что-то мы давно не виделись, Индиго, заметила? — притягивая ближе к себе, полу шёпотом промолвила Захарова. Одна рука переместилась на бедро Лизы, слегка сжимая, а вторая осталась на талии, прижимая к себе, хотя ближе было уже некуда. — Что ты делаешь? — руки упёрлись в чужие плечи, пытаясь отстраниться, но Кристине это не понравилось. —Что хочу, то и делаю, заебала, — Лиза хочет уже кинуть какую-то колкую фразу, но её губы неожиданно накрывают губы напротив Та целует грубо, слегка покусывает мягкие губы и сжимает бедро Андрющенко. Черноволосая по неизвестным для себя причинам, ответила на этот внезапный поцелуй, даже не задумываясь о том, что это может быть какая-то злая шутка или очередной спор на чувства. Когда Кристина проталкивается языком в горячую полость, Лиза послушно открывает рот. Языки переплетаются в мокром поцелуе, а тихие причмокивания отдаются эхом в помещении. Блондинка обводит языком слизистую щёк, приходится по нëбу и захватывает чужой язык, посасывает. Лиза, кажется, готова задохнуться, от столь приятных ощущений, но от столь неприятного человека. Когда в районе груди начинает щиметь от нехватки воздуха, то девушки отстраняться с характерным, громким звуком, а губы разъединяются, оставляя тянущийся мостик слюны. Захарова ещё раз оставляет быстрое прикосновение на чужих губах своими и, засунув руки в карманы, выходит из помещения, хлопая скрипучей дверью —Малыш, а кто сказал, что мне не понравилось? Тем более ты целуешься просто ахуенно, — Захарова ближе подходит, сокращая расстояние между ними, и к уху чужому наклоняется, шепчет, — Уверенна, и стонешь ты, как последняя шлюха. Я бы послушала,—делает небольшую заминку и слегка прикусывает мочку уха,— Сучка. Кристина уже собирается отходить, как её руку перехватывает Лиза, обратно к себе тянет, и в этот раз сама к уху Захаровой подвигается. —Ммм, да, Кристин, ты права, я, как последняя шлюха стонать буду, а тем более под тобой. Представь, как мои глаза будут закатываться от твоих грубых ласк, как я буду задыхаться от твоей тяжёлой руки на собственной шее, а в уголках глаз будут слезы от возбуждения скапливаться, — стонет тихо, хрипло пару раз на ухо старшей так пошло, наблюдая как руки блондинки в кулаки сжимаются в попытке не сорваться, — Как я буду умолять тебя коснуться меня и какой же я буду послушной под тобой. Буду выполнять всё твои приказы, лишь бы получить желанный оргазм, а ты будешь меня мучить, не давая достигнуть пика, — выпускает из своего рта новую порцию сдавленных стонов прям на ухо. Кристина собирается уже что-то сделать или сказать, как вдруг в дверь стучат. Лиза с победной улыбкой отходит и садится на кровать, залипая в телефон. А блондинка стоит по среди комнаты, мысленно проклиная всё и всех, и даже того, кто посмел в такой момент постучать в комнату. Зрачки расширены от представленной картины и пошлых стонов Лизы. —Кристиночка, всё хорошо, тебе плохо что-ли? — тётя Жанна смотрит на блондинку, оценивая её внешний вид, переживает, вдруг случилось что. —Нет, ма, всё нормально, задумалась просто, — а Лиза смешок в кулак пускает, но взгляда от телефона не отрывает. —Хорошо, я ж чего зашла то. Вы дома побудете вдвоём, хорошо? Нам с Лизиной мамой съездить кое-куда надо, вернёмся уже ближе к вечеру. Дверь я замкну, — и тут уже Лиза глаза поднимает, и понимает, что теперь ей пиздец. —Да, хорошо мам, отличной дороги вам,— в спешке говорит Кристина, и Жанна выходит из комнаты, а её дочь закрывает дверь в комнату на замок. Кристина поворачивает и на Лизу смотрит, губы облизывает. — Что ты там говорила, представить? А знаешь, мне и представлять теперь не надо, — она подходит к кровати, на которой Лиза сидит, телефон её откидывает в сторону и сверху нависает. — Кристин, ты чего, я же пошутила,—выставляет руки, пытаясь отпихнуть от себя Захарову, но та была намного сильнее физически. Блондинка руки Лизы в свою одну берёт и над головой фиксирует, вторую на матрас ставит, упирается. —Не-ет, милая, так дела не делаются. За свои слова отвечать нужно. Я помню всё, что ты сказала и поверь мне, я сделаю всё, что захочу, ты будешь умолять меня не останавливаться,—девушка опускает руку на аккуратную грудь Лизы и с силой сжимает её через одежду, заставляя ту томно вздохнуть. Захарова опускается к лицу Андрющенко и целует. Захватывает то нижнюю губу, то верхнюю, и когда Лиза начинает до жути приятно отвечать на поцелуй взаимностью, а тело расслабляется, то Кристина ослабляет хватку на её запястьях, а после и вовсе отпускает. Лиза перемещает свои руки на шею блондинки и притягивает ближе. Первая углубляет и проталкивается языком в рот Захаровой. Старшей такое не нравится, поэтому она рычит и кладёт руку на шею, сжимает. Доминант в таких делах она, и только она. Скрывать то, что Лизе нравятся всё, что происходит сейчас смысла больше нет. Ей нравится каждое