I can be lonely with you

Алёша слегка хихикнул: — Было бы неплохо, ты чего уставился так? — приговорил он, невинно смотря на Вову в ответ. — Да нет… Ничего. — Вова потёр висок и всё-таки отвёл взгляд. Он принялся делать чай для двоих. Минуты две, и крепкий зелёный чай был готов. — Тебе с сахаром или без? — крикнул Семенюк Лёше, который бродил непонятно где. — И иди-ка ты сюда. А Губанов засмотрелся на детскую фотографию Вовы, которая стояла в рамке в его комнате и даже не услышал того, что его звали. — Лёшааа. — повторил Вова. Это Хес уже услышал и сразу направился на кухню, не отводя взгляд от фотографии до самого выхода из комнаты. Больно понравилась, Губанову нравился тот факт, что уже в детстве Братишкин был таким красивым, прямо как сейчас. Нет, сейчас намного намного прекрасней. Его глаза, вьющиеся блондинистые волосы, эта улыбка... Такая хитрая, загадочная. И опять Лёшка ушёл в себя, но в этот раз стоя перед Вовой. — Лёша, приём! — он щёлкнул пальцами около лица Губанова и он сразу вздрогнул, как будто не видел этого, не знал, что такое сейчас будет. А если действительно не знал и не видел, настолько забылся в размышлениях, при этом находясь около самого объекта размышлений и немыслимых обожаний? — А... Да, конечно. — Что? Тебе чай с сахаром или без? — переспросил Вова. — Тебе будто молния в голову ударила, тормозишь. — С сахаром, с сахаром. — Понял, принял. Так бы и сразу. — блондин поднял уголки губ. Закинув несколько кубиков сахара себе и Лёше, парниша присел за стол, зовя к себе гостя. Вот они сидят в уютной домашней обстановке и беседуют под кружку чая, что может быть лучше? За окном в то время всё ещё бушевала гроза, и кажется, не собиралась заканчиваться. А время было уже под вечер, как быть? Лёше же домой как-то добраться надо, а смотря на погоду это представляло из себя что-то очень сложное и проблематичное. — Слушай, — произнёс Вова, смотря в окно и нахмурив брови от очередной молнии, ударившей где-то вдалеке. — Ты может сегодня у меня останешься? На погоду глянь, ты как домой поедешь? — Мне даже как-то неловк... — начал Губанов, но его перебили. — Всё, решено, на сегодня тебе уже хватило, заболеешь еще. — тон стал серьёзным и убедительным. Решено, значит решено. — Х..Хорошо, спасибо. — еле как смог связать пару слов Лёша, после чего сделал последний глоток из кружки и глубоко выдохнул.

***

Время уже подходило к ночи, Лёша и Вова всё ещё сидели, но уже не на кухне, а в зале, и увлеченно разговаривали о чём-то. Обоим было очень комфортно в компании друг друга. И больше ничего и не надо, рядом с Вовой Губанов забывал обо всем, а Братишкин аналогично. Лёшины глаза заставляли чувствовать что-то странное, в них можно было всматриваться вечно, просто утонуть, как в глубоком океане. Голубая радужка переливалась на свету. Заметив, что Алёша уже до боли сонный, чуть ли не дремлет уже, Вова не мог это не подметить. — Ну что, спать давай, а то я вижу, что ты не самый бодрый сейчас. — пробормотал Семенюк, думая, как найти выход из ситуации, ведь у Вовы нет второй кровати, она никогда не была нужна. Одной всегда было достаточно, даже дивана нет. — Блять, тут дело такое. Спать негде, кровать одна. — Я могу и на полу поспать. — тихо произнёс Лёша, прикрывая глаза от усталости. — Рехнулся, я не такой изверг. Если тебя не смутит, поспим и на одной. — Да мне без разницы так-то, только не задуши меня ночью. — пошутил Губанов, открыв рот для зевка. — Постараюсь, но ничего не обещаю. — ответил Вова стёбом на стёб. Блондин поднял одеяло и лёг под него, протягивая Лёше, который уже успел заснуть, без какой либо активности целых пять минут, поэтому Вове пришлось самому его укрыть, и только потом завалиться в тёплую мягкую постель. Очень хотелось приобнять шатена, но что-то внутри останавливало, а сердце то не остановишь. Уже часа в три ночи, когда оба крепко спали, можно было увидеть картину, как Семенюк обнимает Лёшу, прижавшись к нему. На утро, конечно, будет очень стыдно, это сразу понятно. И как на зло, Губанов проснулся раньше, почувствовав на себе крепкие руки, обвившие его. Он вопросительно приподнял брови, будто ожидал какой-то реакции от спящего Вовы и улыбнулся. Такое не могло не приводить в радость, к тому же, Вова такой милый, когда спит, такой беззащитный. Сопит прямо рядом с ним, обнимая, как котенок. Желание просыпаться отпало, к тому же, было еще раннее утро. Хес приобнял его в ответ и снова погрузился в царство Морфея ещё на несколько часов.

***

11:00 Семенюк вскакивает от очередного будильника, он проспал! А что проспал, Вова ставил будильники только на важные события и дни, сегодня вроде ничего такого нет, неужели ошибка? И он заметил на себе объятия Лёши, все ужасные впечатления от нежданного будильника резко исчезли.