Неужели я такой монстр?

– Виски? – спрашивает Мэгги, вскидывая брови. Когда она так делает, то становится похожей на ребенка который спрашивает у кого-то разрешения, и Кай это заметил пустив смешок кивая. – Знаешь, – начинает она наполняя стакан янтарной жидкостью, – я думала, откуда ты мне кажешься знакомым, – она наполняет уже второй стакан, а он наблюдает за ней сложа руки на столе как будто ребёнок за столом в школе, – я читала о тебе в газете, тогда в 1994-том, помню как думала: «Что же сподвигло Его на такой поступок?». Не хочешь мне повидать историю? – девушка усаживается на стул напротив Паркера. Он дарует ей свой суровый взгляд и о чём-то тщательно думает. – Я уже поведал тебе часть, а вот о тебе мне не известно ничего, как-то не справедливо, не находишь? – она вздыхает, похоже Кай не так прост, и выведать у него что-то просто так не получится. – Ладно, что именно тебя интересует? – она делает глоток и немного кривится от тепрокого вкуса. – Хм, ну к примеру, твоя семья, что ты можешь о ней рассказать? – взгляд Паркера прикован к ней и казалось бы, не одна деталь не смогла бы ускользнуть от него. – Что ж, я родилась в семействе Томпсонов в конце 1759-того года... – Мэг только хотела продолжить, как Малакай перебил её подняв немного руку. – Постой-ка, это получает ты у нас совсем старушка? – сарказм так и льётся с его уст, а улыбка не сходит с его лица. – Очень смешно, – возмещается девушка одаривая его недовольным взглядом, – С такими темпами ты и слова больше на эту тему не услышишь! – говорит Томпсон, горделиво поднимая подбородок вздёрнув носик. – Хорошо, хорошо – Кай поднимает руки в знак капитуляции, – Продолжай. – Так вот, меня воспитывали как положено девушке, учили многому. Моя семья относилась ко мне бережно, они любили меня. Мама часто гуляла со мной в саду, отец тайком возил на охоту. Когда мне было семнадцать я должна была выполнить свой долг, – всё это время она смотрела куда-то в сторону погрузившись в воспоминания, если приглядеться, то в её глазах можно было заметить мелькающие моменты с её детства и юности. Родные места, аристократические посиделки с мисис Норис и мамой, охота с папой в обеденном лесу. – А что за долг? – Я должна была выйти замуж, но не за кого попало, моим мужем должен был стать тот, кого выберут родители. – Ты его любила? – Нет, но я уважала и знала свои обязанности перед ним и своей семьёй. Твоя очередь, – кивая говорит она напоминая Каю что теперь он должен был откровенничать с ней. – Хм, мне повезло родиться в семье полных уродов, которые меня терпеть не могли, всегда ставили кого-то в пример, обесценивали мой труд. Все знали что клан должен был возглавить я, но никто этого не хотел, они разозлили меня до такой степени, что я решил вырезать некую часть семейства, – за небольшое время рассказа с его лица не сходила радостная улыбка, он гордился тем что убил их, и это заставляло кожу покрыться мурашками. – А почему не всех? – её немного хриплый голос заставляет его остановиться. – Я что психопат по твоему? – серьезно спрашивает Кай, но заметив ошарашенное лицо девушки он расплывается в улыбке, – Ах да, я и есть он. Ладно, на самом деле мне нужны были лишь двое детей, но моя любимая сестра спрятала их, за что поплатилась своей селезёнкой, очень жаль её, – Паркер воодушевлённо кладет руку на сердце. Мэгги шумно выдыхает и опустошает стакан полностью, всё так же кривляясь от вкуса. – Так ты здесь сидишь в 1994-того? – Нет, что ты. Как раз таки я выбрался отсюда, а потом оказалось что у малышки Джо свадьба. Вот это был праздник! Вот тогда я и убил их всех! – его стакан уже давно пустует, поэтому он доливает выпивку себе сам. – А как ты смог убить целый клан? Ты же один был, – вскидывая брови спрашивает Мэгги. – А я убил себя, вот только