Семь дней настоящего лета

Hurt – NewJeans Утро в глухой деревеньке на острове Чеджудо выдалось прохладным и туманным. Полупрозрачная дымка медленно поднималась над водой, а затем рассеивалась, обнажая светло-голубой рассвет и сонную луну, готовую вот-вот упасть за тонкую грань горизонта. Зелёные травинки и пышные убранства деревьев покрылись сверкающей росой, а тёплый морской ветерок, играючи, ронял кристально чистые капли на смоченную туманом землю. Неизвестный шорох всколыхнул задремавшую природу. Это молодой парень, Феликс, направляется к кромке воды, держа в руках снасти для рыбалки. Утренняя тишина лишь благоприятствовала его занятию. Оказавшись в изношенной лодке, он активно работал вёслами, стараясь отогнать сонливость, навеянную ранним часом. ✮✮✮ — Дедуля! Я вернулся, – произнёс блондин, затаскивая в дом сетку, наполненную солёной рыбой. Ответа не последовало. Феликс прошёлся по дому и обнаружил старика мирно посапывающим на диване. Что-то в сердце парня защемило при взгляде на пожилого рыбака, но откинув очередную навязчивую мысль, Феликс направился на кухню, дабы в очередной раз сварить целую кастрюлю пресного риса. Утреннее радио в который раз крутило одну и ту же песню. Слащавый голосок её исполнителя, имя которого вылетело у Феликса из головы, уже порядком поднадоел и даже начал раздражать. Однако особого выбора «Радио-Чеджудо» не предоставляло, поэтому Феликс выключил приёмник, сделав выбор в пользу тишины. Постепенно проснулось и солнце: значит, самое время брать в руки руль потертого велосипеда и направляться в город, дабы подзаработать немного денег. Работа продавцом была для Феликса самой тяготной: не только палящее солнце и въевшийся в одежду запах рыбы ненавидел парень, но и надменные взгляды людей, проходящих мимо небольшой лавки на побережье. Разукрашенные и разодетые – никому из них нет и не будет дела до юного продавца, что живёт на последние деньги. Выходя из дома, пропитанного солёным запахом моря, парень грубо оторвал лист календаря с надписью «19 августа 1991» и смял его в руке, стараясь выплеснуть накопившиеся эмоции. ✮✮✮ Still with you – Jungkook Очередной день пролетел в спешке и в работе. Сумерки медленно спускались на зелёные холмы; над головой Феликса, едущего по ухабистой дороге, зажигались тусклые огни фонарей. Их стройные ряды всё редели, и вскоре путь парня освещали лишь фары проезжающих мимо машин. С тоской Феликс смотрел им вслед, вспоминая, как ещё недавно мог так же беззаботно ехать куда-то, разглядывая морские волны за окном. Деревня казалась мёртвой. Свет в домах не горел – люди, преимущественно пенсионеры, экономили как могли. Привязав велосипед рядом с пышным кустом пионов, Феликс вернулся в дом: время перевалило за полночь. И вновь, не найдя себе занятия в полуразрушенном доме, молодой парень погрузился в раздумья. Разглядывая ночную улицу, он вспоминал, как раньше эта узенькая улочка за раскрытыми ставнями приносила ему чрезмерное удовольствие. Как приятно было бегать по горячему асфальту под внимательным надзором родителей и дедушки. Вдыхать полные лёгкие солёного морского воздуха, чувствовать, как маленькие ступни согревает песок. Играть с друзьями в прятки и всегда прятаться среди огромных разноцветных кустов. Глядеть на небо, лёжа на горячей траве, а затем слышать ласковый упрёк: «Малыш, твои шорты снова все в пятнах.. » Тогда это были лишь каникулы, теперь же – это вся его жизнь. Маленький Феликс мог лишь мечтать о том, что когда-то будет жить на берегу бескрайнего моря, каждый день сможет встречать закаты и рассветы возле кромки воды. Однако у взрослого, восемнадцатилетнего Феликса море больше не вызывало того радостного трепета, что раньше. Чёртова глухомань, где он застрял, вызывала у него лишь тошноту. А ведь всё могло сложиться по-другому.. Внезапно мимо промчалась машина. Парень даже не успел разглядеть её – она лишь мелькнула в ночи, всколыхнув