Как в мечтах.

      Кларк смеялась так заливисто, несмотря на то, что её руки покрылись мурашками, а с волос капала вода. Лекса смотрела на её улыбку, смахивая ледяную воду со своей челки.       — Она сумасшедшая? Мы все сырые…       Лекса захихикала, протягивая руку Кларк, чтобы провести по полутемному подъезду. Лестница, очевидно, слишком узкая, для того чтобы идти рядом, держась за руки, но Лекса готова умереть ради того, чтобы держаться за руки, так что она принимает это как вызов и утвердительно мычит, чуть сильнее сжав пальцы Кларк, переплетённые со своими.       — Пойдем, я найду что-нибудь для тебя, чтобы переодеться. Я сказала тебе, что это может быть опасно, но…       — Боже, она ненавидит людей? — они поднимаются на два пролёта по узкой лестнице. Здание выглядит достаточно старым, и пахнет внутри совсем не так, как в салоне красоты, а пылью и слабо одеколоном.       — Конкретных людей, меня и Беллами, ибо Беллами — мудак — Лекса, сделав шаг вперед хочет открыть дверь, и понимает, что нервничает. Конечно она нервничает. Кларк нравилась ей целую вечность, а сейчас они будут одни в её квартире, ближе друг к другу, чем когда-либо. Она недолго возится с замком, быстро включая свет в прихожей, без рук скидывает обувь, мельком бросая взгляд на Кларк, повторяющую за ней.       — Извини, если тут небольшой беспорядок, — бормочет Лекса, впуская её внутрь. — Эм, чувствуй себя как дома? Я сейчас найду полотенце. Хочешь чего-нибудь выпить?       — Нет, идем сюда? — Лекса почувствовала микроинфаркт от того, что Кларк взяла её за руку и потянула за собой в комнату. Не из-за того, что в комнате есть кровать — хотя из-за этого тоже.       Кларк и раньше всё это видела, но сейчас всё немного по-другому: все аккуратно прибрано, перед зеркалом стоит обычный офисный стул, а единственное место, где царит беспорядок, это туалетный столик у стены справа — рабочая зона. Кларк сразу же нравится это.       — Тебе нужно смыть свой макияж, — говорит Кларк, и Лекса вдруг понимает, что она пялится на неё. — Я… я, боже, прости.       Кларк выглядит потерянной.       — Я думала, что смогу сегодня сделать тебе макияж, а после мы могли бы выпить кофе или что-то еще…       — Да, да. Конечно. — Лекса смотрит на девушку, которая выглядит воодушевленной, — Давай только переоденемся?       Лекса оставляет ей средство для умывания и полотенце, когда сама стирает со своего лица почти незаметный макияж — чёрную подводку на глазах. Она проводит рукой по волосам, зачесывая назад влажные пряди, и думает о том, насколько странно она влюблена в эту девушку.       Кларк наводит порядок на столе, переставляя миллион вещей, так что они выглядят значительно аккуратнее. Она поднимает взгляд на Лексу, когда та возвращается в чистой футболке, и от одного взгляда на неё её рот слегка приоткрывается, словно она забыла его закрыть. Но затем Кларк приходит в себя, её взгляд мечется с Лексы на стол и обратно.       — Хорошо… Хм… Садись, пожалуйста?       Лекса опускается на кресло, когда Кларк ставит рядом табуреткой, на которую садится. Она прижимается ступнями к полу, вместо того чтобы привычно поджать ноги под себя, и это может быть очевидным доказательством того, насколько Лекса нервничает. Их колени касаются, когда Кларк чуть ёрзает на месте и тянется за одним из флаконов на столе.       — Я не уверена, что выйдет так, как я вижу в своей голове, — бормочет Кларк и её губы растягиваются в маленькой, но искренней улыбке. — Здесь другой сет и косметика, она… Возможно, нам придётся повторить. Просто закрой глаза и не открывай, пока я не скажу и всё.       — Опять командуешь?       — Да, — хмыкает Кларк выдавливая немного крема на пальцы. — Всё в порядке?       — Я немного стесняюсь, — признаёт Лекса. Её плечи немного вздрагивают от лёгкой усмешки, а её смущённая улыбка направлена на Кларк.       — Не надо, — произносит она, и когда Лекса поднимает голову, то видит её серьёзное и неожиданно напряженное лицо. Она сглатывает и тихо, искренне добавляет: — ты хорошо выглядишь, ты всегда хорошо выглядишь. И, честно говоря, я боюсь, что всё испорчу…       — Этого не случится, — произносит Лекса с излишним пылом. — Я доверяю тебе.       — Спасибо, Лекса.       