Пахнешь, как любовь

Олег взглянул на Юлю и приложил пальцы к разбитой брови. Девушка, покачав головой, обняла парня. Олег тут же попятился назад.

— Прости, что так получилось! — Воскликнула Юля. — Слушай, тебе доставляет удовольствие издеваться над людьми?        Девушка присела на диван в кабинете своего отца и накрыла лицо прохладными ладонями. — Сначала ты заставляла меня встречаться с Самойловой, чтобы снова доказать своему отцу, какая же ты молодец, потом призналась мне в любви, а по итогу что? — Парень подошел ближе к дивану. — Юля, ты доиграешься.        Ни смотря на несносный характер Юли, она понимала, что перегибает. Но признаться в этом она не могла. — Делай, что хочешь! А если… — парень махнул рукой.       Юля подняла глаза на одноклассника, и они неожиданно заслезились — чему, между прочим, Олег не поверил. Хмыкнув, он присел на стул рядом и покачал головой.

***

       Тая, положив голову мне на плечо, улыбнулась. Я посмотрела на учебник алгебры — урок предстоял трудный. Неожиданно для нас всех сегодняшний урок должна провести Татьяна Григорьевна, что очень пугало тех, кто сегодня неготов. — Она хороший учитель математики, — прошептала Тая. — Но очень строгий. Прямо как и ее сын.       Мое лицо тут же покрывается сплошным алым пятном, а кончики губ ползут вверх вспомнив я об Игоре. Скорее о том, как пару дней назад он долго-долго целовал меня у меня же дома.       Два выходных мужчина провел в моей компании. Мы гуляли по всех Москве, и я, неожиданно для самой себя, охнула. — Ты чего? — Спросил Игорь, взяв меня за руку. — Ничего, — покачала головой я сжимая его ладонь. — Просто мне так хорошо.       Игорь тут же взглянул на меня и, убрав свою руку, поправил мой капюшон. — Может, — начал учитель поежившись от морозного ветра, — пойдем домой? — Пойдем? Ко мне так просто пешком отсюда не дойти, — засмеявшись сказала я понимая о чем говорит Игорь. — Нет, Нюта, ко мне домой.        Сегодняшнюю ночь Игорь провел со мной в моей спальне. Натянув на меня одеяло, мужчина уткнулся в мои волосы и тихо о чем то рассказывал. В силу собственной усталости, я, кажется, совершенно не слушала его. А потом и вовсе провалилась в сон. — К тебе? — Мое сердце пропустило удар. — Сейчас? — Представляешь! — Улыбнулся учитель.       На секунду я попыталась представить, как же он живет. Наверное, как и любой другой холостяк. Эта мысль рассмешила меня, и я, обратно переплетая наши с ним пальцы, кивнула. — Эй, — где-то на периферии был слышен голос подруги, — встань!       Тая, которая смогла вывести меня из плена собственных мыслей, потянула меня за руку. В кабинет зашла Татьяна Григорьевна.       Поздоровавшись, женщина прошла вглубь кабинета громко кинув на стол связку ключей. — Очень надеюсь, — начала директриса, — что все выполнили домашнее задание.       Переглянувшись между собой, добрая половина класса кивнула. — По желанию, кто то один выходит к доске, переписывает задачу на доску, и объясняет ход решения.       Вглядываясь в ее лицо, я замечаю до невозможности знакомые черты лица. Даже приказной тон у них с Игорем абсолютно одинаковый.       Никто не тянет руку, поэтому женщина отрицательно качая головой, открыла журнал. — Игорь Владимирович следит за вашей успеваемостью? — Спрашивает она пробежавшись взглядом по оценкам.       Наверное, сегодняшний урок для меня и останется в тумане, ведь только одно упоминание об Игоре, заставляет меня вернуться обратно к воспоминание о выходных.        Игорь, открыв передо мной дверь в свою квартиру, положил руку мне на плечо.       Оказавшись в довольно просторном коридоре, я стянула с себя шапку. Щелкнув выключателем, учитель закрыл дверь. Свет озарил коридор. — Уютно, — сказала я оглядевшись.       