кружевные занавески. И пары секунд не прошло, как с конца улицы раздался рев торможения, а затем и какой-то невнятный грохот. После этого среди домов вновь воцарилась тишина. — Догонялся, – с усмешкой бросил Феликс, стараясь разглядеть машину из окна. Фары автомобиля быстро погасли – тут же молчание улицы нарушили чьи-то громкие нецензурные возгласы, снова грохот и невнятное бормотание.. Через минуту, когда Феликс уже успел потерять интерес к ситуации, – а здесь весьма часто лишаются транспорта любители превысить скорость, – в массивную дубовую дверь его дома кто-то коротко постучал. Озадаченный, парень поднялся с пригретого места и приоткрыл дверь, ожидая увидеть всё что угодно, только не это. Высокий, стройный парень, на вид ровесник самого Феликса, с виноватым видом переминался с ноги на ногу, ожидая приглашения войти. Тем временем на улице накрапывал дождик; на Чеджу часто такое – час ясно, а затем как налетят тучи! Ах, точно, незнакомец.. Брюнет, одетый по последней моде, поправил прядь своих длинных волос и наконец заговорил: — Извините, вы не пропустите меня в дом? Там дождь.. – его голос показался смутно знакомым. — Проходите, – бросил Феликс, слегка ошарашив незнакомца своим низким голосом. Отряхнувшись от дождя, будто щенок, симпатичный незнакомец бесцеремонно прошёл на кухню – единственную комнату, где горел свет. — Позвольте представиться. Меня зовут Хван Хёнджин, – он протянул руку. — Ли Феликс, – парень нехотя подал руку для рукопожатия: ладонь Хёнджина оказалась мягкой и тёплой. Повисла неловкая пауза. Новый знакомый выжидающе смотрел на Феликса, а затем, не выдержав, произнёс: — Вы меня не узнаете? — А вы что, знаменитость? – слегка усмехнулся Феликс. — Я айдол.. – Хёнджин прокашлялся, а затем, не выдержав нарастающего молчания, спросил: — Вы иностранец? У вас такое необычное имя, – он обезоруживающе улыбнулся. — Нет, – коротко бросил Феликс. — У вас тут так пахнет рыбой.. И морем. Обожаю море! – отчаянные попытки Хёнджина поддержать разговор рассмешили Феликса, отчего он нехотя, но улыбнулся. — Вы тот гонщик? С машиной что? – решив быть дружелюбным, спросил блондин. — Чего? А-а.. Да так. Заглохла, видимо, что-то с движком.. — А чего в мой дом пошли? Вы же в конце улицы заглохли. — Только у вас свет горит, я подумал, что все спят, не хотел беспокоить, – своим ответом Хёнджин лишь напомнил Феликсу о неизбежных счетах за свет, – А давайте на ты? Ой, то есть, давай, – внезапно бросил брюнет. Феликс тяжело вздохнул, но согласился. Ещё полчаса пролетело в бессмысленных беседах между молодыми парнями, пока «гонщик» наконец не вспомнил о стоящей на улице машине: — Точно, моя машина! Извини, не мог бы ты дать мне позвонить? — У нас нет телефона, – слегка смущённо ответил Феликс. — У нас, это у кого? Стоп, что? Нет телефона? Это как? – осыпал его вопросами Хёнджин. — Я и дедушка. Да, телефона нет. Он есть только у нашего соседа, и тот уехал по делам, запер дом, – спокойным тоном ответил Феликс, невзирая на шокированное выражение лица собеседника. — А как?.. Ладно.. А когда он вернётся? – с надеждой в голосе проговорил Хёнджин. — Дня через три. Челюсть нового знакомого упала. Он часто заморгал, ожидая, что Феликс предложит альтернативу, но эта деревушка, кажется, слишком бедна, чтобы отсюда был простой выход. — Чего-чего? А как мне.. Я, вообще-то, не очень хотел оставаться на ночь.. — Уже и от ночи осталось всего-ничего, – Феликс указал на настенные часы. Хёнджин выглядел обречённым. Опустив глаза, он рассматривал свою обувь. — Я бы с радостью предложил тебе спальное место, но могу предложить лишь свой футон*, – как можно более подбадривающим тоном произнёс Феликс. — А ты? — Кажется, после твоего визита я уже не усну, – бросил Феликс и тихо, стараясь лишний раз не привлекать внимание дедушки, повёл Хёнджина в свою тесную комнату. *Футон – толстый хлопчатобумажный матрас, расстилаемый на пол для сна.