Часть 1
4 февраля 2023 г., 03:52
Аннабет поняла, что всё зашло слишком далеко, когда случайно нашла в ящике с носками Перси тайно спрятанную коробочку.
Она усмехнулась ломаной усмешкой. Скоро была их годовщина. Уже десятая. Весомый юбилей. Она была уверена, что Перси готовил ей сюрприз. А вспомнив его уловки с попытками узнать размер её пальцев, Аннабет быстро срастила одно с другим. Перси был таким предсказуемым. Она улыбнулась, но вместо тёплого чувства любви в её душу будто вплеснули яд.
Аннабет стало стыдно. К горлу подступил ком, а серые глаза заблестели от слёз. Эту коробочку она не заслужила. Положив её обратно, она села на кровать, пытаясь вспомнить, когда это всё началось. Как она могла допустить, что предложение от любимого человека вызывало жуткое чувство горечи вместо радости и безграничного счастья.
— Как прошёл сегодня твой день?
Перси поставил две кружки с чаем на журнальный столик и забрался на диван к Аннабет. Как самый настоящий большой кот, он приластился к ней и, нежно бодаясь, прошёлся щекой по её руке от запястья вверх, заставляя её лечь и откинуться на подушки. Аннабет мягко рассмеялась и развела ноги, чтобы Перси самым бессовестным образом лёг на неё, прижавшись к её груди.
Аннабет обняла его, зарылась пальцами в его взъерошенные чёрные волосы и принялась гладить, довольно улыбаясь. Она уже привыкла к тому, что Перси ищет любой повод прикоснуться к ней. Ей это уже нравилось, и она чувствовала себя спокойной и нужной в его руках.
Ей понадобилось время, чтобы до конца понять — Перси никуда не исчезнет. Больше нет. Он рядом с ней и не собирается помирать на очередном поиске. Ей наконец-то можно расслабиться и довериться ему до конца.
— Ну, Афина одобрила мои планы по отстройке Олимпа, — начала Аннабет.
— Ещё бы! — шутливо фыркнул Перси. — Там же от города почти ничего не осталось. Так что ты им нужна, как никогда. Уверен, будет круто!
Улыбка Аннабет стала ещё шире и самодовольней. Её серые глаза заблестели. Да, она была горда, что именно ей досталась честь заново проектировать Олимп. Никогда прежде Олимпийцы не нуждались в её способностях так, как сейчас.
Аннабет крепче прижала Перси к себе.
Может, в первое время после войны ей было тяжело расслабиться. Она была как пружинка, которая так и не выпрямилась после адского напряжения, и в этом не было ничего удивительного. Она с самого раннего детства жила в напряжении. Спокойная жизнь была ей в новинку, и привыкать к ней было непросто. Два больших проекта и первый курс универа здорово балансировали ситуацию, добавляя немного привычного стресса её повседневность. А Перси рядом всегда поддерживал её.
Всё должно было наладиться, у неё для этого были все шансы.
— Показать, что я придумала для Олимпа? — спросила Аннабет.
Перси с готовностью кивнул. Он задрал голову, и девушка окунулась в тёплый взгляд его зелёных, полных восхищения глаз.
Аннабет поцеловала его и почувствовала себя самой счастливой девушкой во всех мирах.
Аннабет проявляла терпение Сизифа, когда занималась с Перси. Как Сизиф был обречен безуспешно катить камень в гору, так и Аннабет приходилось объяснять одно и то же правило Перси. Только ей казалось, что они почти подошли к концу, как он снова терял всю нить и надо было начинать всё сначала.
— Чёрт, Аннабет, может, перерыв? — взмолился Перси и сразу зашёл со своего коронного приёма.
Он попытался построить щенячья глазки. Но у Аннабет был иммунитет, и она строго на него посмотрела.
— Нам осталось всего пару заданий разобрать, — нравоучительно заметила девушка. — Экзамен уже через два дня. Точно хочешь перерыв?
Перси тяжело вздохнул. Аннабет, как всегда, была права. Ему надо было поступить, а времени на подготовку оставалось катастрофически мало.
— И почему нельзя сказать, что я не успел подготовиться, потому что пытался угрохать свою вредную прабабку? — проворчал Перси.
Аннабет улыбнулась и покачала головой.
— Трудно будет получить её подпись, а Терминус строг к бюрократическим формальностям.
— Вот бы можно было отправиться в поиск вместо всех этих тестов, — Перси устало выдохнул и размяк на стуле, жалобным взглядом пытаясь просверлить дырку в бесконечных листах.
Аннабет, на удивление, была согласна. Ей нравились их с Перси приключения. Они были отличной командой. Непобедимой. Когда они были вдвоём, они могли противостоять всему на свете.
Теперь это «всё на свете» свелось лишь до вступительных экзаменов, но и тут Перси нуждался в ней. Аннабет с радостью была готова подставить плечо.
— Давай, ещё немного, ты с этим справишься, — подбодрила его девушка и нежно поцеловала в щёку.
— Эх, Аннабет, что бы я без тебя делал, — улыбнулся юноша и взялся за ручку, собираясь вступить в решающий бой с этими тестами.
Аннабет широко улыбнулась. Она была рада помочь Перси в любой момент, когда ему это было нужно. Ей нравилось чувствовать себя значимой.
В такие моменты она ощущала себя живой ярче всего.
Аннабет задвинула ящик, проверив, что не нарушила порядок и не оставила следов. Она не хотела, чтобы Перси понял, что она узнала про его сюрприз.
Она выпрямилась и оглядела комнату, в которой они с Перси гостили, когда приезжали к его семье. Несмотря на новый, уже взрослый ремонт, здесь был небольшой стеллаж в углу с разными памятными вещами, которые напоминали о весёлых днях в детстве и подростковом возрасте. Много фотографий в рамочке, самая большая — с Гроувером, Аннабет и Перси в лагерных испачканных футболках, а рядом была фотография с Перси, Аннабет и очень недовольной Талией. Через пару часов после того, как был сделан этот снимок, они втроём снесли школьный спортзал и заодно столовую. Вот же весёлые были времена.
