Бог любит меня.

—И-ик!— Зонтик, легонько подпрыгнул на своем стуле, стукнувшись при этом коленями о большой круглый стол. Чужая рука, резко схватившая его колено, медленно, словно маленький проворный уж, поднималась выше. Сейчас, на съезде правителей, в полном составе сидели клоны. Кроме, конечно, бубнового короля и его валета. Но их отсутствие превратилось в обыденность для таких мероприятий. Возможно сейчас, "братья" Зонтика говорили о чем-то важном, во что стоит вслушаться. По крайней мере то, что говорит Куромаку, имеет смысл. Но сейчас, все мысли трефового валета, не касавшиеся руки, уже переместившейся на его бедро, немедленно вытеснялись из его головы. Зонт, прикусив щеку с внутренней стороны, остановил руку, находящуюся уже на бедре и бросил жалостливый взгляд на рядом сидящего пикового валета. Вару, блеснув стеклом зеленых очков, посмотрев сверху них, хищно улыбнулся, и словно дикий зверь, оголил ряд верхних клыков. —Прекрати, Вару..!— Зонтик шикнул сквозь сомкнутые зубы, попытался нахмурить тонкие брови. Парень откровенно пользовался своим, можно сказать, безнаказанным положением, скрывая разговоры с Зонтом, под криками Феликса и Куромаку. —Не психуй, Хныкалка!— валет мгновенно сжал промежность трефа, заставляя слезы выступить на чужих глазах, приблизился к его уху и шепнул рвано,— …пикнешь, хуже будет. Зонтик с обидой уткнулся взглядом в наглые глаза напротив. Пальцы оттянули пояс брюк правителя Зонтопии. *** —Зна-аешь.. мне м-м.. нравится в какие ситуации, мы совершенно случайно попадаем,— театрально делая кавычки в воздухе на слове "случайно", размышлял Вару, устремив взгляд куда-то вверх. Если подумать о положении Зонтика, можно предположить, что он откровенно насмехается,— нежнее, мать твою! Пиковый валет сжал голубую челку и убрал голову со своего члена. —Не притворяйся что не умеешь, не первый раз практикуемся,— Вару приблизил заплаканное лицо ближе, щелкнул пальцами по носу,— ещё раз заденешь зубами, я тебе их, на хуй, выбью! Работай дальше. И Зонтик продолжил. Ублажение вождя Варуленда прямо перед очередным съездом, под тем самым общим столом, создавало экстремальную ситуацию. Узнают. Раскроют. Но данный исход событий не пугал жестокого валета, а даже наоборот, возбуждал ещё больше чем минет в его собственной спальне. —О-о, да, блядь! Мх-а,— парень запрокинул голову, тряхнул упавшими на лицо зелеными кудрями и вдалбливаясь глубоко в глотку, кончил спустя пару минут. Зонтик тяжко закашлялся, уперевшись руками о свои колени. Утер рукавом слюни с подбородка. —Молодец, Нытик,— Вару потрепал голубые пряди на макушке напротив, скользнул ниже к бледной бархатной щеке, огладил большим пальцем губы-бантики. Наверное, этих моментов, Зонт жаждал больше всего. Лицо валета посветлело, улыбка заиграла в умиротворенных голубых глазах. Пиковый, гнев на милость сменял довольно нечасто, но в эти минуты, треф впитывал, казалось, каждую деталь. Всé имело значение. И блеск в глазах Вару был важным, и его соскочившая набок, готовая с оглушающим звоном упасть, корона. Даже скрип колес, эхом отдаваясь в белой тишине был важным. Стоп… Скрип колес.? Феликс! Оба, бросили взгляд в сторону звука, наблюдая за несущейся на всех скоростях машине червового валета. В следующую секунду, Вару принял удобное положение на стуле, всем видом показывая скуку, а Зонтик вскочил с колен, стукнувшись при этом головой о угол стола, сделал то же самое. *** —Почему ты молчишь?! То, что ты неожиданно стал немым, заставляет меня думать о том, что всé сказанное это правда,— на последних словах, Вару уменьшал тон голоса, утопая в своем собственном гневе, забирающем из легких воздух,— ты, блять, спишь с ним, потаскуха?! Пиковый схватил Зонтика за шкирку, как маленького нашкодившего котенка, толкнул к зеленым стенам, выбивая у того рваные выдохи из груди. Ужас, какой ужас. Слезы застилают своей пеленой обзор и Зонт может наблюдать только мутные очертания. Но тем не менее, ни одно слово, кроме, конечно, кряхтящих звуков, не произносятся трефом. Стыдно ведь. И даже не понятно почему, но валет явно ощущает свою вину. Как будто он может быть причастен ко всяким сплетням, распускаемым, что удивительно, клонами. Началось, это, кажется, с Ромео. Ведь якобы, между ожившей алебардой и правителем Зонтопии есть довольно близкая связь. —Меня ещё тогда поразила твоя идея создать себе, какого-то там министра. Но сейчас, я кажется понял в чем тут дело. У тебя просто недотрах!— валет сдавил хрупкую шею локтем, навалился сильнее, готовясь сломать каждый шейный позвонок,— тебе было мало, сученыш? —Кх-а! В-кха-ару,— Зонтик хрипел, хватая руками воздух. —Я понял,— парень отпустил трефа и тот, не успев, от нехватки кислорода, выставить перед собой руки, проехался лицом об пол, кажется, разбив при этом нос,- думаешь умный самый? Вару продолжил писклявым голосом, явно насмехаясь над Зонтом. —Посмотрите на меня, я такой умный! А Вару такой идиот! Он ничего не узнает,— резко схватился за ворот некогда голубой, аккуратно выглаженной рубашки, сейчас, заляпанной каплями крови,— я всé всегда узнаю! Первое, что смог из себя выдавить Зонтик, это… —П-пваст-и.. повал-луйста, проф-фу… —Что ты, блядь, бормочешь себе под нос? —Ф-фару-у, молю, пв-васти-и-и…— кровь заливается в рот, вместе со слезами, заставляя валета издавать булькающие и шипящие звуки. От таких неудачных попыток, вой становится всé громче. —На коленях. —Ф-фто? —На коленях извиняйся, блядь,— Вару надавил одной рукой на хрупкие плечи трефа, заставляя его присесть на корточки, после, на колени,— а теперь делай то, что делают твои подданные, каждые воскресные вечера. Молись, если любишь меня, Бог. Зонт направил свой зареванный взгляд вверх, в попытке увидеть лицо пикового, но его взгляд, отчетливо зацепился за выпирающий бугор прямо перед его лицом, заставляя глупо хлопать глазками. И только глухой звук стука капель бордовой густой крови об пол, отскакивал от стен в эту минуту, в абсолютно тихой комнате.