I will not betray.

Быстрый шаг эхом раздается в пустом переулке. Кеды насквозь промокли из-за луж. Ходьба переросла в бег, а сзади послышался смешок. Впереди – стена, но шаг назад сделать не выходит – крепкая рука тут же зажала рот, а другая обхватила руки и туловище, прерывая сопротивление. Парень в ужасе закрыл глаза. Нет. Не снова. Глаза защиплело, а вскоре одинокая слеза скатилась по щеке. Хотелось кричать, но выходило лишь несвязное мычание. Послышались шаги, юношу прижали к стене, скрывая в темноте. Младший пытался мычать, но его одарили пинком. Шаги вдруг прервались, будто человек внезапно остановился. Вскоре вновь возобновились, но стало ясно, что человек был не один. – Что за смертный решил полезть на мою территорию? – голос послышался слишком близко. Влад пискнул, упав на колени. Его руки были свободны, видно, мужчину оттащили. Да, оттащили, ведь рядом тут же послышались просьбы не трогать его. Младший вскочил на ноги и побежал в обратную сторону, на выход из этого места. Пронесло.

***

Я бежал не разбирая дороги. Колени болят, мне холодно, а кеды явно не для осени. Моя скрипка осталась там, может это и к лучшему. Ты не хочешь разочаровать маму. Она явно будет не в восторге. Не будет, я и сам это знаю, но возвращать туда страшно. Моя жопа мне дороже. Блять, похоже телефон выпал по пути. Если пойду сейчас явно нарвусь на компашку Графа, а целым я оттуда не уйду. Но утром телефон не найду. Я уже хотел завернуть на свою улицу, как путь мне перекрыла машина. Кажись, я её видел, когда бежал домой. Дверь водительского сиденья открылась и оттуда вышел высокий брюнет с серыми глазами. В руке того самого Графа был мой телефон. Я только на пару секунд прикрыл глаза, а он тут же придал меня к стене. Моя спина рада не была. – Малыш, ты так поспешил, что кое-что потерял. Ещё и поговорить не остался, ай-ай-ай. Плохой мальчик, – он взял меня за подбородок, направляя моё лицо так, что я смотрю теперь ему прямо в глаза. – Хватит обращаться со мной как с какой-то собачкой. У тебя кинк на оскорбления? Тогда катись к своей шайке, пидор.

***

Моя рука замахнулась для удара. Удар в живот. Солнечное сплетение. Скула. Удар носа о своё колено. Я перемещаю всю свою злость на другого человека. Я тебя не трону. – Эй, Тох, спокойней. Ты из-за мелкого так? – Дима оттащил меня от упавшей тушки человека. Я всплеснул руками, беря салфетку и стирая кровь парня, который решил перейти мне дорогу. Я подошёл к окну, открывая форточку, а на ней осталось едва видное пятно крови, и закурил. Мне действительно стоит успокоиться. Он просто ребенок. Привлекательный, но ребенок. У вас нет будущего, Антон. Он лишь шестерка, у которой есть главарь. А ещё у Влада есть девушка, а ещё он не гей. Я лишь шикнул своим мыслям. Они слишком не вовремя здесь. Я повернулся к парню, которого минут пять назад осадил своими ударами. – Парень, ты чей? – Я не крыса, чтобы своих сдавать, – этот ублюдок прыскает ядом из своего рта, вместо слов. Я подхватил кухонный нож со стола, подходя к молодому самоубийце. Холодный металл, оказался прижат к его глотке. – Одно движение и я воткну его в тебя. Будь хорошей собачкой, кто твой хозяин? – я со злостью выбросил эти слова, а паренёк сжался. – Якудза, – он неуверенно произнес имя моего старого приятеля. – Ты жалок, – все же я ввёл нож в его глотку. Законы не зря существуют. Я просто так не убиваю, нет. Он полез на мою территорию. Вовссе не из-за того, что я видел его с Владом.

***

Прошла неделя после стычки с Графом. Якудза сказал, что к нам должен был прийти ещё один парень, но совсем недавно его нашли мёртвым. Было не сложно догадаться кто это сделал и какая цель была у этого «кто-то». Якудза запретил мне выходить на улицу без кого-либо. Он стал отдаляться от меня, оставляя одного в холодных стенах. – Стас, молоко закончилось, сгоняй в магаз? – я обратился к Якудзе, в надежде, что не отхвачу за его настоящее имя. Совсем забыл. Якудза – это клеймо Стаса, главы нашей группировки. На его теле есть множество тату в стиле «Якудзы», а ещё он азиат. Нет, Стас тоже не настоящее его имя. Японец по имени Стас. Где это видано? – Малой, не забывайся. Тебе надо - сам сбегай! – он всплеснул руками, выражая своё недовольство. Я буркнул под нос «заебал», уже когда был в подъезде. У меня не было выбора. У меня не было права. Там не было меня. Я лишь шестерка с преимуществами. На телефон пришло сообщение. Я не стал его читать сейчас, ведь настроение было на нуле. Выбежав на улицу я тут же подскользнулся, но меня словили крепкие руки. Я поднял взгляд, на брюнета.. с блядскими серыми глазами. Отпихнув его от себя, я направился в магазин, ускоряя шаг. Он шел рядом со мной, плечо к плечу. Я остановился, поднимая свой взгляд к Графу. – Чего тебе? – Где Якудза? Почему он не с тобой? И тут я понял, все эти намеки Стаса. Они меня исключили. Убрали с пути. Наша компания была полной, никто лишний бы не вписался. А Якудза привел парня, который сейчас заменил меня. Мои ноги подкосились и я упал на колени. Глаза защиплело. Тряпка. Тряпка. Тряпка. Ты тряпка, Влад. – Эй, мелочь, ты чего? – Это все из-за тебя! Это ты виноват! – я в голос шёпотом кричал. – Ты что несёшь, блять? – видно, он действительно не понимал. Мимо прошла какая-то группа парней. Они в голос засмеялись увидев меня. Антон на них посмотрел, что-то говоря, но я не слушал. Я лишь смотрел на белый снег, который секунда за секундой окрашивался в алый. Видно, я перенервничал, что кровь с носа пошла. Меня окликнули. Ещё раз. Я поднял голову, а Граф стоял с вытянутой рукой, протягивая её мне. – Я тебя предупреждал с самого начала. Давай руку и поднимайся. Я тебя не предам.