Здесь же было много фотографий, где был запечатлены Перси с мамой в разные годы. Сначала их семья состояла только из них двоих, но даже тогда они казались самыми счастливыми. Перси то был маленьким джентльменом и стоял по стойке смирно, то показывал истинный бунтарский характер и кривлялся на камеру, как только мог. Салли, пребывая с сыном на одной волне, тоже могла быть заботливой мамой, а иногда и подыгрывала сыну, зная, как это его веселит.
Но какой бы ни была фотография, Салли всегда смотрела на своего сына с нежностью в глазах. Ему не нужно было заслуживать её любовь, она любила его просто потому, что он есть.
Аннабет повезло меньше. Такая безусловная любовь ей казалась сказкой. Ей этого было просто не понять. Она не чувствовала себя любимой, если не чувствовала, что в ней нуждаются.
Девушка снова вернулась к фотографиям.
Со временем на снимках стала появляться и Аннабет, иногда был и Гроувер. Фотография Перси с дипломом об окончании школы красовалась в яркой золотой рамке, а рядом стояла его выпускная шапочка. Этот день отмечали с размахом как Перси с мамой, так и весь школьный педагогический состав. На самых свежих фотографиях был уже и Пол, и Салли стояла рядом, обнимая маленький голубенький свёрток. У Перси появилась сестричка — Эстель.
Аннабет грустно улыбнулась. По щекам предательски потекли слёзы. После того, что она сделала, она не заслуживала быть частью этой семьи.
На удивление, Перси быстро освоился в университете. Он исправно ходил на пары, прилагал много стараний, чтобы делать домашние задания.
Аннабет помогала ему и следила за его успехами с видом гордой мамочки. Она немало усилий приложила к тому, что Перси стал хорошо проявлять себя на занятиях. После спасения лагерей именно эта задача была важней всего.
И теперь, закончив свои дела, Аннабет поджидала своего парня на выходе из университета.
Она была одета в обычные голубые джинсы и белую футболку. Светлые волосы завязаны в высокий аккуратный хвост. На плече висела сумка-почтальон, забитая учебниками, и в руках у неё тоже были книжки. Образцовая студентка, не меньше. И Перси рядом с ней не отставал. В чёрных штанах, в фиолетовой футболке лагеря Юпитера и ожерельем на шее из Лагеря полукровок, его полухипстерский образ дополняла цветастая вязаная шапка, подаренная Гроувером. На плече он нёс огромную черную сумку, увешанную разными значками.
Он улыбнулся ей немного уставшей улыбкой и быстро поцеловал в щёку. Сегодняшние лекции дались ему с трудом.
Аннабет и Перси вместе вышли в университетский дворик. Это была залитая солнцем большая озеленённая площадка, имеющая много открытого места и много деревьев, в тени которых можно было спрятаться. Тут и там на скамейках сидели студенты: кто просто болтал ни о чём, кто судорожно пытался доделать свои задания.
Перси и Аннабет шли по широкой мощёной тропинке, по бокам которой по всей протяжённости стояли высокие бюстовые скульптуры разных известных деятелей. Перси взял её за руку, и они шли так вместе неспешным шагом, наслаждаясь свежим воздухом.
Идеальное будущее, о котором грезила Аннабет, спасая Перси в подземной реке Кокитос, сбылось. Идеальное место, любимый парень рядом и наконец спокойная жизнь.
Так почему иногда ей становилось тоскливо?..
— Как прошёл сегодняшний день? — спросила она, задвигая это ощущение куда подальше.
— Нормально, — пожал плечами Перси. — У нас сегодня в очередной раз была морская биология. Ужасная скукота!
— Сам выбрал такую специальность, — улыбнулась Аннабет.
Перси кинулся в изучение океана только потому, что увидел там слово «океан». Об остальном он не подумал, уверенный, что у него будет много практики в воде. Но до этой практики была огромная куча теории.
— Я надеялся, мы будем изучать её хотя бы у воды, вот тогда бы мне точно равных не было бы, — хмыкнул юноша.
Аннабет засмеялась. Ничего другого она от Перси не ждала. Но потому и она была рядом, чтобы подхватывать в такие моменты, как этот.
— Давай тогда я тебе помогу с домашкой по биологии, — предложила девушка, но это предложение было просто формальностью.
Ему всегда нужна была её помощь. Она всегда ему помогала. Это была их аксиома.
Но в этот раз Перси покачал головой и улыбнулся.
— Ты и так достаточно мне помогла, если я хочу чего-то добиться, я должен это сделать сам. Тем более у тебя свои проекты, я не хочу тебе мешать.
Аннабет должна была обрадоваться. Эту же эмоцию испытывает девушка, когда её любимый наконец сам изъявляет желание учиться, а не делает это из последних сил и с трудом?
Так почему же ей было даже немного обидно? Будто своим «сам» Перси отстранился от неё?
Аннабет тряхнула головой и постаралась отогнать эти мысли, крепче сжимая руку Перси в своей. Он рядом. Она чувствует его тепло, и он всё ещё идёт с ней бок о бок.
— Кстати, Аннабет, когда там по расписанию у меня тренировка? — спросил Перси, свободной рукой почёсывая затылок. — И я не могу найти свои кроссовки для бега. Не помнишь, куда я их положил?
Аннабет усмехнулась и покачала головой. Всё-таки Перси без неё не может.
— Пойдём, — позвала она. — Расписание на столе, и кроссовки вообще-то я положила в твой шкаф.
— Чёрт, правда? Я ж искал их там сегодня...
Аннабет уже давно не раздражалась. Ей было приятно ему помогать. Она была на своём месте. Она чувствовала себя нужной и важной рядом с ним.
Это было краеугольным камнем её любви. И этот краеугольный камень, казавшийся незыблемым, начал давать трещины.
Аннабет утёрла слёзы и продолжила рассматривать полку. Было о чём вспомнить. Чему порадоваться, над чем поплакать. И со скребущим грудную клетку чувством Аннабет поняла, что скучала по старым временам.
