Выбор между любовью и правосудием

Неприятный и скрипучий звук старого металла. Качели, что остались с девяностых, медленно и плавно со звонким звуком, ведясь под шалости угрюмого ветра, качаются из стороны в сторону. На этих же конструкциях для детских забав сидит молодой парень, ему лет как максимум шестнадцать. Вкусно и аппетитно поедая уличную лапшу, стандарта, быстрого приготовления. И медленно, словно малое дитя, качается. Рядышком на соседних качелях сидит его близкий друг, более упоминаемый по прозвищу "партнёр". Он же в свою очередь, в отличие от первого, более грустный и подавленный. Такое восприятие, что он с похорон близкого пожаловал. У него на коленях стынет горячий обед такого же сорта, как у его друга рядом. Голова и ноги медленно тащатся под рифму качель. Взгляд такой-то пустой и безжизненный, будто из него душу вырвали. Сам же он молчит и даже слова не упоминает. — Хей, партнёр, чего такой кислый? Лицо по проще сделай, — наполнив обе щеки, на веселе пробубнил блондин. — Наото... — Чего? — быстро и звонко проглотив длинные макарошки, Чифую оторвался от привычного дела. — Что с Наото? — Его... больше нет, — стеклянно сказал Ханагаки. От такого заявления Мацуно чуть любимым обедом не подивился. — Ты шутишь, никогда так не шути, Такимичи. — Я не шучу, Чифую. Наото мёртв! — резко вскочив с места, заорал на всю площадку тот. Из голубых глаз лились прозрачные и тёплые ручьи. А тёплый и ароматный обед давно упал на песок и уже негодный для питания. — Наото, у меня к тебе вопрос. — Давай, я внимательно слушаю. Только, пожалуйста, можно побыстрее. У меня очень много дел, — нервно и наигранно засмеявшись, темнокудрый почесал затылок. — А да, конечно, — немного подозрительно взглянув на озабоченного парня, Такимичи, всё же не стал копаться в нём. Может, у него свои дела. — Так вот, мне нужно знать, где раньше жила Микоса Хиширари. Также желательно поподробнее ознакомиться с её характером. Ответ, конечно, последовал сразу. Детектив ответил на каждый интересующий его вопрос. С мельчайшими деталями и со всеми подробностями. После рассказа и ознакомления детектив пару раз нервно покрутил пальцами. Моментами завязывая их в тугой узел. Глубоко и, наверное, в последний раз вздохнув, брюнет начал: — Такимичи, у тебя точно не осталось вопросов? — А, вроде бы нет. — Подумай хорошенько, точно? — С чего такой вопрос, Наото? Даже если появится, то ты поможешь мне. Всего лишь пожав руку и всё, я тут как тут, делов то, — деловито и грандиозно ответил голубоглазенький брюнет. На это детектив лишь глубоко и печально выдохнул. — К сожалению. Это последний раз, когда ты снова вернёшься в будущее и когда я буду помогать тебе. — Чего? — Такимичи, на меня объявили охоту. Они ищут и скоро убьют меня. Тебе не безопасно возвращаться снова. Это последний раз, когда мы с тобой увидимся в этом будущем. — Что? Но как? Кто? Зачем? — Манджиро, он хочет убить меня, — опустошённым голосом сказал Наото, отчаянно расставив руки по сторонам. — В тот день, когда произошли те самые события. До этого именно сестра позвала Мико пойти вместе с ней. И тогда они обе умерли. А потом и беды начали навязываться. — А ты то тут причём? Зачем Майки хочет убить тебя? — Он думает, что из-за сестры умерла Микоса-сан. Поэтому он хочет убить всех нас. — "Нас"? — Да, нас. За последнее время твоего отсутствия множества наших родственников странно умирали вслед за друг другом. Кто-то инцест, кто-то – автокатастрофа. А вчера произошёл странный случай... — Привет, Тачибана, — безумно улыбнувшись, из тени вышел парень с ярко-розовыми волосами и устрашающими шрамами в уголках губ. — Кто вы такой? — уже вытащив пистолет для самообороны, детектив устроился в боевую позицию. — Какой трус, сразу оружие вытащил. Ах, так же не весело, — протирая лезвие острой катаны о холодный и грязный асфальт, парень наигранно обиделся, строя грустную мину. — Отвечайте на вопрос! — Эх, какой же ты не терпеливый. Ладно, слушай внимательно и не перебивай. Передаю тебе послание от Манджиро Сано: Н̠а̠о̠т̠о̠ Т̠а̠ч̠и̠б̠а̠н̠а̠, т̠в̠о̠я̠ с̠е̠с̠т̠р̠а̠ с̠т̠а̠л̠а̠ п̠р̠и̠ч̠и̠н̠о̠й̠ с̠м̠е̠р̠т̠и̠ м̠о̠е̠й̠ к̠о̠р̠о̠л̠е̠в̠ы̠. П̠о̠э̠т̠о̠м̠у̠ я̠ у̠н̠и̠ч̠т̠о̠ж̠у̠ к̠а̠ж̠д̠о̠г̠о̠ ч̠л̠е̠н̠а̠ с̠е̠м̠ь̠и̠ Т̠а̠ч̠и̠б̠а̠н̠а̠. О̠т̠ о̠с̠т̠а̠л̠ь̠н̠ы̠х̠ я̠ у̠ж̠е̠ и̠з̠б̠а̠в̠и̠л̠с̠я̠. Ж̠д̠и̠ с̠в̠о̠е̠й̠ к̠о̠н̠ч̠и̠н̠ы̠. —Это последний раз, когда мы увидимся, Ханагаки Такимичи, — встав с места, парень уверенно подошёл к парню. Резко и неожиданно тот согнулся пополам и низко поклонился. — Для меня было честью помогать тебе! — Эээ, Наото... — Клянусь своей оставшиеся жизнью, я никогда не видел подобного тебе человека. Я очень рад, что до сегодняшнего дня был бок о бок с тобой. Пожалуйста... Спаси нас всех! Спаси нас, Такемичи, — одинокая слеза печально скатилась по лицу брюнета, медленно достигая границ лица.