Хмыкнув, Игорь расстегнул на мне зимнюю куртку и, открыв шкаф купе, достал оттуда вешалку. — Разувайся и проходи налево, — мужчина повесил и свое пальто. — Хочется чего то? Чай? Кофе? Шоколадку? — Шоколадку? Ты же говорил, что не любишь шоколад, — сказала я устремив взгляд в пол. — Ну, — протянул Игорь положив руку на косяк двери, — я хотел тебя пригласить, поэтому вчера купил пару плиток.        Удивившись такой заботе, я прикрыла рот кончиками пальцев. Игорь скрылся на кухне.       Гостиная в его квартире была небольшой, однако очень уютной. Большой белый кожанный диван сразу привлек мое внимание, и присев, я закинула ногу на ногу вглядываясь в мельчайшие детали интерьера. Светлая комната совсем не подходила под угрюмый характер Игоря. Лишь чистота, буквально стерильная, как в операционной, напоминала мне некий педантизм, которым мужчина все же обладал. — Это тебе, — учитель протянул мне две плитки молочного шоколада. — Если ты его так любишь, обязательно скажи какой.       Улыбнувшись, я забрала из его рук шоколадки и принялась раскрывать одну из них. — Я думала, у простых учителей квартиры по скромнее, — прошептала я положив дольку на язык.        Учитель захохотал присев рядом со мной. — Вкусно? — Я кивнула. — Надо будет прикупить еще.       Зардевшись, я положила голову ему на грудь. А позже, когда он закинул руку мне на плечо, почувствовала, как Игорь одним аккуратным движением запустил руку мне под свитер. Он совсем невесомо вычерчивал непонятные узоры на моей спине.       Неожиданно, пожалуй, и для самой себя, я уверенно посмотрела мужчине в глаза и, перебросив на него ногу, села. Взяв в руки лицо учителя, я заметила легкую пьянящую дымку в его взгляде.       Игорь поцеловал меня первым — почти невесомо, так осторожно, будто боялся спугнуть момент. Его губы коснулись моих на мгновение, но этого оказалось достаточно, чтобы внутри что-то дрогнуло и потеплело.       Я провела ладонью по его тёмным волосам, медленно, запоминая это прикосновение, и почувствовала, как он на секунду задержал дыхание. Невинность поцелуя обманчиво скрывала напряжение между нами — оно сгущалось, пьянящее и сладкое, растекаясь под кожей.       Мир вокруг будто отступил, оставив нас наедине с этим тихим, но опасно притягательным ощущением — когда всё только начинается, и назад уже невозможно.        Его осторожность треснула первой. Поцелуй стал глубже, требовательнее, будто он больше не хотел сдерживаться. Его ладони легли мне на талию, притянули ближе — так, что между нами не осталось ни воздуха, ни сомнений.       Я почувствовала, как меня обдаёт его теплом, как учащается его дыхание у моего виска. Он целовал уже не губы — линию челюсти, шею, задерживаясь там слишком долго, опасно медленно. От этого движения внутри всё стягивалось в тугой, сладкий узел.       Мои пальцы снова утонули в его тёмных волосах, я невольно подалась навстречу, и он тихо выдохнул моё имя — низко, почти неслышно. Это прозвучало интимнее любого прикосновения. — Самойлова? — Услышала я где то сбоку себя. — Ты с нами?        Подняв голову, я увидела перед собой Татьяну Григорьевну. Она стояла рядом с партой, опершись ладонями о край стола, и смотрела на меня слишком внимательно.       Реальность обрушилась резко, будто меня окатили холодной водой. Щёки вспыхнули, дыхание сбилось — я даже не сразу поняла, сколько времени смотрела в одну точку.       Я кивнула, поспешно выпрямляясь и опуская взгляд в тетрадь, где вместо формул всё ещё стояла пустота. Мысли о выходных рассыпались, оставив после себя лишь гул в ушах и предательское тепло где-то под кожей.       Мел скрипнул по доске, класс снова зажил своим размеренным ритмом, а я ещё несколько минут пыталась вернуть себя в алгебру, делая вид, что сердце не бьётся слишком быстро.