А Перси даже ручку уже откладывал на полку и брал её с собой всё реже и реже. Вид одинокого, брошенного хозяином Анаклузмоса тоже нагонял тоску. Меч даже в какой-то момент перестал возвращаться в карман Перси, будто почувствовав, что владелец больше так сильно не нуждается в нём.
Аннабет порой не могла понять, как так всё случилось. Почему она тоскует по прежним временам.
Ярче всего она чувствовала себя живой тогда, когда оказывалась перед лицом опасности. Или когда ощущала свою необходимость? Но что бы там ни было, разве можно было её винить в том, что она просто снова хотела хоть ненадолго вспомнить, какого это — жить?
Пальцы девушки коснулись рога минотавра. Первый трофей Перси, который он получил, не проведя в лагере ещё ни дня. Аннабет не видела сражения, но пыталась воспроизвести эту картинку в своей голове, пока ухаживала за ним. Она аккуратно протирала его лицо и думала о том, что этому лузеру очень повезло победить минотавра. Ей-то такой шанс ещё даже не представлялся, а она столько лет тренировалась! Она бы уж точно не позволила монстру ранить себя так, что после ей пришлось бы нуждаться в ком-то, чтобы выжить.
А двенадцатилетнему мальчику, потерявшему маму и, казалось, всю свою прежнюю привычную жизнь, очень нужен был друг рядом. Перси мог сколько угодно засовывать Клариссу в унитаз, доказывая свою силу, но он бы не выжил самостоятельно и в первый год, не окажись рядом с ним Аннабет.
На полке была фотография Перси, Гроувера и Талии на фоне плотины Гувера. Уставшие ребята потрудились сделать снимок у любимого архитектурного сооружения Аннабет, только чтобы подразнить её потом. Это точно была идея Перси. По злому лицу Талии было видно, что она сильно не хотела быть на этой фотографии и вообще считала эту идею идиотской, Гроувер едва ли сдерживал слёзы, а Перси улыбался и держал в руках её кепку. Она ему нужна была всегда. Настолько, что он даже не думал об ином исходе, кроме как найти её, спасти и похвастаться снимком после.
«— А я даже не знаю, чем примечательно это место, но я там был! — поддевал её Перси».
Аннабет скучала по тем дням больше, чем даже готова была признать.
Ну так можно было винить её в том, что она ненадолго хотела снова вспомнить, какого это? Когда любовь к ней проявляли так ярко? Когда в ней так нуждались?...
Перси быстро привык к жизни студента. Он начал сам готовиться к парам, сам сдавал экзамены и наладил своё расписание после лекций. И по мере того, как он становился всё более самостоятельным, Аннабет чувствовала себе всё менее значимой.
Она сдала планы по отстройке Олимпа и ждала, пока закончатся Испытания Аполлона, чтобы приступить к их воплощению. С учёбой у неё было всё в порядке, и она не должна была спасать мир от очередного апокалипсиса. Ей теперь можно было немного расслабиться и хоть раз побыть той, кто получает помощь и заботу.
Но Аннабет к этому не привыкла. Она привыкла спасать Перси, раз за разом открывать для него тогда новый мир мифов и магии, говорить, что ему делать, искать его, помогать и быть той, чей голос выводил его из глубин адских рек в Подземном Царстве.
Аннабет привыкла, что она нужна ему. Она была уверена, что за это он её и полюбил. А что делать после всего этого и как удержать эту любовь она не имела ни малейшего представления. Чейз извела себя страхами, причин которых она сама не знала.
А потому и виду не подавала, что что-то не так.
Теперь Перси мог о ней позаботиться, чем и занимался, то устраивая ей небольшие сюрпризы, то умудряясь не сжечь завтрак, который приносил ей в постель.
Он её не обделял вниманием, совсем нет, просто он больше в ней не нуждался.
— Я закончил свой семестр! — заявил Перси и в честь этого события принёс с собой еды из любимого ресторана Аннабет. — Давай отпразднуем?
Девушка ничего не имела против. Она прошла за ним в кухню и смотрела, как он ловко достаёт контейнеры из пакета.
— И сколько же у тебя «удовлетворительно» стоит? — ухмыляясь, спросила девушка.
Перси чуть с опозданием, но сам сдал все экзамены. Аннабет уложилась пораньше и, как всегда, предложила ему свою помощь, но он отказался, заявив, что раз достаточно взрослый, чтобы вести целые отряды против титанов, то вполне может и расправиться с экзаменами. И потому она сильно сомневалась, что с самостоятельной подготовкой юноша сумеет получить много хороших оценок.
— Обижаешь, — улыбнулся Перси и принялся укладывать еду из одноразовых упаковок в нормальные тарелки. Аннабет терпеть не могла есть из пластика. — Всего одна. Все остальные «хорошо». Что хочешь делать на выходных?
— Ты ведь хотел домой съездить? — напомнила Аннабет. — Давай навестим твою семью?
— Уверена? — уточнил Перси. — В прошлый раз из-за Эстель мы не выспались.
Аннабет снова почувствовала себя не в своей тарелке. Перси прекрасно управлялся со своей сестрой, и со сном у него не было проблем. Это Аннабет тогда не могла нормально уснуть, просыпаясь из-за каждого плача ребёнка вместе с Салли, и это он снова проявил заботу о её чувствах, вместо «ты» сказав «мы».
— Да, — ответила Аннабет. — Ты ведь соскучился по сестрёнке.
Перси кивнул.
— Ну так что, на выходных в Нью-Йорк?
С каждым новым посещением дома Джексонов-Блофисов Аннабет чувствовала себя всё бесполезней и бесполезней.
Перси донёс сам все вещи до комнаты. Салли помогла ей снять верхнюю одежду.
— Здравствуй, милая! — Салли обняла её, встречая тепло и радушно. — Хорошо доехали? Я как раз только приготовила ужин!
— Может, вам чем-то помочь? — предложила Аннабет и очень надеялась, что получит утвердительный ответ.
