13 карт и Т/и

Т/и вернулась домой, т. к. было достаточно ветренно. Когда она пришла, на нее накинулся Феликс. Зонтик же просто стоял рядом, и смотрел в окно. Пока Феликс рассказывал Т/и, что он успел сделать за сегодня, Т/и подошла к Зонту. Он же, сидя на низком подоконнике, смотрел и погрузился в мысли. Т/и коснулась рукой плеча шестого. Тот сначала дернулся, потом посмотрел на Т/и. Увидя ее лицо, что само за себя спрашивало "все нормально?", Зонт покрылся легким румянцем. - Ты чтото хотела, Т/и? - спросил Зонтик, уже смотря на Феликса, что немного ревновал Т/и, которая променяла его - своего лучшего друга! - на Зонтика. Но тут же успокоился, подумав, что он успеет еще с ней поговорить в доволь. Т/и, не замечая изменений выражения лица Феликса, обратилась к Зонту. - Почему ты такой грустный? - Просто настроения нету. - протянул Зонтик. Феликс же подошел к ним. Ну, как подошел, скорее накинулся на Т/и держа ее за плечи. - А давайте порисуем! - Почему бы и нет? - ответила Т/и. После она глянула на Зонта. - Ну как, ты с нами? - А куда мне деваться? - с сарказмом произнес Зонтик. - Я умереть со скуки не хочу. - Пошлите! - протянкл Феликс. - Давай к тебе, Зонт, ладно? У тебя столько разных матеръялов для рисования. Больше чем у всех остальных вместе взятых. - Я не против. - сказал Зонтик. Они пошли в комнату Зонтика. Комната по размерам была такой же, как у Т/и. Из мебели были кровать, рабочий стол, прикроватная тумбочка и шкаф для одежды. В принципе все. Ну, еще шкаф для вещей. Комната была покрашена, в красивый берюзовый цвет. На стенах было нарисовано небо, с красивыми белыми облаками. Феликс уже был здесь, поэтому привык к такой красоте. Когда зашла же Т/и, она посмотрела на это, как на 8 чудо света. - Зонтик. Это ты разрисовал стены, как небо? - Да, я. - ответил Зонт. - Это фантастика! - сказала Т/и одаривая работу Зонтика комплиментами. Щеки шестого покраснели, вместе с кончиками ушей. - Я польщен. - Я тоже был в таком шоке, когда сам увидел комнату Зонтика. - прибавил Феликс. - Ладно, мы рисовать сюда пришли, или мою работу одаривать? - спросил Зонтик, доставая из шкафа принадлежности. Зонтик отдал каждому по ластику, точилке, карандашу и небольшому скетчбуку. Сам он взял тоже самое, и стал рисовать. Т/и долго думала, что нарисовать. Она решила нарисовать свой старый дом. Пятиэтажку, с окнами, двором, который был детской площадкой. Она стала рисовать детально. Ей больше нравилось рисовать в черно белом стиле, поэтому ей хватило и простого карандаша. Феликс же стал рисовать банду людей, что видел недавно. Рядом с магазином. Такие дружные и слаженные ребята, как показалось Феликсу. Вот настоящая дружба. Зонтик же стал рисовать вид из окна. Как деревья, красивые и такие прекрасные загораживали машины, дома, и другие постройки, построенные людьми. Как летают птицы, проходят какието люли. Через час, усердной и молчаливой работы, все показали друг другу рисунки. Всем понравились произведения друг друга. Они болтали, разговаривали на общие темы. К ним присоединились и Габриэль с Вару, что проходили рядом, и услышали смех Т/и. Они рассказывали друг другу ситуации, что были у них. Когда дело приближалось к пяти вечера, то Вару ушел. Его была очередь готовить еду. Т/и решила ему помочь. Через час, были готовы спагетти с мясом. Клоны сначала боялись чтото есть, вдруг отравлено. Это же Вару, он и не такое сотворить может. Поняв их мысли, Вару все таки сказал. - Да не бойтесь вы. Яда или отравы там нет. Я с Т/и готовил, она видела. Это придало клонам уверенности. Пик решил рискнуть. Сьев совсем чуть чуть, он тут же стал работать вилкой. Клоны посмотрели, и поняв, что это сьедобно, тоже стали потихоньку пробовать. Через пару секунд, все уже заработали вилками. Когда в тарелках ничего не осталось, клоны стали вперебой говорить. - Это вкусно, на все 100% - ЭТО ИДЕАЛЬНО! - Вкусно. - Действительно, хорошо приготовлено. - Не хочу этого признавать, но и в правду это сьедобно. Вару их все таки смог утихомирить, и они пошли заниматься своили делами. Т/и же, поужинав, пошла к себе в комнату. Остальное время до сна, она провела в телефоне. А после, уснула сладким сном