Подарки Артура

— Да здравствует королева! — Троекратно прокричали все, кто находился в тронном зале. Гвен едва сдерживала слезы. Господи, как ей теперь жить? Как ей дышать без него? А главное, чем дышать? Ведь он был ее воздухом, ее энергией, ее жизнью. Она сжимала в ладони перстень Артура и ей казалось, что он до сих пор хранит тепло хозяина. Муж носил этот перстень не на пальце, а на цепочке на шее, и сейчас королеве казалось, что она прикасается ладонью к его груди. Теплой, живой, дышащей. После провозглашения королевы правительницей Камелота Гвен сидела за столом в их покоях и изо всех сил сдерживала рыдания. Горло резало, воздух не мог прорваться в легкие, слезы пытались вылиться из глаз, но она не позволяла себе заплакать. Королеве казалось, что если она прольет хоть слезу, то остановиться уже не сможет никогда. Ей было так тяжело, что даже мутило, но убитая горем женщина почти не чувствовала тошноты, подкатывающей со слезами к горлу. — Ваше Величество. — В покои вошла служанка. — К вам просится какая-то горожанка, говорит, что очень срочно. Она с мальчиком. — Пусть войдет. — Прошептала Гвен. — И еще, Элоиза, принеси ребенку что-нибудь вкусное из кухни. Королева в последний раз потянула носом, проморгала слезы и внимательно посмотрела на дверь, в которую вошла невысокая стройная женщина с мальчишечкой на руках. Гвен залюбовалась ребенком: светленький, ясноглазый, с алыми припухлыми губками. Наверное, у них с Артуром мог бы быть такой же сынок. — Ваше Величество! — Женщина упала на колени. — Помилуйте меня, умоляю! Помилуйте и спасите! — Как тебя зовут? — Розалинда. — Встань, Розалинда. Присядь за стол и расскажи, что случилось. Если есть возможность помочь тебе, то я сделаю это. — Миледи! — Женщина продолжала стоять на коленях и заливаться слезами. — Королева, мой муж торговец, он надолго уходит за товаром в дальние страны, в далекие земли. Уже два года как он ушел искать что-то необычное. А полтора года назад я познакомилась с Его Величеством... — И? — Мы встречались с королем всего месяц. От случая к случаю... Но вот это,— женщина кивнула на сына,— результат наших встреч. Король Артур узнал о сыне и увидел его за день до битвы и обещал все решить, когда вернется из Камлана, но... он не вернулся. Ваше Величество, мой муж приезжает послезавтра. Он безумно ревнивый, он убьет и меня, и ребенка. Заберите его себе! Ведь это сын короля. — Но люди вокруг видели тебя беременной, видели тебя с ребенком, что ты скажешь? — Это неважно! Пусть даже убивает, но ребенок не должен пострадать. Заберите его, Ваше Величество! Женщина вскочила и быстро усадила мальчишку на руки королеве, взлохматила его светлые волосы, поцеловала в макушку и, сдавливая в себе плач, спиной пошла к выходу. — Но...— Гвен хотела закричать, возразить, возмутиться, в конце концов, но ребенок повернул к ней лицо, и королева увидела глаза Артура. — Розалинда! Как его зовут? — Ричард, миледи. Ричард... — Мерлин! Резкий окрик заставил мага остановиться. Зачем он пришел в Камелот? За вещами? Нет, это был обман, вернее, самообман. Он не нуждался в каких-то вещах, он не хотел больше жить здесь, ведь каждый камень, каждая стена, каждый поворот коридора, каждая вещь напоминали об ушедшем Короле. Зачем он пришел сюда?! Ему нужно назад, к Авалону, ему нужно ждать своего Короля! — Мерлин! Маг стоял на месте, не оборачиваясь. Как бы он хотел услышать свое имя из других уст! Стуча каблучками, к нему приблизилась королева. — Посмотри на меня! Мерлин поднял голову и начал с удивлением рассматривать ребенка на руках Гвен. Внешность мальчишки