— Нет-нет, — махнула рукой Салли. — Уверена, в доме с Перси ты и так устаёшь, он бывает растяпой, садись и отдохни, я уже всё приготовила. Рассказывай, дорогая, как твои дела? Что с твоими проектами?
Пол тоже вышел в прихожую встречать Аннабет и тепло её обнял.
— Кстати, да, — подхватил он вопрос Салли. — Про проекты. Ты уже сдала чертежи? Какой стиль архитектуры ты выбрала в качестве основного? Ты говорила что-то про классицизм, но и постмодернизма хотела добавить как дань новому времени.
Аннабет зарделась от проявленной к ней заботы. Удивительно, но подобные знаки внимания она воспринимала слишком чутко, и ей становилось неловко. В такие моменты она ощущала себя маленькой запуганной девочкой, которой достался подарок, которого она не заслужила.
Ей надо было всё это радушие как-то заработать, а она понятия не имела как.
Пол, кажется, был искренним в своих расспросах про проект, да и Салли было интересно, и Аннабет хотя бы отвлекалась, рассказывая им про свои задумки. Они сели за накрытый стол, и миссис Джексон осталось принести только горячие блюда. Она не позволила Аннабет помочь, а та так и крутилась, сидя на одном месте.
— Перси, тебе нужна помощь с Эстель? — на всякий спросила Салли, когда принесла последнее блюдо.
— Мы уже идём! — Перси, следуя примеру великого Рафики из Короля Льва, вышел из комнаты и на вытянутых руках продемонстрировал всем довольную годовалую девчонку с пухлыми щёчками и яркими голубыми, как у мамы, глазами.
Эстель встретила всех задорным заразительным смехом и помахала своими пухленькими ручками и ножками.
Перси закончил с демонстрацией и прижал сестрёнку снова к себе, поцеловав в щёку.
— Она уже стала такая большая! — восхищался Перси и не мог оторвать от неё взгляд. — Наверно, много ест!
— Ну, уж точно не меньше старшего брата, — заметила Салли.
В подтверждение этого Эстель замахала ручками и потянулась к столу, сердито агукнув. Перси пришлось послушаться желания девушки. Держа её одной рукой, второй он ловко пододвинул стульчик для кормления к столу и бережно усадил Эстель. Сам юноша устроился на стуле боком, рядом с Аннабет. Та с готовностью взяла тарелочку с кашей и протянула её Перси.
Эти двое любили возиться с маленьким человеком, а Салли и Пол были совсем не против.
Перси так заметно изменился после рождения сестрёнки. Почувствовав себя старшим братом, он вдруг будто резко повзрослел. Стал ответственным и самостоятельным. Пропало его прежнее ребячество, которое так любила Аннабет. Теперь он дурачился только для своей маленькой сестрёнки.
Тот, кто крушил титанов и с первого раза наносил смертельные удары, сейчас строил рожицы, пытаясь покормить ребёнка, и не мог попасть ложечкой в вертящуюся во все стороны сестрёнку.
Аннабет хотела было помочь ему с этим, но старший брат взял всё под контроль.
— Хей, смотри, фонтан! — Перси поставил перед ребёнком стакан с водой и махнул пальцем вверх.
— Ооо, — удивлённо протянула Эстель, округлив глазки и рот.
Перси ловко спикировал ложкой прямо в цель, и ребёнок принялся чуть отстранённо чавкать, продолжая наблюдать за фонтанчиком. Она не отводила взгляда от маленькой струйки воды, вырисовывавшей забавные узоры.
Перси передал тарелочку и ложку Аннабет.
— Твой выход, пока она отвлечена, — заговорщицки прошептал юноша. — Давай, маленькими порциями.
Аннабет приняла эстафету, и они вдвоём быстро накормили одного ребёнка.
Это было весьма непривычное чувство. Перси её чему-то учил.
Аннабет казалось, что Перси и её пытался накормить с ложечки не совсем подходящей для неё жизнью. Хоть бы фонтанчик из воды сделал и для неё тоже.
Аннабет быстро посмотрела на время. Её не было всего минут десять, и только она подумала, что её отсутствие осталось незамеченным, как в комнату постучалась Салли.
— Аннабет, ты в порядке? — обеспокоенно спросила миссис Джексон, но заходить без разрешения не стала.
Девушка быстро вытерла слёзы и начала часто моргать. Она посмотрела на себя в зеркало и поправила причёску. Глаза, благо, не сильно покраснели.
— Д-да, — ответила Аннабет, радуясь, что голос её не подвёл. — Сейчас буду. Просто... прилегла немного.
— Конечно, — ответила Салли. — Отдыхай сколько понадобится, дорогая. Я скажу Перси, что ты решила прилечь. Зови, если что!
Аннабет было тошно. Она не заслужила этой любви и заботы. Тем более после того, что сделала. Чёртова коробочка с кольцом теперь не выходила из головы. Неужели Перси действительно был готов к этому шагу?
Неужели Аннабет это напугало настолько сильно? Так, что она готова была переворошить прошлое и, очень возможно, разрушить своё будущее?
Неужели из них двоих Аннабет не смогла вырасти и жить дальше, не возя за собой груз давно прошедших лет?
Девушка села на кровать и беззвучно заплакала.
Столько же лет прошло.
Разве она была виновата, что не могла себе простить собственные ошибки?..
Аннабет с горечью в душе поняла, что проиграла этот спор, когда Перси возразил ей. Подобным серьёзным тоном это было сделано впервые с самого конца войны с Геей.
— Аннабет, я уже сказал это Аполлону и повторюсь ещё раз: я не хочу ввязываться в этот поиск. Если у меня появится свободное время, я лучше проведу его с тобой в отпуске.
Перси был непреклонен. А Аннабет чувствовала, что ей необходимо отозваться на зов Лестера-Аполлона. Тем более Джейсон, с которым она готовила проект по отстройке храмов, тоже собирался туда.
— Послушай, это даже не весь поиск, только его часть! — продолжала настаивать Аннабет.
