Имаго

      Уже утром на всём острове начался переполох. Лес и вход в пещеру пестрел жёлтыми лентами, у пепелища дома, некогда с цветными балконами, столпилось множество местных, тихо оплакивающих погибших стариков. Кто-то рос вместе с этими людьми, кто-то был рад улыбнуться им сидящим на скамейке по вечерам… Это были обычные люди, доживающие свой век на тихом острове, но ушедшие такой страшной смертью.        Репортёры кружили повсюду. Они распрашивали всех, лишь бы вытянуть хотя бы ниточку от интересного дела. Имгё встретилил их закрытыми дверьми, студентам было дано распоряжение не давать никаких комментариев и оставаться дома пока не возобновят занятия. Парни ночевали в больнице, и проснулись от шума за дверью.  – Правда ли, что администрация больницы была заодно с наркобароном и скрывали его деятельность?  – Директор Имгё действительно скрыл смерть студентки от наркотика?  – Формула нового наркотика скрыта? Полиция считает, что опасность миновала и никто не получит эти данные?  Крис громко отвечал, что идёт расследование и информация появится позже, и тут же прикрыл дверь палаты. – Вот же налетели, черти, – за секунду его злоба сменилась усталостью. Ночь без сна, куча звонков, допросы и шесть стаканчиков кофе дали о себе знать.  Хонджун подошёл к окну и отодвинул шторы. Журналисты внизу, кажется были готовы расставлять лагерь.  – И это всегда так? – спрашивает Сонхва, потирая сонные глаза.  – Да. Им же нужна сенсация. Дядя, ты как? – Крис присел рядом с его койкой.  – Жить можно, – улыбнулся Шивон, – Но разгребать придётся до самой пенсии.  Ынкван согласно кивнул:  – Мда, кто бы мог подумать, что виновник будет у нас под носом. Правду говорят, хочешь спрятать дерево – спрячь его в лесу.  Уён вдруг рассмеялся, обращая внимание на себя всех присутствующих.  – А ведь самородки Имгё нашли её гораздо раньше, – сказал он, подтирая пальцем слезинку, – Когда выполняли ваше задание, директор. Все начали вспоминать первый учебный день, когда четыре парня в унисон разгадали загадку с манекеном и назвали Джессику убийцей.  И это позабавило их, несмотря на ситуацию к которой они пришли в итоге. 

🦋

        Шиён и Бомджун одновременно позвонили тогда, когда парней под конвоем отвезли до общежития, чтобы те переоделись и подготовились к допросам.  Стоило только взять трубку как с двух сторон послышалось:  – СОНХВА! – ХОНДЖУН! Из новостей они услышали, что произошло на Наби, но братья не отвечали, поэтому двое старших буквально сидели на чемоданах.  – Бомджун, всё хорошо, – отвечает Ким, почесывая затылок, – Мы просто немного участвовали в поимке преступницы. Не переживай. Вдруг премию какую-нибудь дадут? Да я понял, куда ты мне эту премию засунешь, я тоже тебя люблю. – Шиён, мы в полном порядке, – Сонхва прилёг на подушку, мысленно подмечая как успел соскучиться по этой комнате, – Мы практически не были в опасности.  Они с Хонджуном переглянулись. Старшим лучше не знать об их посиделках под землей на пару с чокнутой смотрительницей и бандой головорезов. И где она их только нашла в столь тихом месте как остров Наби, где из преступности разве что дети играющие чужими рюкзаками в футбол.  Когда они только прибыли сюда, всё вокруг казалось другой вселенной. Тихие улочки, без криков и драк по ночам, множество зеленых деревьев, которые радовали глаз, вместо зассаных переулков с мусорными баками забитыми через край. Люди приветливы, добродушны и не смотрят на твои затёртые кроссовки, они смотрят в глаза.   Таким казался этот остров пока местная легенда не стала реальностью. Чёрные бабочки Короля Наби исполнили своё предназначение и на своих тонких крыльях вновь унесли множество жизней.  Будет ли теперь здесь так же спокойно как раньше?        Шиён и Бомджун пообещали приехать как только им выплатят деньги за продажу домов и строго настрого запретили братьям выходит на улицу до их приезда. Иначе видит бог, их задницы слишком быстро находят приключения.  Конечно это была шутка, все посмеялись и на этой ноте завершили разговор, который хоть немного утешил переживания брата и сестры.  Сонхва и Хонджун сидели на своих кроватях напротив друг друга и встретились взглядами. Осознание от пережитого стало давить на плечи и оба поняли как сильно устали.  – Что ж… я тогда первый в душ, – начал Хонджун, потирая отросшие волосы на затылке.  Сонхва поджал губы: – Теперь когда мы не при смерти и нас не окружает куча людей… Я хочу знать почему ты ответил мне? – Когда поцеловал тебя? - Ким улыбнулся уголком губ, развернулся боком и начал стаскивать с себя свитер. Взгляд Сонхва невольно упал на тату с черным пером чей кончик едва доходил до чужих ребёр. – Если скажу, что в ту секунду ты воплотил в жизнь моё самое заветное желание, которым я грезил несколько лет, ты мне поверишь?  Сонхва замер, осознавая эти слова.  – Значит…  – Да. Ты давно мне нравился. А Крис… я думал он поможет мне переключиться, ведь вероятность того, что ты бы мог в меня влюбиться тогда казалась нулевой. Мы же были врагами.  В ответ молчание. Хонджун лишь услышал шорох одежды и в следующую секунду его обнимали так, будто он вот-вот рассыпется и исчезнет.  – Отдам ему должное. Он хреново справился со своей задачей, и это не может не радовать.  Ким усмехнулся и прильнул к чужой груди, чувствуя невероятное облегчение. Будто его спрятали от проблем и пережитого ужаса в самое уютное место в мире.  – У нас ещё есть время. Продолжим то, что начали у Уёна? – с хитрецой тянет Сонхва, проводя холодными пальцами по тату своего возлюбленного. – Заманчиво. Но в душ я хочу больше, – Ким шутливо его пихнул и потянулся за полотенцем, – И тебе бы тоже не помешало.  – Уже можно шутить про “в душ и без меня?” – Иди ты!

