Спаси меня

Джени была умным ребёнком. Не смотря на своё счастливое детство, то время когда она была подростком – было самой ужасной порой. Но она смогла быстро адаптироваться, привыкнув к новым правилам и устоям. Девушка никогда не жаловалась на то, что поданая еда была холодной. Не жаловалась на строгие правила дома. Она никогда не шла против своей бабушки. Смиренно опускала голову, когда ей говорили, что она не права. Джени верила в то, что бабушка знает лучше. Эмили Форбс была строгим опекуном. Она не любила когда девушка отлынивала от занятий или приходила не вовремя. Эмили даже не позволяла ей завести друзей. Джени считала, что бабушка во всём права. Она не могла перечить женщине, которой обязана жизнью. Эмили была её благодееятелем. Старая женщина была невероятно чёрствой и, временами, даже жестокой. Но Джени не обращала на это никакого внимания. Бабушка была тем – кто спас её от участи оказаться бедной сироткой. И она была ей благодарна за это. Она должна была быть благодарна. Джени Смолз – ребёнок, который хотел быть счастливым, живя вместе с родителями, был обречён на вечные унижения и отсутствие любви со стороны родной бабушки по материнской линии. Воспоминания о былых днях уже не вызывали в ней столько смешанных эмоций. Сейчас, вспоминая всё, что она пережила в том доме, она не испытывала ничего кроме пустоты. Для Джени эта была необходимая мера, без которой нельзя было обойтись. Она прожила в том доме 4 года, а после выпуска из школы и поступления в университет Пальметто – девушка так ни разу и не навестила своего спасителя. Она не видела человека, которого так любила и до дрожи ненавидела 3 года учёбы в университете. Джени не знала смотрит ли бабушка их игры, но про себя надеялась на отрицательный ответ. Если бы Эмили видела какую жизнь её единственная внучка себе устроила после ухода из дома, то наверняка разочаровалась бы. Джени знала, что даже если бы она захотела, то не смогла бы вернутся к своему единственному родственнику. Ей давно был запрещён ход в тот дом. Девушка просто смирилась с тем, что Эмили не хочет её видеть. Но отчего-то при мысли о том, что бабушка может разочароваться в ней ещё сильнее болезнено сжималось сердце. Девушка оглядела комнату. Лисы собрались в комнате для обсуждения стратегий. Смолз наблюдала за тем как Мэтт собачится с парнем по имени Аарон, а Дэн то и дело обвиняет во всех бедах Эндрю. Джени устало смотрела на них. Ей не хотелось влезать в очередные споры. Каждый раз когда лисы ссорились Джени возвращалась в то время когда она ещё жила с родителями. «Тарелка с громким стуком упала на пол, разбиваясь на куски. Джени вздрогнула. Она поочерёдно смотрела то на рыдающего отца, то на разъярённую мать. Девочка не знала в какой момент их семейная жизнь вдруг стала такой. Из идеальной семьи, как из рекламы, они вдруг превратились вот в это. Отец внезапно сильно запил, а мать стала реже появляться дома, а когда она возвращалась, то, как правило, тут же заваливалась спать. Джени много плакала, не в силах осознать почему они не могут снова начать жить как раньше. Девочка снова слышала безумные крики матери, поэтому закрыла уши, тихонько напевая себе под нос колыбельную» Джени с тоской смотрела на разворачивающуюся сцену. Ей внезапно очень сильно захотелось закрыть уши, снова напевая себе под нос тихую песню. Девушка перевела взгляд на тренера. Ваймак прочистил горло, перед тем как громко приказать всем успокоиться. -Эндрю, - строго