— Меня это не особо волнует, я не хочу иметь с этим ничего общего, — стоял на своём Перси.
Он знал, что сейчас нужен больше дома, нужен маме и своей новорождённой сестрёнке. В двенадцать мальчик мог поверить, что от него и только от него зависит судьба всего мира. Сейчас он видел вокруг себя кучу достойных героев, готовых пуститься в поиск добровольно. Все они были способными и сильными. Перси был рад, что было кому спасать мир снова. У него были уже другие заботы.
Аннабет до этого дня была согласна с Перси, но когда Джейсон её попросил разгадать часть пророчества, она просто не могла устоять. Впервые за столько времени она снова почувствовала себя нужной где-то. И не хотела терять эту возможность просто так.
С другой стороны её держало обещание, что она и Перси не отпустят друг друга. Никогда.
— Но мы же нужны им.
Это был последний и далеко не самый лучший аргумент Аннабет. Для неё он был весомым. Для Перси — нет. Он упёр руки в бока и шумно выдохнул.
Он больше не выпаливал необдуманных ответов. Напротив, он постоял посреди гостиной, покачал головой, прошёлся по периметру, покусывая губы и, наконец, сел на кресло напротив девушки.
— Аннабет, я вижу, что для тебя это важно, — начал он. — Я... я не хочу отпускать тебя, но и не хочу удерживать тебя здесь насильно. Если хочешь отправиться в этот поиск, иди. Но ты действительно хочешь помочь Аполлону?
Теперь пришло время Аннабет опустить голову, рассматривая носки своих тапочек. Она привыкла делать всё с ним. Падать в Тартар в том числе. А теперь он действительно готов был её отпустить?
Аннабет тряхнула головой, отгоняя назойливые мысли. Она вспомнила умоляющие глаза Лестера, его жалобный голос, когда он просил дочь Афины помочь с одной частью пророчества. Он уверял, что с этим может справиться только Аннабет Чейз.
Её подкупила не столько лесть, сколько собственное радостное предвкушение. Будто она вот-вот вырвется из душной комнаты на улицу, на свежий воздух. Она не могла себе отказать в этом.
— Да, — ответила девушка. — Я хочу ему помочь.
Перси расстроился и отвёл взгляд, крепко сжав челюсти. Ему этот ответ не понравился, но он не стал её отговаривать.
— Ладно, — наконец сказал юноша. — Только пообещай, пожалуйста, что если хоть что-то пойдёт не так, ты позовёшь меня. Я приду, где бы я ни был. Хорошо?
Аннабет нахмурилась. Почему-то это предложение ей не понравилось, но она выдавила из себя улыбку и кивнула. В повзрослевшем юноше ей всё ещё было тяжело развидеть мальчишку, который когда-то сам нуждался в помощи. А Перси теперь стал тем, кто предлагал помощь. Это было новое ощущение. Неприятное. Будто у Аннабет забрали единственную возможность проявить заботу к любимому человеку.
— Да, Перси, конечно.
Перси расслабленно улыбнулся и протянул к ней руки.
— Идём ко мне. Я очень хочу тебя обнять.
Аннабет была и не против. Она сама не могла с ним долго ссориться и была рада вновь оказаться в его объятиях.
Если бы Аннабет тогда знала, что ждёт её в поиске и после, она никогда бы туда не отправилась.
Аннабет массировала виски пальцами и пыталась успокоиться. Её взгляд так и застыл на ящичке, в котором было припрятано заветное колечко.
Она не вспоминала эту историю вот уже сколько лет. Она смогла заглушить в себе вину и стыд за это и жить дальше с Перси. У неё хватило ума всё скрыть, хватило сил забыть и держать всё в тайне.
И так бы продолжалось долго, если бы не это чёртово кольцо.
Когда так всё повернулось, что Перси оказался готов к взрослой жизни и ответственности больше, чем Аннабет?
Где вообще была та грань, которую она самым неведомым образом переступила и самым глупым образом предала того, кого любила больше всего на этом свете? Чью любовь так сильно пыталась заслужить?
Чёртово кольцо. И почему Перси перестал спрашивать её советов?!
Джейсон был на грани смерти. Аннабет едва спасла его из-под копья Калигулы, но не уберегла от сильного ранения. Она вытащила их всех с корабля императора почти чудом, но всё же у неё это получилось, и теперь на берегу пыталась сообразить, что делать дальше.
Пайпер крупно трясло, она была в состоянии шока от произошедшего. Лестер истерил, бегая вокруг ребят и что-то бормоча себе под нос.
Аннабет же оказалась в привычной для себя ситуации. Ни грамма паники. Холодная голова и здравые решения. Вот что сейчас было нужно.
— Лестер, угомонись! — прикрикнула на него Чейз. — Найди нам транспорт до лагеря Юпитера!
Аннабет обратила внимание на Грейса. Пайпер была в шоковом состоянии и не могла ему толком помочь. Её даже, кажется, подташнивало от вида крови. Джейсон приоткрыл поплывшие глаза. В их мутной синеве Аннабет ясно видела желание жить.
— Пайпер! Дай мне мой рюкзак, — распорядилась Аннабет.
Её не пугала ни кровь, ни Джейсон в полубесознательном состоянии. Напротив, она понимала, что сейчас как никогда раньше должна собраться и сделать всё, чтобы спасти ему жизнь.
Ей это давалось легко и естественно. На задворках сознания она даже поймала себя на мысли, что ей это нравится.
Пайпер подала ей рюкзак дрожащими руками, Аннабет выхватила его, достала походную аптечку. Она буквально запихнула Джейсону в рот немного амброзии, и пока он пытался это рефлекторно прожевать, девушка уже оказывала первую помощь.
Только благодаря Аннабет Джейсона живым доставили до лагеря.
— Как ты выдерживаешь такое, — дрожащим голосом спросила Пайпер, когда они сели в вертолёт, предоставленный её отцом.
— Ты о чём? — спросила Аннабет, нахмурившись.