🦋

      После нескончаемых звонков и допросов, Крису удалось узнать, что Джесси была готова сотрудничать с сеульскими картелями, чтобы выпустить в мир Имаго. Даже сама Джессика одобряюще улыбнулась, когда услышала как шайка чёртовых студентов назвала её творение.  – Красиво и тонко. Действительно, журавли среди куриц, - сказала она тогда.        Теперь ей оставалось думать чем заняться, когда ноги перешагнут порог исправительного заведения и собирать осколки разбитых мечтаний о богатстве и славе среди всех кто любит ломать чужие жизни чтобы обеспечивать роскошью свою. Она хотя бы попыталась. Всяко лучше чем отец.        Это единственное о чём думала Хо Хёнджу пока её руки немели от наручников по пути в камеру. Вдруг она заметила двух парней идущих на встречу и поняла, что при всем желании не сможет придушить хотя бы одного. Она под конвоем в полицейском участке, где малейшее подозрительное движение и её тут же прижмут к стене, если не пустят пулю в ногу.  Это было бы безрассудно.  Парни заметили Джесси и остановились, пока её проводили мимо, и всё что она сделала – помахала ладошкой, насколько это было возможно в наручниках, будто увидела знакомых на улице.  Хонджун невольно потянулся к руке Сонхва, глядя как девушку уводят дальше.  – А, вот и вы, - подошедший Крис кладёт папку на стол одного из коллег и его взгляд замирает на сомкнутых руках, но парень быстро отвлекается, – Вам в допросную на втором этаже.        Затем Крис молча уйдёт. Это быудет последнее, что они услышат от Кристофера Бана. Полицейский решил поехать в Сеул, продолжить копать под всех кто остался связан с Имаго и возможно строить карьеру именно там. И пока двух студентов допрашивали, Крис поехал домой, чтобы собрать вещи и окончательно понять что он тот ещё трус. Им с Хонджуном нужно было поговорить, но Бан как будто бы не хотел слышать правды. Он вообще ничего не хотел слышать от Хонджуна, хотя прекрасно понимал что обманывал его не меньше.  Но побег словно облегчит груз на сердце, и избавит Кима от неловкого общения. Людям не всегда приходит в голову объясняться, это в целом кажется им чем-то невыполнимым. Зачем, если можно просто молча уйти без заморочек.   Кристофер Бан как раз оказался из этих людей. 

