И пусть вселенная подождет

Им редко удавалось побыть наедине. Сайки вечно был окружён одноклассниками — то Тэрухаси подойдет в очередной раз, приводя за собой толпу своих поклонников, что следуют за ней как за мамой-уткой; то парень с фиолетовыми волосами из параллели утащит его помогать ему в своих любовных похождениях; то неугомонный староста пристанет, или ещё что. И нет, не поймите неправильно, Кайдо не был собственником. Но Сайки Кусуо всё же был _его_ парнем. И пусть они не афишировали свои отношения, у него должны быть некоторые привелегии, так? (И они правда были. Кайдо позволялось виснуть у Кусуо на спине, когда обычно он не позволял никому даже прикоснуться к себе. Кайдо всегда пускали к себе в дом и даже комнату, не избегали и выполняли мелкие просьбы. И, о боже, разве это не высший знак любви от кого-то вроде Сайки, с ним даже делились кофейным желе.) Так что, когда за целую неделю ему удается ухватить лишь пару смазанных поцелуев и переплести пальцы на какие-то жалкие пару минут, пока они идут в школу (после появляется Нэндо со своим привычным «Здоров, коротышка, братан!» и не то чтобы Кайдо не ценит своего друга, но в конкретно этот момент, когда им приходится спешно рассоединять сцепленные руки, он бы предпочел, чтобы его не существовало), Шун не выдерживает. Парень редко ослушивается мать, и это практически всегда связано с одним конкретным малинововолосовым псиоником. Так и сегодня. Кайдо не идёт после уроков на дополнительные занятия как обычно, лишь для того, чтобы утащить уже всё знающего Сайки из класса, стоит звонку с последнего урока прозвенеть. Несколько учеников пытаются остановить их, но Кайдо упрямо игнорирует всех, вслух причитая что-то о «Темной общине» и их ковархных планах. Они останавливаются только у шкафчиков с обувью. Сайки вопросительно вскидывает бровь, впрочем никак не меняясь в выражении лица. Кайдо сжимает губы, недовольно качает головой и ничего не говорит. Коридоры ещё не успели заполниться, у шкафчиков стоят всего пара-тройка таких же спешащих старшеклассников. Большинство из них, как, например, Чисато и Такахаши, спешат на свои подработки. Они переобуваются за несколько минут, и Кайдо снова тянет парня за рукав школьной формы. Сайки послушно следует за ним, пусть хват голубоволосого почти не ощущается. В его голове крутятся сто и одна мысль, и Кусуо прекрасно знает, что произойдет дальше, поэтому выполняет чужую просьбу раньше, чем она успевает сформироваться и слететь с губ. Они оказываются в комнате Сайки быстрее, чем Кайдо может это осознать. Он растерянно глядит по сторонам, выдыхает пару раз и наконец расслабленно улыбается. — Не могу привыкнуть к тому, что ты правда слышишь чужие мысли постоянно, — он аккуратно садится на чужую кровать. Сайки на это замечание лишь пожимает плечами. Он то к своим способностям за семнадцать лет привык. Кайдо качает головой, хихикает и хлопает по месту рядом с собой, прося сесть. Сайки послушно садится, разведя руки, чтобы через мгновение заключить голубоволосого парня в объятия. Тот устраивается на чужих коленях, обхватывает ногами за талию, а руками за шею. — Всю эту неделю «Темная община» активно препятствовала воссоединению двух сильнейших людей этой вселенной, но, я, Черное Крыло, смог справиться с ними. Так что сегодня ты весь мой, — он бормочет куда-то в чужую шею, спрятав там же красное лицо. Сайки хмыкает, перебирая синие пряди и накручивая их на палец. Вдыхает сладковатый запах шампуня (это что, клубника?) и думает, что он совсем не против провести так хоть всю оставшуюся жизнь. — И почему вокруг тебя всегда так много народу, — недовольно бормочет Кайдо, прижимаясь уже губами к ключицам. «Мне бы знать», — Сайки передает свой голос телепатически, и теперь, когда Кайдо знает об этом, он может слышать небольшое эхо, всегда сопровождающее его слова. Черт, его парень такой крутой!