Механика чувств

«— Чан Шэн очень замёрзла, поэтому уснула. Я пока заберу её и Сахарозу к себе, — прижимая тело девочки с найденной змеей, Панталоне подошёл к Дотторе, отдающего тело Бай Чжу в лапы механизма. Он стоял к нему спиной и даже не обернулся, чеканно произнося слова: — Они останутся со мной. — Что? Ты соображаешь о чем говоришь? — Более чем, не лезь туда куда не просят, банкир. — Ты-! Ты же будешь занят лечением Бай Чжу! Сахарозе нужна поддержка! — вспыхнул предвестник, будто ему очень необходимо было лезть во всю эту историю. Ребёнок-то правда пострадал и пострадает ещё больше, если будет наблюдать сошедшего с ума Создателя. Прежде чем спор свернул на тропу войны, на плечо Панталоне приземлилась увесистая рука в бинтах. Голос Капитано оставался сдержанным: — Панталоне, с доктором сейчас лучше не спорить. Прошу вас, дайте им самостоятельно разобраться. Огрызнуться очень хотелось, ведь всегда можно постоять на своём, но неизвестные силы вынудили предвестника выдохнуть, отдавая Сахароху и Чан Шэн в руки доктора». Наступила долгожданная ночь. Не для всех — Сахароза словно ощутила как свет покинул безмолвные заснеженные поляны, оставив всё живое на произвол кошмарам. Как её оставил родной человек. — Не хочу! — с криком девочка подорвалась с места, ощущая как по щекам покатились слёзы. Быстро оглянувшись, ребёнок совсем не узнал мрачной комнаты, в которой оказался. Постель на одного человека, окон не нашлось, в противоположной стороне массивная закрытая дверь. Холод липким ощущением окутал тело, Сахароза прижала ушки к голове и заскулила. Где она? Почему одна? Где все? Что случилось с родителями? — Тише-тише, глупая. Со своим скулежом ты похожа на воспитанницу леса, — в темноте раздался тихий, уставший голос. — Чан Шэн! — обрадовалась девочка, слезая с постели. — Ты где? — Ты на голос подойти не можешь? — ворчание доносилось со стороны, где по очертаниям, вроде бы, находился стол. Аккуратно проверяя пространство на наличие преград, Сахароза подобралась к столу, залезла на стул и даже нащупала масляную лампу. Включив его, девочка увидела змею, лежащую в нескольких слоях мягкой ткани. Та подняла мордочку и лениво открыла глаза. — Я... Я так боялась, что и тебя потеряла... — дыхание снова превратилось в судорожные вздохи. — Ну-ну, Бай Чжу меня обезопасил от себя, когда осознал, что теряет контроль. Я в полной норме, — спокойствие рептилии передавалось девочке и в то же время вынуждало задаться вопросом. Она вообще в курсе происходящего? — Чан Шэн, папа меня и Создателя не помнит, — ушки отошли назад. — Эрозия... — Знаю, маленькая, знаю, — рептилия кивнула, подтверждая свою осведомленность. — Мы с ним знали на что идём. — Зачем?! Это всё из-за меня! Если бы он сразу убегал, то ничего бы не произошло! — Это не твоя вина, — наперекор умиротворенно продолжала змея. — Далеко убежать Бай Чжу не мог. Он использовал все возможные козыри, находясь на знакомой местности. На самом деле нынешний исход куда лучше, чем я боялась. — Но Создателя тут нет... он тоже думает, что это не моя вина? Или... Всхлипывая, Сахароза отчаивалась под грузом собственных мыслей. Обвиняла себя за слабость, за беспомощность. — У тебя всё впереди, глупая. Ты ещё много чего сможешь изучить и будешь помогать своим родителям. — Но папа... Последовал тяжелый вдох: — Дотторе я уже рассказала, теперь твоя очередь. Эрозия правда разрушила все воспоминания Бай Чжу до того момента пока он не решился жить как человек. — Как человек? — повторила девочка. — Да, он фамильяр давно погибшего божества. Страдать от эрозии он начал давно и в поисках лечения создал меня. Думаешь почему ему приходилось таскать везде мою тушу? Я собирала все воспоминания. Сахароза уже немного успокоилась, внимательно слушая рептилию. — В случае подобному этому, в моих силах вернуть ему всё утраченное. Если снова приму облик его силы, то стану этими воспоминаниями. Радость на секунду отразилась в улыбке, но Сахароза тут же обработала сказанное: — Стой... Чан Шэн, а ты?.. — Я уже сказала, что вернусь к нему в виде воспоминаний, утратив нынешний облик. — То есть, ты исчезнешь?.. Один исход не лучше другого. Девочка хотела завыть, но сдержалась, опуская голову. — Хватит тебе, я была создана им на такой случай. Давай на