Не подохнуть бы здесь…

Я продержалась на ногах ещё час или около того и чувствуя, что моего бедненького Саске так не хило стало ломать и кидать от прошибающей его боли в нестерпимый холод, упросила ребят передохнуть хоть бы пять минуточек и под ворчание Наруто о том, что у нас два одинаковых свитка и нам опять-таки надо искать команды соперников, прислонившись спиной к корню дерева, мгновенно отрубилась, успевая только подумать о долбаном Орочимару и его долбаной метке… А очнувшись не догнала, где это я очутилась. Рядом со мной не было Наруто и Сакуры, всё вокруг рябило и не имело опознанных мною очертаний чего-либо определённого. Пронеслась мысль, что я… того, опять подохла, да ещё не скумекала этой прискорбной истины. Ну, мало ли, может пошло со мной на каком крутом повороте не по канону, и у меня, к примеру, абсолютная несовместимость с меткой Орочимару? А постояв здесь… это… не совсем пойми где именно, я присмотрелась и, слава предкам бедненького Саске, углядела тёмный силуэт маленького мальчика, сильно напоминающего мне моего Саске в сраном детстве. И чего это будет? Мой персональный ад… что ли? -Ты стоял и смотрел, как родители погибают! – произносит мне этот мальчик жутко загробным голоском Саске-ребёнка и пялится на меня зарёванными глазищами, а картинка вокруг нас быстро меняется, что я и опомниться не успеваю, как мы оказываемся в клане Учих, типа, в отцовском доме, и как я наспех кумекаю, что оказываемся мы в тот самый вечерок, когда мой-братец-пацифист-Итачи-всех-Учих-укокошил, ну-у, кроме меня, себя и третьего… того самого опасного чела, который у меня находится в нерешаемых задачках. А вон и трупики родителей Саске виднеются в крови, всё, как я и запомнила. Итачи у меня хорошо постарался. А я, походу, где-то накосячила и незаметно приплыла обратно… что даже запашок недавно пущенной крови чую, блин… – Ты слаб, Саске! Ты позволил им умереть! Ты позволил умереть всему своему клану! Да кто бы с этим спорил? Я то всяко согласна с каждым словом, что слаба и что на лишнее имею ума не нарываться, ну-у… это, судя по всему, имела ума, да сейчас что-то меня охватило вполне резонное сомнение, и пока я всё ещё догоняю, где это я, слушаю, чего он мне там обидного вякает. -Ты ничего не смог сделать! Ты не смог их защитить! – а? Он всё по тому же месту? Хочет меня своим рёвом доконать? Может у меня что на роже не то написано? -Эй? – спрашиваю его, одновременно с тем перебивая похоронную тираду, от которой мне совсем ссыкотно как-то стало. – Ты не в курсе, куда отсюда переть, чтоб выбраться? – и смотрю, как его выражение на физиономии забавно меняется. Опять я, типа, ввела в затуп, а всего-то хотела наладить необходимый контакт. -Понимаю, это не твой кошмар… – произносит через неопределённую паузу мальчик шипением точь-точь как у Орочимару. – Что ж… это моё упущение… А? И здесь Орочимару? Это из-за его метки, что ли? Вот же, реально змеиная порода, в любую дырку пролезет! Блин, знала бы, чем мне аукнется новообразованная с ним связь, так бы опрометчиво шею Саске не подставляла бы! -Орочимару, ты чего творишь? – уточняюсь я у мальчика, а он скашивает мерзко рот и облизывается. Даже не знаю, в каком обличии он менее страшный, в женском или всё же в детском… И черноволосый мальчик шипит мне с перекошенным накось ртом: -Раз резня твоих родителей не трогает тебя, посмотрим, что скрывается в тебе поглубже. Я крупно вздрагиваю, и картинка перед глазами меняется, как бы раздумывая, в какую образоваться заново. -Эй, чего сразу по-плохому? Мы же вроде общий язык нашли, нет? – возмущаюсь я. Чего-чего, а поглубже мне бы точно не хотелось заглядывать. И вообще, если он о моменте смерти – то это неприкасаемый интим! Я уже посмотрела разок… наревелась, проблевалась и забыла, ну-у, в идеале бы забыть, а в моём случае, тупо не вспоминала! Хотя… если ему так приспичило туда, пусть бы сходил один, мне не жалко, а я бы его подождала, ну-у… в комнате с трупиками родителей Саске, чего сразу таскать меня по всем злачным уголкам моей сраной памяти? Мы оказываемся на появившейся дороге, вокруг нас кольцом сковывает плотный, едкий туман, и я вспоминаю, точняк, тогда же раннее утро было, а от земли пёрло холодом. Останавливается авто, открывается дверца с затемнённым окном и бывшую меня просто выталкивают на дорогу, как никому не нужный мешочек с мусором, хрен знает куда. А я смотрю на это действие и мечтаю, может того, подохла я всё-таки где возле леса, рядышком с деревцем или с кустиками, а над головой у меня было ясное небо с парочкой облачков, да в тумане не разглядишь ничего, кроме серого старого