обратился к новобранцу Ваймак - что за цирк ты мне тут устроил? Не команда, а балаган какой-то. Тренер выглядел недовольным и напряжённым. Джени вниматально всматривалась в его лицо, вспоминая о бабушке, которая смотрела на неё с таким выражением всякий раз, когда Джени приходила домой позже положенного. Эмили смотрела на неё так, когда узнала о Сарине. Нет, она смотрела на неё с ещё большей злостью. Даже с ненавистью. -Да ладно вам, тренер, - громко пропел Эндрю, находясь под дозой своих таблеток - никто же не пострадал, верно? Я не виноват в том, что Бойд оказался слишком чуствительным и даже не смог по достоинству оценить мою шутку. Мэтт истерично расхохотался. Джени вспомнила о том, как её мать смеялась, смотря на снова плачущего и пьяного отца. Смолз скривилась. -Шутку? Шутку?! Серьёзно? - голос Мэтта сквозил злобой и ненавистью, что заставило Джени ссутулиться, стараясь выглядеть меньше - Хо, может я и не смог оценить её по достоинству, но зато Нил определённо точно смог это сделать. Улыбка Эндрю померкла и он коснулся своей челюсти. Джени широко раскрыла глаза. Она помнила как касалась место удара, всякий раз когда бабушка била её за неповиновение. -Этот малец тебя ударил? Удивлённо вскинул брови Скотт. Его лицо странно вытянулось, напоминая девушке какого-нибудь персонажа из мультика. Сет громко присвистнул. Эбби прижала руку ко рту, в ужасе. Джени понимающе глянула на неё. Наверно, было странно осознавать, что твой подопечный мог сделать, что-то подобное. Эндрю выразительно глянул на Скотта и тот сконфуженно пробубнил, что-то себе под нос. Миньярд снова глянул на Мэтта. Его глаза исказила злоба и Мэтт замер в страхе. Джени с испугом наблюдала за этой сценой. Из её рта сразу же вырвались слова, призывающие к компромиссу. -Мэтт, я понимаю, что ты злишься и это оправдано, но кое в чём Эндрю всё-таки прав. Никто не пострадал в этой ситуации. Парень злобно зыркнул на неё. Джени показалось, что между ними произошло некоторое недопонимание, поэтому она решила продолжить говорить. -Я имею в виду... Не лучше ли будет забыть об этой ситуации? Вы оба поступили неправильно и ваши необдуманные действия могут сильно повлиять на команду. Мэтт ощетинился. Ему явно не понравились слова, которые вылетели из уст девушки. Смолз вздрогнула от ледяного взгляда Бойда. -Я поступил неправильно? В каком месте?! Может тебе лучше последить за тем, что делаешь ты? Почему ты вообще защищаешь Эндрю?! Джени не знала, что на это сказать. Да, даже если бы и знала – не сказала бы. Любые слова сейчас могли только усугубить положение. Джени пришлось бы встрять в ссору с Мэттом, а она ни с кем не встревает в ссоры. Даже, если кто-то пытается обидеть её, она просто проглатыает все обиды, лишь бы не вступать в конфликт. Да и всё что ей говорят – правда. Жизнь с родителями заставила её ненавидеть всякие споры и разборки, а жизнь с Эмили заставила её возненавидеть себя. -Мэтт, Джени права, давай не будем развивать этот конфликт и дальше. Взмолилась Дэн. Бойд, нехотя, опустился на своё место, отдаваясь в руки Дэн и слушая её ласковые слова. Джени просто смотрела за этим, пока не почувствовала на себе чей-то внимательный взгляд. Она повернула голову в сторону, встречаясь с карими глазами Аарона. Это заставило её съёжится. Ей было страшно общаться с семейкой Миньярдов. Вокруг них была странная атмосфера, заставляющая бегать мурашки по всему телу. Джени поспешно отвернулась.

