Встреча с тонким человеком

Солнце катится в закат, погружая спящий лес в полумрак. Вековые сосны потрескивают от ветра. Под одним из них сидит четырнадцатилетняя Милли. Она припоминает, что с ней произошло, пробуждая в памяти жуткие детали. Она чувствует ненависть к людям, сильную боль и печаль. Её жизнь ужасна. С самого детства она хотела как-то убить себя, но у неё так и не хватило духа. С тех пор, как мама вышла замуж за её кошмарного отчима, всё полетело в преисподнюю. Они стали пить, а попытки отчима «воспитать» её стали постоянными. Почти всегда он пил до такой, что начинал орать и бить их с мамой. Он мог пинать их, дать пощёчины. В общем, это был сущий ад. А иногда он напивался так, что его мерзкие руки сами собой тянулись к её телу. Девочка всегда убегала, но потом никакой душ не мог смыть с неё эту грязь. Милли решила размяться. Попытки встать сначала не увенчались успехом, но потом она всё-таки поднялась и направилась куда глаза глядят, не разбирая дороги из-за струившихся слёз. Лес всё больше погружался во мрак. Редкие птичьи голоса постепенно сходили на нет. Ей было одиноко. Она бродила по тёмному лесу с целью найти кого-нибудь, кто мог избавить ее от этой липкой тоски. Но кто мог забраться в такую даль в это время? Совсем скоро стемнеет, и её придётся выйти обратно в городок. Но Милли не хотела домой. Хотя бы до тех пор, пока мама не вернётся с работы. Ей посчастливилось, и она устроилась поломойкой в баре. Там ей иногда наливали, но это было лучше, чем пить водку перед телевизором. Она сбежала из-за плохой оценки. В школе ей поставили тройку, потому что она болтала с подружкой весь урок и не услышала задание. Милли хотелось разрыдаться от обиды — школа и друзья это единственная радость, что осталась в её жизни. Там она может забыться хоть на несколько часов. Но есть небольшой минус — плохие отметки. Она не была какой-то зубрилой, а сердце требовало веселья или даже первой влюблённости с каким-нибудь симпатичным мальчиком. Дома Милли видит только побои и родителей-алкоголиков. Такая атмосфера точно не располагает к новым знаниям. Вот и сегодня Милли вернулась домой — в их облезлый от времени трейлер. Он был таким старым, что проржавел в некоторых местах, а резина на колёсах сгнила от времени и покрылась мхом. Мама на работе, отчим затих. Девочка сначала обрадовалась. Небольшой проблеск надежды на спокойный вечер. Он сидел перед орущим телевизором, голова закинута назад. Он выпил так много, что уснул прямо здесь. И как бы в подтверждение рядом с ним лежали несколько пустых бутылок пива и одна, только открытая, с водкой. Девочка хотела прокрасться мимо, но случайно наступила на какой-то сухарик. Отчим постоянно жрёт и крошит рядом с этим проклятым телевизором. Мама уже устала бороться за чистоту, и у неё опустились руки. Милли с ужасом всмотрелась в лицо отчима. Оно казалось ещё более жутким в полумраке их старого трейлера. Мужчина сначала вздрогнул, сонно оглядываясь по сторонам. Его пропитый ум уже с трудом соображал. Увидев падчерицу, он хищно улыбнулся. А она почувствовала, как у неё задрожали колени. Сейчас он или начнёт приставать, или побьёт её. А может и всё вместе. — Как школа? — прохрипел он, начиная издалека. Девочка сделала вид, что ей совсем не страшно, и принялась собирать бутылки. — Как оценки? — Всё хорошо, — соврала она. — Был тест по математике. Про тройку она решила умолчать. — И что ты получила? — он пригубил водки, даже не поморщившись. — Их ещё не проверили, — Милли почувствовала, что её голос предательски задрожал. Она с ещё большим рвением принялась за уборку. — А ещё у нас тема по истории новая была, про Авраама Линкольна. Отчим пробормотал что-то неразборчивое, отвлекаясь на телевизор. Девочка посчитала это даром свыше, поспешив переместиться на кухню, чтобы разогреть себе давнишний суп. Новый мама почему-то не приготовила. Она тихо достала тарелку, чтобы не нервировать отчима лишним шумом. Сегодня он и так был не в настроении. Этот полуотсутствующий взгляд она знала уже слишком хорошо. В тарелке уже аппетитно плавала картошка. Она, конечно, была такой же старой, как и этот суп, но для голодной Милли уже было без разницы. Она и так сильно похудела за последние пару лет. Раздался протяжный и нереально громкий звук, которого Милли боялась, как огня. На его проклятый допотопный телефон пришло сообщение от классухи. И в нём она точно не умолчала о новой тройке. А ещё, судя по всему, упомянула постоянные разговоры Милли с соседкой по парте. Её сердце замерло, предчувствуя беду. Стало очень страшно. Послышалась возня, а следом и тяжёлые шаги под грузным, совершенно не спортивным телом. Вскоре в кухню заглянул жуткий отчим. Девочка в ужасе попятилась, сжимаясь под его хищным взглядом. В такие моменты он терял всякую связь с реальностью, и мог избить их почти до потери пульса. Скорее бы уже вернулась мама. — Написала твоя училка. Сказала, что у тебя тройка за тест. Что за фигня? — прорычал он, хмурясь. Милли преувеличенно