асфальта под ногами… Да… и интересно мне, на мой трупик кто-нибудь там уже наткнулся, или он до сих пор валяется хрен знает где и никому не нужный? Авто с противным звуком укатывает по дороге в туман, а я озадаченно смотрю на помершую бывшую себя, а та мне с ненормально загнутой головой лыбится перекошенной улыбочкой Орочимару. И вот здесь я въезжаю, что в моём бывшем обличии змеёныш нереально страшный. Просто обделаться можно… -Опять не то… промашка… но это воспоминание странное даже для Учихи… Да что он знает? Будто я выбирала где и как окочурится? -Ты чего… типа… от меня добиваешься? – цежу я, пытаясь удержать дёргающийся глаз в приемлемом состоянии. -Моя печать требует катализатора, гнева, ярости, злости… Ты должен хотеть моей силы… Девчонка приподнялась, тряхнула головой, качнув заляпанными в крови волосами и села на попу на то сраное место, где я предполагаемо подохла. Да-а… я такого ужастика ещё себе не воображала. -А без этого как обойтись можно, а? – я и не знала, что с его дрюченной меткой будут такие улётные сложности. -Без желание обладать этой силой ты погибнешь, Саске-кун… Не примешь её и не переживёшь эту ночь… Вот, а теперь точно приплыли, куда мне не надо. Меня что… Орочимару так пытается спасти, а я, типа, совсем полная дура, спасаться никак ему не даюсь? Или я чего-то не догоняю? -Мне надо разозлиться, типа того? – спрашиваю я, а сама обалдеваю, какими он мне показанными картинками из памяти захотел эту задачку выполнить. Да… прошлое у меня не аппетитный десерт, а на особого любителя, но я не вижу повода из-за этого впадать в ярость. Всё, что было пережито мною, для меня уже не критично, пока я того, ещё живая, хоть в этом случае не факт... И сидящая передо мной девчонка спокойно кивает, оглядывая меня голубыми, мёртвыми глазками. – Тогда покажи мне, что ты задумал со мной сделать, там… замочить и, типа, напялить на себя мою шкурку. Чего тупишь то? -Так тебя заботит твоё будущее, а не прошлое? – кажется я, того, удивила змеёныша. А он чего от меня ожидал, я же ему сказала, что мстить Итачи намерения не имею и все оттуда вытекающие тонкости. Тут картинка перед глазами вновь меняется, и я вижу моего подросшего, но всё ещё бедненького Саске, находящегося в какой-то тёмной и страшнющей комнате накрепко пристёгнутым к столу ремнями и стонущего через зажатые зубы от боли. А Орочимару это… в компании своего очкастого прихвостня и какого-то нового для меня чела с белыми длинными волосами и без эмоциональным лицом, что-то мутит вокруг Саске, вводит через шприц в вену шеи какую-то подозрительную субстанцию. А? Чего это выходит? Орочимару над бедненьким Саске проводил опыты, ну-у, как бы ещё только хочет провести, да я все равно не в курсе? Э-э… я почему-то думала, что Саске жил со змеёнышем где-то в каком-то логове, учился крутым техникам, нос воротил от всех на свете, а в конце грохнул своего скользкого учителя и отчалил в собственный карательный поход. А выходит у него по канону всё несколько не так, как я предполагала? Чего-то о настоящем Саске в аниме не показали или я опять выходила на важном моменте? -Руки убрал от него! – ору, не успевая обдумать, что именно, да чувствую, как в меня проникает чужая, сильная чакра и хозяйничает, как моя собственная. – Гад! -Однако… – слышу удивлённый голос Орочимару, исходящий из скошенного рта моего Саске и распахиваю глаза, упираясь взглядом в огромный корень дерева, поросший зелёным, свисающим с него мхом. А сейчас чего происходит? Приподнимаюсь, и с меня падает мокрая тряпка. Я конкретно отстающая и за событиями не успеваю… Где сейчас это я? Оглядываюсь, и вижу спину сидящей на земле Сакуры с сразу примеченными мною коротко обрезанными розовыми волосами. Проносится неприятная мысль, что они мне так нравились. Сакура же это… маячила ими, как беззаботный фрик, не въезжая, что своей яркой макушкой, как и Наруто своей золотой, поддерживала меня. А уже вставая на ноги, я увидела рядом с ней валявшегося на земле походу всё-таки того Ли, который моей соблазнительницы в симпатиях недавно признавался. Надеюсь, он не подох там… Но дальше мой взгляд уцепился за побитого Чоджи, сидевших возле него Шикамару и Ино и дерущегося моего дурня Наруто против двух парней из Звука. Я что, заклинивший не вовремя тормоз и практически всё умудрилась проспать? Чего не разбудили то? Делаю шаг вперёд и слышу окрик Сакуры: -Наруто, осторожнее! Вот как не найду их, так у них с кем-то какие-то тёрки, Сакура где-то ныкается, а Наруто с кучей своих клонов на передовой! Э-э… я всё же того, кого надо себе выбрала в герои, во всём хорош, не смотря на то, что дурень!