прощание тебе кое-что скажу, — рептилия высунула язык, посмотрев на поникшую макушку, и нехотя выдавила: — Конечно я буду скучать за такой невыносимой девчушкой как ты, но думай, что я просто вернулась к своим истокам. Моей тоски нигде не будет, я буду жить как воспоминание. — Чан Шэн... — аккуратно положив руки на стол, Сахароза потерлась носиком о холодную чешую. Слезы бесшумно растворялись, капая на ткань. — Почему кто-то обязательно должен исчезать?.. — Если тебя это успокоит, то Бай Чжу как придёт в себя всегда может снова меня создать, — рептилия ответила на невинную нежность. — Я превращусь в маленькую змейку и вырасту. Если конечно он захочет. — Я обязательно ему напомню, — девочка отстранилась, заглядывая в алые глаза-бусинки. — Ловлю на слове, — легонько посмеялась змея. — Пока меня не будет позаботься о себе. Те двое справятся друг с другом, а ты должна выбросить из головы глупость о беспомощности. Я вижу в тебе их общее желание что-то изменить в себе. Они не оставят тебя, потому что ты часть одной трудной головоломки, один из ключиков к её решению. Ты крайне важна, потому что твоё существование позволяет называть нас одной семьёй, где бы мы ни находились. Даже если вдруг кого-то из них не станет навсегда — они уже соединены. Сказанные слова цепляли все тревоги в душе ребёнка. Может некоторые раны кровоточили, но Сахароза ощущала как потихоньку боль утихает. Оковы вины и постоянных вопросов о своём предназначении мешали поднять голову, чтобы взглянуть на небо. — Спасибо, Чан Шэн, — девочка обхватила руками ткани, подвигая их ближе. — Я обязательно освобожу себя от этих мыслей. Раздался щелчок входной двери. Она отворилась с тяжёлым коротким скрипом, впуская в помещение Дотторе. Первые секунды Сахароза только смотрела на лицо без маски. Иногда девочке казалось, что данный атрибут врос в предвестника и она всё время забывала о настоящих кварцовых глазах. — Вы... как вы себя чувствуете? — робко начал ребёнок, сползая со стула. Быстро сократив дистанцию, Сахароза опасливо потянулась ручками к мужской ладони — в последний раз, когда она пыталась прикоснуться, Создатель оказался зол и даже оттолкнул. Ничего смертельного не произошло. Дотторе проследил за ребёнком и выдал севшим голосом: — А ведь уже обращалась на "ты". — Что? — Сахароза не поняла о чем речь. Вместо пояснений пальцы доктора погладили макушку, намеренно проведя за ушком. Сахароза тут же надулась и отошла в сторону, прикрывая уязвимое место — ей нравилось, но девочка стыдилась подобной особенности. Дотторе всегда был далек от слова "стыд" и всех его синонимов, поэтому не обратил внимания на смешанную реакцию. — Чан Шэн уже с тобой разговаривала? — Делаю то, что должны делать вы, — в свойственной манере выдала рептилия, выглядывая из гнезда тканей. — Бай Чжу должен скоро проснуться. Не знаю сколько времени уйдёт на то, чтобы его убедить, — доктор скрестил руки на груди. — До тех пор, Сахароза, ты можешь выходить отсюда. Справа будет ванная комната, кухни тут нет, поэтому еду заказывать будем извне. Выслушав наставления, ребёнок задался логичным вопросом: — Где мы? — В моей лаборатории. — В той которой мы уже были? — Нет, это другая. Одно ушко приподнялось, демонстрируя недоумение: — У вас их много? — Достаточно. — И все спонсируются Панталоне, — посмеялась змея. — Боюсь больше нет. — И кто в этом виноват? Дотторе перевёл на змею предупреждающий взгляд: — Ты решила на худой конец блеснуть всем чем можешь? — Да, имею право. Сахароза снова подошла к Создателю, чтобы привлечь внимание: — А где папа находится? — Здесь. Отведу к нему позже, когда пойму в каком он настроении. Как я уже сказал, неизвестно пойдёт ли он на диалог. — Но Чан Шэн же может вернуть ему память, — уточнила девочка. — Могу, — змея высунула язык. — Помни, что я создана Бай Чжу и только ему под силу расформировать меня. Без сознательного желания ничего не выйдет, поэтому твой Создатель будет его убеждать. Девочка подняла голову вверх, чтобы увидеть как доктор смотрит в пустоту. Видимо ушёл в свои мысли. Взяв его руку вновь, Сахароза потерлась лобиком о внешнюю сторону кисти: — У Создателя всё получится, он же любит папу. — Несомненно, — как всегда коротко отвечал доктор, сжав пальцами маленькие ладошки чуть сильнее.