ему напоминала... нет, это невозможно! — Кто это? — Прошептал волшебник. — Нет, это ты мне ответь, кто такая Розалинда? Мерлин растерялся и смешался. — Понимаешь, Гвен... Розалинда это... Полтора года назад ты была заколдована, а потом... И Артур... Понимаешь, ничего серьезного, он же всегда любил тебя. — Это сын Артура и Розалинды! — Остановила Гвен бормотанье Мерлина. — Почему он у тебя? — Потому что завтра возвращается ревнивый муж Розалинды, который может убить и ее, и ребенка. — Можно я проверю? — маг взял за ручки мальчика и закрыл глаза. Если бы его спросили, он бы никогда не смог объяснить, как чувствует Артура, но сейчас он пытался уловить хоть что-нибудь, к чему привык, находясь рядом с ним. И он почувствовал! Сильная солнечная энергия, всегда излучаемая королем, сейчас побежала по рукам Мерлина, согревая и успокаивая. — Это Пендрагон. — Впервые после смерти Артура улыбнулся Мерлин. — Ричард Пендрагон. — Погладила ребенка по спинке Гвен. — Не уходи, Мерлин, ты нам очень нужен. Через два дня Гвен стояла у окна в тронном зале, сложив руки на груди и постукивая каблучком по полу. Мерлин с Ричардом как раз шли из кухни, а попались рыцарям, пригласившим их к королеве. — Вы хотели нас видеть, Ваше Величество? — Еще как хотела! — Гвен повернулась к магу и забрала у него ребенка. — Кто такая Эмилия? — Эмилия? — Не переспрашивай! — Ну... это дочь одного вельможи, живущего у восточной границы Камелота. Мы были там на охоте год назад. Нас пригласили, и мы три дня провели у них в гостях. Эмилия очень красивая девушка. — Чудесно! Иди сюда! Гвен с Ричардом на руках обошла трон, Мерлин прошел за ней и увидел лежащего на одеяле на полу ребенка. Мерлин подергал себя за мочку уха и присел возле розового шелкового одеяльца. Все тот же мощный солнечный поток энергии согрел мага, он обернулся к Гвен: — Это дочка Артура. — Если бы он ожил и пришел сейчас сюда, я бы его убила! — Прошептала королева. — Как он мне о любви рассказывал! А что творил! — Почему малышка здесь? — Сделал вид, что не слышит королеву, Мерлин. — Эмилия ничего не успела даже сказать Артуру. В их семье решили выносить, родить и растить ребенка тайно. Что планировали дальше, непонятно, но теперь младенец им не нужен, потому что у честной дочери честных родителей не может быть внебрачного ребенка. Думаю, если бы Артур был жив, они бы поступили как-то по-другому. — А нам принцесса нужна. — Мерлин осторожно взял на руки малышку. — Принцесса Мария, да, милый? — Королева поцеловала в щечку Ричарда. На стуле в королевских покоях стояла большая корзинка. Покусывая пальчик, Гвен смотрела на шевелящийся сверток внутри. Сверток кряхтел, пыхтел, а потом разразился громким плачем. В этот момент в комнату вбежал Мерлин. Он весело улыбался: — Опять? — Опять. — Кивнула Гвен. — Оказывается, у меня был не муж, а блудливый кот! Когда он успевал, Мерлин?! И ты тоже хорош! Все время был рядом, все знал и видел. — Не шумите, Ваше Величество. — Маг подошел к корзине и начал осторожно разворачивать орущее чудо. Мерлин нашел личико, малюсенькую ручку и дал цепким пальчикам сжать свой мизинец. И снова его осветило солнце, вливающееся в него звенящим ручейком. Волшебник посмотрел на ребенка: — Еще один сын Артура... Смотри-ка, тут письмо! — Мерлин достал и протянул Гвен свернутое послание. Королева пробежала его глазами: — Он родился позавчера. Мамочка — кто-то из служанок, но не в замке. Она не называет своего имени, не пишет, почему отдает ребенка. Имени ему она тоже не придумала. — Как назовем? — Мерлин игрался с ребенком своими изящными пальцами. Гвен