Не первое и не последнее утро

      Король и Сэр лежали на подоконнике, вылизывая шерстку друг друга. Штора была отодвинута и впускала утренний свет в комнату. Солнечные лучи окрашивали в золотистый цвет блондинистые, почти белые волосы Эндрю. Сам он спал, закинув ногу на бедро Нила, который пробудился ото сна чуть раньше.       Нилу нравилось наблюдать за лицом спящего Эндрю. Нравилось спокойствие, испускаемое каждой расслабленной мышцей. Нравилось подрагивание глаз, когда он видел сны. Было бы ложью сказать, что Нил не считал своего мужа красивым, поэтому он лежал с улыбкой, так и не сдвинувшись с момента пробуждения ни на миллиметр. Он знал, насколько чуткий у его блондина сон, и совершенно не желал его прерывать. Нил аккуратно приподнял свою руку и взглянул на часы. 09:28. Просыпаться и идти по делам необходимо было только через пару часов, и Нил был уверен, что проведет все это время, бесстыдно разглядывая Эндрю. Он опустил руку на подушку рядом с блондинистыми волосами, замирая, чтобы убедиться, что Эндрю все ещё спит. Нил обратил внимание на то, как подсвечены волосы мужа. Свет, ложась на волосы, образовывал нимб, и у Нила проскользнула мысль, что Эндрю и правда был его ангелом-хранителем уже очень долгое время.       Полежав по ощущениям еще минут двадцать, Нил потянулся рукой к щеке Эндрю. Он провел тыльной стороной ладони по ней почти невесомо, затем убрал прядь мягких светлых волос со лба на макушку и запустил пальцы в волосы на затылке. Между бровями Эндрю образовалась складка, он открыл глаза, моргая, чтобы сфокусировать взгляд, и расслабился, увидев льдисто-голубые глаза напротив. Он притянул Нила ближе к себе ногой, все еще переброшенной через его бедро, и прошептал хриплым после сна голосом:       — Пялишься.       Нил фыркнул, смеясь, и наклонился ближе к губам блондина.       — От тебя невозможно оторвать глаз, — прошептал тот в ответ, оставив быстрый поцелуй на носу Эндрю, и чуть выше скользнул по его волосам рукой. — Прости.       Эндрю притворно закатил глаза, но прижался грудью к груди Нила, наслаждаясь их общим теплом. Он взял лицо Нила в руки, нежно огладил контур губ большим пальцем. Он точно не наслаждался прикосновением, совершенно точно не жаждал целовать каждую веснушку на лице напротив. Эндрю прочистил горло и чуть громче сказал:       — От тебя тоже, — на лице на мгновение не мелькнула улыбка. — Да или нет?       Нил прижал руку Эндрю к своему лицу и погладил ее, приблизился к его губам и выдохнул ответ:       — Да. С тобой — всегда… — Нил не договорил, потому что Эндрю уже впечатал свои губы в мягкие губы Нила.       Поцелуй вышел напористым, но трепетным, будто Эндрю боялся разрушить что-то хрупкое. Впрочем, он все равно пошатнул сознание Нила своей нежностью, и у того закружилась голова. Нил схватил краешек одеяла и сжал его, чтобы не провалиться за грань вселенной. Эндрю прервал поцелуй лишь тогда, когда им обоим перестало хватать кислорода в лёгких, взъерошил Нилу рыжие волосы пятерней, как коту, и чмокнул в нос. Он отдал бы жизнь, чтобы как можно чаще видеть эту теплоту в холодных ярко-голубых глазах, чтобы видеть ямочки на щеках от широкой, искренней улыбки. Нил, переведя дыхание, снова потянулся за поцелуем и тихо прошептал:       — Je l'aime à mort.       Эндрю на мгновение завис, пытаясь переварить только что услышанные слова, перекрыл тянущиеся к его лицу губы Нила ладонью и возмущенно взглянул тому в глаза.       — Не тот язык, — пояснил он, — перевод в студию.       Нил сдавленно засмеялся сквозь пальцы Эндрю, убрал его руку ото рта и ответил:       — Nein, fick dich, meine Liebe.       Эндрю не засмеялся в ответ.       — Ist das was du willst?       — Nicht heute, — фыркнул Нил и по-лисьи сощурил глаза. — Да или нет?       Вместо ответа Эндрю приподнялся на локтях и навис над Нилом, но уже через секунду нежно прижался к надоедливым, постоянно несущим чушь губам напротив. Он поставил локти по обе стороны от головы Нила, чуть выше плеч, перекинул колено через его тело и теперь сидел на его животе, взяв контроль в свои руки. К счастью, Нил знал, что Эндрю не представляет угрозы. Он доверял Эндрю даже свою жизнь, так что был не против остаться под ним.       Эндрю вслепую нашел запястья Нила и сжал их над его головой одной своей рукой достаточно крепко, чтобы зафиксировать, но недостаточно сильно, чтобы причинить хоть малейший дискомфорт. Он прервал поцелуй, перевел дыхание и опустился к шее Нила, оставляя на ней мокрую дорожку поцелуев, кусая и тут же зализывая покраснение на нежной песчано-бронзовой коже. Нил судорожно вдохнул воздух, запрокинул голову, предоставляя Эндрю больше пространства для действий. Он бы запустил пальцы в отливающие золотом мягкие волосы, но его запястья все ещё были властно прижаты к подушке. Блондин, удовлетворённый реакцией, стал целовать контур челюсти Нила, затем провел губами по выпирающему кадыку. Услышав тихий стон и последующий за ним резкий вдох, Эндрю спустился ещё ниже, к ключицам, когда почувствовал слишком сильное напряжение в запястьях Нила. Моментально Эндрю остановился, поднимая вопросительный и обеспокоенный взгляд карамельных глаз к раскрасневшемуся лицу своего рыжего недоразумения.       — Nicht heute, — повторил Нил. — Всё нормально.       Эндрю расслабился, когда услышал, что не пересек границ, отпустил запястья Нила и в последний раз быстро чмокнул впадинку ниже шеи. Нил отдышался, отогнав ненужное этим утром возбуждение, приподнялся на локтях и чуть не впечатался в нос Эндрю своей макушкой. Заливисто рассмеялся.       — Если ты посмеешь за это извиниться, я, блять, сломаю тебе нос, — рыкнул Эндрю, слезая с Нила на свою половину постели.       — Извинюсь за то, что я сам чуть не сломал нос тебе? — уточнил Нил.       Эндрю окинул того беглым взглядом, спрашивающим "ты идиот?", и отвернулся.       — Прости, — фыркнул Нил, и взгляд Эндрю снова направился на него. — Прости, что не сделал этого, — торжественно закончил он.       "Кретин", — подумал Эндрю.       — Заткнись нахуй, — буркнул Эндрю вслух.       — Заткни меня, — игриво протянул Нил, расплываясь в улыбке. — Только ты знаешь, как это сделать.       — Терпеть тебя ненавижу! — зарычал Эндрю, за мгновение преодолевая половину постели, чтобы в очередной раз накрыть губы рыжего придурка своими собственными.