***
Кавех по началу не мог поверить или осознать тот факт, что аль-Хайтам действительно стал временным мудрецом. Конечно, секретарь не являлся человеком с отменным чувством юмора, но Кавех все же надеялся, что всё сказанное было шуткой. В результате он совершенно не видит аль-Хайтама в доме. И нет, Кавех не скучает, ещё чего, но.. возможно слегка волнуется. Раньше Кавех мог со «скуки»помочь Хайтаму, если замечал, что тот слишком засиживался за работой. По мелочи, но это хоть как-то сокращало время пребывания секретаря в Академии. Как никак, архитектор знал насколько аль-Хайтам любит не перерабатывать, если такая возможность имеется. Сейчас же Кавех был занят собой, а точнее привыканием к новому Сумеру, потому то и не задумался даже о том, что Хайтам не переходил порог их дома уже около четырех дней. Отрезвил его приход Коллеи этим утром. — Э, добрый день, - неловко поздоровалась девушка, переминаясь с ноги на ногу. Архитектор понятия не имел чем понадобился юной леди, о чем и спросил. — наставник по просьбе Сайно передал различные травы для господина аль-Хайтама, - начала объяснения она, в доказательство достав среднего размера коробочку. — Прошу прощения, не уточняла какие именно, но там внутри инструкция от Тигнари, - Коллеи передала посылку в руки и уже хотела попрощаться, но её остановил неоднозначный взгляд Кавеха, в котором читался вопрос. — Вас не предупредили? — Эм, нет? Ещё бы Хайтам мне хоть о чем нибудь ска— Подожди, а по какому поводу посылка? — Я слышала от Сайно, когда он заходил к наставнику, что аль-Хайтам в последнее время выглядит не шибко здоровым. Уверена, стать временным мудрецом - невероятный труд. Мне тоже стало неспокойно за его здоровье, поэтому лично надеялась застать, но, как я понимаю, он уже на работе. — Не волнуйся, я ему передам и скажу, что ты заходила. Пусть только попробует «спасибо» не сказать, я ему— — Нет, нет! — девушка активно замахала руками. — Все в порядке, тем более если Вы сами ему передадите, я и наставник будем спокойны. Распрощавшись с Коллеи, Кавех понял, что комната секретаря пустует уже определенное время, а на столе и полках образовался тонкий слой пыли. Он то думал аль-Хайтам приходит поздно, пока Кавех спит, а уходит раньше того как его застанут. Видимо, архитектор тот ещё дурак, и его не хило так укололо чувством вины. Не то чтобы он обязан помогать своему соседу с чем-либо, особенно после всех тех неоднократных ссор и занудства со стороны Хайтама, но секретарь также немало сделал для Кавеха, так что.. Он собрался и, не забыв коробку, отправился в академию.***
Подойдя к заветному кабинету, Кавех остановился прямо напротив двери. Если прислушаться, то практически никаких звуков не исходило. Максимум отдаленный шелест бумаги. Рядом с ним вдруг оказался ученый, который быстро постучал в дверь и, не дожидаясь ответа, зашел. Кавех от неожиданности вздрогнул. Настолько задумался, что не услышал как кто-то идет. Да уж, не дело. Мотнув головой, парень вошел вслед за ученым и его челюсть тут же грозила отвалиться. В обычно чистом и просторном кабинете не было свободно ни одной настольной поверхности, все они были в разных бумагах, отчетах, папках и книгах. Некоторые стояли стопками даже на полу. Стоит ли говорить, что гора этой макулатуры на столе аль-Хайтама была настолько внушительной, что самого секретаря за ней нельзя увидеть? Ну разве только его торчащую прядку на макушке. — Господин аль-Хайтам, Вы уже доделали отчеты о портовой деятельности? Нужно отнести поставщику через час, — спросил вошедший ученый. В ответ тому лишь протянули бумаги в файле, без лишних слов. — А это нужно разобрать к следующему полудню, — парень положил на меньшую стопку скрепленные скрепкой бумаги. Он немного подождал, а потом кивнул, то ли сам себе, то ли на Хайтама, а после развернулся и пошел в сторону выхода, параллельно оглядывая Кавеха. — До свидания. Дверь захлопнулась и повисла тишина. До Кавеха донесся глубокий вдох и выдох. Последующее за ним шуршание страниц говорило о том, что секретарь продолжил работать. Кавех поджал губы и подошел к столу из-за чего на него, наконец, обратили внимание. Хайтам медленно перевел свой