***

2018 год, 13 апреля. Антон сидел на траве под яблоней, которая цвела, а на его коленях лежал Влад, смеясь. – Тош, мы ведь поедем в деревню? Я хочу на свежий воздух! – Малыш, для тебя все что угодно. – Фу как ванильно. Ещё бы сказал, что мы никогда не расстанемся, ты меня не предашь и вообще мы будем счастливы до конца своих дней. – Я тебя никогда не предам, запомни. Я тебя не предам. Я тебя не предам. Я тебя не предам. – Я запомнил.

***

Я ведь предупреждал тебя, что Якудза сделает больно. Стас не умеет любить, а ты умеешь привязываться. Мы не были счастливы тогда, но я спасу тебя сейчас. У нас не будет любви, лишь спасение. Я обещаю тебе. Ты доверился мне снова месяц назад, падая в мои объятия. Ты не рад тактильности, тебе просто больно. Ты уставший ребенок, который потерялся. А я уставший взрослый, который сделает все ради того, чтобы сохранить этого малыша. Я пытаюсь помочь тебе, с каждым днём сгорая все сильнее. Я вижу как ты смотришь на Виолу, единственную девушку в нашей компании. Видно, свою оставил месяц назад. Виола же видет как я смотрю на тебя и не смеет подходить к тебе. Ещё в восемнадцатом году ты был готов разорвать любого, кто посмотрит на меня, а сейчас сам смотришь на тех, кто тебе безразличен. Твоё сердце навсегда принадлежит мне. Я вижу как ты смеёшься в компании парней. Я вижу насколько ты серьёзен на заданиях. – Бля, вы ещё поебитесь тут, – едко подметил Сережа. Ты пялился на меня, а я на тебя, подмигнув. Ты показал средний палец, что-ж, заслуженно, но я не собираюсь так быстро сдаваться. – Мне не хорошо, я пойду в комнату. Серый прочеши район, с ребятами. Оставляю тебя на главного. Если кто-то снова залезет не в свои дела - подвал открыт, – я не смотря в сторону друга пошёл в комнату, говоря по пути. Только закурив сигарету я понял, что в комнате не один. А тут уже и ты встал рядом, беря меня за руку. – Тошенька, ты какой-то грустный, – ты как ребенок. – А знаешь, мне кажется, что я снова влюбляюсь в тебя. Моё сердце затрещали по швам. Ты сам то слышал, что только что сказал? Любишь. Ты никогда меня не любил. Я лишь замена. Замена. – Ты любишь Якудзу. Я не он. Ты ищешь во мне спасен.. – У меня завтра последний концерт в филармонии. Ты приедешь? – ты оборвал меня на слове, смотря мне прямо в глаза. – А ты хочешь видеть меня там? – Да. – Я приеду.

***

Парень сидит на полу, положив ладони на свои колени. Перед ним, в кресле, сидит мужчина, с ухмылкой на лице и чертями в серых глазах. Антон неотрывно смотрел в глаза младшему, ожидая его действий. Юноша же, по всей видимости, понял, что хотел от него Граф, поэтому сел между разведённых ног старшего, ложа левую руку ему на бедро. Собственные глаза загорелись какой-то искрой похоти, от понимания собственных действ. – Нам стоит поторопиться, дорогой. Сюда в любой момент может зайти кто угодно. Ты же не хочешь, чтобы тебя застали с членом во рту? – с нахальной улыбкой проговаривал свою мысль мужчина, пока Влад растегивал ширинку на его штанах. От слов старшего, парень лишь закатил глаза, но не отстранился. Он все же справился с молнией и пуговицей на брюках мужчины. Всего за сорок минут до начала выступления Владу захотелось тактильности. И загоревшись желанием отсосать Антону прямо в гримёрке, он не упрекнул себя в этом. Именно поэтому мужчина сидит сейчас на неудобном кресле, его уши ласкают звуки скрипки, а какой-то парень комментирует то, как хотел бы трахнуть Влада. Его Влада. Граф пришел в себя именно на этом моменте его монолога. – Видишь того брюнета? – спросил Антон. – Конечно, – ответил незнакомец. – Пол часа назад он сидел передо мной на коленях, а я готов убить каждого, кто прикоснется к нему. Доступно ясно? – спросил мужчина, продвигая взглядом молодого человека. – Да.