действие Кристины, как и сама Кристина, она давно это приняла и поняла. Поэтому сейчас, она буквально теряет голову от того, как блондинка груба и берёт основную инициативу на себя, а рука, которая всё ещё на горле находится жару прибавляет и больших ощущений. Пока языки сплетались воедино, свободная рука Кристины проникла под кофту, что была на Лизе и сильно сжимала грудь, через нижнее бельё. От таких действий Андрющенко непроизвольно простонала в чужие губы, тем самым давая Кристине зелёный цвет на последующие действия. Отстранившись от сладких губ, Захарова перекинула свою ногу через Лизу, тем самым оказалась сидящей на её бёдрах. Кофта моментально, по желанию блондинки, полетела куда-то на пол и теперь черноволосая осталась без верха. Рука на шее неожиданно вжала младшую в кровать, а возле уха появилось горячее дыхание. —Блять, ты не представляешь как долго я ждала подходящего момента. Ты сейчас просто прекрасна: такая податливая и раскрепощённая. Мне это льстит, малыш. А ещё мне очень нравится, что твой ротик за долгое время молчит и не пиздит то, что не надо, — Лиза может и хотела бы что-то ответить, но эмоции били через край, в голове нет ни одной нормальной мысли, что уж говорить за колкие фразы, — Если будешь послушной девочкой, то я долго тянуть не буду,—Андрющенко лишь кивала в положительном ответе, на большее её не хватит. Она хочет. Безумно хочет. Сильно хочет. Когда она шептала пошлости на ухо Кристине, то не думала, что и вправду так будет. Не думала, что внизу живота всё уже давно затянет и будет ныть, желать разрядки, но ведь Лиза первая эту игру затеяла, её слова. Видимо, нужно начать контролировать то, что говоришь. —Умница, — оставив короткий поцелуй на губах, блондинка спускалась ниже. Поцелуи бабочки ложились по всему телу и Кристина позволяла себе всё, что ей захочется. Позволяла захватить мраморную кожу на шее и оставить там несколько багровых пятен, что позже превратятся в алые засосы. Позволяла в некоторых местах укусить, слыша короткий вскрик от Андрющенко. Просунув свою руку под талию, и пройдясь по спине, девушка расстегнула бюстгальтер и он оказался там же, где и кофта. Её взору открылись уже набухшие от возбуждения соски и она тут же принялась их ласкать. Ртом захватывая ареол соска, прикусывая его. Сладкие, но пока ещё тихие стоны, начали заполнять комнату, что очень нравилось Кристине. —Мгх... хватит меня мучить, пожалуйста, — умоляющий шёпот, заставил Захарову прекратить свои действия. На губах расплылась довольная улыбка,— Я уже вся мокрая, пожалуйста,—вновь тихо проскулила Лиза. —Как мы заговорили, малыш, хорошо, как пожелаешь, — губы вновь накрыли чужие, пока шаловливые пальцы лёгкими прикосновениями, шли вдоль тела вниз. Кристина слезла с бёдер, дабы снять штаны, которые на данный момент лишние, очень сильно мешают. Когда этот элемент одежды был снят, то Кристина раздвинула чужие ноги, сгибая их в коленях и устроилась между ними. Лиза, увидев эту картину, откинула голову назад в ожидании. Но Кристина, как на зло тянула и только расцеловывала внутреннюю часть бёдер, в некоторых местах оставляя засосы. Пальцы выводили движения внизу живота, надавливая, но ниже не спускались. —Прошу тебя, — в тихих всхлипах хныкала не удовлетворённая Лиза, которая явно желала большего,—Пожалуйста, — метаясь по постели, от переполняющих эмоций, шептала черноволосая. Одним движением, Захарова лишила нижнего белья Лизу и по комнате раздался звонкий шлепок. Приятное жжение от удара, разливалось по ягодице и создавало жар на месте удара. В момент пальцы раздвинули складки половых губ и резко вошли внутрь, ведь природная смазка позволяла это. Лиза от неожиданности громко простонала и выгнулась в спине. Понемногу движения стали более уверенными и глубокими. Брюнетка стонала сладко и громко, уже совершенно не сдерживая себя. Хотелось разрядки. Очень. —Ещё, быстрее, пожалуйста ещё, —шептала, как в бреду младшая и сама двигалась навстречу пальцам, насаживаясь на них. Захарова теряла крышу от всего происходящего, а стоны Лизы — были приятной мелодией для блондинки. Она выполняет просьбу и пальцы входят по самые костяшки. Резко, грубо и глубоко. Видя, как мучается её девочка, она подключает язык. Ласкает и засасывает клитор, вылизывает, тем временем, как пальцы совершают финальные движения. С громким стоном-выкриком Лиза кончает и ослабленно падает на кровать, всё ещё бьётся в конвульсиях. Кристина пальцы вынимает и тянется за ленивым поцелуем: тягучим и мягким, неторопливым и приятным. Лиза лишь сейчас понимает, что вообще произошло и в голове один вопрос: «Что, мать его, будет теперь?» А Кристина, видимо, мысли читать научилась когда-то. —Что-ж, Лизонька, теперь ты за своим острым языком и колкими фразочками следи, и разбрасывайся аккуратнее. Я буду выполнять всё-всё, что захочу я и всё, что ты случайно ляпнешь.