путь к вершине...

      чертов холод пробирает до костей — исаги хватает его за футболку и рвет на лоскуты, хватает за сильные плечи и тянет, тянет к себе ближе в нуждающимся жесте. рвет так же, как когда-то ему разорвали грудь и стиснули костлявыми пальцами сердце. он сам виноват, знает, он знает, поэтому припадает к нему в поисках тепла. йоичи хотел бы его не знать. не знать, насколько холодно бывает в его объятиях, когда место страсти, когда движения глубокие, а поцелуи влажные. грудь под пальцами твердая, он шарит по ней, царапается ногтями, лишь бы почувствовать сердцебиение, что живой. но саэ нависает над ним призраком — не живой и никогда не был. ни с кем. и не с ним. саэ был где-то далеко, — может, в испании, где ему место, — а исаги здесь, дрожащий, в ворохе одеял и простынь, вдыхает морозную свежесть и перебирает пальцами алые пряди. потолок серый, люстра простая — повеситься бы прямо здесь. он хмыкает, захлебываясь в стоне. ну а где же ты, где? почему не со мной, не нежишься в моих руках, не касаешься меня устами, не ласкаешь дыханием нежную кожу шеи? исаги ответа не узнает. уже не хочет. он позволяет, их отношения давно исчерпали себя. а может не было никаких отношений. холодно было с самого начала. и не стоило пытаться искать, как наивный ребенок потерянную игрушку в песочнице. и лежать рядом как случайно встретившиеся незнакомцы, переводить дыхание и не смотреть друг на друга, уперев взгляд перед собой. исаги знает наперед, что итоши скажет. — я завтра улетаю. — м-м-м. но почему-то никто из них не предлагает это закончить. саэ продолжит приезжать к нему каждый отпуск, йоичи продолжит мерзнуть. а может — исаги позволит допустить себе эту мысль всего лишь один разок, — в следующий раз саэ будет с ним, а вместо потолка будут бирюзовые глаза?