— Об этом напряжении. Об этой гонке, — уточнила Пайпер. — Я больше так не могу. После войны с Геей я думала, что всё закончилось, но... Аннабет, как ты могла вернуться после такого кошмара? Неужели тебе было мало?
— Я просто знаю, что нужна здесь, — спокойно ответила Аннабет, и лицо её тут же стало строгим, будто Пайпер задала глупый вопрос. — И я делаю, что должна.
— Я не могу, — Пайпер тихо заплакала. Её всю трясло, и она даже не думала сдерживать свои эмоции. Аннабет отстранилась от неё и обратила внимание на Джейсона, не открылась ли одна из его страшных ран. — Я больше так не могу. Джейсон крепко связан с лагерями. Поиски будут преследовать его всегда. А я... Передай, что мне жаль. Я сделаю всё, чтобы вы добрались до лагеря Юпитера, но... на этом вё. Я не хочу, чтобы он меня искал.
Аннабет не могла понять и тем более принять этого поступка. А Пайпер была не в состоянии даже посмотреть на Джейсона. Конечно, Чейз не стала переубеждать подругу. Зачем? Маклин действительно было тяжело. Аннабет могла с этим справиться одна.
Первой остановкой был загородный дом Маклинов.
— Пожалуйста, Аннабет, позаботься о нём, — хриплым голосом попросила Пайпер и просто ушла в закат.
Чейз догадывалась, что они больше никогда не увидятся. Пайпер знала наверняка.
Аннабет всю дорогу до лагеря смотрела за Джейсоном, который в самый критический момент оказался один. Она меняла ему повязки, продолжала давать амброзию и пыталась привести в сознание. Она должна была довести его живым до лагеря, а там ему уже помогут.
Перси был одним из тех, кто встретил их у границ. Легионеры тут же отбили гнавшихся за ними монстров, лекари приняли Джейсона. Аннабет стояла на своих двух, и это уже было прекрасной новостью. Он отвёл её в сторону. Всё равно местные вертелись вокруг Джейсона и Лестера.
— Ты в порядке? Не поранилась? — спросил он, разглядывая её всю на предмет видимых повреждений.
Перси потрогал её лицо, осмотрел голову и пощупал её руки, убеждаясь, что она цела.
— Я в порядке, — поспешила убедить Аннабет. — Надо помочь Джейсону. Лекарям нужно знать, сколько он был без сознания, и когда я в последний раз делала перевязку.
— Да, конечно, пошли, — тут же отозвался Перси и, крепко взяв её за руку, пошёл с ней в лазарет. — Мне надо было пойти с тобой с самого начала, — виновато пробормотал он.
Аннабет ничего не ответила.
Она с головой окунулась в заботу о Джейсоне. Испытания Аполлона были в самом разгаре, рук не хватало, а тут и Лестер принёс с собой кучу проблем. Помощь Аннабет в лазарете была как никогда кстати, поэтому, как только у неё появлялось свободное время, она отправлялась туда.
— Ты ведь не собираешься дальше идти за Лестером? — спросил Перси у Аннабет, когда она вернулась вечером домой. В его глазах и голосе было беспокойство. Во второй раз он её одну точно бы не отпустил.
Чейз покачала головой.
— Нет. Надо ещё присмотреть за Джейсоном, а потом помощь может понадобиться и тут.
Перси успокоился. Он обнял её и прижал к себе. Аннабет расслабилась в его руках и выдохнула.
— Прости, что отпустил тебя одну, — прошептал Перси. — Мне не стоило этого делать.
Аннабет мотнула головой и чуть отстранилась, чтобы посмотреть на него с улыбкой.
— Всё в порядке, — её голос звучал вполне себе убедительно. — Я же говорила, что помогу ему только с частью поиска. Не стоило тебе рисковать. Тем более у тебя есть семья, тебе нужно думать об этом.
Перси нахмурился и поджал губы. Аннабет снова хотела было обнять его, но он немного отстранился и посмотрел прямо в её серые глаза. Ему не понравились зачастившие местоимения "ты" и его производные. Словно в них не было самой Аннабет.
— Аннабет, ты тоже моя семья.
Перси редко говорил так серьёзно. В такие моменты он казался слишком взрослым, и это напрягало. Она привыкла к мальчишеским выходкам Перси. С другой его частью, взрослой, той, которая проявлялась всё чаще с каждым годом, она не была знакома. И, кажется, она не хотела узнавать его с этой стороны.
Аннабет не стала ничего отвечать. Она улыбнулась и просто обняла его.
Она любила его достаточно сильно, чтобы набраться терпения и дать себе время полюбить Перси и с такой стороны.
У Джейсона было много травм. Но самое страшное — у него были перебиты ноги, и он не мог ходить.
Аннабет не задавала идиотского вопроса «как ты». Она могла спросить только, не появилось ли новых болей и прошли ли старые.
Джейсон был разбит. Он совсем не удивился тому, что Пайпер решила уехать навсегда, подальше от полубожественной жизни, к которой она так и не привыкла. Их отношения начали разваливаться ещё после войны с Геей.
Но если с этой болью он мог как-то примириться, то собственная беспомощность его совсем добивала. Он никому не позволял себе помогать и подпускал только Аннабет.
Они вместе работали над отстройкой храмов в Лагере полукровок и за это время успели друг к другу притереться. Тем более Аннабет была рядом, когда всё произошло. Она его вытащила из той передряги и сделала всё, чтобы довести живым до Лагеря.
Только рядом с ней он мог проявить свою слабость и принять её помощь.
И Аннабет на время поменяла свое расписание так, что могла подставить плечо Джейсону практически в любой нужный момент. Она приходила к нему с утра, заходила днём и обязательно навещала вечером.
Аннабет чувствовала себя нужной, а потому ей совсем было не в тягость за ним ухаживать.
— Прости, что тебе приходится так со мной возиться, — в один из вечеров сказал Джейсон.
— Всё в порядке, — терпеливо ответила Аннабет и поправила ему подушки за спиной. — Это ведь ненадолго. Ты быстро восстановишься.