И когда она говорит это, Лекса верит ей. Её сердце бешено стучит, когда Кларк наклоняется ближе, подносит руки её и лицу и говорит, что начнёт с увлажняющего крема. Лекса закрывает глаза, потому что так ей не придется видеть, что она рассматривает её так близко.       — Я думала о том, какой макияж я хочу тебе сделать, — её голос больше похож на тихое, успокаивающее мяуканье. Это заставляет Лексу почувствовать себя, будто она во сне. — Твоё лицо… оно… интригует. Очаровывает. Твои черты будто… мягкие и резкие одновременно, знаешь? Так что я хочу… подчеркнуть мягкость и резкость. Я хочу сделать что-то… изящное. лёгкий дымчатый макияж сливового оттенка, аккуратные стрелки. Сияющий хайлайтер. Тинт для губ цвета розы.       Она подушечками пальцев легкими похлопывающими движениями наносит крем, и Лекса про себя усмехается. Кларк тщательно выполняет каждый шаг. Её руки всё ещё нежные, мягкие и тёплые; она делает базовый уход, и Лекса почти всё время держит глаза закрытыми. Это приятно настолько, что даже причиняет боль — то, как бережно она обращается с Лексой и аккуратно убирает со лба волосы. Грудь Лекса переполнена этими чувствами.       — Звучит так, будто ты знаешь, что делаешь, — бормочет Лекса. — Я доверяю тебе. Сделай меня красивой.       — Это немного похоже на вызов, — отмечает Кларк.       Лекса немного приоткрывает глаза, как только Кларк убирает руки от её лица — это единственный момент, когда она может посмотреть на девушку, поймать такой её взгляд и заметить мягкий румянец, который расцвёл на щеках.       — Почему?       — Будто возможно сделать тебя еще красивее? — бормочет Кларк тихо и добавляет уже громче: — Закрой глаза, — говорит она, слова слетают с губ слишком быстро, будто спешат. — Я нанесу тени.       Один взгляд на неё, и картинка застревает в голове, отпечатывается на внутренней стороне век, заставляя сердце ускорить ритм. Ногти оставляют следы-лунки на коже, когда Лекса сжимает кулаки.       Кларк двигается ближе. Вокруг неё.       Лекса не видит её, но слышит и чувствует. Одна нога Кларк находится между её ног, и колено девушки упирается во внутреннюю сторону бедра. Лекса чувствует её невесомые прикосновения, когда та снова поправляет ей чёлку. Она почти уверена, что дрожит, и мысленно молится всем возможным богам, чтобы Кларк это не заметила. Мягкие взмахи кисти почти не чувствуются на коже. Настолько осторожные, что Лекса не может этого вынести. Кларк не говорит ничего, пока делает макияж глаз; Лекса предполагает, что это требует концентрации. Когда Кларк рисует стрелку, с её губ срывается несколько тихих вздохов, и улыбка появляется на лице Лексы, медленно, словно всходит луна, мягко и осторожно, чтобы линия не дрогнула.       — Боже, Лекса, — шепчет Кларк настолько тихо, что Лекса сначала думает, что ей показалось.       Но Кларк замирает. Делает вдох, отстраняется; каким-то образом Лекса чувствует, как она покидает её личное пространство.       — Открой глаза.       Лекса открывает их медленно. Моргает несколько раз, привыкая к свету, и смотрит на их соприкасающиеся колени. Но Кларк ждёт, когда она посмотрит на неё, поэтому Лекса поднимает взгляд. Кларк ничего не говорит. Лишь смотрит на неё, широко открыв глаза, приоткрыв рот, будто зачарованная.       — Хорошо, детка, я могу посмотреть?       — Детка?       Лекса не знала, что её дёрнуло за язык, раз она произнесла это. Даже Кларк вскинула бровь от этого слова, но продолжала смотреть на неё.       — Ты предпочитаешь быть командиром?       Кларк улыбнулась.       — Хорошо, сладкая.       Лекса вопросительно поднимает брови.       — Ты всех своих клиентов называешь сладкими?       — Я думаю ты знаешь, что это не так.       — Что не так?       — Я не могу всех так называть, потому что не все они такие милые и сладкие.       Лекса сужает глаза, метая взгляд в Кларк.       — Но ты считаешь меня такой?       — Да, а теперь тише, чтобы я не испортила твое лицо краской, — Кларк улыбается прикусывая губу, — и ты ведь знаешь, что ты не совсем клиент?       Лекса мычит в знак подтверждения, стараясь не двигаться.       В течение следующих десяти минут Кларк превратилась в сосредоточенную, профессиональную версию самой себя. Она не сводила глаз с «холста», над которым работала, и тщательно наносила макияж.       — Ты выглядишь очень мило, когда так сильно сосредоточена, детка, — внезапно сказала Лекса, из-за чего Кларк застыла.       Она весело усмехнулась.       — Ты не можешь говорить мне такие вещи, пока я держу в руках краску, сладкая. Я чуть не превратила твое лицо в радугу.       Лекса не закрывает глаза, когда Кларк наносит хайлайтер на скулы, кончик носа и ямочку над верхней губой или когда берёт в руки тинт для губ и нежно касается её линии челюсти кончиками пальцев, шепчет:       — Приоткрой рот.       Она мягко придерживает её лицо за подбородок, не отводя взгляда от чужих губ. Кларк так близко, что Лекса видит тёплый румянец на щеках девушки. Лекса хочет поцеловать её. Очень сильно.       Лекса оставалась тихой до конца процедуры, хотя и чувствовала, как она смотрит на неё, пока работает. И каким-то образом это отвлекало чуть ли не больше, чем ее флирт с ней. Когда Кларк, наконец, закончила, он положила кисти на рабочий стол и откинулась на спинку стула, чтобы полюбоваться своей работой.       — Всё. Я закончила…       Лекса приоткрыла глаза. Ее смуглая кожа стала прекрасным полотном для еще более темных теней и ярких черных линий её глаз. Лекса не знала почему, но этот образ ей очень подходил.       — Кларк, — всё, что ей удаётся произнести.       — Что ты думаешь? — спросил она, когда Лекса вытянула руку перед собой и изучала свое отражение с широкой улыбкой на лице. — Тебе нравится?       Лекса ненадолго прикрыла глаза, чтобы успокоить бушующую внутри бурю.       — Это великолепно — сказала она, когда наконец достаточно успокоилась, чтобы произнести ясные слова. Кларк выдохнула с облечением, но её глаза были расширены и Лекса, закрыв глаза, прижимается к губам Кларк, но потом чуть ослабляет хватку и решается на несколько слабых, крошечных движений.       Губы Кларк, как и её руки, мягкие… тинт для губ со стуком падает на пол. Кларк издает едва слышный звук и уже в следующий миг целует в ответ так страстно, отчаянно, почти до боли.       — Ох, — шумно выдыхает Лекса, когда чувствует, как она сжимает в ладони ткань футболки, а пальцами второй руки впивается в её бедро.       — Лекса, — тон Кларк похож на мольбу.       «Ох», снова проносится в голове Лексы, и она льнёт ближе, её сердце заходится в бешеном ритме. Она держит лицо девушки обеими руками и целует её глубоко, насколько это возможно, потому что Кларк такая нетерпеливая, словно волна, которая сносит с ног, резко обрушивается на неё, заставляя её голову кружиться от желания. Кларк проникает в её рот и от тихого звука, который снова она издаёт, в животе Лексы разливается тепло.       — Блять, Кларк, — стонет Лекса в её рот, — блять, чёрт возьми, ты серьёзно…       — Что ты имеешь в виду, что я серьёзно, — смеётся Кларк, но из-за сбившегося дыхания смех почти беззвучный.       Она немного отстраняется, чтобы посмотреть на Лексу, и, чёрт, она такая красивая. Она уже в лёгком беспорядке, зрачки расширены, а губы покраснели и немного припухли — на них остались лишь лёгкие следы от тинта.       — Можно я продолжу целовать тебя сейчас? Так сильно хочу сделать это ещё раз…       — Да, да, пожалуйста, — выдыхает Лекса, снова соединяя их губы.       Она целует напористо, горячо, как тысяча солнц, и это лучшее, что, чёрт возьми, когда-либо случалось с Лексой, даже если это могло бы убить её. Кларк пытается прижаться ближе, но ей мешают ноги и стулья, которые стоят слишком далеко друг от друга, и после нескольких провальных попыток она отстраняется, поцелуй прерывается с влажным звуком. Она смотрит на Лексу потемневшими глазами, тяжело дыша, и прежде чем та успевает спросить, что она делает и почему остановилась, Кларк что-то тихо говорит и чуть наклоняется назад. Сначала Лекса думает, что Кларк пробормотала «подожди», но потом она понимает, что, кажется, она сказала «держись», потому что Кларк подтягивает колено к груди, упирается ступней в сиденье и, на долю секунды ухмыльнувшись, отталкивает Лексу в другой угол комнаты.       