***
Время пролетело незаметно. Наплевав на то, что это всё-таки может быть подстава, Пик собрал свои немногочисленные вещи и вызвал такси. Звонить хозяйке и сообщать о переезде он пока не стал, на всякий случай, но на тот же «всякий случай» решил прибраться в квартире, если придётся съезжать отсюда с концами. Выйдя во двор парень принялся ждать машину, нервно постукивая пальцами по пластиковой ручке чемодана.***
Дорога была долгой, что не удивительно. Во-первых, новая квартира находилась в другом районе, а во-вторых, пробки были на каждом шагу. Утро как-никак, все едут на работу, или на учёбу. Написав старосте группы, что его сегодня не будет и включив погромче музыку в наушниках, Пик попытался, хотя бы немного подремать, тем самым досыпая то время, которое потратил на выслушивание ночного концерта. Машина, наконец-то, остановилась в одном из дворов. Расчитавшись с водителем и достав из багажника чемодан, парень вышел на улицу, осматривая двор. Серая панельная девятиэтажка возвышалась над старой и ржавой, детской площадкой, не внушая своим видом особого доверия. Не сразу Пик заметил женский силуэт, что быстро приближался к нему. Это была низкая полноватая женщина с короткими волосами, в длинном светлом пальто. — Здравствуйте! Это вы звонили по поводу квартиры? — спросила она, неловко теребя в руках белую сумочку. — Здравствуйте, да я. — Отлично, держите ключи. — Порывшись несколько секунд, она отдала Пику связку, на которой болталось три ключа и один дешёвый брелок. — Второй подъезд, квартира пятьдесят восемь. Номер телефона мой вы знаете, если что звоните. Под конец месяца будут приходить платежи, пришлёте мне их, и деньги заодно. — Да, хорошо… — Тогда я пошла, всего доброго! Женщина уже развернулась и собиралась уходить, но Пик остановил её. — Стойте! — Да, что такое? — Я, конечно, извиняюсь за такой вопрос, но… почему квартира стоит так дёшево? — Мне просто деньги срочно нужны, а тут, сами понимаете, район не самый удачный, да и квартира, не то чтобы прям новая. — Её ответ звучал слишком неестественно. Слишком зазубренно, будто она уже прогоняла эту речь не один и не два раза. — К тому же, во вторую комнату лучше не заходить. — Это ещё почему? — Да она старая, пошарпанная, там ещё ремонт не успели сделать. Прошу прощения, но мне надо бежать, до свидания. — Ладно, до свидания… После этих слов женщина быстрым шагом пошла прочь и через пару секунд скрылась за ближайшим домом. Слышен был только отдаляющийся звук цоканья каблуков, да и тот тоже вскоре стих, потерявшись в шуме улицы. — «Странная какая-то. Так ладно, потом разберусь, второй подъезд значит…» Пик пошёл вдоль дома, высматривая по синим табличкам с номерами квартир свой подъезд. Массивная металлическая дверь встретила его не работающим домофоном и потрёпанной доской с объявлениями. Сам подъезд был, хоть и старый, но зато чистый и опрятный. Не было расписанных стен, валяющихся повсюду окурков, пустых бутылок и прочих отходов людской жизнедеятельности. Сразу видно, что уборщики получают свои деньги не за просто так. На лестничной площадке было всего четыре двери и пятьдесят восьмая находилась в самом тёмном и дальнем углу. Она бы не выделялась на фоне остальных, если бы не огромный, нарисованный белым мелом, крест, который, судя по всему, кто-то пытался оттереть, но белые следы всё равно отчётливо передавали нужный силуэт. Не придав этому особого значения, Пик вставил ключ в замочную скважину и открыл дверь. В квартире стояла гробовая тишина. Тишина, которой ему так не хватало последние несколько лет. Теперь в его распоряжении была уже однокомнатная, квартира с небольшой кухней, среднего размера спальней и душевой, а большего ему и не требовалось. Разложив вещи, Пик заварил кофе и засел на кухне за ноутбуком, рыская в соц.сетях, параллельно позвонив хозяйке старой квартиры и предупредив её о том, что он съезжает. С момента, так называемого «заселения», прошло достаточно времени. День плавно перетёк в вечер. За окном стемнело, а часы показывали ровно десять часов. Глаза начали понемногу слипаться. Всё-таки несколько дней до этого парень ложился в два, а то и в три ночи, при этом вставая в семь утра. Приняв душ, Пик разложил постель, рухнув на кровать, кутаясь в одеяло и утыкаясь лицом в подушку. На удивление, в комнате не пахло, ни советской мебелью, ни какими-то кремами от прошлых хозяев, но иногда проскальзывал запах, будто бы жжёного дерева. Это ни могло не смущать, но скептический настрой оказался сильнее тревоги.***
Тихие шаги на кухне заставили парня проснуться. По привычке он подумал о том, что это соседи сверху, но потом пришло осознание, что теперь он живёт на последнем этаже и выше только чердак. По спине пробежала лёгкая дрожь после того, как чуткий слух точно определил, что источник звука находится в квартире. Кто-то ходил на кухне. Взяв с тумбочки телефон Пик глянул на время. — «Может хозяйка? Вот только что ей нужно в час ночи?..» Звуки тут же стихли, словно тот, кто их издавал, почувствовал, что его услышали. В голове сцепились два чувства: страх и усталость. Мозг был слишком вымотан, чтобы грузить себя переживаниями, а всё тот же скептицизм нашёл сто и одно оправдание странных звуков, начиная с обычного: «Наверное послышалось», заканчивая: «Может это вообще крысы на чердаке шуршат?» Немного поворчав, Пик вновь уткнулся лицом в подушку, выметая из головы все тревожные раздумья. Всю оставшуюся ночь в квартире было тихо как на кладбище.