— Кстати, об этом... — Джейсон смутился и опустил голову, будто от чего-то застыдился. Но он прочистил горло и попросил: — Ты сможешь помочь мне с реабилитацией?
Аннабет удивлённо вскинула брови. Вообще она собиралась это делать и без его просьбы, а Джейсон, кажется, не так всё понял, потому что тут же выпалил:
— Если тебе сложно или Перси уже там возмущается...
Аннабет покачала головой и улыбнулась. Смущение Джейсона было таким ребяческим.
— Перси не возмущается. Он, наоборот, спрашивает о тебе и ждёт, пока ты наконец разрешишь себя навещать.
Джейсон нахмурился.
— Ты либо у меня, либо в универе. Перси точно не нужна твоя помощь? Даже с учёбой?
Уголки губ девушки чуть дрогнули и опустились. Улыбка стала теперь грустной.
— Нет, он вполне справляется один.
— Странно, — сморщился Джейсон. — Но я рад. Потому что ты мне нужна сейчас как никогда.
Джейсон улыбнулся ей и взял за руку. Аннабет стало тепло. Она вдруг вся смягчилась от этого признания и почувствовала давно забытое чувство наполненности и важности. Девушка наклонилась и поцеловала Джейсона прежде, чем успела подумать.
Она даже не сразу поняла, что сделала, а Джейсон ответил ей на поцелуй и не спешил отталкивать. Это ведь ей захотелось. После того, что она сделала для него, он мог её оттолкнуть?
Аннабет поняла, что целует не те губы, когда почувствовала шрамик на его губах. Она выпрямилась, кусая свои губы, и нервно на него посмотрела, ожидая его реакции. Её щёки горели огнём, да и Джейсон весь покраснел. Он должен был что-то сказать, но был расстерян ещё больше, чем Аннабет. А значит, она должна была взять под свой контроль. Им это было сейчас нужно.
Аннабет Чейз умела это делать как никто другой.
— Это просто случайность, — сказала она твёрдым голосом.
Джейсон только кивнул.
— Доброй ночи, завтра начнём твою реабилитацию, — Аннабет улыбнулась и вышла из его палаты.
Дома её ждал Перси.
Аннабет не знала, куда деться от этих воспоминаний. Она была уверена, что смогла забыть те дни как сон. У неё это даже получилось, но это кольцо...
Девушке хотелось кричать.
Перси готов был сделать ей предложение. Он доверял ей, любил её и готов был к следующему шагу.
И конечно, Аннабет, как и любая другая девчонка, мечтала об этом дне, пыталась представить, где и как Перси бы сделал ей предложение, но когда она увидела это кольцо и это стало реальностью...
Аннабет не могла продолжать его обманывать. Уже нет. Она не сможет жить с этим грузом. Перси должен был знать.
Он доверял ей. Иногда слишком наивно и всецело. Он доверял ей и даже мысли не допускал, что она может его предать. После всего, что они прошли, разве кто-то из них мог бы так поступить?
Аннабет было тошно от самой себя. Ей ничего и не пришлось толком скрывать, потому что Перси даже не подозревал. Он даже не догадывался, что такое могло произойти.
Аннабет помогала Джейсону восстанавливать ноги. Она вместе с ним училась ходить. Она была его костылями и опорой.
Джейсон мог пройти через это только с ней. Ни Перси, ни Рейну, ни даже свою сестру он не подпускал близко. И все трое относились к этому с уважением. Кому как не им было знать, как непросто показывать свою слабость. Тем более сыну Юпитера.
— С Аннабет просто невозможно спорить, — пожимал плечами Перси, когда они проводили глазами Чейз в палату Джейсона. — В первый день на корабле она села во главе стола. Попробуй ей возрази.
Рейна и Талия согласились с ним. Им не оставалось ничего другого, как ждать, пока Джейсон сам покажется им на глаза.
Аннабет сначала сделала вид, что того поцелуя не было. Джейсон решил ей подыграть. Они вернулись к прежним беседам о лагерях, храмах и планах на будущее.
Джейсону было непросто. Ноги нещадно болели, когда он пытался сделать больше пяти шагов самостоятельно, но Аннабет была рядом, чтобы подставить плечо.
— Давай, ты можешь больше, — подбадривала его девушка всякий раз, когда ему уже хотелось сдаться. — Лекарь же сказал, что ты полностью поправишься. Надо только стараться.
— Что бы я без тебя делал, — выдохнул Джейсон, делая новый шаг. — Аннабет, ты даже представления не имеешь, как мне помогаешь.
Грейс делал подобные комплименты чаще и чаще, заметив, что после них Аннабет смущённо прятала довольную улыбку. Он подпитывал её чувство собственной важности, но только потому, что в ответ на её доброту он хотел и ей сделать приятное.
Тем более что это было правдой. Благодаря ей он снова начал ходить и даже вышел на улицу, чтобы встретиться с друзьями.
— Наконец я тебя вижу, — Перси широко улыбнулся Джейсону и осторожно его обнял.
Аннабет стояла рядом с Грейсом, но теперь просто в качестве сопровождающей. Полукровка уже начал ходить с тростью, и ему просто нужен был присмотр.
— Я тоже рад тебя видеть, старик, — Джейсон робко улыбнулся и опустил голову, вдруг вспомнив про поцелуй.
Перси же подумал, что ему просто неловко стоять с тростью.
— Рад, что ты поправляешься. А то мне стало скучно на арене без тебя, — хмыкнул сын Посейдона.
— Да, подожди ещё немного, и я снова надеру тебе зад, — пообещал Джейсон. — Тем более у меня лучший тренер.
Этот комплимент был адресован Аннабет, и та улыбнулась, утвердительно кивнув.
— Да, Перси, бойся нашей команды, — Чейз шутливо показала ему язык.
Джексон, пользуясь тем, что был выше своей девушки на пару сантиметров, просто сгрёб её в охапку и взъерошил ей волосы.
— Только если на спарринг против меня вы действительно выйдете вдвоём. Хотя даже так, думаю, я с вами справлюсь довольно быстро!