Лекса ошеломлена. Сначала она невольно приоткрывает рот, затем издаёт недоверчивый смешок, когда Кларк неспеша следует вперед — к ней, и её губы всё ещё растянуты в ухмылке — но по мере того, как она приближается, ухмылка превращается во что-то немного другое, что-то, что заставляет Лексу закрыть рот и сглотнуть. Кларк окидывает тело девушки взглядом, не замечая, как неосознанно прикусила нижнюю губу, когда встречается с глазами Лексы. Они тёмные и такие манящие, что её милая усмешка — абсолютное противоречие. Лекса на автомате тянется к ней ближе. Кларк судорожно вдыхает.       — Лекса, — выдыхает Кларк. Её приоткрытые губы оттенком напоминают отравленное красное яблоко белоснежки.       — Поцелуй меня, — тихо просит Лекса, и Кларк, наклонившись, целует глубоко, страстно, немного больно, пальцами зарывается в волосы Лексы и оттягивает достаточно для того, чтобы украсть у неё несколько стонов и сделать хватку на талии ещё крепче.       Она оттягивает нижнюю губу Кларк зубами, получая в ответ на это тихое хныканье, которое разливается в горле горячей жидкостью, отдаваясь отголосками внизу живота.       — Блять, Кларк, — всё, что удаётся ей произнести, а у Кларк вздохи смешиваются со стонами. — Ты хотела кофе? — шепчет она, позволяя девушке стянуть с себя куртку.       Кларк, снова скользнув ладонями по рисункам Лексы, проводит пальцами по спине, чувствует горячую кожу и тугие мышцы.       — Отложим это предложение на утро, — Кларк потрясающая, и на её тонкой талии руки Лексы смотрятся просто идеально.       — Кларк, — бормочет Лекса прямо в её губы с благоговением, и та стонет в ответ, её пальцы путаются в чужих волосах, а другой руки — цепляются за плечо. Лекса царапает короткими ногтями верх её живота, ощущая, как мышцы тут же напрягаются, и она хочет больше, хочет видеть…       — Могу я снять её с тебя? — просит Кларк первой, и уже через мгновение Лекса, отстранившись, стягивает футболку через голову, не давая Кларк ни секунды подготовиться.       — Ох, — произносит Лекса. — Ты опять меня раздела…       Кларк беззвучно смеётся, закрыв глаза, а Лекса, кажется, по уши влюблена, полностью и безвозвратно потеряна, а у них было лишь одно свидание.       — Ты сама была не против, — Кларк мажет губами по скуле, осыпая лицо невероятно лёгкими поцелуями.       — Не без давления, — произносит Лекса, и она понятия не имеет, почему её голос вдруг стал таким низким…       — Я надеялась, что ты тоже захочешь меня раздеть, — вдох Кларк едва касается уха Лексы и та слышит хриплый вздох. Кларк выглядит такой красивой из-за припухших от поцелуев губ и слегка стеклянного взгляда.       Кларк ловит себя на мысли о том, что хочет устроить шоу; она бросает на Лексу взгляд из-под полуопущенных ресниц и медленно берёт в рот два пальца. Та ошеломленно наблюдает, неосознанно тянется к Кларк. Когда она, наконец, моргает и приходит в себя, то сильно прикусывает нижнюю губу и выдыхает:       — Блять, Кларк, — голос низкий, а на лице на секунду мелькает тень.       Она резко сокращает расстояние и целует девушку так настойчиво, отчаянно.       ***       Стоны становятся ещё выше, буквально разрезая воздух; все её мышцы напрягаются, тело выгибается; секунды растягиваются в целую вечность, а вес Кларк, кажется, единственное, что не даёт ей взлететь к небесам. Она не знает, как выглядит её тело, лицо, что с её голосом, но после того, как белые искры под веками гаснут, она вновь чувствует дыхание Кларк, слышит тихое «ох, Лекса» и замечает, как её ладони гладят плечи и шею. Её руки нежные, тёплые и мягкие, как и всегда. Кларк обнимает её одной рукой и притягивает к себе, придерживая, пока Лекса, настолько расслабленная после оргазма, что в теле будто разом пропали все кости, прижимается лбом к чужому плечу.       — Ох, — задыхается она. — ох, чёрт.       — Ага, — усмехается Кларк. Её пальцы поглаживают выступающие ребра — грудь тяжело вздымается, — осыпает поцелуями растрепанные волосы, потный висок и, когда Лекса поднимает голову, мягкие губы.       — Я должна сказать спасибо твоей сумасшедшей соседке, — хмыкает Кларк, смотря на закрытые глаза Лексы и оставляя ещё один лёгкий поцелуй на линии челюсти.       Кларк тихо смеётся, когда Лекса кивает, переворачивая их на бок.       — Хочешь знать кое-что? — спрашивает Лекса смотря в глаза Кларк. — Когда я посмотрела на тебя после того, как эта сумасшедшая вылила на нас воду… первым, что я подумала, было «вау, вот так она бы и выглядела по утрам?».       Лекса улыбается. Кларк не отрывает взгляд от неё, закусив нижнюю губу.       — Я хотела… видеть тебя вот так каждое утро, — тихо продолжает Лекса.       Кларк притягивает её ближе, поднося их руки к губам и целуя тыльную сторону ладони.       — Я тоже этого хочу. Я тоже хочу делать свои скучные утренние дела вместе с тобой. А еще тебе надо умыться… — Кларк смеётся, и Лекса чувствует себя счастливой, прижимая свои губы к губам Кларк.       ***       Она кидает девушке чистую футболку. Кларк ловит её и, усмехаясь, встряхивает, а Лекса в это время подходит ближе. Она встречается с ней взглядом через зеркало, и Кларк дарит лёгкую улыбку, прежде чем смущенно опустить взгляд; она застенчиво опускает голову и прислоняется лбом к голому плечу Лексы.       — Выпьем кофе? — робко спрашивает Кларк, очерчивая один из цветков на плече кончиком пальца.       Лекса не говорит, что так же не хочет, чтобы это утро заканчивалось и она готова на всё, что угодно. Но думает об этом.       — Только дай мне надеть футболку, — тепло произносит она. — Я приготовлю завтрак.       Кларк выглядывает из-за её плеча так, что видны только большие глаза, но Лекса точно может сказать, что она улыбается.       ***       Лекса не задумывалась до этого момента, так как они сидели, но ей приходится привстать, чтобы поцеловать Кларк. И она целует. Целует нежно, держа лицо в ладонях, мягко, сладко. Кларк тянется к ней на встречу, чувствуя, как улыбается сквозь поцелуй.       Поцелуй просто потрясающий, но Лекса никак не ожидает услышать аплодисменты, вдруг резко раздавшиеся слева.       Лекса дёргается от неожиданности и, широко открыв глаза, непонимающе смотрит на Беллами. Кларк удивленно моргает. Они оборачиваются одновременно. Это поразительно знакомое зрелище.       — Что ты тут делаешь? — резко спрашивает Лекса, когда видит Беллами, у себя дома тихим субботним утром, примерно в половине восьмого.       — Привет, Лекс, я так счастлив видеть тебя, как ты? — ухмыляется Беллами.       — Ты использовал ключ для экстренных ситуаций?       — Хорошая идея, правда? — отвечает Рейвен, которая тоже внесла свой вклад в овации.       Волосы Беллами — другие; оттенок совсем близок к блонду, лишь немного темнее. При одном только взгляде на них вспоминаются солёный запах моря, песок и палящее солнце, и неважно, что Рейвен сделала ради такого эффекта, Беллами странно — очень идёт. Пока Беллами полностью сосредоточен на том, что: «Ты никогда для меня не готовила завтрак», Лекса встречается взглядом с Рейвен и показывает пальцем на светлые кудри, подняв брови. В ответ та лишь показывает рога указательным и мизинцем. Это самый цивилизованный разговор с комплиментом и искренней благодарностью, который у них когда-либо был.       Лекса возвращает взгляд к Кларк, рука девушки всё еще в её руке, а искренний беззвучный смех — в более секретном месте, в маленькой коробочке в её сердце, куда она заглядывает, когда ей нужно вспомнить обо всех хороших вещах, что есть в мире.       — И??? — Рейвен, по-хозяйски делает себе кофе. — Где подробности?       — Что? — возмущается Лекса.       — Думаю, тебе стоит знать, на всякий случай, что я знаю 37 способов убить человека ножницами так, чтобы это выглядело как несчастный случай.       Лекса думает, что, кажется, она хочет сменить эту квартиру и никогда, НИКОГДА не давать ключи Беллами. Кларк делает глубокий вдох.       — Хорошо, — выдыхает она, смотря Лексе прямо в глаза. — Ну, мы уже довели друг друга до оргазма и выяснили, что хотим быть отвратительно домашними вместе. Но я хочу сделать это правильно, так что… — её поза меняется, становится более расслабленной, а на лице появляется улыбка, хоть и немного смущённая. — Лекса, ты мне нравишься. Ты будешь со мной встречаться?       И вот как Лекса начинает встречаться с Кларк: бормочет самое естественное «да», которое она когда-либо произносила, улыбаясь, как по уши втюрившаяся дурочка, прямо перед Беллами, который просто нагло тырит их завтрак, и Рейвен на фоне, бурчащей что-то об «не сегодня».       Именно так, как она и представляла в своих мечтах.