я-то воскрес, а они нет, так печально, – говорит Кай с наигранной грустью. – Как ты узнала что ведьма? И как ты обратилась? – С детства мне запрещалось этим заниматься, моя мать не колдовала и её мать, но ген всеровно был. Понятное дело что я не пользовалась магией, ну разве что иногда, и то, я только лечила животных и насекомых. А вампиром я стала в восемнадцать лет, я заразилась одной тяжёлой болезнью и должна была скончаться. Так получилось что я была очень важна и не должна была умереть ни в коем случае. Моя служанка всё время давала мне кровь вампира, а её братец благополучно заставлял меня всё это забыть, ну а потом, я собственно и заболела, но кровь которая была в моём организме не дала мне покинуть этот мир, ну а колдовство после моего обращения не пропало. Мне пришлось потом уехать чтобы все забыли обо мне, все думали что я мертва, но прошло уже много лет и теперь я не обязана скрываться. *** Яркие лучи солнца так и крадутся по комнате пока не доходят до лица Мэгги. Она лениво переворачивается на другую сторону чтобы поспать дольше, но к её ушам доносится какая-то музыка которую слышно с первого этажа. Несколько секунд она обдумывает что делать: спуститься вниз или продолжить спать дальше? Интерес побеждает и Мэг лениво выбирается с постели ступая вниз. Уже на лестнице послышался приятный запах, и шёл он понятное дело с кухни. – Ну наконец-то проснулась! – говорит Кай, кидая на неё мимолётный взгляд со спины. Девушка проходит мимо него и наливает себе чай. Вчера они хорошо так напились и разошлись спать. Оказалось что Кай до того момента как появилась Томпсон, тоже жил в поместье Сальваторе, каково было его удивление когда его новая подружка тоже выбрала это место. Было принято решение не бегать туда-сюда, всеровно вдвоём и будут видеться каждый день, а в доме хватит места на пол города, поэтому теперь в доме два хозяина. Мэгги не была тем человеком который любит одиночество, жить одним и вечный покой. Она любила развлекаться, общаться с людьми, заводить новые знакомства. Всю жизнь она не понимала людей которые только и думают как одними остаться, в её глазах это было невыносимо скучно и не интересно. Как же она любила ходить по операм, потом по студенческим вечеринкам, всё это было насколько красочное и увлекательное, что хотелось бы вечность так проводить. – Что ты готовишь? – не выдержав долгой тишины спросила она. – То что нашел в книге, которую ты стащила с магазина, – усмехнувшись отвечает он. Мэгги не отвечает и спокойно попивает свой чай задумавшись о своём. Со вчерашнего дня голова немного болела, а тело ныло и хотело спать. Вчера Паркер хотел показаться милым, но его суровые взгляды и не желание отвечать на вопросы, выдавало его настоящую натуру. И даже сейчас он хочет быть как можно лояльней, но не потому-что он такой, а потому-что оценивает её силы, то каким соперником она могла бы быть. Всё время пока Кай готовил, девушка наблюдала за ним, широкие плечи, сильная спина, высокий рост, длинные руки и пальцы на которых можно было заметить какие-то кольца и браслет. Волосы темные, а глаза голубые и это создавало контраст. Нельзя не признать что Паркер был симпатичен и обаятелен, "смазливое личико" располагает к нему, но что-то внутри заставляет держаться на расстоянии и не доверять. Со своих мыслей её возвращает тарелка, которую со стуком ставить перед ней Малакай. – Мм, так ты у нас повар, – говорит Мэгги вскидывая брови. – Можно и так сказать, – он садится напротив и упирается подбородком на руку пронзая её взглядом. – Не плохо, – наконец выдает Томпсон, продолжая есть. – Всего не плохо? – он даже как-то обиженно спрашивает у неё и хмурится, но положения не меняет. Мэгги смеётся. Твой звонкий и заразительный смех раздаётся на всю кухню. – Кай, ты как ребенок.