Тебя и сигареты.

       - Му Цин?        Дверь балкона открывается с привычным скрипом и Фэн Синь мимоходом напоминает себе смазать треклятые петли. Перед ним открывается прекрасный вид: ночной город и не думает спать, всюду снуют люди и горят неоновые вывески. Но главная достопримечательность семнадцатого этажа этого серого муравейника стоит прямо здесь, уперев руки в ржавые перила и смотря куда-то вдаль. На Му Цине сейчас его любимая футболка с какой-то панк-группой, рваные джинсы и высокий хвост открывает дорожки металла в ушах.       Сразу видно, что он только вернулся с очередной вечеринки. Обещал же.        Еще и май на дворе, пора за учебу браться. Сессия скоро. Обещал же.        Из его рта вырывается клубок дыма.        - Обещал же.        Фэн Синь подходит к нему, одновременно с тем, как Му Цин полностью поворачивается к своему парню лицом и откидывается спиной на не внушающие доверия перила. В его руках очередная одноразка, пахнет Му Цин чем-то ягодно-сладким и немного алкоголем. Он прекрасен и Фэнь Син не устаёт этому удивляться.        - Я обещал перейти на электронки и я это сделал. Не проси от меня невозможного, - Му Цин по-кошачьи улыбается и тянется за поцелуем, а Фэнь Син не в силах ему отказать.

***

       - И сколько ты уже не куришь?        Се Лянь смотрит на своего друга как строгий отец, который ругает своего сына за тройки.        - Около месяца.        Му Цин же разглядывает вечернюю листву в парке и наслаждается июньским закатным солнцем. Сессия закрыта, но усталость только выросла из-за постоянных мыслей и ночевок на чьей-то квартире после вечеринки.        - Когда собираешься сказать ему?        - Может, на следующей неделе.        Се Лянь только сочувственно качает головой и предлагает зайти в кафе, где работает Хуа Чен

***

       - Му Цин, какого черта?        Парень поднимает голову на голос,который продолжает пытаться что-то до него донести. Но чувство такое, будто этот голос у него в голове, потому что из-за пелены перед глазами он не видит ровным счетом ничего. Весело отметили день рождения Ши Цинсюаня.        - Ты меня вообще слышишь?        Слышать-то слышу. Но не понимаю ни слова.       Чертов июль, от жары алкоголь ударил в голову сильнее обычного.        - Ты где был?        Голос становится все более уставшим с каждым произнесенным словом.        - У Хэ Сюаня. Славный парень, жаль, что занят…        Слова вырываются сами собой и Му Цин не видит не только своих бутс, которые пытается развязать, но и смысла в них. В словах. Да и в бутсах тоже. Кто придумал такие узлы?       Вдруг пред ним появляется цветное пятно, и бутсы чудесным образом исчезают с ног.        - Сам-то понимаешь, что несешь?        Нет. Не понимает.        Голос звучит грустно и сломлено, в нем больше нет и намека на злость. Му Цин хочет его обнять. Голос, а не обладателя.        Вдруг от самого себя становится мерзко и эта эмоция, видимо, отражается на его лице.        - Пойдем спать, - говорит голос и раньше Му Цин бы пошел за ним на край света.        Раньше.

***

       - Что с тобой в последнее время?        Фэн Синь сидит напротив Му Цина за их столом в старой кухне. Он смотрит обеспокоено, взволнованно, немного боязливо. За окном догорает август.        - Ничего.        Почему-то эти слова отзываются в нем тихой скорбью, но не более. Он смотрит на своего парня и ничего кроме сожаления, тоски и вины не чувствует.        - В чем проблема,А-Цин? – ласковое прозвище больше не вызывает прилива нежности, только режет неправильностью происходящего.        В чем проблема?        В чем проблема?        - Проблема в том, что я тебя больше не люблю, - молчит он.        - Я бросил курить, - говорит он. И это все объясняет.        - Я брошу курить, только когда разлюблю тебя. И, похоже, мне придется умереть молодым от рака, - смеялся он в поцелуй Фэнь Сина морозным январём прошлого года.        Му Цин человек слова.        - Вот как.        Фэн Синь выглядит так, будто на его глазах сбили стаю котят. Будто ему рассказали саму ужасную истину на свете. Будто он только что пересмотрел ублюдского Хатико.        Будто ему разбили сердце.        Ах, да.        И как бы Му Цину хотелось сказать, что это никак с ним не связано. Что он взялся за ум и не более. Что всё еще любит его и вытереть эти чертовы слёзы с любимого лица.        Но лицо больше не любимое.       Этот человек напротив не вызывает в его сердце ровным счётом ничего. Такое черное, вязкое, липкое ничего.        Черт, ему так жаль.        - Ты не виноват.        Му Цин резко поднимает голову и видит, что Фэн Синь улыбается. На его лице слезы, ему больно. Но он, каким-то неведомым образом, прочитал мысли Му Цина и сказал то, что тот так желал услышать сейчас.        - Ты не виноват. Мы не управляем этим. Возможно, это к лучшему.        - Мы расстаемся сейчас?        - Если так нужно.…Думаю, нужно. Не надо никого из нас мучать. Просто…Ты уверен? Что больше не любишь меня?        - Да.        - Хорошо, - ничего не хорошо, думает Му Цин, я же вижу. - Сколько ты не куришь?        - Уже месяца три.        - Хорошо. Это хорошо. Здоровее будешь. Съедешь ты или я?        - Я. Мне есть куда и тебе здесь до учёбы и работы ближе.        - Хорошо.       Они молчат. Фэн Синь дышит неровно, пытаясь собрать себя по кусочкам, а Му Цин планирует переезд и чувствует себя последней мразью, когда говорит:        - Нам придется иногда общаться на праздниках у Се Ляня. И других.        Парень напротив вздыхает.        - Я справлюсь с этим. Мне нужно немного времени, но я справлюсь.        Му Цин кивает, встает и уходит спать.        Фэн Синя, уже утром, он не находит.

***

       Они не видятся пару месяцев, пропустив поочереди пару дней рождений, а потом видятся на какой-то тусовке четвертого курса. Фэн Синь сам подходит к Му Цину и они начинают обсуждать какие-то новости из своей жизни, а потом Фэн Синь знакомит его со своей девушкой.        Они смотрят друг на друга, а в груди у них тоска, спокойствие и липкое, холодное ни-че-го.