***

— С днём рождения меня, — задув одинокую свечу, печально проговорила девушка. Раньше она радовалась этому дню. Всегда счастливая прибегала из школы. Уже вступив порог квартиры, в нос ударяет вкусный и ароматный запах. Эти феромоны она ни с чем не перепутает. Запах маминой выпечки вбивался в ей в нос. От чего она быстро прибегала на кухню и увидела накрытый стол, украшенный всеми возможными блюдами. А рядом с плитой улыбающаяся мама в розовом старом фартуке, который так она любит. Её лицо всё также озаряет усталая улыбка. Она так ярко и красочно смотрит на все это, а когда дочка кидается на её объятия. Она негромко и мелодично смеётся, что звон в ушах наслаждается моментом. А вечером, как полноценная и радостная семья, ужинают и мать поздравляет дочку со всеми почестями и в рамках всех традиций. — С днём рождения, солнышко. Печальная и одинокая слеза театрально скатывается по белой коже. Оставив после себя красный и незаметный ожог. А вслед за ним, смотря на его пример, скатываются и остальные слезы. Их не получается остановить. Уже второй год. В свой день рождения, когда все плачут от радости, она плачет от опустошения и одиночества. Когда живёшь с человеком, всю жизнь и в один момент, всё угасает. Как же это больно, когда осознаешь, что тебя больше никто не поздравит. Не обнимет. Ничего не скажет и ничего не пожелает. Это больно, чертовски и невыносимо терзаемо. Хочется вырвать душу в клочья и закричать во весь голос.

***

Лёгкий шум белых кроссовок. Медленные и тяжёлые шаги. Девушка одета в узкие лосины и белую толстовку. Она одинока среди стольких людей, она шагает в никуда. Душа у неё такая пустая, будто полный стакан полностью опустошили. Угольные глазки искрят хрустальные слезинки. А щеки красные от горячих ожогов после двух часов рыдания без остановки. Девушка подошла к небольшой кафешке. Яркая выделяющаяся табличка так манит к себе посетителей. Отдельная похвала дизайнерам, хорошенько постарались. Негромкий скрип двери, и девушка уже внутри. Она, не обращая внимания на посетителей и посторонних, просто зашагала к кассе, желая поскорее сделать заказ. Хоть любимым пломбиром можно же поздравить себя?

***

— Хаха, Такимичи, чего ты такой грустный? — весело и радостно Сано заулыбался до ушей. Такимичи лишь краем глаза грустно посмотрел на него. Неужели этот парень с такой озаряющий улыбкой в будущем так угасает. Как же хочется смотреть на его счастливое лицо, но никак не видеть его печальным. — Да так, о своём задумался, — быстро улыбнувшись, парень с трудом поднял уголки губ. Порой даже притворная улыбка даётся эму с трудом. Но что не сделаешь ради их. Лишь бы они спали спокойно в тот момент, когда он и глаз сомкнуть не может. — Ребят, я сейчас. Не дожидаясь ответа парней, Майки быстро вскочил и пошёл к кассе. От него осталось лишь пустая тарелка детского обеда. И опрокинутый флажок с испачканными приборами. — Можно мне парфе с ягодами? — указав пальцем на меню, стоя при том рядом с кассой, потребовал блондин. Девушка, стоявшая у кассы, начала с ним флиртовать, пытаясь очаровывать разными способами. То грудью упиралась, то губы облизывала, то волосы крутила. Майки закатил глаза и подошёл к другой женщине, более старше. Не желая больше разговаривать с этой малолетней шлюхой. Ей вообще есть пятнадцать? Или меньше? Куда вообще катится этот мир. Скромная девушка – как жемчужина среди сотни шариков. Повторно сделав заказ, он грудью облокотился и начал ждать своё парфе. — Спасибо. Послышался звонкий и ласковый голос, одновременно такой грустный и разбитый. Эта рифма такая знакомая. Где-то он точно слышал его и хорошо запомнил. А вслед за ним мимо него прошла девушка в белой толстовке. За ней прошёлся вкусный аромат пломбира с горячим шоколадом. Это точно кто-то из его знакомых. Сано резко обернулся, чтобы увидеть этого человека. Но её больше тут и не было. Такое ощущение, что она сквозь землю провалилась. Но её вкуснейший запах так и остался парить в воздухе. Кто же это такая? И чем так манит к себе? Знакомые вопросы, но ответов так и нет...