— Ты там не опаздываешь на свои лекции? — напомнила Аннабет, чуть отстранившись.
— Нет, я на сегодня всё сдал. Но у меня есть ещё пары завтра, так что я собираюсь домой подготовиться. Аннабет, ты скоро?
Аннабет посмотрела на Джейсона. Перси мог справиться со своей жизнью сам. Грейсу ещё нужна была помощь. Её тянуло туда, где она чувствовала себя нужной. Выбор был очевиден.
— Иди, я сам дойду до палаты, — сказал Джейсон.
— Нет, я проведу, — возразила Аннабет.
Перси усмехнулся и сочувствующим взглядом посмотрел на друга. Когда Чейз бралась за дело, она доводила его до конца.
— Ладно, Воображала, — пожал плечами Перси. — Я тогда пойду. Жду тебя дома.
Он быстро поцеловал её в щёку и, попрощавшись с Джейсоном, ушёл.
— Я не знаю, как тебя благодарить за всё, что ты сделала.
Аннабет гордо смотрела, как Джейсон медленным шагом прошёл от брусьев к своей кровати. Его ноги уже окрепли, нужно было только восстановить их гибкость и мышечную силу. Он присел на кровать рядом с Аннабет.
Конечно, у Аннабет на этот случай был план. Она подготовила систему тренировок и упражнений, необходимых Джейсону, и собиралась довести начатое дело до конца.
— Всё в порядке. Я рада, что тебе становится лучше, — сказала Аннабет.
— Мне и так уже неловко, что ты столько времени проводишь со мной.
Аннабет только грустно усмехнулась. Она действительно была не против. Помогая Джейсону, она чувствовала себя живой и причастной. Он нуждался в ней и только в ней, и других к себе не подпускал. Аннабет была особенной, и в очередной раз у неё появился шанс доказать, что она заслуживает любви. Она себя чувствовала гораздо уверенней.
Жаль, что рядом с Перси она перестала ощущать себя так комфортно и привычно. А может, ей просто нужно было привыкнуть к новой роли в их паре, но это давалось ей с трудом. И она решила хоть ненадолго вернуться к прежней роли, в которых равных ей не было.
— Не переживай, — ответила Аннабет и положила руки на его ноги. — Тебе надо скорей восстановиться. Ну и мы уже столько планов обсудили на Лагерь, так что считай, это были рабочие часы.
Джейсон не стал спорить. Проводить время с ней было приятно.
— Давай, массаж и мягкая растяжка, и на сегодня всё, — решила Чейз, сверившись с расписанием тренировок.
Аннабет встала, чтобы помочь ему с упражнениями, а Джейсон, напротив, лёг. Она помогала ему с правильным положением ног и следила, чтобы ему не было больно. Она обходилась с ним заботливо и тепло, со всем вниманием, которое было присуще ей, той, кто любила контроль и чувствовала себя значимой, только если от неё зависели.
Аннабет села на кровать рядом с ним.
— Ну всё, я закончила, — сказала она.
Но уходить не спешила.
Джейсон улыбнулся ей.
— Я не знаю, как тебя благодарить за это, правда...
Аннабет снова ощутила знакомое тепло в груди. Оно было как наркотик. Это было неправильно. Во всяком случае, она не должна была этого чувствовать с Джейсоном, но Перси этих эмоций больше не мог ей дать.
А она так хотела снова ощутить себя нужной. Ещё хотя бы немного. Проявить свою любовь так, как она умеет. Ей так хотелось опять в это окунуться.
— Я знаю, — сказала Аннабет и снова поцеловала его.
Джейсон ответил на поцелуй. Он только немного отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза и получить ответ на свой немой вопрос.
Она уверена?
Аннабет действительно этого хотела. Она хотела почувствовать себя снова живой. Разве она была виновата, что получить это могла сейчас с Джейсоном? Она наклонилась и снова его поцеловала. Джейсон больше не стал задавать вопросов.
В конце концов, именно Аннабет оказалась рядом, когда даже Пайпер его просто бросила.
Они не имели права друг друга бросать в такой момент. Они и не бросили.
Аннабет не дала этому зайти слишком далеко. Эта история с Джейсоном закончилась с последним днём его тренировок. Она продолжалась всего лишь около месяца. Но они были свежим глотком воздуха в её жизни.
Перси всё так же ни о чём не подозревал, а Джейсон не стал задерживаться в лагере Юпитера и провоцировать неловкие моменты.
Аннабет была рада, что эта проблема решилась именно так. Она знала, что сможет это забыть и продолжить жить с Перси как ни в чём не бывало. У неё это даже получилось.
Пока она не увидела эту чёртову коробочку. Ей была невыносима мысль, что Перси решился на этот шаг. Самостоятельно, без её подсказок. Она не могла это выдержать.
У Аннабет не оставалось сил даже плакать. Она сидела на кровати, разбитая и обессиленная, и думала о том, как позволила своей слабости разрушить всё то, к чему так долго шла и что так долго строила.
Аннабет думала, как будет разгребать развалины отношений с Перси, и могла только надеяться, что её реальные здания простоят гораздо дольше. Может, ей действительно стоило больше времени уделять архитектуре. В этом она понимала гораздо больше, чем в любви, это уж точно.
В дверь снова постучались, и на этот раз в комнату зашёл Перси.
— Эй, ты в порядке? — спросил юноша, пройдя внутрь.
Аннабет убрала с лица непрошенные слёзы и посмотрела на Перси. Увидев её заплаканное лицо, юноша сам занервничал.
— Что случилось? — встревоженным голосом спросил Джексон.
Аннабет сделала глубокий вдох и выдох. Она не могла предсказать его реакцию. С равным успехом он мог её пожалеть и простить, и с таким же успехом он мог разозлиться. Но какой бы ни был исход, она должна была быть честной с ним до конца.
Набравшись смелости, она прыгнула в пропасть.
И на этот раз без любимого человека рядом.
— Перси, нам нужно поговорить.