****

Возвращаясь в свою комнату, в кампусе, девушка снова наткнулась на внимательные карие глаза. Джени остановилась. Она знала, что это не Эндрю, но ей всё равно стало жутко. Смолз замерла не месте. Она не знала, что успела сделать Аарону, но была абсолютно точно уверенна в том, что её не ждёт ничего хорошего. Аарон приблизился к ней, внимательно всматриваясь в чужие глаза. На его лице появилась странная гримасса и Джени ещё сильнее ощутила потребность в том, чтобы вернутся в комнату. Она уже немного жалела о том, что решила сходить на квартиру к своей знакомой. Лучше бы сидела в комнате вместе с Рене. -Джени, да? - уточнил Аарон, словно забыл о её имени, впрочем девушку это не обидело, нисколько - мне вот стало интересно почему ты вдруг вступилась за Эндрю? Аарон впился в руку обомлевшей девушки. Джени испуганно отшатнулась, стараясь уйти от Миньярда подальше, но парень на это действие лишь усилил хватку на чужом запястье. Глаза Смолз округлились от страха. Неужели её сейчас будут бить? -Все старшекурсники поголовно ненавидят нас и готовы повесить на Эндрю все чужие погрешности, но ты почему-то вступилась за него. Аарон недовольно прищёлкнул языком, а Джени задрожала всем телом от страха. Она почувствовала как её ноги немеют. Словно она вот-вот упадёт. Миньярд, тем временем, подобрался к ней ещё ближе. -Я вот размышлял над этим и вот к чему пришёл. Аарон шагнул ближе, оказываясь на растоянии одного вдоха от девушки. Джени не пыталась выбраться, она просто стояла не в силах как-либо противостоять. Миньярд наклонился к её уху. Горячее дыхание опалило ушную раковину и Джени вздрогнула. -Ты влюбилась в Эндрю? Тихо прошелестел Аарон. Джени глядела на Миньярда дрожащими глазами. Для неё это был откровенный бред, потому что... Она не интересовалась мужчинами. Эндрю не мог быть интересен ей потому что он парень. Но Аарон этого не знал. Этого никто не знал. Джени не рассказывала об этом никому из лисов потому что ей было страшно. Страшно от того, что в один миг всё её окружение может отвернуться от неё, как это было раньше. Джени прерывисто задышала. Она была уверенна, что Аарон по своему интерпретировал её реакцию, но Джени не могла остановиться. Она не могла прийти в норму потому что девушка чувствовала то, что её главный секрет может в любой момент раскрыться, стоит ей сделать, что-то странное и необдуманное. Джени снова вздрогнула, когда услышала как одна из дверей хлопнула. Аарон обернулся, отвлекаясь от девушки. Из-за двери в комнату братьев показался Ники. Глаза Джени накрыла пелена слёз. Это был тот самый Ники, который, в отличие от неё, сразу же открыто показал всем какой он ориентации. Ники, которому она так отчаянно завидовала за его отсутвие страха того, что его могут не принять. Джени не понимала почему Хэммик не боится стать поводом для обсуждений и массового буллинга. Возможно дело было в том, что Ники повезло чуть больше в отличие от самой Смолз и его родители спокойно смогли принять его ориентацию? Может всё дело в этом? Зрачки Ники расширились, когда он увидел своего кузена, удерживающего дрожащую и чуть-ли не плакавшую девушку. Хэммик удивлённо уставился на Аарона. -Что ты делаешь?! Громко воскликнул он. Аарон собирался его проигнорировать, снова поворачиваясь к девушке, но Джени, воспользовавшись тем, что Аарон на секунду отвлёкся, вырвалась из его крепкой хватки и ринулась вниз по лестнице, на выход из общежития. Из её глаз брызнули слёзы. Она так давно не испытывала подобный страх. Она никогда не испытывала подобной зависти. Джени просто не могла совладать со всеми этими эмоциями и чувствами, которые вмиг овладели ей. Девушка остановилась на крыльце общежития, усаживаясь на холодную плитку. По её щекам стекали горячие слёзы. Джени старалась их утиреть, но всё начиналось по новой. Почему она не может просто взять и выкинуть все чувства? Почему она должна переживать всю эту боль? Тем более в полном одиночестве без капли поддержки и любви, которой ей так не хватало. Входная дверь хлопнула. Девушка обернулась и увидела Ники, который вышел вслед за ней. Она тут же стала утирать слёзы, катившиеся из глаз, ещё усерднее. Не желая показывать кому-то свой момент слабости. Хэммик устроился на плитке рядом с ней. Он неловко прикусил губу, не зная как начать диалог с плачущей девушкой. Устало вздохнув, он наконец решился. -Слушай, я не знаю, что конкретно сказал тебе Аарон, но... - Ники на мгновенье замялся, прежде чем продолжить - тебе не стоит обращать на это внимание. Он может быть немного груб, но это не со зла, просто он... -Как ты это делаешь? Ники замер и перевёл ошарашенный взгляд на девушку. Джени больше не