ЛуноМИФ во спасение (ЛуноМИФ-4)

Зайцы. Они были везде и всюду, жрались и… пардон, ипались под каждым обгрызенным до пенька кустом лежащей по левое крыло рощи, после чего тут же умножались в один-автор-знает-какой-прогресии, хотя вроде уже и некуда. Разом притормозив с появлением такой красивой принцессы, они воззрились на меня с нехорошим таким интересом… стало резко неуютно и захотелось закрыть дверь с той стороны… подпереть и заколотить. Я невольно сглотнула, но мужественно удержала морду кирпичом и даже попыталась пошутить: — Надеюсь, они хотят меня сугубо в гастрономическом плане? — Знаючи здешнего Кощея? — хмыкнула шиза. — Ёперный бабай… — я быстро спрятала в нагрудник всё ещё висящий в чарохватке трофей и приготовилась призвать теневую броню и водородную бомбу. На всякий пожарный. Но это были цветочки. В небесах кружили несметные стаи уток, оглушая громовым кряканьем и хлопаньем крыльев. Имеющееся по правое крыло болото было не то что забито — утки там плавали в три слоя. В обглоданных кустиках у берега сиротливо валялся собачий скелетик с присохшими ошмётками бело-рыжей шкуры. Утки отомстили за охоту? Ну ладно, хотя бы до меня им сейчас не было де… твою кобылу! — Им же тут давно жрать нечего, чем они гадят?! — вихревой воздушный купол щедро заляпал окрестности сыплющимся сверху дармовым удобрением. Скапливающиеся вокруг зайцы с верещанием кинулись врассыпную. Ну, хоть что-то. — Это если вся эта красота не запустилась в момент открытия сундука. — Да чтоб ему допиться до белой горячки с такими приколами! — рыкнула я, от души пожалев про отсутствие хозяина этого бедлама и его личных яиц в зоне досягаемости. Впрочем, пожелание, походу, запоздало — гвоздь программы как бе намекал. Впереди вздымался исполинский стог сена. Кстати, да, почему-то не сожранный местной живностью, так что гипотеза о запуске имела смысл. Иначе даже для искусственного мирка система была бы слишком имбалансной… так, что-то я не о том думаю. Подлетать пришлось на бреющем — верхние эшелоны были забиты агрессивной утятиной. В порядке продолжения абсурда сено было окружено высокой изгородью явно под напряжением — несколько дымящихся угольков с длинными ушами уже висели на колючей проволоке. От изгороди тянулись провода к покосившейся халупе, возле которой торчал на сучковатой жерди погнутый знак с характерным, хоть и плохо различимым из-за ржавчины чёрно-оранжевым «цветком». Возле халупы на колченогой табуретке сидел, пригорюнившись, небритый медведь в сбитой набок ушанке и прохудившемся ватнике в обнимку со ржавой берданкой, стянувшей дулом опухшую морду накось. Судя по рваному баяну и раскиданным вокруг бутылкам от водки, отдыхал мишка от трудов праведных вдумчиво и творчески. Но это были несущественные мелочи. Ибо из стога торчала ОНА. Сверкающая полировкой стальная колонна уходила ввысь, тускнея и теряясь в облаках, окружённая хороводами из скорбно крячущих уток. — Нихвоста ж себе комплексы и компенсация… — подивилось высочество, приземляясь за изгородью. — Фазовый сдвиг от сдвинутого по фазе? — Похоже на то. — Ну и что дальше? Эй, Потапыч, есть идеи? Медвед томно покосился на меня, тяжко вздохнул и скис с концами. Пришлось порыться в запасах — помнится, расчувствовавшийся мистер Дрейк на прощанье подарил бутылку коньяку… кстати, хорошего, даже при моём неувлечении алкоголем определилось. Мишка резко ожил, выронив берданку, одним духом выбулькал немаленький пузырь, осоловело икнул… подмигнул мне и свалился с табуретки, как-то очень уж сразу захрапев. — Гм, — сказало умеющее ловить намёки высочество и осторожно сунуло нос в хибарку. Внутри, помимо нехитрого скарба сторожа, обнаружилось пыхтящее нечто, в воображении Кощея, вероятно, бывшее урановым котлом — здоровенная чугуниевая кастрюля с трубками, циферблатами и крышкой на могучих болтах. Клеймо «Хогбен и Сонк» под очередным знаком радиоопасности уже не особо удивило. Шутник, блин… На стене торчал здоровенный перекидной тумблер под стеклом. С надписями «Реализм» и «Дикий сюр». Причём тумблер был в первой позиции. — Гм, — сказало малость олуневшее высочество и бочком, подальше от тумблера, подобралось поближе к дощатому столу. На столе подле плавленого сырка, жестяного чайника и люминевой кружки с недопитым чифирем лежали наполовину залатанные розовые портки в чёрно-оранжевый цветочек, катушка белых ниток, очки в чебураховой оправе и цыганская игла с продетой ниткой. — Гм, — сказало недоверчивое высочество, прощупав добычу магией. Идеальная проводимость и ёмкость. Интересно, зачем на самом деле эта штука Кощею? Или не я одна небеса регулярно штопаю? — А теперь, как говорил один персонаж — ой, ходу отседова! Хватит на сегодня сюрреализма. — Полностью поддерживаю. А зачем… это долгая история. Тома на три. — Тем лучше. Надеюсь, завершённая? — В целом да. — Давай. И тем не менее, по адресу, указанному Маленьким Принцем, я тоже слетала — благо это было в моей компетенции и несложно. Прокол, поиск, прокол… там и половины светового года не было, сущая ерунда. — М-да. Пожалуй, сперва попробуем иглу. — Я повертела предмет, но кроме того же очень чистого железа с невероятно однородной структурой не нашла ничего необычного. — Зашивать дыру чайником я ещё не пробовала, а с перековкой будет много мороки. Добравшись до оставленного маячка, я с облегчением убедилась, что заплатка ещё держится и даже почти не протекла. Прыг! — Ну-с, теперь малость отдохнём, и… Какого сена?! Внизу вздымалась огромная серо-белёсая сфера, на треть утопленная в грунт на месте города. Земля вокруг неё была вздыблена и взломана, и по трещинам медленно текла густая и светящаяся фиолетовая жижа. Со стороны моря полыхнуло — там дымила эскадра броненосцев, в воздухе надсадно завыло и на сфере с грохотом расцвели облака взрывов, прибавив на ней кратеров. Иных видимых результатов не было. — Это что, луна?! Она же была маленькая! — Отожралась, видимо. Ну а что — разбудили, в глаз дали, уронили… и кто там знает, что ещё пытались сделать. Может, расковырять на сувениры. — Ну… да, я бы тоже обиделась. Но не настолько же! Охохонюшки… ладно, будем решать проблемы по очереди. Надеюсь, остальные планеты у них не проснутся, мне и так треша выше крыши.