бодро залепетала: — Вот же незадача! Это всё из-за Джима, который сидит позади меня. Он постоянно болтает, и я не слышу задания. Он её перебил ещё более жутким голосом, а девочка почувствовала, как у неё от страха дрожит даже в животе: — А почему ты, дура, не спросила задание ещё раз? Но у неё был заготовлен ответ и на это, хотя уверенности уже поубавилось: — Если её о чём-то спросить, то она начинает на нас орать и даёт дополнительные задания. А ещё и старое ни за что не объяснит… Отчим, кажется, ей совсем не верил. Его свободная от телефона рука сжалась в кулак. — А мне она написала, что ты весь урок болтала с соседкой. Что ты мне врёшь?! Милли даже не заметила, как за одно мгновение изменилась вся её жизнь. Глаза отчима помутнели и стали напоминать какой-то звериный взгляд. На губах возник оскал из тех зубов, что ещё у него оставались. Девочке стало так страшно, что она еле могла соображать. Отчим попытался схватить её за волосы, но она с визгом увернулась, обежав стол кругом. Мужчина со звериным рыком бросился вслед за ней. В голове девочки возникла единственная мысль: или побьёт, или прикончит. Милли схватила бутылку из-под пива и, зажмурившись, опустила её отчиму на голову. Раздался странный звук, который она уже точно никогда не забудет. Стекло треснуло, рассыпавшись на осколки. Но самому отчиму было хоть бы хны. Он даже не пошатнулся, но его глаза налились страшной ненавистью. — Ах ты сука! — он вновь попытался схватить её за волосы. На мгновение его пальцы были так близко, что она уже поверила, что это случится. Но сегодня удача решила занять её сторону. Девочка нагнулась, а потом юркнула под стол и выбралась с другой стороны. Полупьяный отчим бросился было за ней, но ударился лбом о металлическую ножку и взвыл от боли. На пол упали несколько капель кровь из рассечённой брови. А падчерица уже выбралась на улицу и побежала прочь, не разбирая дороги. Вскоре перед глазами замаячили деревья. Помимо постоянной физической боли, девушку тревожила и моральная. Беспричинные оскорбления в её сторону, издёвки, избиения, глупые шутки и насмешки всегда доводили до слёз. Милли вернулась в реальность. Она лесу. Ей тоскливо и одиноко, а ещё становится прохладно. Её пробрала такая дрожь, словно она только что вновь спаслась от побоев отчима. Но нет. Кругом тихо. Даже не слышно птиц. Она снова бредёт куда глаза глядят. Вокруг неё начал сгущается туман. Вскоре он заклубился так сильно, что она едва могла разобрать дорогу. Вдруг она заметила тёмный силуэт, который выделялся за деревом неподалёку. Она не испугалась, а только обрадовалась тому, что её кто-то нашёл. Оставалось надеяться, что это не отчим, а то у неё больше нет сил бежать. — Хей, я здесь! — крикнула она, помахав. Силуэт всё также смотрел на неё. Нельзя было разобрать, как он выглядит. — Я заблудилась! Не могли бы вы мне помочь? И она услышала приятный мужской голос. Он звучал как будто совсем рядом, обволакивая её спокойствием. — Конечно, я помогу тебе, Милли. На несколько мгновений девочка опешила. Её смутил тот факт, что незнакомец знает её имя. Может, это отчим? — Не бойся, — сказал силуэт, словно прочитав её мысли. Она поняла, что отчим никогда в жизни не стал бы с ней так разговаривать, это кто-то другой. — Я вас не боюсь. Из тумана медленно вышел очень высокий и странно худой мужчина. Он был одет в явно дорогой костюм, который благородно подчёркивал его фигуру. Милли дошла взглядом до его лица, по пути отметив, как бледна его кожа. И вдруг она поняла, что не может различить его черт. Словно у мужчины не было лица, как у манекена. — Даже сейчас?.. — тихо спросил он, протягивая к ней неестественно длинную руку с тонкими пальцами. Милли смотрела на неё несколько секунд, а потом обессиленно улыбнулась, протягивая свою в ответ. Ей вообще вдруг стало так легко на душе, что все проблемы показались пустяком. Этот человек внушал ей приятное чувство спокойствия. Она хотела ему доверять. — Даже сейчас. Его пустое лицо смотрело ей прямо в душу. Милли не могла отвести от него взгляда. — Пойдём со мной. Он взял её за руку, и они медленно отправились вдаль. Вскоре их силуэты поглотил туман.

***

В лесу брезжил рассвет, выглядывая из-за влажных стволов деревьев. Туман, словно сигаретный дым развевался на ветру. Осенний лес перестал быть таким привлекательным, и казалось, стал жутковатым. С десяток полицейских работали за жёлтой лентой. Рядом с ними лежало бездыханное тело четырнадцатилетней девочки из ближайшего трейлерного парка. Об её пропаже сообщили ещё прошлой ночью. Тело казалось печальной куклой, которую кто-то потерял. Сердце шерифа даже немного сжалось от тоски, когда он увидел этого несчастного подростка. Теперь им предстоит узнать, что же с ней случилось. Полицейская группа суетилась вокруг тела, собирая улики и делая фотографии. Шериф с мрачным видом курил в стороне. И никто из них даже не догадывался, что душа самой Милли наконец-то обрела счастье и покой под защитой тонкого человека.