плакала, но её красные глаза выдавали минуту слабости с патрахами. -Делаю что? - не понял Хэммик. Джени посмотрела вперёд себя, не понимая почему она вообще начала говорить с Хэммиком об этом. -Как ты так просто можешь говорить о своей ориентации? Разве тебе не страшно, что тебя не примут другие? Или что ты станешь посмешищем в глазах близких? Объектом их ненависти. Губы Ники вытянулись в букву "o". Джени уже жалела о том, что спросила об этом. Кто-кто, а Хэммик с этим делом точно не помощник. Джени была уверенна в том, что Ники просто странный, вот и всё. -Так ты тоже.. Он не успел договорить, потому что Джени в смущении заткнула ему рот рукой, отрицательно качая головой. -Нет, нет! Я просто спрашиваю! Девушка медленно отстранилась от парня, когда убедилась в том, что договаривать свою фразу он не станет. Ники ухмыльнулся. Не смотря на отрицание такой правды со стороны девушки, Хэммик, кажется, всё равно понял, что попал в точку. -Ну, всё просто. Раньше я тоже ненавидел себя за то, какой я. Думал, что это ненормально – любить парня. Я думал, что я разочарование для своих родителей! Впрочем, они тоже так считали - внезапно начал откровеничать Ники. Джени удивлённо смотрела на него, она не ожидала, что Хэммик тоже сталкивался с этим, то есть, это было очевидно, но она думала, что в его случае это было не так ярко выраженно, поэтому для неё это было чем-то удивительным - а учитывая, что мои родители очень религиозны – для них это была вообще трагедия. Какое-то время я даже думал о том, чтобы закончить все свои страдания здесь и сейчас, чтобы больше не чувствовать все эти тоску и боль. Джени прекрасно понимала чувства Ники. Она и сама это испытывала. До сих пор испытывает. Из-за своего страха снова стать объектом ненависти и презрения в глазах других, она совсем перестала заботиться о том жива она или мертва, потому что это было уже неважно. Главное – сохранить свой страх при себе, а остальное подождёт. -Но потом.. - продолжал Ники - я встретил Эрика. Именно он показал мне, что любить человека своего пола – это нормально. Из-за этого не надо ненавидеть себя, потому что ты в этом не виноват. Мы не можем выбирать кого любить, а кого ненавидеть. Поэтому всё что мы можем – это научится принимать себя. Джени внимательно слушала историю Ники и думала о том, что она так никогда не сможет. После всего что с ней было она никогда не сможет принять и полюбить себя. Это было слишком тяжело для неё. Ники повернулся к ней, внимательно всматриваясь в чужое лицо. -Не думай о том, что могут сказать другие. Живи для себя. Люби того – кого хочешь, а не того – кого навязало общество. Мы свободны от этого, понимаешь? Джени неуверенно кивнула. Она понимала о чём говорит Ники, но на словах всё было намного легче чем на деле. -Что тебе сказал Аарон? Если хочешь, я могу надрать ему уши. Предложил Ники. Джени на это только хмыкнула. Всё это казалось ей слишком странным. Слишком глупым. -Он думает, что мне нравится Эндрю. -А ты по девочкам. Джени смущённо кивнула. Какой смысл скрывать, что-то от человека, который и так всё понял? Тем более, что Ники был таким же. Но нормально было вот так делится с ним всем? -Почему бы тебе не сказать ему об этом? Предложил он. Джени тут же замотала головой. Она была в ужасе от одной только мысли всё рассказать кому-то. Она призналась во всём Хэммику только из-за того, что тот был таким же. А ещё.. Он видел её плачущую. Это был просто неожиданный порыв, который девушка, к сожалению, не смогла контролировать. Ники устало вздохнул. -Хорошо, я постараюсь разобраться с ним, при этом не выдав твой маленький секретик. Ники хихикнул, говоря это. Джени слабо улыбнулась ему. Почему-то после подобного разговора ей вдруг стало легче. Может это было от того, что нести весь этот страх и боль в одиночку просто было непосильной задачей и теперь, поделясь этим с кем-то, она облегчила свой груз? -Спасибо за этот разговор, Ласми. Ники странно посмотрел на неё. Он вопросительно вскинул одну бровь, не до конца понимая, что только что произошло. -Что ещё за "Ласми"? Джени хмыкнула, на самом деле, не смотря на то, что Хэммик казался ей слишком зудящим и надоедливым, сейчас она думала о том, что этот человек был к ней добрее кого-либо. -«Лас» я взяла из твоего полного имени – Николас. А вот «ми» из твоей фамилии – Хэммик. Пояснила она. Ники нахмурил брови и кивнул, всё ещё не до конца понимая. Джени закатила глаза. -Просто.. Мне очень нравится придумывать какие-либо прозвища или что-то в этом роде. Ники протянул задумчивое "А" и покивал головой. Джени ощутила себя хорошо. Ей впервые было так хорошо за последние 4 года.

«-Джулз, скорее сюда!»