уставший взгляд на архитектора и изогнул одну бровь, как бы спрашивая, что он тут забыл. Картина представлялась невероятно печальной: Мужчина выглядел измучено, с синими мешками под глазами. Кажется, даже было слышно как кипит его мозг и работают непрерывно шестеренки. Отлично, к чувству вины добавилось щемящее сердце. — Работаешь? — Кавех мысленно дал себе по лицу, уже предвещая саркастичный ответ Хайтама через три.. два.. один? Но ничего кроме кивка не последовало. Временный мудрец вернул свой затравленный взор на документы. — Хей, Тигнари передал тебе всякие полезные штучки, так сказала Коллеи, да, кстати, это она принесла коробку, скажи ей спасибо. — Поставь на.. вон туда, — раздался хриплый голос, а его большой палец палец указал куда-то за спину где виднелось свободное место. — Я занят, так что передай благодарность самостоятельно. — мужчина отпил, разумеется, уже остывший кофе, и поставил к другим немытым чашкам оную. — Ты вообще выходишь отсюда, а? Я вроде как не замечал в тебе тяги к трудогольству. Знаешь ли, в твоей комнате пыль уже кусками падает и я не— — Кавех, — челюсть мужчины сжалась когда он произносил имя архитектора, как будто слова приносили ему боль, а может шум, который издавал блондин. — Мне сейчас не до твоих упреканий. Если от меня больше ничего не требуется, то иди, не мешай работать. — Ты невыносимый болван, — Кавех ущипнул себя за переносицу, вздыхая. — Если не отдыхать должным образом ты просто помрешь здесь, в кипе бумаг, а те кто придут, чтобы отдать тебе новые просто положат их сверху на твое бездыханное тело. Хайтам резко встал, тут же упираясь руками об стол. Его немного покачивало, словно гемоглобин полностью покинул его кровь. — Ты перестанешь болтать? — секретарь пошел к одной из полок, проводя изящными пальцами вдоль книг, пытаясь найти что-то ему нужное. Кавех тяжело вздохнул и уже направился к выходу, но тут услышал громкий звук столкновения тела с полом. Развернувшись на пятках, он увидел Хайтама без сознания. — Блять… — мужчина быстро подбежал и поднял секретаря к себе на спину. — Ух, почему он такой тяжелый?***
Открыв глаза, первое, что увидел аль-Хайтам – была его комната. Чувствуя что-то неладное, он вскочил на своей кровати о чем тут же пожалел. Головная боль прошибла его черепушку, от чего захотелось незамедлительно избавиться. Мужчина потер пальцами виски и улегся обратно. Повернув голову, на тумбочке он обнаружил стакан с водой, записку и парочку таблеток. Не долго думая, Хайтам для начала принял таблетки, запивая водой. Прочитать записку ему не дал его сосед, ворвавшийся в комнату. — А? Ты уже проснулся? — его взгляд упал на настенные часы. — Прошло только.. одиннадцать часов. Маловато, с учетом того сколько ты не спал. Как самочувствие? — Одиннадцать часов? — секретарь вновь предпринял попытку встать и сразу же был остановлен Кавехом. — С дубу рухнул? Нельзя тебе вставать, отдыхай. — Не могу. Я должен вернуться на работу. — Агрх, заладил ты со своей работой, — архитектор ущипнул себя за переносицу, прикрывая глаза. — Нахида приходила сюда, чтобы передать тебе, что ты идиот! Архонт! Лично! — Неужели? — парень скептично выгнул бровь. — Ну может не слово в слово, но суть одна! Если не веришь - записка рядом с тобой. Кстати говоря, Тигнари также приходил, в сопровождении Коллеи и настоятельно рекомендовал тебе отдохнуть. И не волнуйся, твою работу сейчас выполняют негодяи, которые бессовестно свесили все дела на новоиспеченного мудреца. Только пробужденный мозг аль-Хайтама медленно переварил услышанное. Ладно, возможно он действительно загнал себя не в лучшее состояние. Ему хватит пару дней, чтобы прийти в себя и успокоить Кавеха. Удобно устроившись на подушке, секретарь притянул к себе блондина, тот немного удивился, но не возражал, укладываясь рядом. — Вот надо было не забывать какой ты безответственный человек когда дело доходит до твоего здоровья и сна, — проворчал архитектор. — Уж кто бы говорил. — Ну всё, тихо. Пора отдыхать, — Кавех улегся на широкую грудь Хайтама и прикрыл глаза. Немного понаблюдав за соседом, аль-Хайтам тоже решил расслабиться. Вскоре оба мирно спали под звуки тихого сопения Кавеха.***