Шут гороховый

Визги разносились по всему дому, угадайте чьи они были? Конечно же Антона, со слезами он кричал на родителей что — «не пойдёт к это старой ведьме!», говорил он так про свою репетиторшу Английского, по его рассказам она насильно заставляла учить его этот «ужасный» язык. -Успокойся сыночек, я уверена что ты преувеличиваешь — мама говорила это очень тихо при этом гладила его руку, - тот же её отдёрнул и начал кричать ещё громче. -Я не хочу! Только не к ней! К кому угодно, но не к ней! — мальчик знал что своего он добьётся, может не сегодня но завтра точно им надоедят его вопли. -Хорошо, ты пойдёшь к другому учителю. Но впредь если будешь жаловаться, я обратно поменяю на Людмилу Васильевну. -Я согласен! Только не приводите меня больше к ней! — быстро успокоившись сказал Антон, и убежал в свою комнату. Когда его старший брат Дима Позов узнал об этом не много расстроился, ведь в отличии от Антона он любил заниматься с Людмилой Васильевной, но спорить было бесполезно, ему самому надоели оглушительные оры Антошки. Уже на следующий день он сидел в предвкушении нового репетитора, он ожидал в очередной раз увидеть старенькую женщину с грозным личиком, но тот кто зашёл в комнату Шастуна вообще не оправдал его ожидания. В комнату зашёл подтянутый красивый мужчина лет двадцати пяти, с голубыми глазами, Антону они напомнили алмазы и хрустали из маминого сундучка с украшениями. -Здравствуй Антон, я Арсений Сергеевич. Можешь рассказать что вы уже проходили с Людмилой Васильевной? — он говорил это с не большой строгостью, но тёплая улыбка смягчала его слова. -ну… — Антон даже если бы знал ответ не сказал бы, голубые глаза смотрели будто сквозь него. — я… плохо понимал её объясния… — Антон не был смущен или напуган, он был удивлён. Слишком красив для репетитора, Слишком молод для репетитора, Слишком, слишком, слишком. -Ясно, -выдохнув сказал учитель -значит будем обучать тебя заново — улыбка вернулась на его лицо. Сев напротив Антона, мужчина начал что то объяснять и Антон даже что то понимал в его речи, но вдруг пришло осознание, что уж слишком быстро он сдался. Антон перестал слушать учителя и ушёл в свои мысли настолько глубоко что услышал учителя только в 3 раз. -Антон! Вы вообще меня слушаете? -что? А, нет. -И чем вы это объясните Антон Шастун? — глаза сменили цвет с голубого, на тёмно синие. Если бы Антон смотрел в них дольше то скорее всего бы утонул. -Ну я не обязан вас слушать, вы можно сказать мой слуга. — с равнодушным лицом говорил юноша. -Шастун, я не хочу начинать наше знакомство с плохой ноты, будь добр послушай меня — Арсений из последних сил выдавливал из себя улыбку, надеясь на примирение. -что простите? Вы не ставите здесь усло.. - его перебили -Нет Антон ставлю, меня нанели твои родители. Будь послушным мальчиком, пока тебя не наказали. -Да как вы смеете! Я, я, я скажу родителям что бы он выгнали тебя! — подскочив с места Шастун выбежал прочь из комнаты. Через пару минут он вернулся обратно к Арсению который на этот момент что-то читал. -Арсений Сергеевич… — убрав газету в сторону, Попов посмотрел на немного заплаканое лицо мальчишки — Извините меня пожалуйста, я так больше не буду. -Ничего Антон, присаживайся у нас есть ещё не много времени. Антон старательно избегал встречи с взглядом Арсения, ведь встретиться с этим океаном сможет не каждый, а особенно если у вас до сих стоят небольшие слёзы в глазах, но Антон знал что проиграть в бою, не проиграть в войне. -время подошло к концу, было приятно познакомиться с тобой Шастун. До понедельника. — собрав вещи в сумку сказал Арсений. -до свидания Арсений Сергеевич. Антон никак не мог примириться с решением родителей и самим Арсением, поэтому все выходные он чательно придумывал как отбить желание Арсения заниматься с ним. В итоге получилось три плана на каждый план довалось по неделе, он был уверен что Арсений не выдержит даже первый план поэтому уже праздновал свою победу. Первая неделя и первый план, самый безобидный из всех. Суть заключалась в том что бы быть максимально капризным, конечно и сейчас его паинькой не назовёшь, но если обычно он изредка капризничает, то эту неделю он собирался капризничать во всём и везде, а он это умел очень хорошо. День первый- Начинать он хотел с чего то полегче, а потом разгоняться с каждым днём. -Здраствуй Антон, я надеюсь это занятие с тобой пройдёт более успешно чем прошлое. -Да, наверное… слушайте давайте поменяемся местами? А то мне удобнее будет на вашем стуле. -Да конечно. — Арсений говорил всё с улыбкой, правда надеясь на хорошее занятие. -знаете, я передумал, у меня было поудобнее, давайте обратно. — Антон был удивлён ведь Арсений опять улыбнулся и спокойно пересел. Так продолжалось целый день «подай, принеси, нет убери я передумал, мне надоело давай отдохнём.» Нормально позаниматься у них так и не получилось но Арс тоже не из простых людей. На следующий день большинство просьб Антона, Арсений просто игнорировал, и план Шастуна провалился не успев начаться. Но раз не сработал этот план, то сработает второй. Всю оставшиюся неделю он даже пытался хорошо учиться и делать каждое домашнее задание. Как только настала следующая неделя, настал и второй план. Идея заключалась в том что бы максимально много косячить и притворяться очень неуклюжим. Случайно разбить песочные часы? Разлить сок на тетрадь? Порвать страницу словарика? Упасть и повредить себе ногу или руку? Безумные вещи, но всё это делал Антон что бы поскорее выбесить Арсения. Даже смотря на всё это, Попов всё равно с умел выкрутиться. Он перестал носить с собой любые вещи каторые можно сломать и разбить, словари и другие книги он держал при себе, пил и ел он только на кухне, а любые походы Антона сопровождались Арсом. Конечно Антона это начало бесить, Арс теперь был не только его репетитором, но и личным надзиратилем. Этот план тоже провалился, остался только последний самый небезопасный план. Антон всем сердцем надеялся что до этого не дойдёт. Он решил влюбить в себя Арсения что бы его выгнали и забыли как страшный сон. Дима знал про все планы, и пытался отговорить Антона потому что это не нормально. Но Антон был словно не пробиваемый и Диме пришлось смириться но не на долго.