🦋 

      Близилось лето. На острове Наби уже пестрела зелень, бабушки у пирса уже  торговали первым урожаем фруктов, а некоторые студенты Имгё готовились завершить свой первый год обучения и отправиться на каникулы. – Уа-а! – Уён громко зевнул и вытянул руки за голову, – Как же я хочу спать. Хонджун с Сонхва идущие рядом хитро переглянулись. Ёсан предчувствовал шквал пошлых шуточек в их сторону, поэтому сказал: – Даже не думайте. Он всю ночь рубился в видеоигру вместо того, чтобы нормально подготовиться к зачёту.  Уён захныкал и повис на плече Кана.  – Зато я выполнил кучу квестов. И вообще, я достаточно умён чтобы сдать всё на отлично! Мы же самородки которые ещё не давали повода усомниться в своей репутации.        В целом, Уён был прав. Когда Имгё оправился от ситуации с наркотиком их компания снова привлекла к себе внимание и шум не утихал и по сей день. Сонхва даже шутил, что они станут местной легендой после выпуска, останется только установить памятник или что-то в этом духе.  Они вновь взялись за учёбу, чтобы поскорее забыть этот кошмар и настроится на мысли о будущем.  Теперь их имена возглавляли первые места рейтингов на их факультетах и жизнь превратилась в ту самую студенческую рутину о которой они так мечтали.    Правда, первое место на факультете судебной экспертизы постоянно переходило от одного к другому и Сонхва с Хонджуном уже не переживали из-за разницы в пару баллов. По сравнению с пережитым всё это казалось такой глупостью. Молодость ведь на это и нужна, верно? На глупости.  – Шиён позвала нас в гости на выходные, – говорит Сонхва, обнимая Хонджуна за плечо.  Тот усмехается:  – Они с Бомджуном наконец-то готовы сказать что встречаются?  – Если этого не случится, мы скажем им какие из них хреновые консператоры.        Компания парней шагала по аллее в сторону общежития, громко обсуждая поездку на Чеджу в эти выходные. Шиён и Бомджун успели там обосноваться, прикупив небольшие, но уютные домики и даже открыть такую же уютную закусочную где подают жаренных осьминогов.  Эти двое и представить не могли, что смогут выбраться из того дерьма где их оставили родители, когда хотелось одновременно выжить и пустить себе пулю в лоб.  Теперь же наступило долгожданное спокойствие, и как в самых романтических историях – они встретили его на берегу океана.        Ёсан пошёл к Уёну, оставляя Сонхва и Джуна на перекрестке. С тех пор как Ёсан всё-таки сходил с Чоном на свидание эти оба стали вести себя как пожилая женатая пара. Скромные и оба ворчливые, правда в разной степени. Кану всё-таки тяжело было привыкнуть к статусу отношений, но Уён был рядом и, нужно отдать должное, не наседал.        В редкие вечера они собирались у Чона в доме, пили пиво, веселились и собирали крышки, чтобы сделать из них гирлянду. Это были вечера полные ярких воспоминаний, теплоты от дружбы и внезапно зародившейся любви, что было слишком дорого для сердца Ёсана.  Он благодарен судьбе за шанс начать новую жизнь.        Уён с улыбкой смотрел на друзей, что играли в очередную настолку, пока он пошёл за закусками и вспоминал как уговаривал их выпить “Кристальную голову” в надежде завязать дружбу.  Теперь он не представляет жизни без этих людей, чьи задницы так любят находить приключения. Он нашёл настоящих друзей и верит, что это на всю жизнь.        Хонджун злобно смеётся, глядя как Сонхва хмурится когда проигрывает. Он не вспоминает о прошлом. О человеке который молча ушёл и стал лишь серым воспоминанием и горьким опытом собственных ошибок. Теперь он живёт настоящим и ценит то, что есть сейчас.        Сонхва сбрасывает карты и обиженно тянется к бутылке с пивом, думая, что стоит прикупить эту игру для Шиён, чтобы сыграть с ней вместе. Теперь он может обнимать её намного чаще, ведь до Чеджу всего полчаса на пароме. И кажется, есть что-то ещё.  Его взгляд встречается с глазами Хонджуна, который радуется победе в игре.  Любовь.  – Покурим? - спрашивает Ким, поднимаясь. Сонхва соглашается и идёт вслед за ним на крыльцо. На чистом небе россыпью блестят звёзды, воздух тёплый, с едва уловимым запахом леса, что находился через дорогу. В траве шумели сверчки. Близилось долгожданное лето.  Щёлчок зажигалки и уже по привычке одну на двоих. Хонджун опустит голову на плечо Хва, сделает ленивую затяжку и протянет ему. Им не нужно говорить. Тишина, объятия и общий никотин. Их личный уют.  Рядом, в свете фонаря вдруг мелькает знакомый силуэт и Хонджун поднимает голову чтобы приглядеться.  – М? - Хва следит за его взглядом и охает.  Это мотылёк прилетел на свет и замер на столбе, шевеля серыми крылышками.  – Я и забыл, - тихо начал Джун, – Они всегда прилетают когда становится тепло.  Сонхва сунул руку к чужой талии и проведя носом по щеке, чмокнул её.  – И всё равно их имаго продлится меньше чем наше, – философски произнёс Хва, туша сигарету о землю, – Пойдём, настало время реванша. Хонджун в последний раз посмотрел на мотылька, что сорвался вверх и скрылся в темноте куда не добирался свет фонаря. На губах парня появилась усмешка:  – Готовься, ведь я снова тебя сделаю, Пак Сонхва.  – Это мы ещё посмотрим, Ким Хонджун.