вздохнула и села на кровать. — Служанка!.. Так, Мерлин, найди хорошую кормилицу, прикажи оборудовать недалеко от этих покоев третью детскую. Хорошо бы найти тех нянек, что растили Артура, я хочу, чтобы дети были похожи на отца, и еще пару-тройку молодых для мелких поручений. — А как назовем? — Снова спросил Мерлин. Гвен очень хотелось дать имя в честь своего мужа, но что-то ее останавливало. Она улыбнулась: — Пусть будет Утер, Артур ведь очень любил и уважал отца. Глубокой ночью королева проснулась от холода. Она открыла глаза и поежилась. Одеяло было на месте, а вот окно, наверное, открылось, поэтому надо было встать, чтобы закрыть его. Гвен села на кровати и застыла: на подоконнике распахнутого окна сидел Артур. Одна согнутая нога опиралась в подоконник, вторая свободно свисала вниз. На нем была любимая красная рубаха, подпоясанная коричневым ремнем. Он был реальным и нереальным одновременно, создавалось впечатление, что поток лунного света проходит сквозь него. — Разбудил? Гвен кивнула, Артур улыбнулся: — Извини, прикоснуться к тебе я не могу, но помню, что ты не любишь холода в постели, вот и воспользовался ночной прохладой. Королева поджала ноги и обхватила колени руками. Она счастливо смотрела на мужа, мечтая, чтобы эти мгновения никогда не закончились. Артур с такой же нежностью смотрел на нее: — Гвен, найди себе того, кто будет согревать тебя в холодной постели. Не надо выдерживать какое-то время траура, я хочу, чтобы ты была счастлива уже сейчас. Артур поменял положение и сел на подоконнике, свесив ноги в комнату. Он задорно улыбался: — Как тебе мои подарки? — Ты гулящий котяра! Как ты мог? — Гвен пыталась говорить строго и серьезно, но у нее не получалось. — Прости, сорвался. — Сколько раз сорвался? — Изогнула бровь королева. — Не скажу. — Король захохотал и спрыгнул с подоконника. — Мне уже пора, береги себя, береги детей, во всем верь Мерлину, советуйся с Гаюсом. Найди себе мужа, но не делай его королем. — Ты придешь еще? — С надеждой спросила женщина. Артур грустно покачал головой: — В твоей жизни — нет. Я вернусь еще очень нескоро. — Король встал на подоконник и обернулся: — У меня есть еще один подарок, Гвен. Еще один. Для тебя. Прощай. Королева не поняла, спрыгнул или растворился в лунном свете ее муж. Окно закрылось само собой, веки стали тяжелыми, Гвен упала головой на подушку. — Гаюс! — Королева зашла в комнату лекаря. — Да, Ваше Величество? — Дай мне какую-нибудь настойку, а то сегодня так много дел, а мне что-то нехорошо, сил нет. — Присядьте, пожалуйста, миледи, и расскажите, что вы чувствуете. — Меня мутит, Гаюс, голова кружится. То хочется есть, то на еду смотреть не могу. Почему-то все время хочу хлеба, представляешь? Серого и черствого хлеба! Наверное, это все из-за нервов, мне нужно что-нибудь успокоительное. Гаюс пощупал пульс королевы и спросил: — Вы позволите осмотреть вас, Ваше Величество? Гвен пожала плечами и кивнула: — Конечно, у меня есть еще время до заседания Совета. Мерлин застилал постель в покоях королевы, когда она вбежала туда и закрутила волшебника в танце. Такой радостной маг не видел Гвен уже давно, он весело закружился с ней. Наконец женщина остановилась: — Мерлин, я беременна! У меня будет ребенок! Ребенок Артура! Наш ребенок! Наш ребенок! Наш! «Вот и замечательно. Вот и правильно»,— Мерлин смотрел вслед королеве, которая в сопровождении сэра Леона быстро отправилась на заседание Совета. Маг подошел к открытому окну: — Артур, если вернешься, приходи в Камелот, мы будем ждать тебя здесь. Потому что с твоими детьми некогда мне сидеть на берегу Авалона.